Мужики всего ожидали, но только не такого отчаянья. Женщина так оглушительно завопила, что Дубинин, молниеносно заведя машину, испуганно рванул за город, чтобы на крик не сбежался весь Зеленоград. «Как же так? – недоумевали оба. – Если хотела засадить мужа за решетку, значит, он ей не дорог. Оказывается, наоборот! И кто этих женщин поймет!»

– Сволочи! Убийцы! Ненавижу! – кричала Надежда, захлебываясь в рыданиях. – Вы ответите за убийство! Я завтра пойду к вашему начальству! Где тело моего мужа? Немедленно везите меня к нему!

Мужики переглянулись. Поездка к убитому парню явно не входила в их планы. Нужно было срочно принимать какие-то меры.

– Мы вас отвезем, а вы напишете на нас компромат? – произнес с заднего сиденья Дима. – Так дело не пойдет.

– Не пойдет! – покачал головой Саша, еще не понимая, к чему клонит его подельник.

– Да не напишу я на вас компромат! Везите! – застонала женщина.

– Все так говорят! – продолжал Дима. – Показать труп – это значит признаться нам в убийстве. А так – нет трупа, нет убийства! Не убивали мы! Пошутили! Представления не имеем, где ваш муж. Если у вас к нам претензии, обращайтесь в прокуратуру. Так и напишите, мол, обратилась к сотрудникам МУРа, чтобы они подкинули моему мужу наркотики, за которые я отдала деньги, а муж возьми и окажи сопротивление.

Надежда метнула ненавистный взгляд на заднее сиденье и прошипела сквозь зубы:

– Везите, скоты! Не буду на вас писать!

– А чем докажете? Может, у вас дома уже лежит на нас свинья, – не унимался на заднем сиденье Дмитрий.

– Можешь сходить и проверить, – прохрипела Надя.

– И схожу! – поджал губы Дима.

И только тут Дубинин допер, ради чего его друг развел всю эту бодягу. «Деньги, блин! У нее в квартире семь тысяч баксов. Вот светлые мозги!»

– Пусть сходит, успокоится! Дай ему ключи! – включился в игру Дубинин.

Надежда с ненавистью швырнула ему на заднее сиденье связку ключей и с плачем уткнулась в ладони. После того как машина вернулась на исходную позицию, Дима радостно подмигнул водителю и выскочил наружу. Когда через двадцать минут он возвратился, Дубинин по фосфорическому блеску в глазах понял, что деньги у него в кармане. За это время Надежда обмякла и обессилела. Дубинин дал ей две таблетки клофелина.

Едва Дмитрий хлопнул дверцей, устроившись на заднем сиденье, водитель сразу рванул за город. Пассажирка не спрашивала, куда ее везут. Кажется, ей было уже все равно. Ее можно было завести в лес и грохнуть той же трубой, поскольку ее деньги уже были у них. Однако Дубинин все еще лелеял надежду сочетаться с ней законным браком. Он привез ее на свою съемную квартиру на окраине города.

– Куда мы приехали? – нахмурилась пассажирка.

– Тебя надо успокоиться. Выпить водки. Только тогда ты будешь рассуждать здраво.

– Но я просила отвезти меня к мужу.

– Сегодня это невозможно. Он лежит в морге МВД. Туда надо спецразрешение. Сегодня мы никак его не оформим. Давай лучше выпьем и поговорим о будущем твоего сына.

Надежда вяло вылезла из машины и поплелась с мужиками в их квартиру. Ноги гостьи заплетались, однако все попытки поддержать ее за локотки она отвергала.

В тот вечер Надежда больше не произнесла ни слова. Молча пила водку без всякой закуски и отрешенно смотрела в пустоту. Саша убеждал ее, что она, несмотря ни на что, должна продолжать жить хотя бы ради сына. Дима все больше помалкивал и наблюдал со стороны. Было непонятно, внимает Надежда словам Дубинина или пребывает в своих мыслях.

Внезапно она очнулась и потребовала отвезти домой. Мужики переглянулись. Надежда в общей сложности опустошила три стакана водки, но не была пьяной. Она выглядела усталой и разбитой. Поднявшись из-за стола, гостья вяло поплелась к выходу. Ее собутыльники успели перекинуться парой слов:

– А вдруг капнет! – шепнул Дима.

– Она что, дура? У нее у самой криминал.