Прощай Питер и Кировский завод, здравствуй Москва и Литературный институт! Как Рубцов там оказался, можно узнать не из путанных подчас мемуаров, а из документов, хранящихся в архиве Литинститута, они опровергают миф о приеме без экзаменов на основании лишь понравившегося сборника стихов «Волны и скалы». На самом деле Рубцов целенаправленно готовился к поступлению. Студентом вуза можно было стать, лишь имея законченное среднее образование. А у Рубцова была всего лишь семилетка! Работая на заводе, он поступает в Ленинграде в школу рабочей молодежи № 120, в июне 1962-го заканчивает ее и получает на руки аттестат зрелости. Правда, оценки там по предметам, мягко говоря, не ахти. Всего четыре «хорошо» (4) – по физике, астрономии, истории СССР и Конституции СССР. Все остальные оценки – «удовлетворительно» (тройки), в том числе по литературе и русскому языку. Как-то не солидно для поэта, пусть и начинающего. Но зато преодолено одно из препятствий на пути к заветной мечте.

Рубцов вовсе не опоздал к сдаче экзаменов, как некоторые утверждают. Еще в середине мая того же 62-го года, чтобы участвовать в творческом конкурсе, он посылает в Литинститут подборку своих стихов и письмо, в котором кратко излагает вехи своей жизни: детдом, служба на флоте, работа на Кировском заводе. Стихи попадают на рецензию к трем литераторам, один из них – сам Евгений Долматовский! Все рецензии положительные, с рекомендациями принять в Литинститут. Вот одна из них: «Весьма квалифицированные стихи. Рубцов пишет уверенно, размашисто. Черты его индивидуальности не слишком выпукло проявляются – мешает… умение писать стихи, «набитая» рука. Мне кажется, что Н. Рубцову предстоит трудный путь в большую поэзию. Институт может ему помочь. Способности есть – это несомненно. Е. Долматовский. 24.05.1962 год».

Рубцов рецензии, разумеется, не читал. Ему просто сообщили в Ленинград, что творческий конкурс он прошел и допущен к экзаменам, для чего должен явиться в институт до 1 августа с полным набором документов. Тут уже можно было прыгать до потолка. Вызов получен!

В начале августа Рубцов сдает экзамены, как и все, на общих основаниях. Оценки в экзаменационном листе опять не самые блестящие:

Русский язык (письменно и устно) – «хорошо» и «отлично».

Русская литература (письменно и устно) – «удовлетворительно».

История СССР (устно) – «хорошо».

Иностранный язык – «удовлетворительно».

Последний экзамен сдан 10 августа.

23 августа появляется выписка из приказа: «На основании творческого конкурса и приемных испытаний зачислить студентом первого курса основного отделения Рубцова Николая Михайловича». Какая цитадель взята! Бога, может быть, и нет, но в данном случае какие-то высшие силы помогли пройти по скользкой тропе. Редкая удача! Ведь бывало, что претендентов на одно место среди прошедших творческий конкурс в Литинститут набиралось до 20 человек. Вероятно, не столько полученные экзаменационные оценки, сколько сами стихи Рубцова сыграли решающую роль. Ну и сиротско-матросско-рабочая биография тоже могла что-то значить.

«Какой же ты молодец, Николай Михайлович!» – говорил, наверное, себе 26-летний поэт.