К книге
Русские поэты. Предсказанный уходГлава 8. Смерть поэтов. Крещенские морозы Николая Рубцова. Музы и фурии
82%
Глава 8. Смерть поэтов. Крещенские морозы Николая Рубцова. Музы и фурии
152

С Генриеттой Михайловной Меньшиковой они жили в гражданском браке, не расписавшись. Ну как жили, он – в Вологде, она с матерью и дочкой Леной в Никольском. Фактически семья распадалась. Тем более что в жизни Рубцова присутствовали и другие женщины. И все это одновременно и сразу, в один 1969 год.

Романтические отношения завязались у поэта с Генриеттой Евгеньевной Трофимовой (Семеновой), которую исследователи часто называют «второй Гетой».

Познакомились они в ноябре 69-го (привели на квартиру Рубцова знакомые). Гости ушли, а она вот так сразу осталась у него ночевать. А что, женщина разведенная, свободная.

Не прошло и получаса, как раздался звонок в дверь и, по воспоминаниям Семеновой, «зашла невысокая худенькая женщина, которая заметно нервничала». Это была Нинель Александровна Старичкова, которая позже в своих записках назовет Семенову «ночной бабочкой». Кто-то, видимо, ей настучал, что у Рубцова гостья, и она примчалась разбираться. Разборки не получилось, предложение уйти из квартиры вместе Гета проигнорировала, и Старичкова покинула поле битвы.

«Думаю, что ее злоба по отношению ко мне вызвана только ревностью. Однако зла на нее я не держу», – рассказывала Семенова в одном из интервью.

Женщины Рубцова, может, особого зла друг на друга и не держали, но у каждой точно был камень за пазухой.

Нинель Старичкова – местная, вологодская. Получила медицинское образование, работала медсестрой, потом произошел разворот в сторону литературы, журналистики – стала редактором газеты «Вологодский текстильщик», членом литобъединения «Среда», писала стихи. На почве поэзии и сблизилась с Рубцовым, даже давала ему приют в своем доме, когда поэт не знал, куда прибиться. А познакомились они в 1965 году на поэтическом семинаре.

Нинель, несомненно, была влюблена в Николая, а с его стороны, скорее всего, была теплая дружба, благодарность за заботу.

После гибели поэта ей разрешили забрать из квартиры Рубцова что-то из вещей на память. Она взяла несколько предметов и еще множество документов, фото, которые были свалены в кучу и предназначались для сжигания. Все это стало основой устроенного ею первого домашнего музея Николая Рубцова. Еще она напишет книгу воспоминаний «Наедине с Рубцовым», где приведет много интересных фактов.

Воспоминания оставили практически все пассии поэта. Но эти мемуары, конечно, надо сравнивать и перепроверять, поскольку каждая смотрела со своей колокольни и испытывала неприязнь к соперницам.

У Рубцова есть прекрасное стихотворение «Букет», ставшее позже песней:

Я буду долго

Гнать велосипед.

В глухих лугах его остановлю.

Нарву цветов.

И подарю букет

Той девушке, которую люблю.

Я ей скажу:

– С другим наедине

О наших встречах позабыла ты,

И потому на память обо мне

Возьми вот эти

Скромные цветы!..

Впоследствии нашлось сразу несколько сильно повзрослевших девушек, которые утверждали, что стихотворение посвящено именно им. В деталях описывали, как им встретился Рубцов на велосипеде, везущий с глухих лугов тот самый букет. Так что доверяй, но проверяй.

Что же дальше происходило в отношениях Генриетты Трофимовой (Семеновой) и Рубцова? Их связь начиная с ноября 69-го продолжалась месяца полтора-два.

Весьма бурная связь. Потом они разругались и не стали видеться. А счастье было так возможно…

«Вторая Гета» вспоминала позже:

«Он уверял меня, что Дрыгин (первый секретарь обкома. – О.Ш.) даст нам двухкомнатную квартиру. И когда мы встречали на улице кого-то из его хороших знакомых, он всегда говорил мне: «Вот, Геточка, когда мы с тобой поженимся, этого человека мы будем впускать в наш дом». Конечно, хотел он и ребенка, но не настаивал на этом, берег меня. А я сейчас очень жалею о том, что не забеременела от него».

В начале декабря 1970-го Рубцов по телефону зазывает ее в гости. Она пришла, хоть они и были разруганы.

«В тот день, когда я пришла к нему в последний раз (это было 12 декабря 1970 года), у него в квартире была разбросана женская одежда, на столе лежала рецензия на стихи Дербиной, а на подоконнике – ее письма. Все это мне, конечно, не понравилось. И когда Рубцов на кухне предложил мне выйти за него замуж, я ему ответила: «Я не могу выйти за тебя замуж, Коля. Тебе нужна женщина, которая будет тобою руководить, а я на это не способна». Так мы с ним и расстались… Согласись я тогда выйти за Рубцова замуж, возможно, все сложилось бы по-другому».

Женская одежда, очевидно, принадлежала Людмиле Дербиной (о ней ниже скажем подробнее, она главный персонаж случившейся драмы). Она стала появляться в квартире Рубцова с июня 1969-го. Тогда же они отправятся в романтическое путешествие на теплоходе. То есть по числам получается, что одновременно четыре женщины тесно присутствовали в его жизни.

Это уже не любовный треугольник, это какой-то параллелограмм, в центре которого находился поэт Рубцов! Кто он – коварный Дон Жуан или несчастный страдалец, желавший нормальных семейных отношений? Предлагал зарегистрировать брак Генриетте Меньшиковой, матери его дочери. А та вместо этого подала на алименты. Потом отказалась от затеи, узнав, что будет получать всего 5 рублей в месяц (не было у Николая постоянной большой зарплаты). Предлагал выйти за него замуж «Гете-2». Но та, сильно обжегшись на первом браке, не захотела. Наконец, предложил сочетаться браком Дербиной, и у них дошло до дела. До очень плохого.

У Рубцова достаточно много стихов «про любовь». Как и вариантов этой любви – от романтической до весьма жесткой и грустной.

Вот, скажем, с могильным холодком:

…Облетают листья, уплывают

Мимо голых веток и оград…

В эти дни дороже мне бывают

И дела, и образы утрат.

Слез не лей над кочкою болотной

Оттого, что слишком я горяч,

Вот умру – и стану я холодный,

Вот тогда, любимая, поплачь!..

1966 г.

А эти строки про любовь уходящую, несбывшиеся надежды:

Ну погоди, остановись, родная.

Гляди, платок из сумочки упал!

Все говорят в восторге: «Ах, какая!»

И смотрят вслед…

А я на все начхал!

Начхал в прямом и переносном смысле.

И знаю я: ты с виду хороша,

Но губы у тебя давно прокисли,

Да и сама не стоишь ни гроша!

Конечно, кроме платья и нательных

Рубашек там и прочей ерунды,

Конечно, кроме туфелек модельных,

Которые от грязи и воды

Ты бережешь…

А знаешь ли, что раньше

Я так дружил с надеждою одной, –

Что преданной и ласковой, без фальши,

Ты будешь мне

когда-нибудь

женой…

Прошла твоя пора любви и мая,

Хотя желаний не иссяк запал…

…Ну погоди, остановись, родная,

Гляди, платок из сумочки упал!

1957 г.

Поэту требовалась не просто женщина, а верная, заботливая жена. К началу 1971 года в качестве единственного кандидата на эту роль рассматривалась Людмила Александровна Дербина (по мужу Грановская).

Предыдущая главаГлава 152 из 185Следующая глава