Глава 82

Черты лица аристократические. Седые волосы убраны в безупречную причёску под шляпкой. Украшений почти нет — только тонкая нить жемчуга и брошь в виде птицы.

— Леди Элеонора, — я делаю приветственный поклон, как положено перед королевскими особами.

— Николь, — произносит она.

И неожиданно берёт меня за обе руки.

Я поднимаю взгляд.

В её серых глазах нет высокомерия, только спокойствие и дружелюбие.

— Наконец мы познакомились лично, — мягко говорит она.

— Для меня большая честь познакомиться с вами. Идёмте в дом.

Николас подаёт чай, и мы с леди Элеонорой присаживаемся за круглый столик у окна.

— У вас милый дом. А главное — высокий забор, — замечает она.

— Мы только сегодня въехали… Дом, как и забор — начальник охраны подбирал.

— Ты просила сохранить своё прибытие в тайне, — замечает леди Элеонора, делая глоток чая.

И смотрит мне прямо в глаза.

— Что у тебя происходит?

Я не отвожу взгляда.

— Не хочу, чтобы бывший муж узнал, что я приехала в столицу. Мне не нужны лишние проблемы, — отвечаю.

Её глаза медленно опускаются ниже.

На мой живот.

Я машинально кладу ладонь поверх свободного платья.

Элеонора снова смотрит мне в лицо.

— Я не знала, что вы с Бекфордом расстались.

Пауза.

— Это его ребёнок?

— Нет, — отвечаю слишко быстро.

Но голос звучит твёрдо.

Внутри всё болезненно сжимается от неожиданного вопроса. Ведь на самом деле, я не знаю правды.

Элеонора едва заметно кивает. Словно услышала больше, чем я сказала.

— А твой новый муж? С ним ты счастлива?

Какие же прямые у неё вопросы…

Странно, но они совсем не смущают.

Наоборот.

Мне кажется, что рядом с этой женщиной невозможно притворяться.

Я слегка улыбаюсь.

— Да. — И понимаю, что впервые отвечаю на подобный вопрос без малейших сомнений. — Да… очень.

— Это видно, — леди Элеонора улыбается уголками губ. — Но откуда у тебя эта печаль в глазах, милая?

— Неужели так видно? — Я быстро моргаю и пытаюсь улыбнуться. А потом вздыхаю и отвечаю, как есть: — Мой муж серьёзно болен.

Улыбка на лице Элеоноры исчезает.

— Прости. Я не знала. Если бы знала, не стала бы просить тебя приезжать.

Я качаю головой.

— Что вы, всё хорошо.

И сама удивляюсь тому, что говорю искренне.

— Работа поможет мне отвлечься. Да и… здесь, в столице, у нас есть свои дела.

— Дела это хорошо.

Элеонора внимательно смотрит на меня ещё несколько секунд, но ничего не спрашивает.

Лишь спокойно кивает.

— Тогда перейдём к делам? Мой муж. Артефакт, который ты просила изготовить, почти готов. Что ещё потребуется тебе для лечения?

Я мгновенно переключаюсь на привычную работу.

— Хотелось бы осмотреть вашего мужа. Почему он не приехал на встречу вместе с вами?

— Это же мужчины, — устало произносит Элеонора. — Он заявил, что приедет только тогда, когда вы начнёте его лечить. Никаких дополнительных осмотров и чаепитий.

Я невольно улыбаюсь.

— Знакомо.

Мы обе усмехаемся, и этот короткий смех сближает нас.

— Лучше всего проводить лечение в больнице, в полностью оборудованном хирургическом кабинете, — произношу я. — Здесь, в Восточном пригороде, есть хорошая больница. Когда-то я помогала её открыть вместе с местными благотворителями.

— Значит, там всё и организуем, — Элеонора отвечает так спокойно, словно речь идёт о сущем пустяке. — Я завтра же распоряжусь, чтобы тебе предоставили операционную, инструменты и всё необходимое.

Я склоняю голову.

— Благодарю.

Она наклоняется ко мне.

И вдруг её губы улыбаются — совсем по-доброму. В глазах — неожиданная теплота.

— Ты очень сильная, Николь. Ты мне очень нравишься, — почти ласково произносит Элеонора. — Завтра увидимся в больнице. А потом я приглашу тебя на чай — тебе нужно отвлечься.

Элеонора уезжает.

А у меня остаётся тепло на душе.

Я возвращаюсь в спальню к Гаспару.

Он уже проснулся. Лежит в постели расслабленно, словно просто отдыхает.

— Кто это был? Я слышал женский голос, — спрашивает.

Я сажусь на край постели, он сразу обхватывает мои бёдра — очень рад видеть.

И я тоже очень рада. Тянусь к нему, глажу по плечу.

— Леди Элеонора, — отвечаю. — Возможно, уже завтра начну заниматься её мужем, если она договориться насчёт кабинета в местной больнице. А потом она зовёт меня на чай. Но я боюсь оставлять тебя надолго.

Я провожу по его шее, трогаю волосы.

— Сходи, — отвечает Гаспар. — Тебе нужны подруги.

— Может быть, схожу. Но недалеко и ненадолго. Как ты себя чувствуешь? — наклоняюсь к нему.

Мы гладим друг друга, ласкаем нежно. Малыш пинается в животе — тоже участвует в семейных объятиях.

Гаспар проводит по моему животу и шепчет хрипло:

— Очень. Очень хорошо. Хоть сейчас в строй.

Я смеюсь.

А потом забираюсь в постель и ложусь рядом с ним. И мы ещё какое-то время шепчемся, лёжа в объятиях. И так тепло на душе.

Утром прибывает целительница — госпожа Сибилла.

Но всё идёт не по плану.