А тем временем жена на своей работе делала успехи и в конце сентября получила первую зарплату: целых триста долларов. Мать честная! Около одиннадцати вечера она вошла в общежитскую комнату с двумя огромными пакетами в руках, румяная и сияющая, как Шамбала. Надя радостно воскликнула:

– Принимай, муж, продукты! Все, Серьга! Время пустого холодильника закончилось!

Сергей в это время лежал на кровати и предавался мрачным мыслям о том, что у него все признаки неудачника. Жена, без которой он теперь не мыслил своего существования, была занята по горло. Зачастую она вставала, когда он еще спал. Готовила завтрак и убегала в университет чертить. Ей, как круглой отличнице, давали ключи от чертежного кабинета. Там же она писала рефераты, контрольные и курсовые. Больше на уроки, кроме этих полутора часов до начала занятий, у нее времени не было.

Разумеется, супруги встречались на лекциях, сидели за одной партой, но порой из-за нехватки времени не могли даже перекинуться парой слов. Точнее, Надежда не одобряла, когда муж во время занятий начинал ей что-то нашептывать на ушко или уж тем более (упаси боже!) гладить под столом ногу. Наденька на все эти шаловливые штучки отвечала строгим взглядом и после лекций, не сказав ни слова, убегала в свою фирму. Возвращалась ближе к полуночи усталой, но веселой. Ее прихода Сергей ждал как манки молочной. Спать не мог, есть не мог, даже не мог смотреть телевизор – только лежал на кровати и прислушивался, не стучат ли на лестнице ее каблучки. В эти минуты его слух достигал невероятных высот.

Приблизительно в половине двенадцатого у него начинался мандраж. Это явный признак того, что жена вошла в общежитие. И точно, через пару минут с лестницы начинало доноситься торопливое цоканье, затем слышались ее легкие шаги в коридоре и вот кульминационный момент – скрежет ключа в замочной скважине. К этому моменту Сергей уже был возбужден. Едва она переступала порог, он набрасывался на нее, словно волк на лань, и впивался в губы.

– Ну подожди, подожди же! – смеялась она, отталкивая нетерпеливого супруга. – Дай снять туфли. Да постой же! Ну просто сумасшедший!

Как правило, она успевала скинуть только одну туфлю и в ту же минуту оказывалась на кровати. Надежда для приличия немного сопротивлялась, но потом со вздохом отдавалась.

Нравилось ей это или нет, Сережа не знал. В их постельных страстях с ее стороны чувствовалось сдержанное материнское снисхождение. Иногда молодому супругу казалось, что она очень опытная женщина и умеет делать то, чего ему не снилось. Постепенно, благодаря супруге, Сергей понял, что секс – это более тонкая субстанция, чем торопливый перепихон, какой бывал у них с Наталицей. И этой тонкостью, как казалось Сереже, Надежда владела в совершенстве.

От этой мысли на душе мрачнело. Сразу вспоминалось, что жена ему досталась не девочкой. Однако это ни в коем случае не притупляло любви, а наоборот – еще больше разжигало страсть.

Итак, в тот вечер при виде сияющей жены все мрачные мысли Сережи сдуло как вентилятором. Он вскочил с кровати, подхватил сумки и, опустив их на пол, впился в ее сочные губы.

– Потом! – коротко отрезала она. – Сейчас надо разобрать пакеты. Там на дне перепелиные яйца!

Боже мой, чего она только не купила, кроме перепелиных яиц: телячью вырезку, несколько сортов колбасы, два сорта сыра, ветчину, оливки, ананасы, виноград, бананы и всякой всячины в сверкающих упаковках.

По этому случаю были приглашены соседи с нижних этажей. Захлопали пробки от шампанского, пошли веселые разговоры, смех, анекдоты, танцы-шманцы. Откуда ни возьмись появилась гитара. Как будто предчувствуя гулянку, в общагу заглянул Курников. Его появлению все обрадовались, потому что знали, что он проспонсирует дальнейшее веселье, если вино и продукты иссякнут. Потушили свет и закурили травку, слушая гитариста. Всем было хорошо, кроме Сережи. Его гноило мужское самолюбие. Он тихонько шепнул Курникову:

– Леха, не волнуйся, я помню про триста баксов. Отдам при первой возможности.

– Да брось ты, – отмахнулся Курников.

Когда ближе к рассвету гости разошлись, Сережа спросил у жены:

– Как же тебе заплатили? Ты сказала: первые два месяца без зарплаты.

– Не без зарплаты, а без оклада, – устало отмахнулась она. – Проценты от сделок все равно идут. В этом месяце я заключила две сделки, и вот результат, – показала Надя на объедки на столе.

– Странно, – пробормотал муж. – Ты говорила, что занимаешься тем же, чем и я. Ходишь по конторам и продаешь канцтовары.

– Я не хожу по конторам, – улыбнулась Надя, облачаясь в пеньюар. – Я сижу на телефоне. Нахожу солидных клиентов для продажи больших партий. Розничной торговлей я не занимаюсь.

С того дня Сергей начал искать работу исключительно в офисе. Таковая тоже имелась. Прежде чем приехать на собеседование, наученный горьким опытом студент долго расспрашивал по телефону про специфику работы: не розничную ли торговлю ему предлагают?

– Нет! – жестко отвечали на том конце. – Мы работаем с недвижимостью. У нас солидная фирма. У нас все сотрудники находятся в офисе.

«То, что надо! – сверкнуло в голове. – Недвижимость – это круто. Тут можно и деньги заработать, и решить квартирный вопрос, поскольку московская недвижимость – самая недвижимая в мире».

Когда Аресов вошел в агентство по недвижимости, то приуныл: сотрудники конторы действительно сидели на телефонах, но как? Без слез не взглянешь. В комнатушке три на четыре было втиснуто десять столов, и за ними в дикой тесноте сидели работники. Их вид не производил впечатления процветающих людей, зарабатывающих по три тысячи долларов. Но больше всего повергло в уныние то, что главой агентства был кавказец. Он протянул Сергею руку и кивнул на стул.

– У нас здэс акладов нэт. У нас палучают от здэлки.

В принципе, Надя тоже получала от сделки. А тут получить три процента от сделки – целое состояние. Теоретически круто. Но Сережу смутило другое: как можно заключать многотысячные сделки из этой конуры?

Новенькому отвели часть стола и указали на телефонную трубку, которую держала в руке дама необъятных размеров. Пояснили, что как только она закончит обзвон, можно будет звонить ему. «Тебе бы пищевыми добавками торговать, а не с недвижимостью работать», – подумал Сергей, с ненавистью вслушиваясь в ее щебетание. У нее на столе лежала газета «Из рук в руки», пальцы сжимали ручку. Она обзванивала все телефонные номера из рубрики «Продам квартиру» и спрашивала одно и то же:

– Простите, вы продаете квартиру?

Непонятно, что ей отвечали, но через секунду она нажимала на рычаг и начинала звонить по следующему номеру. Когда все телефоны из этой рубрики закончились, агентша начала обзванивать телефоны из раздела «Куплю квартиру». Странное дело, но на вопрос «Вы покупаете квартиру?» отвечали еще лаконичней. «Если никто не продает и не покупает, тогда зачем дают объявления в газеты?» – удивился Сергей.

Потом, когда он сам начал звонить по газетным объявлениям, понял: все квартиры покупали и продавали такие же агентства, как это. Однако в конторе упорно массировались слухи, что иногда в газетах попадаются объявления непосредственно от клиентов. И это было правдой. Сергею они попадались. Но когда продавец узнавал, что звонят из агентства, то с раздражением восклицал:

– Охренели? В объявлении же русским языком написано: «Посредникам не беспокоить!»

Ближе к вечеру приходил хозяин фирмы и включал компьютер. Весь отдел замирал, как собака при виде кости. Хозяин влезал в свою базу данных и диктовал номера телефонов продавцов. Все панически записывали, а потом начинались соревнования из серии, кто быстрее дозвонится. Сергею удавалось дозвониться целых четыре раза. И все четыре раза он слышал в трубку презрительный смех:

– Квартира уж полгода как продана. Удалите, наконец, данные из вашего компьютера!

За три недели, которые Аресов проработал в агентстве с надеждой махом «срубить» по-крупному, он не нашел ни одного клиента. И никто из сотрудников того агентства за это время не совершил ни единой сделки.

Целую неделю после этого Аресов пребывал в депрессии, валяясь на кровати и пропуская лекции. Надя приходила с работы и внушала, что с первого раза ни у кого не получается. Нужно набраться терпения и сразу не рассчитывать на большие деньги.

– Попроси Лешу Курникова. Может, он тебя возьмет в свою команду? Я слышала, он набирает рекламных агентов.

– Что? – вскипел Серега. – Как-нибудь справимся без Курникова.

Просить Леху, которому он задолжал за мальчишник и за пищевые добавки – значит, признать себя побежденным. Хотя побежденным – громко сказано, а второсортным – это уж как пить дать. Так и жена перестанет уважать. А она между тем в конце октября принесла еще триста пятьдесят долларов. На этом ее двухмесячный испытательный срок закончился. Надежду взяли в штат, завели трудовую книжку и положили стартовый оклад двести долларов. Плюс, естественно, проценты от сделки.

Ее принятие в штат солидного холдинга «Комус» праздновали в ресторане. Среди гостей был и Курников. Сереге пришлось снова подсаживаться к нему и шептать на ухо, что он помнит о долге.

– Да ладно, не переживай! – отмахнулся Леха и пригласил Надежду на танец.

Серега смотрел на них и кусал губы. Они вместе смотрелись красиво. И танцевали так изящно, что сорвали аплодисменты зала. «Да что я, хуже Лехи? – закипела внутри обида. – Или глупее жены, которая, несмотря на то что учится, уже зарабатывает больше своих родителей?»

Немного поразмыслив, Сергей пришел к выводу, что все-таки глупее. Во всяком случае, ленивее. Жена уходит на учебу, а он еще спит. Она возвращается с работы, а он уже в постели. Нет, так больше нельзя! Не по-мужски.

На следующий день Аресов не пошел на лекции. Он добежал до метро, купил кучу газет с объявлениями, вернулся в общагу и принялся их изучать. Теперь фирмы, обещающие быструю карьеру и умопомрачительные заработки, он пропускал. Его палец уперся в скромное объявление: «Требуется расклейщик объявлений. Заработок еженедельный». Сергей тут же слетел с кровати и помчался на вахту звонить.

– Сколько вы платите? – спросил он.

– Зависит от того, сколько вы расклеите объявлений.

– А сколько надо?

– Чем больше, тем лучше. Некоторые у нас получают до пятисот долларов в неделю.

– Диктуйте адрес!

Помещение, куда через полчаса влетел Сергей, внушало доверие. Оно почему-то напоминало избирательный участок. Огромный зал с колоннами, и под каждой колонной письменный стол. Вновь прибывшего встретила красивая женщина с биркой на груди и с широкой улыбкой на устах. Осведомившись, что гость пришел по объявлению, вежливо проводила к столу. Сидевшая за столом девушка обаятельно кивнула на стул.

– Мы представители Израильской компании по лечению древними минералами с берегов Красного моря, – сладко проворковала она. – Соли с берегов Красного моря способствуют омоложению организма. Особенно они хорошо действуют на кожу. Наша компания пользуется огромной популярностью во всем мире. В этом году мы решили выйти на российский рынок.

Девушка сверкнула белоснежной улыбкой и протянула листок бумаги. Серега взял его в руки и поморщился:

– Это что?

– Предлагаем вам заполнить анкету.

– Зачем? – удивился Серега. – Я вообще-то по поводу расклейки объявлений.

– Да, я в курсе! – обаятельно кивнула девушка. – Расклейщики объявлений автоматически становятся нашими сотрудниками, поэтому мы заводим на них анкеты, чтобы в дальнейшем дать им карьерный рост.

Серега подумал, что наконец-то нашел то, что давно искал. Что значит солидная фирма! Даже расклейщиков объявлений считают за людей.

Будущий сотрудник тяжело вздохнул и, взяв ручку, склонился над анкетой. Как-то сразу сделалось уныло. Да тут уйдет полдня, пока заполнишь. Девушка как будто подслушала его мысли.

– Я вижу, вам сейчас не хочется заполнять анкету, а хочется скорее приступить к работе. Анкету вы можете заполнить в следующий раз.

Работница протянула Сереже пачку объявлений и деловито проинструктировала:

– Лучше всего клеить рядом с учреждениями, где работают женщины: около текстильных фабрик, детских садов, на подъездах домов… Ну, там сориентируетесь.

– А клей?

– Клей у наших расклейщиков свой.

– Если я каждый день буду расклеивать по такой пачке, сколько получу за неделю?

– Это лучше спросить у директора, я не совсем в курсе, – захлопала глазами девушка. – Директор сейчас отсутствует. Но если хотите, подождите. Он скоро должен подъехать. Могу сказать только одно: еще никто не жаловался.

Ждать директора было глупо, поскольку с этого дня Сергей решил больше не терять ни минуты. По ходу купив тюбик клея, Серега рванул в Текстильщики. Там женщин много. И все хотят омолодиться!

Видит бог, Сергей добросовестно обклеил весь район. Все до единого объявления. А в пачке было не менее пятисот листков. Конечно, его подмывало выкинуть третью часть в урну. Кто проверит? Однако Сережа устоял от соблазна, проявив редкую честность и проработав до двенадцати ночи.

На второй день вчерашняя девушка встретила его как родного. Узнав, что он за один день расклеил все объявления, которые предназначались на неделю, она долго восхищенно качала головой. Затем дала такую же пачку.

– Завтра опять приду! – хвастливо пообещал Сережа. – Я же сказал, что работаю как зверь. Директор на месте?

Директора опять не оказалось на месте. Забегая вперед, скажу, что за две недели работы, включая выходные, директор так и не появился. Каждый день Сережа добросовестно клеил по пачке объявлений. Девушка, которую звали Алиной, хвалила и уверяла, что у них в фирме еще никто так добросовестно не работал. «Если некоторые получали по пятьсот долларов, а лучше меня никто не работал, то сколько же получу я?» – соображал Серега.

Через две недели Сергей потребовал зарплату. Как-никак, платить обещали еженедельно, однако в прошлую пятницу не заплатили по причине болезни бухгалтера. В следующую пятницу лучший работник израильской фирмы вознамеревался получить расчет, поскольку утром пообещал жене прийти домой с пачкой денег. «Тысячу долларов, не меньше! – подсчитал внутри счетчик. – Вот Надька обрадуется. И сегодня же верну Лехе его сраные триста баксов. А за мальчишник – потом».

К вечеру после утомительного ожидания появилась бухгалтерша. Она долго вглядывалась в паспорт, затем в ведомость. Наконец произнесла:

– А вас в ведомости нет.

Серега сделался пунцовым. Пришлось поднимать на ноги всю контору. Откуда ни возьмись явилась какая-то строгая тетенька с общей тетрадкой в руках.

– Где вы расклеивали? – подозрительно спросила она.

Серега перечислил все районы. Тетенька полистала тетрадку и сказала, что из этих районов клиентов не поступало.

– Не понял. А при чем здесь клиенты? – удивился Сергей. – Я расклейщик объявлений, а не продавец.

– А притом, – пояснила женщина, – что ваша оплата зависит от того, сколько покупателей купят нашу продукцию благодаря вашим объявлениям. Ни одного покупателя из ваших районов не обращалось. Значит, вы не клеили объявления, а выбрасывали их в мусор.

– Я клеил, клянусь! – покраснел от возмущения Серега. – Не верите, съездите посмотрите!

– Еще раз повторяю, молодой человек, – противным голосом произнесла тетенька, – ваша зарплата зависит не от количества приклеенных листков, а от количества обратившихся клиентов. По вашим объявлениям не обратился никто, следовательно, вам ничего не полагается.

С минуту бедняга осмысливал сказанное, а когда до него дошло, что он две недели проработал бесплатно, завопил, побелев от злости:

– Почему вы мне сразу не сказали? Сволочи, скоты, твари! Вы меня использовали!

На этих словах к Сереге подошли два шкафообразных охранника, взяли его за шкирку и вышвырнули на улицу.

И снова неделю кряду бедняга лежал на кровати в общежитии и тоскливо смотрел в потолок. Он не ходил на лекции, не принимал пищи и набрасывался с кулаками на тех, кто пытался его утешить. К субботе от сердца отлегло, и Надя ему сказала:

– Больше никаких работ. Скоро сессия. Ты должен сдать. Работа не главное. Тебе главное закончить университет. А денег нам хватит.

Серега успокоился, решив про себя втайне от Нади все-таки найти что-нибудь непритязательное. И представьте, нашел. Проходя мимо какого-то офиса на Садовом кольце, он внезапно увидел на двери объявление: «Требуется дворник».

Подумал, зашел, переговорил. И ему в этот же день выдали лопату, скребок и указали на дверь подвала, где хранился ящик с солью. Зарплата крохотная. Однако втрое больше, чем стипендия. Зато работы от силы на два часа.

«К Новому году я заработаю пусть мизерные, но собственные деньги», – кумекал Серега, орудуя скребком и лопатой. Его душу грело, что он никому не сказал о своей работе. Так что Надюше будет сюрприз.

Однако в тот день, когда Сережа получил свою первую зарплату, сюрприз преподнесла Надюша, а не он.

Это произошло на Тверском бульваре за три дня до Нового года. Серега шел по нему в поисках подходящего новогоднего подарка жене и вдруг увидел, как у дорогого ресторана остановилась «девятка» Курникова. Из нее вышел Леха. Обойдя машину спереди, он открыл дверцу и подал руку какой-то женщине. Когда женщина вышла, Серегу точно пронзила молния. Это была его жена Надя. Она элегантно вложила свою тонкую руку в Лехину, и они вошли в ресторан.