Аня

Его губы были горячими и настойчивыми.

Пусть я сама потянулась за поцелуем, не в силах больше слушать его откровения, прекрасно понимая, что не смогу дать ему то, что он просит.

Никаких шансов, и от этого больно.

Просто дала слабину, лишь бы он прекратил говорить. Потому что его слова рождали во мне сомнения, и мне безумно хотелось остаться рядом с ним. В его жизни. Но слишком многое поставлено на карту, и многое обещала его матери. Мне никак нельзя было подводить никого из них.

Вообще не собиралась продолжать, но Эллиот перенял инициативу на себя, не давая мне возможности опомниться и остановить его.

Да, и если честно, чертовски не хотелось останавливаться. Хотя прекрасно понимала, что завтра буду корить себя за каждое мгновение этой слабости. Но то будет завтра, а сегодня хотелось поддаться. Просто почувствовать, каково это, когда тебя любит такой мужчина как он.

И сейчас, когда его руки скользили по моей спине, когда его пальцы впивались в ткань халата, прижимая всё ближе, когда его обжигающее дыхание смешивалось с моим, я отвечала со всей страстью, запоминая каждое прикосновение и каждое движение. Любую деталь, чтобы помнить после.

Эллиот отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза. В темноте его взгляд горел, не магией… нет, а настоящим жидким янтарём. Настолько живым, что становилось жарко.

— Останься, — шепотом попросил он.

— Сегодня я останусь.

— Навсегда.

И поцелуи стали жарче, настойчивее, и я вдруг поняла, что для него означает эта близость. Вовсе не то, что значит для меня.

Он всеми силами показывал, что меня ожидает, если останусь с ним здесь. В Драктаре. Уговаривал своеобразным образом.

— Просто останься со мной, — вновь его горячий шепот опалил мою шею, после чего Эллиот попытался заглянуть мне в глаза.

— Просто не останавливайся.

И он понял. Сейчас не время для слов, когда дороги каждые секунды, отведённого нам времени, и не стоило их тратить впустую.

Я обхватила его лицо ладонями и притянула к себе, а Эллиот подхватил меня на руки, грубо разрывая поцелуй. Стремительным шагом, он ворвался в свой кабинет, ногой захлопывая дверь.

И снова принялся терзать мои губы своими.

Правильно. Нечего заниматься непотребностями прямо на улице. Мало ли, вдруг там где-то прогуливается Эмми, и запросто может нас увидеть. Скандала не избежать.

Чёрт, что за мысли в такой момент? Вот бы отключить их, хотя бы только сейчас. Я правда старалась, и в какой-то момент мне это даже удалось.

В тот самый момент, когда Эллиот, не особо заботясь о безопасности, вместе со мной на руках рухнул на диван, придавливая своим весом, и тем самым отрезая мне всякие пути отступления. Будто сейчас я могла куда-то уйти!

Я растворилась в нем, растворилась в его нетерпеливых прикосновениях, и собственных ощущениях. Поразительно то, как моё собственное тело отзывалось на его ласки, и от этого хотелось большего. И он дал мне это большее… буквально срывая с меня халат, а с себя одежду. Всё сделал сам. Настолько торопливо, что и опомниться не успела, как в одно мгновение лишилась его тепла, потому что он снимал с себя рубашку, а уже в следующей миг, он вновь ласкал мою кожу губами и очерчивал горячими ладонями мои изгибы тела. И что самое удивительное, даже в эти моменты мне не хватало воздуха, все мысли были заняты нарастающим возбуждением.

И когда он одним рывком вошёл в меня, мир сузился до одного единственного ощущения. Больше ничего не было вокруг, кроме нас двоих, нашего громкого дыхания, и его срывающегося шёпота.

— Люблю тебя, — словно заведенный повторял Эллиот, а я предпочитала выражать свою любовь прикосновениями.

Просто не могла сегодня ответить на его признание, а завтра так подло бросить его одного.

Чёрт возьми, выключите совесть! Хотя бы сейчас…

И этот контраст между его движениями, которые выражали надежду на совместное завтра и моими ответными движениями, которые говорили, что у нас есть только сегодня, убивали и отвлекали меня. Но по всей видимости, Эллиот знал как отвлечь меня, потому как пика мы достигли почти одновременно, с разницей лишь в пару секунд, а после еще долго лежали в объятиях друг друга, пытаясь привести в норму дыхание.

Засыпая на его груди, думала лишь об одном – чтобы завтра наступило не так быстро, или не наступило вовсе…