Сорок минут спустя Надежда устало ввалилась в квартиру и без сил плюхнулась на кровать. «Неужели Сережи больше нет? – подумала она. – Не может быть. Они все врут! Пока не увижу тело, не поверю».

В это время на мобильном раздался звонок. Надежда взглянула на высветившийся номер и вспомнила, что сегодня должна была встретиться с киллером. Это звонил он.

– Да пошел ты! – зло прошипела она и отключила телефон.

После этого механически открыла шкаф, чтобы переложить деньги в сумочку. И тут заметила, что денег нет. «Хозяйка!» – мелькнула первая мысль, и квартирантка отправилась к ней разбираться.

Несмотря на дикую усталость, Надежда исступленно кричала, обвиняла Марью Андреевну в воровстве, обзывала обидными словами, а сама думала о муже. Наконец она заметила, что Марья Андреевна смотрит на нее сочувственно и, по всей видимости, не принимает обвинения всерьез. Надежда внимательно всмотрелась в ее глаза и поняла, что зря клевещет на добрую женщину. Деньги, скорее, умыкнул дружок Дубинина. К этому времени квартирантка уже валилась с ног. Она умолкла так же внезапно, как начала кричать, развернулась и ушла в свою комнату. Хозяйка слышала, как Наденька, не раздеваясь, рухнула на кровать и затихла.

Когда на следующий день бедняжка проснулась и вспомнила, что ее муж убит, то застонала и зарылась головой в подушки. Жить больше не хотелось. Где-то внутри еще теплилась надежда, что мужики из МУРа ее развели, но зачем им это надо? Скорее всего, они сказали правду.

Надя вспомнила о пропаже денег, но и это ее не всколыхнуло. Зачем ей деньги, если Сережи больше нет? С этой мыслью нельзя было оставаться в трезвом состоянии. Нужно было срочно что-то выпить.

Женщина выскользнула из постели и проследовала к холодильнику, где стояла бутылка коньяка, купленная еще Сережей. Она откупорила ее зубами и жадно приложилась к горлышку. Опустошив больше половины и не получив облегчения, Надя вернулась в комнату и позвонила Дубинину. Она потребовала, чтобы он немедленно отвез ее в морг, где покоится тело мужа.

– Это будет возможно только вечером, – ответил Дубинин.