В четверг с утра пораньше я отправился на работу в ДЮСШ. В этот день тренировки у меня начинались в девять часов. Вчера с Полиной мы легли спать относительно не поздно, выпили мало, перед уходом от адвокатши я побрился купленным накануне станком, так что на работе появился отдохнувшим, свежим и гладко выбритым.

Едва у меня закончилась первая тренировка, в спортзал заглянул завуч Колесников. Его лицо, смахивающее на морду бульдога, выглядело озабоченным.

– Игорь, там полицейский пришел, – сказал он обеспокоенно и кивнул в сторону своего кабинета. – Хочет тебя видеть.

«Что-то быстро меня менты отыскали в связи с убийством Юлии Белявцевой, – подумал я озадаченно. – Вроде вчера принял меры, чтобы на меня не вышли. Оперативно, однако, столичные полицейские работают. Надо отдать им должное. Что ж, пойдем посмотрим, что там этот мент мне предъявит».

– Иду, Иван Сергеевич, – сказал я завучу и потопал за удаляющейся мощной спиной Колесникова в сторону его кабинета.

Я вошел следом за завучем в его «апартаменты». За приставным столом сидел крепко сбитый мужчина лет за тридцать, его форменная куртка висела на спинке соседнего стула, сам же он был одет в повседневную полицейскую форму с погонами капитана. У него была абсолютно круглая бритая голова с румяным лицом колобка, каким его изображают художники, иллюстрируя книжки к одноименной сказке.

– Извините, Иван Сергеевич, – обратился полицейский глухим басом к направившемуся было своему креслу Колесникову, с которым, очевидно, уже успел познакомиться, – если вы не возражаете, я хотел бы поговорить с гражданином Гладышевым наедине.

– Хорошо, – недовольно сказал Колесников, который очень бы хотел послушать мою беседу с представителем правоохранительных органов, но вынужден был подчиниться капитану – полицейским перечить нельзя. – У тебя еще одна тренировка, Игорь? – спросил он у меня.

– Да, сейчас начинается, – ответил я, и Колесников, кивнув, сказал:

– Ладно, пойду присмотрю за ребятишками, пока вы тут будете беседовать.

С этими словами он развернулся и вышел из кабинета. Я же прошел к приставному столу, отодвинул стул и сел на него как раз напротив «Колобка».

– Капитан полиции Вячеслав Яворский, – деловито представился мент и уточнил на всякий случай: – Вы же Гладышев Игорь Степанович?

– Он самый, – согласился я и придвинулся чуть ближе к столу.

– У меня вот к вам какое дело, Игорь Степанович, – перешел Яворский сразу к сути вопроса, по которому прибыл. – Это ведь вы под видом налогового инспектора приходили на фирму «Юникс-М» и интересовались Николаем Владимировичем Неделькиным?

Черт возьми, я совсем не ожидал, что полиция может на меня выйти по линии «Юникс-М», и растерялся.

– Ну-у, я… – пробормотал я и от волнения стал постукивать ногой под столом.

Яворский слегка растянул в улыбке полные губы. Я не обольщался на тот счет, что улыбается он из добрых чувств ко мне. И не ошибся.

– Значит, это вы показывали удостоверение инспектора налоговой службы на охране фирмы?

Нога моя непроизвольно стала отстукивать такт громче. Яворский покривился, давая понять, что ему не нравится мое постукивание, и я перестал.

– Ну, было дело.

Голова Яворского, похожая на румяный колобок, выражая удовлетворение, покачалась.

– Так, так, Игорь Степанович, – капитан, по-видимому, считая, что загнал меня в угол, был доволен. – В книге регистрации посетителей на охране в «Юникс-М» записаны данные вашего удостоверения. Я их проверил, такого удостоверения и близко не существует в налоговой инспекции, и конечно же, никакой инспектор Гладышев там не работает. Вы знаете, что за изготовление и использование фальшивых документов грозит реальный тюремный срок? – «Колобок» вопросительно взглянул на меня.

– Да ладно, товарищ капитан, – я попытался свести разговор к шутке. – Это же прикол такой. Не изготавливал я никакого удостоверения, просто корочки были для удостоверения сотрудника налоговой службы. Такие в интернет-магазинах продают, триста рублей штука. Тем более я эту обложку уже выкинул.

Я ничуть не обескуражил полицейского своим аргументом, поскольку он тут же нашел контраргумент.

– И тем не менее за использование фальшивого документа вам может светить срок, Игорь Степанович.

Было понятно, что Яворский запугивал меня, пытаясь выбить из колеи, чтобы я стал покладистым и отвечал на главные приготовленные для меня вопросы не запираясь. Но вот что он мне приготовил, я не знал.

– Ладно, к этой теме мы еще вернемся, – между тем продолжал Яворский – и улыбка на его лице превратилась в ухмылку. – Зачем вы разыскивали по месту работы Николая Неделькина?

Чудак-человек, задает риторические вопросы. Я пожал плечами:

– Чтобы найти. Это же очевидно.

– Вы его соучастник? – неожиданно резко спросил капитан и уставился на меня таким взглядом, будто собирался немедленно растерзать.

Такого поворота событий я не ожидал.

– Соучастник? – опешил я. – В чем?

Яворский положил руки на стол и подался вперед, приняв позу льва, готовящегося к прыжку.

– В преступлении, которое он совершил. – Теперь капитан был похож не на Колобка, а на тыкву с праздника Хэллоуина, ту, что с вырезанными в ней глазами, носом и ртом и с подсветкой внутри.

Я был в шоке от заявления капитана, но постарался взять себя в руки и спокойно спросил:

– А какое преступление он совершил?

– А вы разве не знаете? – подозрительно мягко поинтересовался полицейский.

Глядя честными и преданными глазами в глаза Яворского, я ответил:

– Нет, не знаю.

– Не надо прикидываться, Гладышев! – капитан убрал руки со стола и откинулся на спинку стула с таким видом, словно он видел меня насквозь. – Вам прекрасно известно, что совершил Неделькин Николай, ваш подельник. И вы разыскивали его, чтобы получить свою долю.

Я вытаращил глаза.

– Какую долю, капитан?!! Что вы пытаетесь мне пришить?!

Конечно же, это и было то главное, ради чего пришел ко мне Яворский, а не из-за какого-то там удостоверения, за которое меня могут судить.

– Хорошо, поясняю, – охотно откликнулся «Колобок». – Не далее, как вчера в наш Отдел внутренних дел поступило заявление от небезызвестной вам Елены Сергеевны Дядюновой, Генерального директора фирмы «Юникс-М». В этом заявлении гражданка Дядюнова ставит полицию в известность о том, что на ее фирме произошло воровство, а именно, с банковского счета «Юникс-М» было украдено три дня назад более ста миллионов рублей. На фирме крутятся большие деньги, но главный бухгалтер обнаружила списание со счета не сразу, а только вчера утром. Деньги крутятся большие, но не настолько, чтобы подарить более ста миллионов рублей мошеннику. Доступ к личному кабинету системы «Клиент-Банк»[5], а, следовательно, и банковскому счету имеется только у директора и у главного бухгалтера. Но случилось так, что доступ к счету получил третий, и этим третьим, по мнению коллектива «Юникс-М», является не кто иной, как Николай Неделькин. Он инженер фирмы и ему проще, чем какому бы то ни было работнику «Юникс-М», было добыть логин и пароль к личному кабинету банковской системы. Я думаю, он скорее всего подсмотрел или каким-то образом с помощью программы троян сумел получить доступ к финансам фирмы и, уволившись, снял со счета деньги. Этим-то и объясняется его столь поспешное бегство из «Юникс-М»… В общем, Генеральный директор фирмы просит в своем заявлении провести расследование данного преступления, найти похитителя и вернуть деньги. Но, к сожалению, пока найти Неделькина мы не можем.

Я сидел потрясенный. «Ну ни фига себе! Вот дает Николай Неделькин! Спер более ста миллионов рублей! Ведь это же – я прикинул в уме – миллион баксов!» Мысль о том, что Николай Неделькин провернул такую аферу, целиком захватила меня, и я ни о чем другом в этот момент думать не мог.

– Так вот, – между тем продолжал Яворский с видом кота, загнавшего мышь в ловушку. – Я думаю, что вы были в курсе провернутого Неделькиным дела, более того, являетесь его соучастником…

Я наконец-то вышел из ступора, в который меня вогнало сообщение капитана, и, тупо посмотрев на своего визави, с нотками недоумения проговорил:

– Глупость какая. Я никогда в глаза не видел Неделькина и вообще узнал о его существовании только несколько дней назад.

– Да? – прикидываясь удивленным, вскинул брови «Колобок». – Зачем же вы тогда его разыскивали, заведомо пойдя на преступление, представляясь налоговым инспектором и используя для проникновения на «Юникс-М» фальшивые документы?

Я вздохнул. Как бы мне не хотелось касаться темы, относящейся к моей сыщицкой деятельности, все же коснуться придется. Избегая слова «наняла», я проговорил:

– Видите ли, товарищ капитан, жена Неделькина, Татьяна Неделькина, попросила меня разыскать ушедшего из семьи к другой женщине ее, Татьяны, мужа.

Но слово «наняла» лежало на поверхности, и поэтому Яворский за него уцепился:

– Вы хотите сказать, вас наняли?.. Вы частный сыщик и у вас есть лицензия, разрешающая заниматься частной сыскной деятельностью?

В полицейском чувствовалась хватка. Привык, видать, там у себя в отделении полиции брать в оборот преступников и сбивать их с толка неожиданными вопросами. Но тема лицензии – больная тема. Конечно же, у меня не было никакого права заниматься частным сыском, поскольку получение лицензии весьма хлопотное дело, но я с подобными вопросами от сотрудников правоохранительных органов частенько сталкивался, поэтому был к ним готов.

– Да какой частный сыщик, товарищ капитан? – я нервно хмыкнул. – Нет, конечно же. Просто у меня есть некие аналитические способности, и люди иной раз просят меня помочь им в тех или иных делах. Заметьте! – акцентируя внимание «Колобка», я поднял вверх указательный палец. – Абсолютно бесплатно!.. И в этот раз ко мне обратился один знакомый с просьбой помочь его родственнице найти ушедшего к другой женщине человека.

И тут наконец-то я сообразил и воскликнул:

– Черт побери, вот теперь-то все стало на свои места!

– Что именно? – удивился резкой смене моей риторики Яворский.

Я заговорил быстро и горячо:

– Знаете, товарищ капитан, я ведь узнал, к кому ушел Николай Неделькин, – и отвечая на немой вопрос «Колобка», «к кому же?», продолжил: – К специалисту по кадрам фирмы «Юникс-М» Белявцевой Юлии Андреевне. И это он в сообществе с нею, узнав пароль и логин к личному кабинету, как вы говорите, системы «Клиент-Банк», снял с банковского счета фирмы более ста миллионов рублей. А потом Николай не захотел делиться с Юлией деньгами и убил ее.

Кто-нибудь видел, как изумляется Колобок? Нет? Вот и я не видел… до этого момента. Оказывается, помимо того, что он сам круглый, у него еще становятся абсолютно круглыми глаза и круглым рот.

– То есть как это Белявцеву убили? – выдохнул Яворский.

– Ножом, в самое сердце! – я проткнул воображаемым клинком воздух. – В общем, так, товарищ капитан, рассказываю по порядку, как было дело. Мне, как я уже сказал, стало известно, что у Неделькина с Белявцевой был роман и он ушел из семьи к ней домой. Я узнал ее адрес и вчера вечером поехал к ней домой. Дверь оказалась открыта, я вошел в квартиру Белявцевой и в спальне на полу обнаружил ее труп. Больше в квартире никого не было. Сам Неделькин, по-видимому, с деньгами сбежал.

Наконец рот и глаза «Колобка» приняли обычное выражение.

– Где живет эта Юлия Белявцева? – быстро спросил он.

– В районе метро «Дубровка», – ответил я и назвал улицу, дом и квартиру кадровички.

Капитан был явно заинтересован моим сообщением, он придвинулся ко мне ближе, и стул под его тяжестью скрипнул.

– Вы сообщили о найденном трупе в полицию?

Я тоже придвинулся к Яворскому и заговорил тише, словно опасаясь, что за дверью может нас подслушивать завуч Колесников.

– К сожалению, у меня не было под рукой телефона, но я сообщил об убийстве Белявцевой ее соседке. Она-то и вызвала полицию. И если вы позвоните в тамошнее ОМВД, вам там наверняка скажут, что вчера был выезд следственно-оперативной группы в район метро «Дубровка» на место обнаружения трупа гражданки Белявцевой Юлии Андреевны.

– Значит, вы проходите по делу об убийстве специалиста по кадрам как свидетель? – уточнил капитан.

Мне очень не хотелось быть свидетелем по этому делу, но после признания Яворскому в том, что я обнаружил труп Юлии, по-видимому, придется. Не хотелось мне также пока говорить капитану, что я вчера, не дождавшись полиции, смотался с места преступления. Поэтому я уклончиво ответил:

– Пока меня не вызывали, когда вызовут, я, очевидно, получу этот статус.

Я постарался поскорее перевести разговор на другую тему, располагающе улыбнулся «Колобку» и тоном дружеского совета сказал:

– Товарищ капитан, я думаю, если вы поторопитесь, свяжетесь с отделом полиции, к которому относится улица, где вчера было совершено преступление, да и вообще с нужными людьми, и расскажете, кто и по какой причине убил Юлию Белявцеву, а значит, в короткий срок раскроете загадочное преступление, вас ждет повышение по службе.

Капитан по этому поводу ничего не сказал, а спросил:

– А что, есть какие-то доказательства тому, что у этой, как вы сказали, кадровички Юлии Белявцевой был роман с Николаем Неделькиным?

Я встал, сходил в раздевалку за ксерокопией письма Белявцевой, вернулся и положил ее на стол перед Яворским.

– Вот письмо от незнакомки, которое получила Татьяна Неделькина, с сообщением о том, что Николай ушел к ней. Это письмо написала Юлия Белявцева. Если вы сличите ее почерк с почерком этого письма, то увидите, что оно написано одной и той же рукой.

Капитан взял письмо, внимательно прочитал его, кивнул, сложил и сунул в карман форменной курки, висевшей рядом с ним на стуле.

– Честно говоря, я не совсем понимаю, почему вы сразу не отправились в поисках Неделькина к нему домой, – снова усаживаясь за стол, произнес я. – Наверняка его супруга дала бы вам это письмо, и вы сами могли выйти на женщину, к которой он ушел.

– Не все сразу, Игорь Степанович, – пробубнил капитан. – Во-первых, гендиректор Дядюнова сообщила мне о том, что когда вы приходили к ней под видом налогового инспектора, то упомянули, что Неделькин дома не живет, а значит, там его искать бесполезно. Во-вторых, версия о том, что вы причастны к совершенному Неделькиным преступлению, показалась мне перспективной, и я решил отработать ее в первую очередь. А в-третьих, я обязательно встречусь с Татьяной Неделькиной и опрошу ее.

Неожиданно «Колобок» стал собираться.

– И вот что, Гладышев, – пробурчал он, поднимаясь. – С вас никто ответственность за использование фальшивых документов не снимает. Поэтому, я думаю, мы с вами в ближайшее время еще встретимся по данному вопросу и поговорим.

«Дались ему эти корочки», – подумал я неприязненно, вслух же произнес:

– Как скажете, – я тоже стал подниматься со стула. – Номер моего телефона вам дать?

– Не надо, – буркнул капитан, беря со спинки стула свою форменную куртку. – он у меня есть. Пробил ваши данные по базе. Там, кроме вашего домашнего адреса и адреса работы, и номер телефона был указан.

– Тогда оставьте мне свой номер телефона.

Надевавший куртку капитан замер.

– Это еще зачем? – спросил он с нотками удивления.

Я пожал плечами:

– Ну мало ли. Я все же неофициально занимаюсь этим делом. Вдруг мне откроются какие-то новые, важные для следствия данные. Пока я буду вас разыскивать официальным путем, уйдет много времени, да и лавры загадочного, – я намеренно сгустил краски, чтобы подчеркнуть значимость дела, которым, по-видимому, будет заниматься Яворский, – убийства Юлии Белявцевой получит кто-то другой.

– Гм, – только и сказал на это «Колобок». – Записывайте, – предложил он и продиктовал номер телефона, который я вбил в свой мобильник.

На этом мы с капитаном распрощались, и «Колобок» покатился дальше по своим делам.