В кабинет Ковалева друзья ввалились без стука. Первым, задрав кверху голову, появился Денис с объемистым пакетом в руках, а следом смиренно перешагнули порог Шмелев и Быков. Вадим оторвался от бумаг со сводками городских происшествий за последние сутки и вопросительно уставился на бесцеремонную компанию. И сразу глянул на часы, ибо в содержимом пакета угадывалась стеклянная тара. Денис явно намеревался придать окончанию рабочего дня достойное завершение, если «раскололся» на пузырь и даже привлек к застолью молодежь. Интересно, по какому поводу? Неужели что-то раскопали?

– Что смотришь? – Прошин водрузил пакет на стол, отодвинув в сторону бумаги. – Быстренько убирай все лишнее и ненужное. Рабочий день закончился, надо меру знать.

– До конца работы еще целых двадцать минут, – возразил Вадим. Однако бумаги, попавшие в категорию вещей ненужных, со стола убрал. И даже телефон переставил на тумбочку.

Его замечание на следователя не подействовало, и все содержимое пакета переместилось на стол. Хлеб, колбаса, помидоры, огурцы и, как украшение, семисотграммовая бутылка водки «Губернатор». Любимой водки Прошина.

– Что стоите, молодежь? – подтолкнул Денис лейтенантов. – Что ждете? Порежьте все, тушенку откройте, посуду протрите. Запылилась, небось. Уже и не припомню, когда мы в последний раз ее споласкивали.

– Неделю назад, – подсказал Вадим, – тогда, правда, был повод. А сейчас?

– Всему свое время, – уклонился от ответа Прошин, – потерпи минутку.

Пояснение причины последовало в виде тоста, когда часть содержимого бутылки перелилось в четыре разномастные кофейные и чайные чашки. Право произнести тост, понятное дело, принадлежало организатору выпивки.

– За тебя, Вадим, – коротко и торжественно произнес Денис, – за твой сыскной талант, за твои успехи. Я рад, что работаю рядом и вместе с тобой. А вы, молодежь?

Молодежь работой под началом майора Ковалева была рада во сто крат больше. За это и выпили. Вадим особого значения повышенному вниманию к своей персоне не придавал, потому что в дружеских застольях душевные тосты за кого только не провозглашаются, и вполне возможно, что следующий прозвучит в честь одного из молодых лейтенантов. Или за обоих вместе. Или за старшего следователя по особо важным делам Дениса Прошина. Или за руководство УВД. Было бы что пить, а тосты найдутся. К тому же вчерашнее участие Ковалева в ночном аресте троих бандитов в лесу под Клепиками позволяло ему быть в центре внимания. Случай действительно неординарный. Героический, можно сказать. Не шутка, чтобы в одиночку справиться с троими вооруженными бандитами. За это можно выпить. И пусть выпьют.

Однако Вадим в своем предположении ошибся. Денис имел в виду совсем другие события. Рязанские события, а не клепиковские. И это стало приятной неожиданностью.

– Я так и знал, Вадим, – разглагольствовал Денис, заполняя паузу между стопками, – что не зря тебя на Дзержинку позавчера вызвал. Я как чувствовал, что твое предположение может дать толчок к поиску правильной версии. Я ж говорю, даже твои глупости и те немалый вес имеют.

Он во всем отличался прямотой, этот Прошин.

– Спасибо за хорошие слова, – усмехнулся Вадим, – в комплиментах ты мастак. Только женщинам их не говори.

– Если честно, – продолжал Денис, – твоя версия, что парень с девушкой были убиты только из-за того, что их машина случайно обдала грязью киллера, показалась мне самой глупой изо всего, что можно было предположить. И все же вчера, когда Николай с Дмитрием занимались биографией убитых и узнали, что на Дзержинку парочка приехала от своих знакомых с улицы Гагарина, я проехал этим маршрутом и установил…

Прошин выдержал короткую паузу, словно предоставляя другу возможность самому догадаться, что он там установил, и наполнил чашки. Ковалев промолчал.

– Давайте еще по одной, – распорядился Денис, – а потом я закончу.

Похоже, сегодня следователь намеревался говорить строго под стопку. Если так, то содержимое бутылки оставляло ему еще одну возможность высказаться. Не побегут же они потом снова в магазин. Хорошего понемножку.

– Ух, и крепка, зараза! – с удовольствием поморщился Прошин и отправил в рот половинку помидора. – И пошла хорошо. Вот что значит хорошая компания и хорошие новости.

Хорошие новости на этот час заключались в отсутствии новостей плохих. Вадим друга не торопил. Пусть покуражится, потянет резину в предвкушении важного сообщения. На сегодня, собственно, с делами можно не торопиться. Уже поздно. А завтра с утра надо будет с задержанными в лесу бандитами побеседовать. И завтра же надо будет решить вопрос о поездке в Зареченск. До перехода областной милиции на усиленное дежурство остается два дня, и если туляки намерены поставить в Рязань очередную партию оружия, то наверняка постараются сделать это до усиления милицейских нарядов. В этом Шилов прав. Не обманул бы только.

Дел по горло, короче. Успеть бы.

– И установил я, други мои, – Прошин приступал к изложению канвы своего выступления, – что в эти осенние дождливые дни любая машина, движущаяся по улице Гагарина или Дзержинского, может обрызгать любого прохожего в любом месте…

– Открыл Америку, – усмехнулся Ковалев и, вспомнив показания свидетеля о грязной одежде убийцы, предположил, что Денис нашел места, где машина может не просто обрызгать кого-то из неосторожных прохожих, а обдать грязью. Причем хорошо обдать, с ног до головы.

Так и оказалось.

– Но есть на этих улицах такие разбитые и загрязненные места на проезжей части, – возвышенно делился следователь своим открытием, – находиться возле которых не рекомендуется. Я специально поставил машину неподалеку от одного такого места, и после нескольких проехавших мимо машин мою «восьмерку» было не узнать. Сплошная грязь.

Следователь все-таки злоупотреблял терпением оперативников и все никак не спешил поделиться с ними главным. Он прямо-таки блаженствовал от затяжки времени, и чувствовалось, что важность информации давала ему такое право. Герой дня, словом. А может, столь неторопливым рассказом просто ориентировался на остатки живительного напитка. Соблюдал своеобразный паритет.

– Хорошо хоть не сам под грязь встал, – пошутил Вадим, – догадливый. Голова у тебя работает, Денис.

Денис не обиделся и согласно подтвердил:

– Без тебя знаю, что догадливый. Правда, только вчера узнал, до какой степени я догадливый. Даже умный. Иначе никогда не догадался бы поспрашивать торговцев палаток да ларьков, расположившихся в непосредственной близости от трех таких мест, не обдавало ли на их глазах кого-нибудь грязью. И один грузин, панэмаэшь ли, поведал смешной, по его мнению, случай. Я, правда, ничего смешного не заметил, ну да ладно, шут с ним. Главное, что этот торгаш все хорошо запомнил. В такую сопливую погоду прохожих мало, покупателей раз-два и обчелся, и торгашу ничего не оставалось, как из своего ларька зыриться на улицу. И он правильно делал. Он просто молодчина, этот любопытный грузин! Такую информацию выдал, такую информацию…

Прошин остановился взглядом на изрядно опустевшей бутылке, словно подыскивая критерий для сравнения ценности полученной информации, перевел выразительный взгляд на молодых оперативников и продолжал:

– Вначале в поле зрения торгаша появилась машина. Серебристый БМВ с рязанскими номерами…

– А почему твой торгаш обратил внимание на номер? – недоверчиво спросил Вадим. – Номер машины – не женщина, чтоб его внимательно разглядывать.

Прошин, казалось, ожидал подобный вопрос. И с мнением друга не согласился.

– Для настоящего грузина, уважаемый Вадим-джан, хорошая машина сродни хорошей женщине. Хороший дом, хорошая жена, хорошая машина – вот три главные ценности кавказца. И еще дело в том, что к торгашу часто приезжают родственники из солнечной Грузии. На машинах приезжают, поэтому он и посмотрел на номер. Не грузинский ли. К тому же БМВ остановился неподалеку от ларька. И радовал взор кавказца не меньше получаса.

Ковалев кивнул головой. С машиной все было понятно, оставалось услышать про ее владельца.

– Владельца машины торгаш тоже хорошо запомнил, – Денис наконец-то начинал выкладывать главные козыри, – и посодействовал в этом красный «жигуль»… Ты был прав, Вадим, ты как всегда был стопроцентно прав. Владелец БМВ уже подошел к машине, когда этот резвый и наглый красный жигуленок со скоростью света промчался мимо и выплеснул на хозяина иномарки всю дорожную лужу. Всю дорожную грязь.

Денис снова замолчал, предоставляя слушателям обмозговать изложенную картину, и впервые Вадим воспринял паузу как должное. Действительно, было что обдумать. Денису оставалось сообщить приметы владельца иномарки, хотя и без того нетрудно было догадаться, что все приметы полностью совпадут с приметами убийцы на улице Дзержинского. С этим все ясно, неясно только с истинной причиной убийства. За испачканную одежду в Рязани пока никого не убивали. Это просто дико. Это какой же жестокостью надо обладать? Звериной. Уму непостижимо. Или полностью свихнуться. Но ведь никто из свидетелей на Дзержинке в облике киллера не заметил ничего странного, а психически больного человека можно отличить от нормального. Не всегда, конечно, но все-таки можно. Да и не ездят больные люди на шикарных иномарках.

– Роста парень среднего, – Денис подтверждал догадку Ковалева насчет идентичности примет, – телосложением плотный, крепкий. Шея короткая, бычья. Накачанный, короче, парень, спортивный. И одет он был в кожаную черную куртку…

Ковалев согласно кивнул головой. Лицо его хранило прежнее спокойствие, будто услышанная новость не представляла большого интереса. Прошин наверняка обиделся бы, не знай он так хорошо этого непроницаемого и непробиваемого детектива.

– Парень кое-как вытер одежду то ли платком, то ли тряпкой и поехал следом за «жигулем»…

Кажется, это была последняя убойная деталь в повествовании.

– И произошло это примерно в половине второго…

Оказывается, не последняя. Убийство на Дзержинке произошло около двух часов дня. Все совпадает. Что ж, информация действительно ценная. Это уже кое-что. Молодец, Денис. И ребята молодцы, не зря вчерашний день провели. И грузин тоже молодец, здорово помог. И он, Ковалев, тоже молодец. Идея о грязной одежде как о возможной причине убийства принадлежит все-таки ему. Хотя, конечно, какая это к черту причина. Причина явно в чем-то другом, и пока они ее не установят, убийцу не вычислить и не поймать.

– У тебя все? – поинтересовался Вадим, поскольку Прошин потянулся к бутылке.

Тот молча разлил оставшуюся жидкость по чашкам. И подытожил:

– Ровно на посошок.

Потом поднял чашку, и когда остальные повторили его жест, сказал:

– Владелец БМВ приезжал в супермаркет «Валюша». Туда вошел, оттуда вышел.

Вот так новость… Это уже похоже на успех. Сотрудники супермаркета наверняка смогут добавить что-нибудь к показаниям торгаша-грузина, и портрет убийцы, если это действительно он, станет более полным. Вполне возможно, что удастся составить и его фотопортрет. Постой-постой, ведь именно в этом супермаркете работает его Даша! Вот кто наверняка сможет помочь. Тем более для беседы с ней совсем необязательно ехать в супермаркет.

– Еще одна деталь, – Денис крутил в руках вожделенную чашку, оттягивая момент освобождения посуды от напитка, – парень вышел из магазина с пустыми руками. Представляете? Полчаса слонялся среди прилавков и ничего не купил. А ведь там полное изобилие. Возникает вопрос: зачем он туда приезжал? А может, к кому-то приезжал?

Вадим посмотрел на друга с нескрываемым уважением. Даже, пожалуй, с восхищением. И впервые пожалел о незначительности водочной емкости. Для четверых крепких мужиков 0,7 литра явно маловато. Тем более они не просто выпивают, а обсуждают деловые вопросы. Они по-прежнему всецело на работе, причем небезуспешно. Так что в следующий раз нужно будет брать никак не меньше литра. А вслух сказал:

– Да, Денис, загадал ты загадку…

– С твоей подачи, – уточнил тот и, словно не желая закругляться, добавил: – Еще грузин запомнил, что номер машины имел буквы из серии АР…

Прошин явно решил доконать своих терпеливых слушателей. Неужели и эта деталь в его информации не последняя? С таким поворотом дела немудрено услышать и паспортные данные убийцы. И место проживания. Останется только поехать за ним и арестовать.

– А почему он запомнил только две эти буквы, а не весь номер? – придирчиво спросил Вадим. Больше, правда, из желания приструнить зарвавшегося друга. Пусть не зазнается. У следователя ответ был готов.

– Чисто автоматически, – пояснил он. – У них на Кавказе слово «ара» означает друг, вот он и подумал про себя: друг, мол, приехал. Потому и проследил за ним. Вроде как по-дружески оказал повышенное внимание. Ну что, на посошок?

Кажется, все. Информационный поток иссяк. Пора бы уже, и так дай бог переварить. Хотя такие сведения не каждый день удается заполучить.

Выпили. Крякнули, поморщились, разобрали со стола остатки закуски и переглянулись. Полученные сведения нуждались в детальной разработке. На свежую голову, конечно, не сейчас и не сегодня. Но некоторые наметки следовало обговорить уже сейчас.

– Супермаркет я беру на себя, – решил Ковалев. – У меня там знакомая работает. Вам, молодые люди, нужно будет установить все иномарки, чьи номера включают буквы АР, – распоряжение касалось лейтенантов, – и не только с рязанскими номерами, и не только серебристые БМВ. Абсолютно все иномарки. Ясно? Ну, а Денису Марковичу остается координация наших действий и общее руководство, – подытожил Вадим, и это было обоснованно. Все-таки дело вел следователь Прошин, а оперативники Ковалев, Шмелев и Быков были приданы ему в помощь.

Денис не возражал. Ни против распределения обязанностей, ни против ролей, ни против начальственного тона Ковалева. Детектив имел на это право. Да и не регалии, в конце концов, первостепенны в их работе. Был бы результат, а славой уж они как-нибудь сочтутся.