Айла.

Я сидела у окна кафе и никак не могла привыкнуть к новому Бостону. Даже без очков мир уже казался другим. Каждый прохожий заставлял задуматься — кто из них человек, а кто скрывает настоящую сущность? Женщина с коляской, мужчина с газетой, девушка в наушниках, которая, не глядя по сторонам, шла прямо сквозь толпу...

Размышления прервал молодой мужчина.

Он спокойно сел напротив — короткие тёмные волосы, лёгкий загар, добрые карие глаза. На лице играла такая искренняя улыбка, что тревога немного отступила. И всё же я машинально напряглась, спина сама коснулась спинки стула.

Я внимательно посмотрела на него. Ничего странного. Даже через очки. Он тихо усмехнулся.

— Я колдун. Вы ведь сейчас пытаетесь понять, кто я такой, верно? — Он сложил руки на столе. — Доброе утро, Айла Морган.

— Доброе утро... — Я слегка нахмурилась. — Откуда вы знаете моё имя?

— Меня попросил Александр Романов. Он предупредил, что у вас появится много вопросов.

Я немного расслабилась.

— Тогда... можно вопрос?

— Конечно, но давайте я немного расскажу вам о нашем мире. Мир, в котором вы выросли, состоит из двух слоёв. Первый — человеческий. Второй — скрытый. Именно там живут ведьмы, колдуны, русалки, оборотни, кицунэ, нагуали и множество других существ.

Я слушала, почти забыв дышать.

— Значит... все сказки. Все легенды. Они настоящие?

Он мягко улыбнулся.

— Часть сильно преувеличили. Другую часть люди просто перестали понимать. Но большинство существ действительно существует.

Я невольно вспомнила детские книги — русалки, драконы, феи, орки. Столько лет считала всё это выдумкой. Даже немного смешно, если не так больно.

— Можно ещё один вопрос?

— Конечно.

— Закон Равновесия, расскажите про него... Я хочу понять почему мои подруги боялись сказать мне правду?

Он понимающе кивнул.

— Потому что это первый закон нашего мира. Магическому существу запрещено раскрывать человеку свою истинную природу.

— Совсем?

— Почти. Исключений всего два — брак либо ближайшее родство.

— Иначе?

— Лишение магии. Иногда наказание бывает гораздо суровее.

Я медленно опустила взгляд. Получается, Юна и Найели действительно не могли рассказать мне правду. Они не предавали меня. Они защищали свою жизнь. Я шумно выдохнула — сердце неприятно кольнуло.

— Значит... я была слишком жестока.

Колдун внимательно посмотрел на меня.

— Ну если вы их обвинили, то любой человек на вашем месте отреагировал бы точно так же.

Я благодарно улыбнулась, потом осторожно спросила:

— А моя бабушка? Ария Морган... Кем была она?

Мужчина ненадолго задумался.

— Насколько мне известно, она была Хранительницей.

Я подняла голову.

— Хранительницей чего?

Он виновато развёл руками.

— Этого я рассказать не могу. Александр объяснит всё сам.

Я тяжело вздохнула. Каждый новый ответ приносил ещё больше вопросов. Мужчина взглянул на часы.

— Кстати, Александр просил дождаться его.

— Он долго?

— Примерно два или три часа.

Я тихо простонала.

— Так долго...

Он рассмеялся.

— Поверьте, это действительно важно.

Я уже собиралась кивнуть, когда неожиданно вспомнила:

— Простите... Можно воспользоваться вашим телефоном? Свой я забыла дома.

— Конечно.

Он сразу протянул мне смартфон. Я набрала номер, и палец завис над кнопкой вызова. Почему-то стало страшно. Сделала глубокий вдох и нажала на вызов.

Один гудок. Второй. Третий.

— Алло?

— Юна... Это Айла.

На другом конце мгновенно послышался шум.

— Айла?! Ты где?!

Следом послышался голос Найели:

— Мы весь город уже обыскали!

Я невольно улыбнулась.

— Я в кафе...

Подняла взгляд на мужчину. Он тихо назвал название. Я повторила адрес.

— Приходите. Пожалуйста.

— Уже едем! Только никуда больше не уходи!

Связь оборвалась. Минут через двадцать обе уже сидели напротив меня — опущенные головы, уставшие глаза. Они действительно переживали. Это было видно по тому, как Найели держала руки на столе, слишком неподвижно. По тому, как Юна смотрела на меня — осторожно, будто ждала приговора.

Первой заговорила Найели.

— Почему ты убежала? Мы даже объясниться не успели...

Я посмотрела на них. Теперь, зная правду, их истинные облики уже не казались страшными — белые хвосты Юны выглядели даже мило, большие крылья Найели казались красивыми. Наверное, я действительно начинала привыкать.

— Простите меня. Я повела себя очень по-детски. До сих пор злюсь — очень. Но теперь понимаю, что у вас просто не было выбора.

Обе одновременно облегчённо выдохнули.

— Тебе кто-то что-то рассказал?

— Да. Тот колдун. Он объяснил Закон Равновесия.

Юна тихо улыбнулась.

— Спасибо ему...

Я немного помолчала.

— Только бабушку всё равно понять не могу. Оказывается, она была Хранительницей.

Подруги удивлённо переглянулись.

— Правда? Мы этого тоже не знали.

Я рассказала им всё — про очки, про Александра, про мужчину, который оказался вовсе не Александром, про второй слой города, про медведя на пирсе. Когда закончила, Найели неожиданно улыбнулась.

— Тогда предлагаю немного прогуляться.

Юна сразу оживилась.

— Да! Покажем тебе настоящий Бостон!

Я покачала головой.

— Не могу. Александр просил дождаться его. Он сказал, это важно. И охрану поставил — я заметила их возле входа.

Юна хитро улыбнулась.

— Тогда... сбежим.

Я удивлённо моргнула.

— Что?

— Просто доверься. — Она протянула мне ладонь. — Хочешь увидеть настоящий город?

Я посмотрела сначала на неё, потом на улицу, на странный Бостон, который только начинал открываться передо мной.

— Да.

Юна улыбнулась ещё шире.

— Тогда возьми меня за руку.

Я коснулась её ладони. В следующую секунду вокруг нас вспыхнула серебристая мерцающая пелена — воздух дрогнул, шум кафе словно стал тише, и охранники у входа продолжали смотреть в нашу сторону, но их взгляды скользили мимо. Они больше нас не видели.

Как только серебристая пелена окутала нас, Юна весело рассмеялась.

— Всё. Теперь нас никто не увидит.

Я недоверчиво оглянулась. Один из охранников посмотрел прямо в нашу сторону — скользнул взглядом и спокойно отвернулся.

— Он нас не видит?

— Конечно. Это одна из наших семейных способностей. Но ненадолго, поэтому — быстрее.

Она схватила меня за руку и почти побежала вперёд. Я сама не заметила, как засмеялась. Наверное, впервые после смерти бабушки.

Найели шла рядом, покачивая головой.

— Юна... Хотя бы пять минут можешь вести себя серьёзно?

— Нет. Сегодня Айла наконец увидит настоящий Бостон. Такой шанс бывает один раз.

Мы свернули на соседнюю улицу, и стоило мне снова надеть очки, как город изменился. Теперь я смотрела внимательнее — и страх постепенно уступал место любопытству.

— Смотри.

Юна показала на небольшую булочную. За прилавком стоял невысокий мужчина — обычный, пока я не заметила его длинные заячьи уши, которые он, судя по всему, даже не думал скрывать.

— Это лепрекон?

— Нет, — Найели тихо рассмеялась. — Обычный кроличий оборотень. Печёт лучший хлеб во всём городе.

Через дорогу проходила пожилая женщина, за которой медленно плыли маленькие светящиеся огоньки.

— А это?

— Домовая ведьма. Она выращивает магические цветы.

Я только открывала рот.

Каждые несколько метров передо мной появлялось что-то новое. Возле газетного киоска спорили два гнома — один отчаянно размахивал руками, другой был настолько низким, что едва выглядывал из-за стойки. У автобусной остановки огромный орк в деловом костюме читал утренние новости с телефона, и рядом с ним никто не стоял — видимо, из тех прохожих, кто умел его видеть, место уважительно обходили.

— Он... работает?

Юна посмотрела на меня так, словно вопрос был самым странным в мире.

— Конечно. Оркам тоже нужно платить ипотеку.

Я не выдержала и громко рассмеялась. Даже Найели улыбнулась.

— Боже... Орк с ипотекой...

— Добро пожаловать во взрослую жизнь.

Мы шли дальше. По крышам домов бесшумно пробежала девушка с кошачьими ушами. Высоко над нами парили огромные драконы-почтальоны — один осторожно опустил посылку прямо на балкон старого кирпичного дома и взмыл обратно, не потревожив ни одного голубя на карнизе.

— Они доставляют почту?

— Только магическую. Обычную люди сами развозят.

Я смотрела во все стороны сразу. Каждая улица открывала новый мир.

— Почему люди ничего этого не замечают?

Найели спокойно ответила:

— Потому что не могут. Мир сам скрывает себя. Если человек случайно что-то увидит, он найдёт этому логичное объяснение. Показалось. Усталость. Игра света. Что угодно, только не магия.

Я медленно кивнула.

Наверное, именно так я жила двадцать четыре года.

Мы свернули в узкий переулок, и откуда-то донёсся аромат шоколада. Небольшая лавка оказалась полностью заполнена феями, которые с невероятной серьёзностью спорили о вкусе пирожных. За соседним столиком сидел настоящий тролль — ростом почти под потолок, и совершенно спокойно пил коктейль через маленькую трубочку, держа её двумя пальцами с такой осторожностью, будто боялся раздавить.

Я снова рассмеялась.

— Это невероятно.

Юна довольно улыбнулась.

— Нравится?

— Очень.

— Тогда мы ещё даже половины не показали.

Она вдруг загадочно переглянулась с Найели.

— Осталось самое интересное.

— Что?

— Метро.

Я удивлённо посмотрела на неё.

— Метро?

— Настоящее магическое метро Бостона. Только держись рядом — там всегда очень много существ.

Юна снова схватила меня за руку.

— Пойдём. Именно там тебя ждёт самый большой сюрприз.

Спуск оказался намного глубже, чем я представляла.

Повсюду спешили люди — вернее, теперь я уже понимала, что далеко не все из них были людьми. Юна уверенно тянула меня за руку. Мы подошли к турникетам, Найели приложила небольшую серебристую карточку, раздался тихий звон, и створки плавно разошлись.

— Для магического метро нужны отдельные пропуска, — пояснила она на ходу. — Люди видят обычные билеты. Мы — совсем другое.

Я почти не слушала. Высокий мужчина с оленьими рогами спокойно разговаривал по телефону. Маленькая девочка с прозрачными крылышками держала маму за руку и смотрела на меня с любопытством. Где-то неподалёку громко смеялись два тролля. На скамейке дремал седой старик, за спиной которого медленно покачивались огромные белые крылья — он дремал так умиротворённо, что казалось, крылья качались сами, как листья на ветру.

Боже. Сколько же их.

Я машинально придержала очки, боясь, что они соскользнут с носа. Голова кружилась от новых впечатлений. Юна тихо рассмеялась.

— Не вертись так, ещё шею свернёшь.

— Я ничего не могу с собой поделать... Я никогда не видела столько магических существ сразу.

— Привыкнешь, — тепло улыбнулась Найели. — Через пару недель перестанешь обращать внимание.

— Никогда. — Я искренне покачала головой. — Это слишком красиво.

В этот момент над платформой раздался спокойный женский голос.

— Поезд прибывает. Просьба соблюдать осторожность.

Из темноты тоннеля показались яркие огни, и поезд плавно подъехал к платформе. Двери открылись.

— Быстрее!

Юна снова схватила меня за руку, и мы почти побежали. Вокруг десятки пассажиров торопились занять места. Я ускорилась — и неожиданно споткнулась.

— Ай...

Опустила взгляд вниз и увидела что шнурок на кеде развязался.

— Подождите!

Я быстро присела на одно колено. Пальцы дрожали — узел никак не получался.

— Айла! Скорее!

— Сейчас!

Ещё секунда. Почти готово. Я резко поднялась и сделала шаг. Но нога не сдвинулась. Я удивлённо посмотрела вниз. Будто кто-то намертво приклеил подошвы к полу. Я сильнее потянулась вперёд — бесполезно. Ни шага. По коже пробежал холод.

— Что происходит?..

Юна уже стояла у самых дверей вагона, протянув мне руку.

— Айла! Давай!

Я изо всех сил рванулась вперёд. Ничего — словно невидимые цепи удерживали меня на месте, и чем сильнее я тянулась, тем плотнее они становились. Юна на что-то отвлеклась и отвернулась.

— Юна... Я не могу...

Двери начали закрываться.

— Нет!

Когда Юна увидела что двери закрываются и я осталась снаружи, бросилась к выходу, но створки сомкнулись прямо перед её лицом. Она ударила ладонями по стеклу.

— Айла!

Найели тоже вскочила. Обе отчаянно стучали в двери. Поезд медленно тронулся. Я смотрела им вслед, не понимая, что происходит, — и вдруг воздух вокруг меня дрогнул. Пространство исказилось, будто сама реальность сложилась внутрь. Шум станции исчез. Голоса растворились.

Последнее, что я увидела — испуганные лица Юны и Найели, исчезающие вместе с уходящим поездом. Чья-то ледяная ладонь коснулась моего плеча. Мир окончательно погрузился во тьму.***Александр Романов.

Разрушенный зал Совета погрузился в тяжёлую тишину. Каменные стены были покрыты трещинами, мебель опрокинута. В воздухе ещё чувствовался запах крови, пороха и горелой магии — тот особый запах, который остаётся после битвы и не выветривается ещё долго.

Целители молча работали над ранеными. Самрат сидел, стиснув зубы, пока ему вправляли сломанную руку. Аджей не позволял никому приближаться к ноге, самостоятельно затягивая повязку. Сакура лежала без сознания. Эйдан едва дышал.

Инесс сидела отдельно от всех. Её рана почти закрылась, но лицо оставалось непривычно бледным.

Я подошёл ближе.

— Инесс... Как ты?

Она подняла голову. Взгляд оказался совершенно ясным.

— Александр... Тебя ничего не смущает?

— Что именно?

Она несколько секунд молчала. Потом спокойно сказала:

— С каких пор Ярран умеет пользоваться пространственной магией?

Я нахмурился а она продолжила:

— И ещё один вопрос. — Она посмотрела прямо мне в глаза. — Альмандит Уайт считается сильнейшим магом порталов во всей Ассоциации, да у него не высший но он упорно шел к этому уровню. Почему тогда сегодня портал открывал не он?

Эти слова заставили меня похолодеть. Я прекрасно знал способности каждого куратора. И действительно — портал открыл Ярран. Хотя никогда не владел подобной магией.

— Странно...

Самрат тоже поднял голову.

— Теперь, когда ты сказала это вслух, — произнёс он медленно, — мне тоже интересна причина. Это ведь невозможно.

Инесс устало прикрыла глаза.

— Значит, они специально хотели, чтобы мы это увидели. Либо это были вовсе не они.

Но слишком поздно для догадок. В зале снова повисла тишина. И именно тогда двери распахнулись с таким грохотом, что половина присутствующих одновременно обернулась.

— ИНЕСС АРИАС!

Голос эхом ударился о стены.

— Не прошло и двух суток, как ты вернулась, а уже умудрилась превратить штаб Ассоциации в руины!

Все одновременно узнали этот голос.

Кассандра. Главный секретарь Ассоциации — женщина, которую одинаково боялись и Старейшины, и кураторы.

Она вошла быстрым шагом. Пепельно-седые волосы были собраны в строгий хвост, тёмно-карие глаза холодно осматривали помещение, на переносице сидели тонкие очки. Она остановилась и окинула взглядом разрушенный зал — перевёрнутые колонны, выбитые окна, пленников, следы драконьего пламени на мраморе. После чего тяжело выдохнула.

— Великолепно. Просто великолепно...

Инесс уже поднялась.

— Не начинай.

— Не начинать? — Кассандра повернулась к ней. — Твой безумный дракон едва не сжёг половину здания!

Инесс мгновенно оказалась возле неё — так быстро, что большинство даже не заметило движения.

— Ещё раз назовёшь Вильгельма безумным...

Кассандра спокойно сняла очки.

— Хорошо. Твой психопат-дракон.

— Кассандра!

— Инесс!

Воздух вокруг них задрожал. Я уже хотел вмешаться. Но неожиданно раздался мягкий голос.

— Девочки... Ну что же вы опять начинаете?

В зал медленно вошла пожилая женщина. Она опиралась на простую деревянную трость. Седые волосы были аккуратно заплетены. На ней было старомодное платье цвета слоновой кости. Она выглядела обычной пожилой женщиной — именно такой, на которую не обращают внимания в очереди в магазине, которую уступают место в автобусе, о которой не думают дважды.

Но стоило ей войти — весь зал словно стал тише. Даже магия вокруг успокоилась. Как успокаивается море перед тем, как уйти на большую глубину.

Она легко постучала тростью по полу. И будто одним этим жестом развела Инесс и Кассандру в разные стороны.

— Давайте сначала присядем. А уже потом будем ругаться. Хорошо?

Инесс медленно отступила. Кассандра лишь раздражённо закатила глаза.

— Как скажешь... Основательница.

В зале воцарилась мёртвая тишина. Я почувствовал, как сердце пропустило удар.

Самрат резко поднялся. Аджей перестал перевязывать ногу. Даже Инесс побледнела — а это само по себе значило очень много. Остальные замерли, переглядываясь с таким видом, будто каждый в отдельности решал, не ослышался ли.

— Основательница?..

Пожилая женщина улыбнулась. Спокойно, чуть устало — так улыбаются люди, которые видели слишком много, чтобы тратить время на лишние слова.

— Да. Элеонора Вонг. Рада снова видеть вас, дети.

Я не поверил собственным ушам. Это имя знала вся Ассоциация. О нём рассказывали как о легенде — о человеке, исчезнувшем несколько столетий назад, о женщине, создавшей Стражей порядка. О том, кого давно считали историей. Именем в старых документах. Портретом на стене архива.

И она стояла перед нами. Опиралась на трость. Смотрела с тихим терпением человека, привыкшего ждать. Кассандра спокойно надела очки обратно.

— Хватит смотреть так, будто увидели привидение. — Она сухо оглядела нас. — Она действительно Элеонора Вонг. Основательница нашей Ассоциации. И у неё, как обычно, очень мало времени и очень много того, что она хочет вам сказать.