«Грамоте меня выучила по Часовнику мамушка. Посадила меня на лежанку и дала в руку творожный колоб, и говорит: Читай, дидятко, Часовник и ешь колоб и, покуль колоба не съешь, с лежанки не выходи. – Я еще букв не знал, читать не умел, а так смотрю в Часовник и пою молитвы, которые знал по памяти, и перелистываю Часовник, как будто бы и читаю. А мамушка-покойница придет и ну-ка меня хвалить: вот, говорит, у меня хороший ребенок-то растет, будет как Иоанн Златоуст», – писал поэт в автобиографии.

В доме Клюевых кроме светских было много старопечатных и рукописных книг.

Но не только же по ним учиться. Будучи связанными глубинными корнями со старообрядцами, ни отец, ни мать поэта сами старообрядчество не исповедовали, ну так, чтобы до фанатизма доходило. В доме были старинные иконы, перед которыми горели лампады. Но на иконы истово не молились.

Николаю требовалось нормальное образование, и в 1893 году девятилетним его отправляют учиться в церковно-приходскую школу в город Вытегра (в 15 километрах от Онежского озера, сегодня город относится к Вологодской области). Здесь он пробудет до 1895 года, далее продолжит образование в городском училище Вытегры (окончил в 1897 году). Недолго поучится по настоянию отца в фельдшерской школе в Петрозаводске (в 1898 году). Быть фельдшером – верный кусок хлеба. Но Николая Клюева манили другие, горнии вершины. Он почувствовал в себе зов поэтического бога. «Прииде ко мне, сын мой, и глаголь!» – слышалось Коле в шелесте листвы, журчании лесного ручья, даже в грохоте колес крестьянской телеги.

По воспоминаниям современников, Клюев был энциклопедически образован и добился этого прежде всего благодаря самообразованию. Обладая цепкой памятью, он мог пространно цитировать Гегеля, Канта, Маркса, древнегреческих авторов, читал на языке оригинала Гейне и других немецких поэтов. Без такого уровня познаний трудно было бы войти в столичную культурную, литературную среду.

Вот тебе и паренек из глухого Олонецкого края, вот тебе и «ладожский дьячок», как назвал Клюева в стихах Есенин!

При этом Клюев был поэтическим учителем Сергея Александровича, на что тот указывал в своей автобиографии (об этом и вообще об их непростых взаимоотношениях мы рассказывали в главе «Мертвая петля Сергея Есенина»).

Политическому же «образованию» Николая Клюева, формированию его взглядов поспособствовали две русские революции. Революцию 1905–1907 годов он воспринял как народную, родную и принял в ней участие в качестве агитатора от Крестьянского союза (массовая революционно-демократическая организация, объединявшая крестьянство и сельскую интеллигенцию, возникла в разгар событий. Выступала за национализацию земли и созыв Учредительного собрания. Инициаторами создания стали крестьяне Московской губернии, деятельность союза быстро распространилась на другие губернии).

Чем конкретно занимался агитатор Клюев? Вот, например, эпизоды, вписанные в обвинение от 31 января 1906 года:

«1. 22 января 1906 года во время схода крестьян Пятницкого общества в дер. Косицыной пришёл крестьянин Николай Клюев и, вынув из книжки какой-то печатный приговор, начал читать собравшимся на сходе. По прочтении приговора Николай Клюев прибавил: «Начальники ваши кровопийцы, добра вам не желают; по милости их всё требуется с крестьян».

2. За несколько дней до схода, 22 января, Николай Клюев заходил в волостное правление и здесь в разговоре с крестьянином Насонковым советовал ему не платить податей и говорил, что крестьянам нужно отобрать землю от попов.

3. Летом минувшего года, воспользовавшись отсутствием учителя Верхнепятницкого земского училища, Николай Клюев пришёл в училище и говорил ученикам Гуляеву, Логинову и Белоусову, что крестьяне напрасно платят казённые сборы и разные подати, что все получаемые с крестьян деньги идут в карманы начальства, которое через это богатеет, и что начальство нужно бить».

Вытегорский уездный исправник сообщал в донесении наверх, что «Клюев по своим наклонностям и действиям представляется вообще человеком крайне вредным в крестьянском обществе».

А папа ведь у Николая такой правильный был, урядником служил, пользовался уважением крестьянского общества… Не доглядел, покатился сын по наклонной дорожке.

За «непосредственное участие в революционном движении Олонецкой губернии» засадили Николая Клюева в узилище. На 4 месяца – в вытегорскую тюрьму, затем еще на 2 – в петрозаводскую. Полгода по тюрьмам – это тоже в каком-то смысле университеты.

Освободившись, Клюев продолжит противостоять, чем мог, ненавистному царскому режиму. Но впереди его ждут новые посадки.