Предложение провести вечер в «Глории» Даша восприняла с восторгом. Ночной клуб приглянулся девушке сразу, еще в тот вечер, когда они с Вадимом впервые там побывали. Хорошая кухня, приятная музыка, нормальная публика и, главное, интересная, захватывающая игра с непривычным названием. Дартс.

Собралась Даша быстро. Для нее самым сложным моментом в подобных хлопотах был выбор праздничного платья, а макияж, прическа и прочие женские занятия отнимали времени ровно столько, чтобы взглянуть на себя в зеркало, пробежаться расческой по пышной золотистой гриве и небрежно подкрасить губы. И еще задорно улыбнуться и подмигнуть собственному зеркальному отображению. Красотища! Все при ней. Просто прелесть!

– Я готова!

Вадим припомнил, что точно так же несколько часов назад сказал капитан Елисеев. О десантнике детектив вспомнил неслучайно, ибо идею насчет поездки в «Глорию» подсказали как раз его показания на допросе. Точнее, идею насчет встречи с любителем дартса по кличке Чалый. С тем самым детиной, которому Вадим в тот вечер сломал два ребра. Остается надеяться, что сегодняшнее физическое состояние драчуна позволяет ему присутствовать в клубе. Иначе поездка в «Глорию» может оказаться бесполезной. Не считая возможности немного отдохнуть и развеяться. И пусть Даша считает, что они едут в клуб именно за этим.

Вадим с напускным усилием отвел от Даши восхищенный взгляд и взялся за ручку двери:

– Поехали…

Хотел добавить: с богом, и сдержался. В подобные заведения бога не зовут. А вот удача не помешала бы.

И удача в этот раз действительно проявила к детективу благосклонность и не обошла стороной. Все в этот вечер складывалось вроде бы неплохо, под стать итогам прошедшего дня. Что уж скромничать, результаты сегодня были. И неплохие. Во-первых, наркоторговец Рахат поведал немало интересного о своих коллегах-торговцах и поставщиках белой смерти. Во-вторых, уже дали свои первые плоды признания майора Глебова. В-третьих, арест капитана Елисеева прошел без конфликта и осложнений с армейцами и тоже обещает снабдить следствие весомой информацией. Одна из них, в частности, и привела Ковалева в «Глорию».

Чалый был в клубе. Вадим заметил его сразу, едва они с Дашей вошли в зал. Не заметить великана было попросту невозможно, настолько он выделялся своими габаритами среди спутников, не говоря уж о спутницах. К тому же их компания восседала на прежнем месте, за теми же двумя столиками, что и в прошлый раз. Сильные люди привычек не меняют.

Еще Вадим заметил, что Чалый его увидел. И не только Чалый, друзья тоже. И пока Вадим с Дашей усаживались за свободный столик неподалеку от эстрадных подмостков, не сводили с них глаз. Прикидывали, наверное, какое принять решение насчет незнакомого парня, посмевшего столь нагло травмировать их друга. Скоро неделя, как Чалый на больничном. Этот наглый парень лишил его многих земных удовольствий. Чалому совсем нельзя пить, кроме лекарств. Он целую неделю не играет в дартс и говорит все время только о своих ребрах. Его перестали интересовать даже «бухало» и бабы. Ни в какие ворота, словом. И чтобы это простить? Ни в коем разе. Одно лишь слово Чалого – и от этого сморчка останется мокрое место.

Примерно такое настроение царило за двумя столиками возле стеклянной перегородки, отгородившей общий зал от площадки с экзотичным кругом, после появления броской пары. Ковалев тоже время от времени посматривал в сторону компании, однако роста агрессивности с их стороны не замечал. Видимо, Чалый не давал друзьям «добро» на уличный разговор со своим обидчиком. А сам не мог. Или не против был даже забыть. Как досадный случай, не более того. В жизни всякое бывает. Если детина мыслит примерно так, то он не лишен способности здраво рассуждать. С ним можно будет поговорить. И поговорить прямо сейчас, оттягивать нельзя.

– Я на минутку, – извинился перед Дашей Ковалев и, не обращая внимания на ее недоуменный взгляд, направился к Чалому.

В глазах мужской половины компании, устремленных на приближавшегося парня, недоумения было не меньше, чем в глазах Даши. Недоумение троих спутников Чалого росло с каждым шагом Ковалева и перемежалось с открытым возмущением. Такой наглости с его стороны «крутые» не ожидали. Правда, свое отношение к незнакомцу выражали лишь глазами и открыто действовать не спешили. Ждали, видимо, команды шефа. Или опасались повторить его участь. Прослышали, небось, с какой легкостью расправился тогда с Чалым этот явно не богатырского вида парень. Вырубил и не заметил.

– Добрый вечер, – Ковалев вежливо улыбнулся, адресуя приветствие в основном дамам, – прошу прощения, что помешал. Надеюсь, мое появление не испортит ваш отдых.

В устремленных на него глазах можно было увидеть всю гамму чувств, присущих человеку. Однако воспылавшее было возмущение к незнакомцу, посмевшего нарушить их компанию, все-таки уступило место другим чувствам. В глазах «крутых» не было разве лишь равнодушия. Они смотрели на Чалого, догадываясь, что парня интересует только он. Они правильно мыслят. Вадим тоже глянул на Чалого и с прежней вежливостью сказал:

– Мне нужно с вами поговорить.

Он не хотел демонстрировать присутствующим служебное удостоверение и обращался к великану вроде как с просьбой. Пусть потешится самолюбием. Детективу это не помешает, а делу может помочь.

Чалый нехотя повернулся в его сторону, будто стараясь припомнить, где и когда он мог видеть этого парня. И видел ли вообще. Однако великан не стал разыгрывать из себя наивного простачка и неожиданно быстро согласился:

– Почему не поговорить… Где?

Вадиму показалось, что тот не исключал возможности пообщаться даже на улице, как в прошлый раз.

– За стойкой бара, – предложил детектив, – коктейль за мной. Годится?

Вадим видел, что будущий собеседник абсолютно трезв, и догадывался о причине. Принимает лекарства. Поэтому наверняка откажется от коктейля. Денег Ковалеву не жалко, просто не к лицу сотруднику УВД распивать коктейли с подозреваемым преступником. Тем более угощать его. К тому же за свой счет.

Чалый не стал раздумывать. Со стула поднялся неторопливо, словно боясь потерять солидность:

– Можно и в баре.

И также неторопливо направился к стойке. Вадим усмехнулся про себя. Важность Чалого в значительной степени объяснялась незажившими еще ребрами. Боится потревожить. Значит, долго будет помнить тот вечер. Вадим подождал, пока великан взгромоздился на крутящийся стул за стойкой бара, взобрался на стул рядом и поинтересовался:

– Коктейль? Коньяк?

Круглое лицо Чалого скривилось в усмешке:

– Знаешь ведь, что мне нельзя. Говори, кто такой и что хочешь. Только короче.

Вадим огляделся. Кажется, их разговору никто не мешал. Рядом никого не было, кроме барменши. Сидеть за пустой стойкой показалось неуважительным, и Вадим попросил один коктейль. Для себя. А когда девушка отошла, негромко сообщил:

– Я из милиции, – и удивился равнодушию на круглом лице Чалого. Тот будто знал о его работе. Или предполагал как один из вариантов.

– Говори, я слушаю.

Готовность недавнего противника слушать вселяла надежду на позитивный разговор. И разговор здесь и сейчас, как свидетельствует одна телепередача, а не завтра и не в управлении. Там будет другой разговор.

– От нашего сегодняшнего разговора, Сергей Сергеевич, во многом будет зависеть ваша дальнейшая судьба, – Вадим впервые назвал собеседника по имени-отчеству и снова отметил спокойствие на его лице. – Времени у нас действительно немного, поэтому я следую вашему совету насчет краткости. Вопрос первый: где сейчас находится Щепа?

На этот раз выдержка Чалому изменила. Он даже вздрогнул. Но тут же постарался взять себя в руки. И усмехнулся:

– Какая щепа? Я не строитель, уважаемый майор, поэтому никакая щепа, никакая дранка меня никогда не интересовала и не интересует. Как и все остальные строительные материалы.

Ковалев вздохнул. Придется, видимо, продолжить разговор в управлении. Жаль. Здесь так уютно, так мило. Здесь такая обвораживающая музыка, непринужденная обстановка. А какие женщины… Глаз не отвести. С удовольствием перенес бы сюда свое рабочее место. Даже отказался бы от кабинета в управлении. Оставил бы его Прошину. За бутылку. Да, жаль.

– Что ж, нет так нет, – подытожил Ковалев несостоявшийся разговор, – значит, продолжим завтра. Я пришлю вам повестку.

Упоминание о повестке Чалому не понравилось. Какая может быть повестка, если он на больничном? Может, на костылях в ментовку ехать? И сам ведь майор, главное, руку к этому приложил. К его ребрам.

– Я прохожу процедуры, майор, – Чалый едва сдерживался от гнева, – у меня курс лечения, понял? У меня грудь в гипсе. Так что прибереги свою бумажку до лучших времен.

Вадим миролюбиво вздернул руки:

– Не волнуйтесь вы так, Сергей Сергеевич. У нас в управлении тоже есть больница. Хорошие врачи, хорошее обслуживание. Доктора везде одинаковы, им все равно, кого лечить. Хоть героя, хоть преступника, хоть врага. И вас они тоже лечить станут, и не поинтересуются, кто это у них в палате появился: соучастник зверских преступлений или просто свидетель этих преступлений. И охрану мы вам обеспечим.

В этот момент барменша поставила на стойку перед Вадимом высокий бокал с коктейлем, и он решил, что пора уделить внимание напитку. И поинтересовался:

– Как называется эта красота?

Девушка улыбнулась:

– «Бэби-бэби», – и предупредила: – В нем тридцать граммов водки. Не забывайте.

Вадим изумился:

– Целых тридцать граммов? Так много? Он же свалит меня с ног. Разве я заказывал такой коктейль?

Девушка рассмеялась:

– Вы ничего не назвали. Это я так решила. У каждого должен быть свой любимый напиток. По-моему, это именно ваш.

Вадим многозначительно посмотрел на Чалого, словно приглашая стать свидетелем столь красивого вывода, и отметил, что уходить тот явно не спешит. Кажется, разговор будет иметь продолжение. Сразу бы так. И сделал небольшой глоток. Ах, божественный напиток! И снова повернулся к Чалому:

– Зря отказались, Сергей Сергеевич. Напиток богов. Кто знает, когда еще такой доведется попробовать.

Однако его собеседника напиток не интересовал. Даже божественный. Он как-то осторожно оглянулся на компаньонов и негромко спросил:

– Откуда узнал про Щепу?

Вадим сделал еще один глоток. Надо было скрыть охватившее его торжество.

– Из следствия, откуда еще. Или вы решили, что мы топчемся на месте? Нет, мы не сидим, мы тоже кое-что делаем. И располагаем довольно обширной информацией по деятельности его группы. В том числе и о вашей роли в ней, Сергей Сергеевич. Около десятка человек арестовано, некоторые уже дали показания. И вашу персону тоже не обошли стороной, тоже охарактеризовали. Поэтому я здесь.

Чалый побарабанил толстыми пальцами по стойке. Уставился на детектива:

– У меня действительно есть возможность пройти свидетелем? Не блефуешь?

– Какой смысл? Я ж говорю, что располагаем достаточной информацией, чтобы предварительно оценить роль каждого из вас в этом деле. В том числе ваших нынешних спутников. Совершенно ответственно говорю, что такая возможность есть. Главное, крови на вас нет, хотя за пособничество преступной группировке тоже серьезная статья светит. Но она не идет ни в какое сравнение со статьей за убийство. Тут, Сергей Сергеевич, есть над чем поломать голову.

Великан молчал. Задумался. И правильно делает. Подумать есть о чем. О дружках, восседавших за двумя щедро уставленными яствами столиками. О горячих подружках. О бесшабашной и безмятежной жизни в недалеком прошлом. О безрадостном будущем. О возможной мести Щепы. Предательства тот никому не прощает.

– Опасаетесь дружков? – предположил Ковалев, прерывая затянувшуюся паузу. – Могут заложить?

Чалый вопросительно уставился на Вадима, не сразу поняв смысл сказанного. А когда понял, повернулся к столикам. Усмехнулся:

– Не заложат. Это мои ребята. Для них мое слово закон. Как решу, так и будет.

И снова замолчал. Поиск решения давался нелегко. И немудрено, ведь от этого очень многое зависело. Не просто результат их разговора, а судьба самого Чалого. И не только его одного. Великан решил правильно.

– В Сочи он сейчас… В «Жемчужине».

Ковалев облегченно перевел дух. И усмехнулся. Опытный киллер Щепкин Борис Николаевич по кличке Щепа был верен своим манерам. Облюбовал для отдыха одну из самых популярных гостиниц Черноморского побережья. Наглец, однако. В его положении нужно быть немного скромнее. Усмешку майора Чалый расценил по-своему. И хмуро проронил:

– Не веришь, что ли?

– Почему не верю? – удивился Вадим. – Верю. Какой вам смысл обманывать? К тому же все очень легко проверить. Как я полагаю, Щепа отдыхает вместе с Тимохой и Афоней?

Двух напарников киллера Ковалев назвал не случайно, а с целью продемонстрировать свою осведомленность. На допросах этот прием всегда действует безотказно. И Чалый окончательно поверил в продвинутость следствия. И подтвердил:

– С ними.

– Не знаете, под своими именами или вымышленными?

Этого великан не знал. Он все чаще посматривал в сторону друзей. Вроде намекал детективу о времени. Считал, наверное, что для первого раза поведал информации более чем достаточно. И с этим трудно не согласиться. Все хорошо в меру.

Полученную от Чалого информацию нужно было срочно передать в управление. А еще лучше – связаться с Краснодарским УВД. Компанию Щепы нужно брать. И немедленно. Таким убийцам ни одной лишней вольной минуты нельзя давать. Пожалуй, в управление нужно позвонить. Из машины. Так будет быстрее. Пусть дежурный по управлению сам принимает решение. Хочет, поставит в известность генерала, хочет, сам свяжется с краснодарскими коллегами.

Ковалев так и сделал. Когда в трубке послышался знакомый голос Молчанова, детектив непроизвольно глянул на часы. Половина одиннадцатого. Засиделся подполковник на работе.

– Валерий Иванович, – задорно заметил Ковалев, – вы время, случайно, не перепутали? На дворе пол-одиннадцатого вечера, не утра. Выговор от жены получите.

– С такими сыскарями не то что выговор, а вообще из дома выгонят, – отшутился Молчанов, – пятый час разгребаем вашу информацию, операцию планируем. Зачем звонишь-то? Еще что-нибудь раскопал?

– Есть кое-что, – подтвердил Вадим и глянул на Дашу, – Щепа объявился. Да, тот самый, с Дзержинки… Оказывается, в Сочи отдыхает. Вместе с дружками. Гостиница «Жемчужная». Да, под своими именами. Конечно, нужно позвонить. Их прямо сейчас надо брать. Хорошо, понял. Да, Валерий Иваныч, я завтра с утра в район наведаюсь. Не знаю, когда в управлении буду. Если что, звоните на мобильный. Все, пока.

Вот теперь, кажется, все. День можно считать завершенным. Один из многих в его милицейской работе. Впрочем, еще не все, еще надо дождаться звонка Молчанова про Сочи. Хочется надеяться, что там все пройдет нормально. Пожалуй, звонок раздастся минут через сорок, не раньше. Пока Молчанов позвонит коллегам в Сочи, пока группа захвата прибудет в «Жемчужную», пока пройдет операция. Да, минут сорок. Пожалуй, они могли бы еще полчасика посидеть в клубе. А теперь уже поздно раздумывать. Надо ехать домой. Дать двигателю прогреться и ехать. Завтра напряженный день.

– Подожди минутку, – неожиданно попросила Даша, открывая дверцу, – я сейчас. Что-то потянуло кое-куда… С ресторанной пищи, наверное.

– Не спеши, – обронил вдогонку Вадим и едва не рассмеялся. Непривычная для желудка пища зачастую заставляет именно торопиться.

* * *

Подполковник Молчанов позвонил через полтора часа. Ровно в полночь. Он словно специально дал Ковалеву заснуть и лишь после этого позвонил. И лаконично поведал:

– Щепу взять не удалось… Все трое исчезли буквально за пять минут до появления группы захвата. Дежурная по этажу подтвердила. Их кто-то предупредил. Такие дела, Вадим. Теперь их надо ждать в Рязани.

Вадим положил трубку на место и уставился в потолок. Как теперь после такой вести заснуть…