Агранов вообще-то был страшным человеком, причастным к расстрелу Николая Гумилева, репрессиям в отношении многих представителей творческой интеллигенции. Писательская кровушка для него была так, жидкой водицей.

Для Белого все могло бы обернуться очень плохо, он вообще бы не вышел с Лубянки, поскольку подозревали, что он не просто якшается с антропософами, а есть их идейный вождь. Да Белый и сам удивлялся, почему его до сих пор не взяли. Как позже выяснится, дело Белого было выделено в отдельное производство. Брать его не торопились, видимо опасаясь большого резонанса – все-таки всемирно известный писатель, учитель Джойса и т. д.

Белый благодарил Мейерхольда за устроенную встречу:

«…путь к Агранову я нашел через Тебя: 27 июня Агранов принял меня, позволил горячо, до конца высказаться, очень внимательно отнесся к моим словам, так что я вынес самое приятное впечатление от него».

Поразительно, но не прошло и недели, как К.Н. Васильеву и ее мужа П.Н. Васильева освободили!

Вскоре после этого, 18 июля, Борис Бугаев и Клавдия Васильева оформят свой брак в ЗАГСе. В документ впишут ее новую фамилию – Бугаева.

«Нас навсегда соединило с Клодей ГПУ», – шутил Белый. И сообщал своему другу П. Зайцеву: «Клавдия Николаевна теперь и внешне поручена мне, как жена (мы с ней и с Петром Николаевичем были в Загсе согласно уговору дружескому: он с ней развёлся, а я – зарегистрировал наш «брак»); так выпрямилась кривизна отношений нас троих друг к другу в прямоту».

Приговор по «делу антропософов» был оглашен 8 сентября 1931 года. Он оказался сравнительно мягким. В отношении Васильевой (теперь уже Бугаевой) и ее бывшего мужа – лишение права проживания в 12 пунктах (городах) «с прикреплением к определенному местожительству сроком на три года». При этом «приговор считать условным, из-под стражи их освободить».

Также «прикрепили» на три года к определенным городам большинство осужденных адептов Штейнера. Посуровей обошлись с П. Зайцевым (ссылка на три года в Казахстан), Б. Григоровым и А. Петровским («заключить в концлагерь сроком на 3 года»). Петровский в итоге был отправлен этапом на строительство Беломорско-Балтийского канала, где осталось немало костей зэков, и мотал срок там. Как говорится, спасибо, что не убили.

В сентябре того же года Белый и Клодя возвращаются в Детское Село в дом Иванова-Разумника. После пережитого Андрей находит в себе силы работать над книгой о Гоголе, заниматься другими литературными делами.

В ноябре происходит знаковое событие: Совет Народных Комиссаров РСФСР назначил Белому персональную пенсию. Значит, не записан во враги советской власти, значит, ценят его заслуги на поприще русской словесности и дальше все будет хорошо!

В конце декабря в Детском Селе их навещают Мейерхольд и Зинаида Райх, сыгравшие такую большую роль в спасении Клоди. Низкий поклон им был от нее и Андрея Белого.