Туннель раздался в стороны, и перед сёстрами предстал идеально круглый подземный грот с куполообразным сводом, уходящим ввысь и теряющимся в темноте. Казалось невозможным, чтобы природа сама создала такое совершенное пространство – каждая линия, каждый изгиб стен говорил о мастерстве давно ушедших умельцев. В центре этого таинственного зала высились каменные конструкции. Не просто глыбы, но точёные постаменты, частично сросшиеся со скалой позади. Время не пощадило это место – там, где некогда, вероятно, возвышались резные идолы, теперь зияли пустые площадки, покрытые изумрудно-серой плесенью и минеральными потёками, похожими на застывшие слёзы. Дарина и Орина приблизились к этим алтарям с невольным трепетом. Воздух здесь был иным – плотным и тягучим. Царила звенящая тишина, нарушаемая лишь редкими каплями, падающими со свода. Где-то над головами шуршали и осыпались мелкие камешки. Сёстры невольно вздрогнули и подняли взгляд – может, это порывы неведомого подземного ветра тревожили камни, а может, незримые пещерные обитатели наблюдали за незваными гостьями из своих укрытий. Орина подняла самодельный факел выше, и тонкий луч света заскользил по поверхности ближайшей конструкции. Под слоями вековой грязи постепенно проступили едва различимые очертания. Не простые узоры – лики. Искажённые временем и сыростью маски неведомых духов взирали на девушек из глубины камня. В их пустых глазницах таилась первобытная мудрость и печаль. – Они… смотрят на нас, – чуть слышно выдохнула Орина, не в силах оторвать взгляд от жутковатого рельефа. Почудилось, или в глубине камня что-то шевельнулось, когда свет коснулся этих древних черт? – Наверное, здесь когда-то проходили обряды, – сказала Дарина, пристально разглядывая камни. – Но это явно не Златомать. Слишком грубая работа. Мама рассказывала, что истинная статуя Златомати была высечена с невероятной точностью, а в её груди сиял большой самоцвет. – Может, это изваяния духов? Им тоже когда-то приносили дары. – Скорее всего. Помнишь надпись при входе? «Камлание»! Здесь задабривали духов и творили магию. Уверена, это разрушенные статуи светочниц и кого-то ещё. Орина кивнула и внимательно осмотрела сырую площадку у ног постаментов. Чуть в стороне лежала груда каменных осколков. Девушка наклонилась, подобрала один из мелких обломков и поднесла его к свету. Поверхность камешка сверкнула, как будто была покрыта тончайшей крошкой кристаллов. – Дарина, посмотри! – взволнованно шепнула Орина. – Здесь есть какой-то блестящий налёт. Дарина взяла осколок и внимательно его осмотрела. Под налётом грязи и плесени действительно проступала тонкая жила, похожая на кварц или горный хрусталь, только с золотистым отливом. – Что-то странное, – произнесла она задумчиво, аккуратно очищая кристалл от сырой глины. – Конечно, это не марандит… но, возможно, близкая к нему порода? Орина замерла, задумавшись. Её тоже зачаровал этот мягкий золотистый блеск, от которого исходило едва уловимое тепло. Девушка сжала осколок в ладони и ощутила короткий, но отчётливый толчок, будто почувствовала биение чужого сердца. Внутри неё возникла тревога, сопровождаемая тихим предупреждением: «Будь осторожна…» – Мне тут как-то не по себе, – тихо сказала она, поспешив вернуть камешек сестре. – Почему постаменты разрушены? Выглядит так, будто кто-то пытался извлечь из них нечто ценное. Дарина нахмурилась и, не глядя, сунула осколок в карман. – Возможно, здесь побывали те самые расхитители, которые искали сокровища. Или вандалы. Или это были Клим с отцом… Мы так и не узнали, что с ними на самом деле произошло. Воспоминание об отце и таинственном дяде отозвалось болезненным уколом в сердцах обеих сестёр. – Не будем здесь задерживаться, – предложила Дарина, настороженно оглядываясь по сторонам. – Надо поискать проход дальше, вглубь. Насколько я помню, Грот Златомати находится намного глубже, возле подземного озера. Сёстры осторожно обогнули разрушенные постаменты и, подняв повыше факел, внимательно изучили противоположную стену. Действительно, там обнаружился узкий коридор, уходящий вниз под заметным уклоном. Девушки двинулись по коридору, чувствуя, как усиливающиеся холод и сырость постепенно пропитывают одежду. Орина старалась дышать ровно, чтобы не вызвать приступ кашля – воздух здесь пропитался вековой пылью и гнилью. С её-то здоровьем не хватало только заболеть! После нескольких десятков шагов они оказались в просторной галерее. Здесь было светлее благодаря широкой трещине в высоком каменном потолке, через который проникали лучики солнца, причудливо освещая сталагмиты и сталактиты. Каменные наросты образовывали замысловатые колонны, по которым стекали тонкие струйки воды, а где-то далеко внизу негромко журчал невидимый ручей, создавая мягкое, почти успокаивающее эхо. – Как красиво… – выдохнула Орина, осторожно подходя к краю каменной террасы. – Взгляни, внизу течёт вода. Может, ручей и приведёт нас к озеру? Она осторожно приблизилась, стараясь не подходить к краю обрыва слишком близко – мокрые камни казались ненадёжными и скользкими. В шагах десяти ниже, слегка пенясь, струилась вода по небольшим порогам, образуя крохотный каскад, уходящий в темноту. Девушка на мгновение почувствовала непреодолимое желание последовать за водой, ведь где-то там, внизу, должно было находиться подземное озеро. Но спуск выглядел слишком рискованным: отвесные, влажные стены грозили обвалом в любой момент. – Если не найдём другой дороги, попробуем спуститься здесь, – сказала она решительно. – Но сперва лучше осмотреть верхнюю галерею. Вдруг найдётся менее крутой спуск. Они двинулись осторожно вдоль стены, стараясь держаться там, где пол был сухим и ровным. С потолка монотонно капала вода, пахло пещерным мхом и минеральными отложениями. Дарине вспомнились ключевницы – водные духи. Но не было похоже, что они здесь обитали, этот водоём казался покинутым. – Там, внизу, есть какое-то движение, – произнесла Орина, замерев возле одной из каменных колонн. – Будто вода шепчет или зовёт меня… Она поднимается сюда, и я слышу её голос. – Вода тебя зовёт?.. Дарина сразу вспомнила о странных снах и голосах, о которых сестра упоминала раньше, и невольно по спине пробежал холодок. Что, если Орину действительно зовут те самые существа, которые когда-то спасли ей жизнь – и теперь пришли за обещанной платой? Но прежде, чем Дарина успела озвучить эти тревожные мысли, воздух прорезал резкий и пронзительный свист. Пол под их ногами дрогнул, с потолка посыпались мелкие камешки и пыль. Девушки инстинктивно прижались к колонне, пытаясь удержаться на ногах. Откуда-то сверху с грохотом сорвался крупный кусок породы, а затем в глубине пещеры послышался низкий рёв, переходящий в тяжёлое, пугающее эхо. – Снова обвал! – крикнула Дарина, стараясь перекрыть усиливающийся грохот. – Нужно уходить от края, быстро! Они рванули назад, прочь от обрыва, но стоило им сделать всего несколько шагов, как над их головами стали быстро расползаться новые трещины, с потолка посыпались каменные обломки и известняковая пыль. Одна из колонн рядом опасно накренилась, грозя вот-вот рухнуть прямо на них. Сердце Дарины отчаянно билось, взгляд её метался в паническом поиске хоть какого-то безопасного укрытия или выхода. – Туда! – воскликнула Орина, указывая рукой на узкую щель, уводящую куда-то вбок. Проход выглядел тесным, но, судя по всему, достаточно длинным. – Быстрее! В этот момент массивная колонна с грохотом рухнула на пол и разбилась на части. Столб пыли, мелких камней и грязи обрушился сверху. Сёстры, пригнувшись и закрывая лица руками, поспешили к спасительному проходу и едва успели юркнуть внутрь, когда позади них раздался очередной сокрушительный удар падающих камней. В тесном лазе оказалось так мало пространства, что девушкам пришлось буквально протискиваться вперёд, почти касаясь стен плечами. В суматохе погас факел, и теперь они двигались на ощупь, стараясь не терять друг друга в темноте. – Ты в порядке? – спросила Дарина дрожащим голосом, едва удерживая равновесие. – Всё нормально, – отозвалась Орина, стараясь дышать спокойно. – Идём дальше, впереди должно стать просторнее. Постепенно проход начал расширяться, позволяя им выпрямиться и двигаться свободнее. Когда пыль за спиной немного осела, Орина снова зажгла факел. Тусклое пламя осветило небольшой грот с неровными каменными стенами, частично заваленный крупными обломками породы. Над их головами нависал потрескавшийся каменный свод, который казался ненадёжным. В глубине грота виднелись старые деревянные подпорки, грубо сбитые из досок и едва державшиеся на гнилых креплениях. Орина встревоженно огляделась. – Здесь всё может рухнуть в любой момент. – Нужно быть осторожнее, – негромко произнесла Дарина, осматриваясь. – Похоже, люди давно забросили это место. Орина тем временем подошла ближе к одной из деревянных подпорок, замечая что-то странное. Там была плохо заметная дверца, которая частично прикрывала небольшую нишу в стене. Девушка медленно отодвинула её, и в дрожащем свете факела блеснули металлические предметы – старые, покрытые ржавчиной инструменты рудокопов. – Дарина, посмотри! – выдохнула Орина, осторожно касаясь прохладного металла. – Это похоже на вещи шахтёров. Сестра приблизилась, осторожно взяла в руки ржавую кирку. Древко давно потемнело и покрылось плесенью, но даже спустя годы на металле чётко проступала гравировка – несколько букв и незнакомый символ, напоминавший три переплетённые линии. При внимательном взгляде линии слегка мерцали, хотя это могло быть игрой света факела. – Никогда не видела такого клейма, – задумчиво сказала Дарина, рассматривая находку. – Что это может значить? – Может, это символ какой-то артели, – осторожно предположила Орина, чувствуя, как сердце учащённо забилось. – Помнишь, мать рассказывала, как отец и Клим отправились искать золото горы и пропали? А вдруг это вещи кого-то из них… Орина не успела закончить мысль. Из дальнего конца Грота донёсся звук, словно кто-то, притаившийся в полутьме, осторожно шевельнулся и сделал шаг вперёд. Сёстры вздрогнули, замерли от страха и переглянулись. Дарина быстро подняла факел и вгляделась в темноту. – Кто там? В ответ из тени раздалось тяжёлое, испуганное дыхание, больше похожее на хрип животного. В этом звуке чудилось что-то нечеловеческое – будто издавал его не живой, а нечто, балансирующее на грани между жизнью и смертью. Присмотревшись, девушки увидели скрюченную фигуру человека: он был худой, измождённый, с длинными спутанными волосами и грязной бородой. Его лицо покрывали глубокие морщины, а одежда превратилась в жалкие лохмотья. Кожа его была пепельно-серой, с нездоровым восковым блеском, какой бывает у людей, долго не видевших солнца. На губах запеклась кровь от постоянного их кусания, а в уголках глаз застыли белые корочки соли – след высохших слёз. – Он жив… – прошептала Орина, ощущая, как к горлу подступает комок жалости и ужаса одновременно. Дарина, не раздумывая, присела рядом и поспешно достала из сумки флягу с водой. – Пей, осторожно… Ты из Ясницы? Как ты здесь оказался? Незнакомец дрожащими руками потянулся к фляге. Пальцы его – искривлённые, покрытые свежими ссадинами и старыми мозолями – с трудом удерживали сосуд. Первый глоток он сделал судорожно, жадно, расплёскивая драгоценную влагу на свою спутанную бороду. Затем, опомнившись, стал пить медленнее. Его дыхание постепенно выровнялось, но руки продолжали дрожать мелкой, неконтролируемой дрожью. Глаза – запавшие, воспалённые от темноты и пыли – смотрели на сестёр с мучительной смесью страха, недоверия и робкой надежды, будто он боялся, что девушки – всего лишь видение, порождённое его измученным разумом. Наконец, облизнув потрескавшиеся губы, он заговорил. Голос его звучал хрипло. – Я… камнекоп, – слова давались ему с трудом, словно за время одиночества он почти разучился говорить. – Нас тут… завалило… Мы пошли дальше, чем обычно… Искали новую жилу… Мы… я… я не понял сначала. Кричали. Один… звал меня… потом – тишина. Я… остался. Один. Он замолчал и болезненно зажмурился, лицо его исказилось. Он заново переживал ужас того момента. Кадык судорожно дёрнулся на иссохшей шее. – Мои товарищи… – продолжил он после долгой паузы, и голос его сорвался, – их придавило сразу… Слышал, как кричали… потом затихли… – он с усилием сглотнул. – Я один уцелел. Провалился в какую-то щель… Не знаю, сколько я здесь… Потерял счёт времени… кажется, несколько дней. В его словах Дарина уловила не только боль утраты, но и скрытое чувство вины выжившего. Такое она уже видела однажды – в глазах лесоруба, единственного уцелевшего после падения гигантского трагелиса, погубившего трёх его товарищей. По ввалившимся щекам мужчины скатились две слезы. – Тебе повезло, что мы нашли тебя, – мягко проговорила Орина, осторожно коснувшись его плеча в жесте сострадания и поддержки. – Теперь ты не один. Мы попробуем вывести тебя наверх, к свету и людям. Прикосновение её ладони произвело на мужчину неожиданный эффект – он дёрнулся, как от ожога, и вдруг с внезапной для его истощённого тела силой схватил её за руку. Его пальцы впились в кожу Орины. – Нет! – в его голосе прозвучал первобытный ужас. – Не наверх! Никогда наверх! – глаза его расширились, и в них проступило безумие. – Там оно… Чудовище! Я слышал, как оно рычит… как царапает стены… как хрустят кости в его пасти… – его голос перешёл в лихорадочный шёпот. – Не бросайте меня, умоляю! Лучше сдохнуть здесь, от голода, чем встретиться с ним снова! При упоминании о чудовище сёстры тревожно переглянулись. Неужели оно проникло даже сюда, в эти глубокие тоннели? Их охватило неприятное чувство беззащитности. – Ты в безопасности, – решительно проговорила Дарина, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Мы тебя не бросим. Попробуем выйти вместе. Держись за нас. Но человек уже не слушал её слов. Его глаза округлились от ужаса, он замер, глядя куда-то за спины девушек. Его губы зашевелились, выдавливая лишь хриплый шёпот: – Оно здесь… Вон там, в проёме!.. Сёстры резко обернулись, подняв факел, но позади было лишь пустое пространство. В темноте никто не двигался. Орина осторожно прошептала: – Тебе, наверное, показалось… – Нет! – с отчаянием выкрикнул шахтёр, хватаясь за подгнившую балку. – Я видел его красные глаза! Оно здесь! Дарина и Орина напряжённо всмотрелись в тёмный проход, стараясь различить хоть какое-то движение. Но в глубине была лишь пугающая тишина и сырой мрак. Девушки невольно отступили, крепче сжимая друг друга за руки и чувствуя, как тревога вновь овладевает ими. Через какое-то время мужчина всё же пришёл в себя. Он представился Данатом и рассказал, что работал на Колючем Руднике12. Несколько дней назад, спустившись на спор глубже в заброшенные штольни, он оказался в завале вместе с напарниками. Данату повезло выжить, но с тех пор он много дней бродил по тоннелям в одиночестве и в полной темноте, пока однажды не услышал страшный, низкий рык и не увидел короткий свет чьих-то красных глаз. Каким-то чудом существо его не заметило. Но с того самого момента он почти не ел и не пил, только собирал капли со стен, и даже не рисковал уходить с этого места, опасаясь снова встретить чудовище. – Мы хотим пройти к подземному озеру, – пояснила Орина, обращаясь к мужчине. – Возможно, оттуда найдётся выход на другую сторону горы, или хотя бы путь назад, более безопасный, чем этот. Она решила не рассказывать сейчас незнакомцу про Златомать и украденный камень – неизвестно, как он на это отреагирует, да и времени на долгие объяснения не было. Данат медленно кивнул и сглотнул, вытирая грязным рукавом вспотевший лоб. – Я… я пойду с вами, – сказал он хрипло. – Здесь мне оставаться уже нельзя. Одному точно не выжить. С вами хоть есть шанс. Дарина хотела возразить, понимая, что мужчина в таком состоянии может только замедлить их путь. Но взгляд Орины убедил её промолчать. В конце концов, если они встретят чудовище, то, возможно, втроём у них будет больше шансов выжить. – Хорошо, – ответила она осторожно. – Ты можешь опереться на меня. Он благодарно кивнул и осторожно встал, придерживаясь за плечо девушки. Сёстры помогли ему пройти через тесный лаз в задней стене пещеры. Вскоре они оказались в другой галерее, чуть у́же предыдущей, зато сухой и достаточно ровной. Вдоль стен встречались арочные проходы, заложенные грубо обработанными камнями. Очевидно, шахтёры, трудившиеся здесь много лет назад, укрепляли проходы, чтобы добывать руду и не опасаться обвалов. – Слышите? – спросила Орина. – Опять вода… Действительно, впереди вновь раздавался негромкий, но отчётливый шум, похожий на журчание реки. Данат, уловив этот звук, встрепенулся и чуть оживился. – Это вода, точно! Может, там и выход? Они осторожно двинулись дальше, пока не вышли к широкому проёму в стене. Из расщелины сочился солнечный свет. Заглянув вниз, сёстры увидели, что всего в нескольких десятках шагов под ними извивается поток – подземная река, продолжение того самого ручья, который они заметили раньше. Вода блестела и переливалась, отражая на стены слабые, мерцающие блики, создававшие иллюзию живого света. Каменное русло уходило куда-то вглубь, теряясь в тени, но чуть дальше открывался вход в другую галерею – более просторную и многообещающую. Скорее всего, именно там их и ждало подземное озеро со статуей Златомати. – Если нам удастся туда спуститься… – задумчиво произнесла Дарина, внимательно осматривая камни, ища более безопасный путь вниз. – Можно пойти вдоль реки и найти проход дальше. Орина обеспокоенно посмотрела на Даната. Мужчина выглядел слишком измотанным и ослабевшим, чтобы без риска преодолеть скользкий и опасный спуск. Но другого пути, кажется, не было. – Давайте попробуем, – решительно сказала Орина. – Я помогу тебе управиться с водой, – добавила она, глядя на сестру. – А если кто-то поскользнётся, попытаюсь нас удержать. Дарина не ответила, лишь глубоко вздохнула, собравшись с духом. Осторожно подойдя к краю провала, она нащупала ногой надёжный выступ, пригодный для спуска, и кивнула. – Здесь можно пройти. Только осторожнее. Её голос гулко отразился от каменных сводов, и Данат невольно вздрогнул и с беспокойством всмотрелся в полумрак. – Тише вы… А то ещё чудовище услышит нас, – прошептал он напряжённо, не отрывая взора от темноты туннеля.