Игра сразу обрела серьезный характер. Валент расчертил палкой землю между ложем Амвросия и очагом. На нее нанес он пеплом реку, болота, обозначил леса и деревню с домами из кусков древесной коры.

– Нужен еще лагерь, – заметил маленький римлянин. – Как без него? Римляне никогда без него не воюют, это всякий знает! Верно?

Идарий неуверенно кивнул в поддержку слов друга.

– Вот и стройте, как кто умеет, – предложил изгнанник. – Моему крестнику я подскажу, как римляне укрепленный лагерь возводят, а ты, Идарий, слушай. Может, тебе его сегодня брать?

– Может и так, а может и обойдусь.

Бывший сенатор начертил квадрат.

– Здесь должна быть палатка полководца, здесь помести пеших воинов. Тут – готов. И не забудь выставить конное охранение. Башни для наблюдения нужны тебе по углам лагеря.

– И ворота нужно! – воскликнул Амвросий и принялся сам дорисовывать на земле контур римского лагеря. – Ограда здесь… Ров…

– Ну, держись, брат! – просопел сын кузнеца. – Лагерь, значит… Вот тебе так. – Он медленным движением передвинул своих конных воинов к переправе. – Пока вы там ерундой занимаетесь, землю попусту ковыряете, мы уже бродом завладели, а теперь и остальное войско подтянем в этот изгиб.

Амвросий открыл рот от удивления. «Что же это? – мелькнуло в его голове. – Как? О боги! Разве мне их оттуда теперь выбить?» Он едва закончил раскладывать фигурки своих воинов в границах лагеря, а силы варваров уже закрылись от него рекой. Стоянку для своих сил Идарий принялся разбивать на месте, защищенном водой с трех сторон.

– Вот так! – гордо произнес он. – Кто спешит, тот и сыт.

Валент приблизился к мальчику с почтением во взоре.

– Ты разве не опасаешься, что твое войско запрут в этом месте?

– Нет! Наш вождь ратное дело знает! – гордо произнес паренек. Он поднял вверх фигурку своего князя – и вдруг раздумье отразилось на его лице. – Вот он, не уверен! – Идарий взял с земли другого воина. – Это один из вождей, отважный Дубобор говорит войску: «Зачем ушли в теснины эти! Римляне окружат нас и не будет нам ни питья, ни пищи!»

– Это ты преувеличиваешь, друг, – Амвросий хихикнул. «Быть у воды и не напиться». Он передвинул свою пехоту и конных лучников к реке. – Ну да мы твоих варваров быстро побъем. Сам увидишь.

Валент осторожно отошел в сторону, чтобы лучше видеть, как его приемный сын расставляет в две линии тяжелых пехотинцев. Легких воинов маленький стратег оставил для защиты лагеря, а тяжелых конников и готов расположил по другую сторону реки. «Мальчик действовать не боится, – сказал себе римский изгнанник. – Это хорошо! Остальное же неразумно. Так ему скифов не окружить. Переправу они держат, а в лагере много воинов не оставят». Валент перешагнул через озеро и увидел, как Идарий выстраивал своих воинов отдельными отрядами.

– Во имя цезаря, Христа и всех святых! – с волнением произнес Амвросий и подвинул вперед свою тонкую длинную линию. – Вперед!

– Перун! – прокричал за своих дружинников сын кузнеца.

Он растянул отряды общинников и с сопением направил их к линии византийцев. Пеших дружинников двумя плотными колоннами Идарий повел на врага.

Бывший сенатор присел рядом. «Парень знает варварский способ боя. Хорошо знает. Как ему не знать? А мой фракийский орел ничего в этом не смыслит». Валент взглянул на спокойное лицо Амвросия.

Маленький римлянин вдруг почувствовал, что допустил какую-то ошибку в игре. Но какую? Какую? «Линию мою не обойти, а воинов в бою у меня больше участвовать будет. Значит, и победить мои римляне должны скорей?» Малыш отогнал сомнения. «Все верно, – сказал он себе. – А на какой злой случай у меня конницы в запасе имеются».

– Уберите убитых от дротиков, – сказал Валент безразличным тоном, – ты, Идарий – двенадцать воинов, а Амвросий – шесть. Перед схваткой всегда снаряды в ход идут. И потери от них немалые.

– О! Почему так? – возмутился маленький склавин. – Почему ему меньше? Разве это честно! У обоих стрелки имеются.

– У римлян броня хорошая и строй тоньше. Но, пожалуй, надо вам потери удвоить, потому как солдаты императора любят перестрелки и имеют каждый по пять дротиков. И это тяжелые воины.

– По пять! – удивились мальчики.

Они молча исполнили указание Валента. Оба войска сблизились, и у левого фланга римлян варвары навалились отрядом дружинников на тонкий строй врага. Идарий смял и прорвал в этом месте линию. Амвросий решительно бросил в дело своих конников и начал подводить тяжелых всадников. Внезапно склавины плотной массой отборных бойцов атаковали византийскую линию по центру. Они проломили ее снова. Ударили в спины всадников цезаря, увязших в схватке с другим отрядом дружинников. Конные воины скифов не участвовали в бою.

– Ты проиграл, Амвросий, – сухо произнес Валент, расхаживая из стороны в сторону. – Твои люди не выдержали бы дальнейшего боя в таких условиях. Поверь моему опыту, я видел подобное.

– Что же мне теперь делать? – растерялся мальчик. Он сглотнул слюну. От напряжения на щеках его выступили багровые пятна. – Разве мои воины не удержат остальных?

– Нет, – сурово произнес Валент. – Они побегут. Слишком велика угроза погибнуть всем разом. Люди не любят умирать, если ты заметил.

– И как нам поступить? – Амвросий закрыл ладонью рот. – Как?

– Сдавайтесь, заносчивые римские псы, – с торжеством в голосе предложил Идарий. – Обещаю не убивать пленных, – добавил он тихо, словно бы речь шла о жизнях настоящих людей. – Складай оружие!

– Беги! – возразил бывший сенатор. – Отходи за ограду лагеря.

Оставив оговоренное число павших, Амвросий отвел оставшихся солдат в лагерь. Отсюда его легкая пехота встретила шедшего по следу римлян неприятеля потоком воображаемых дротиков, камней и стрел. Скифы немного отошли. Идарий принялся перестраивать их для новой атаки или отражения вылазки византийцев.

– Прервитесь. Послушайте. Вы многое делаете неправильно, – произнес Валент без тени наставления в голосе. – Особенно глупо, что никто не стремится прикрыть фланги или атаковать на них. Хотя ты, Идарий, действовал наиболее разумно, но если бы Амвросий построил пехоту в четыре линии, то атака склавин не смогла бы прорвать строй неприятеля так легко. Понимаете вы меня?

Мальчики кивнули. Им хотелось знать, что еще может рассказать им бывший сенатор о настоящей войне.

Амвросий ощущал особое нетерпение. От слов Валента зависело для него многое. «Мне теперь труднее будет победить, – рассуждал маленький римлянин. – Меньше стало солдат, да и задумка добрая нужна». Он бросил короткий взгляд на сидевшего напротив Идария. Выражение лица его было спокойным.

Валент скрестил руки. Голова его задумчиво склонилась вперед.

– Чтобы захватить хорошо укрепленный римский лагерь, нужны машины, – начал он. – Нужны тараны, самое малое. В годы войны империи против готов в Италии я видел еще юношей, как римляне брали город на севере страны. В дело шли лестницы, тараны, насыпи и подкопы. Все это слишком трудная наука, чтобы говорить о ней в деталях сейчас. Вам же необходимо помнить о флангах и пользе полевых укреплений. Они сейчас спасли солдат Амвросия.

– Отвага важнее всего, – возразил сын кузнеца. – От нее не укрыться ни за какими оградами.

Амвросий посмотрел на друга без одобрения:

– Отважных глупцов ничего не стоит перебить. Верно, отец?

– Да. Но и без решимости нельзя. Правда, она часто вредит. Вот ты повел свою тонкую линию в атаку бездумно. Почему ты не подумал о том, что ее легко будет прорвать, да еще во встречном движении? Если у тебя мало сил и ты растягиваешь строй, то хотя бы держи позицию. И еще: собирайте для решительного сражения больше сил. Не раскидывайте войско перед битвой.

Валент уселся и снова принялся наблюдать за игрой ребят. На этот раз мальчики точно следовали его советам. Они снова вывели свои силы в поле. Кропотливо выставляли они фигурки воинов. Убитых в первом бою ребята отложили в сторону.

– У меня снова раздор, – сообщил Идарий с важностью. – Князь и воевода Дубобор заспорили. Воины винят князя, что не добил вчера врага, как того Перун желал, а теперь снова кровь проливать. Поединок будет. Битву отложим немного.

Амвросий с возмущением посмотрел на друга:

– Ты чего это устраиваешь?! Давай играть!

– А я и играю.

Идарий принялся изображать поединок двух соперников, издавая при этом звуки, похожие на удары оружия.

Валент закрыл лицо руками и вздохнул. «Какие же они еще дети, – подумал он, – поняли ли они хоть часть моих советов?» Сквозь пальцы он бросил быстрый взгляд на своего приемного сына. Тот, хмуря брови, ждал, пока его друг завершит свою странную забаву.

Наконец фигурка князя была повалена, а сверху был поставлен воевода – одержавший верх в поединке.

– Он теперь новый князь! – объявил сын кузнеца. – Это ведь его удар пробил ваш строй, презренные римляне. Вот теперь битва.

– Нет, – лукаво возразил Амвросий.

Валент убрал руки с лица и пристально посмотрел на паренька.

– Ты войсковых старшин спросил, когда поединок устраивал? Нет. Ты дружину стал спрашивать? Нет. А что рода скажут, которые отряды выставляли и князя ставили? На всех твой Дубоверт наплевал.

«Браво, – мысленно похвалил сына бывший сенатор. – Варварские обычаи мальчишка лучше меня изучил. И как успел? Молодец».

Идарий опустил взор и принялся растерянно вертеть руками перед лицом. Болотные глаза его потухли. Что мог он возразить? Что? Каждое прозвучавшее слово критики было верно.

Не дожидаясь ответа друга, маленький римлянин сказал:

– Убирай половину общинников. Они домой уйдут. Под началом убийцы князя сражаться не станут. Убирай, раз такое срамное дело затеял. И от дружины треть убери и всех союзников, если они только в сговоре не были с твоим воеводой.

– Ты прав, зря я это устроил… Может, будем считать, что не было этого? Нет? Ладно. Только дружину и союзников оставлю. Добро? Они за нового князя все, он храбрый и…

– Договорились. Хотя если кто избранного князя убьет, ему не вождем быть, а на кол сесть – такая дорога. Знаешь ведь. Сам мне говорил! Потому как люди не решали того. Нового князя они себе не ставили. У тебя же не одна дружина здесь, а союзное воинство.

Валент принес ребятам пожевать: несколько темных лепешек, холодной зайчатины, тушенной с луком и репой. Все это оставила Ирина. Незаметно девушка ускользнула поболтать с подругами на княжеском дворе. Игра ребят была ей безразлична.

– Перекусите, вояки, – насмешливо предложил мужчина.

Мальчики без лишних слов проглотили пищу.

В следующем сражении Идарий снова пробовал одолеть врага навалом и поставил дружину в самый центр. Один фланг склавины защитили озерцом. Но на другом крыле Амвросий атаковал всей конной массой легких варварских всадников и оказался в тылу у наступавшего войска Идария. Судьба скифов была решена. Неподвижная римская пехота приняла уже их удар, когда со спины на варваров обрушились воображаемые мечи конников Амвросия.

– Умрите с честью! Во имя Перуна и всех богов! – напутствовал сын кузнеца своих бойцов. – Сраму в том нет, а победу сыны достанут.

«Склавины сдаваться не будут, – подумал Амвросий с завистью. – Это не слуги императора, тем умирать незачем. Потому и воюют они разными хитростями, что сами нехороши».

Кольцо сжалось у озера. Последние скифы были сражены.

– Ладно, дети, это еще не настоящая война, – примирительно произнес Валент, обняв за плечи расстроенного Идария. – Мне забава, а вам урок. Никто здесь не проиграл и не победил, потому как все живы.

– Добро, – пропыхтел Идарий. Он улыбнулся. – В другой раз…

Амвросий с надеждой на похвалу заглянул в глаза отца.

– Хитро я дело решил?

– Ты действовал верно. Единство начальства над войском есть то, без чего нельзя руководить сражением. Поэтому римские стратеги редко сами идут в бой. Да и бой – это только хаотичное столкновение. На войне же победа чаще достается тому, кто лучше все продумал. Тот, кто за спинами сражающихся отдает приказы, вводит в бой и выводит из боя легионы, имеет больше шансов взять верх и меньше потерять.

– Ерунда, – возразил Идарий тоном бывалого дружинника. – Кабы у меня не ушла часть войска, я бы сейчас римлян одолел. И зачем на такое согласился? Да еще… Не полезли бы мои храбрецы в поле, взяли бы победу и малым числом. В лесу да на болоте наши хитрости хитрее. Сами увидите, как Даврит завоюет вашу хваленую империю. Сварогом в том клянусь! То игра была, а в настоящем ратном деле Перун поможет!

«Ведь и, правда, так теперь будет, – подумал Амвросий. – Конец Риму. Новые хозяева появятся у всех южных земель». С непонятным волнением посмотрел мальчик на своего учителя. Холодная улыбка сковала уста Валента. В голубых очах его ничего нельзя было прочесть.