– Послушайте, меня не интересует, сколько времени займет оформление документов и какие трудности в этом деле! Документы должны быть готовы к концу недели, ясно? Мне надо, чтобы цистерны отправились во Владивосток, и оттуда мазут был перегружен на корабль! Всю схему мне завтра на стол! Жду в тринадцать с предложениями.

Замдиректора компании «Нефтеэкспорт» Игорь Воскресенцев в раздражении повесил трубку. Встав из-за стола, подошел к окну – внизу поблескивали мокрые после дождя крыши домов. На улице, застряв в пробке, сверкали фарами автомобили, по переходу спешили пешеходы – все они казались крохотными, просто игрушечными с высоты сорокового этажа бизнес-центра. Солнце уже зашло. Небо мрачно нависало над домами, поблескивая красновато-серыми бликами в окнах.

Игорь взял с журнального столика у окна бутылку воды и, открыв, налил в стакан. Контракт с китайцами явно был под угрозой из-за нерасторопности поставщика, и это заставляло его нервничать – как-никак, а на кону почти миллион баксов.

– Лена, – наклонившись к столу, Игорь нажал на кнопку селектора. – На сегодня все, можете идти домой, вы мне не нужны, – отпустил он секретаршу. – Завтра приходите пораньше, часикам к семи, переговоры с индусами, надо подготовить материалы.

– Конечно, Игорь Ильич, обязательно, – ответила секретарша. – До свидания.

– До свидания.

Воскресенцев снова опустился в кресло. Самому ему спешить домой не было никакого смысла. Он жил один. В загородном поселке «Репинские усадьбы» Воскресенцев отстроил двухэтажный особняк, обставил его антиквариатом, – любил все старинное. Вокруг дома почти на тридцати сотках разбил парк. Хозяйство в усадьбе вела нанятая домоправительница – тайка Амара, которая говорила по-русски и по-английски. Она же управляла и шестью тайскими рабочими, обслуживающими дом.

С самого детства про Игоря говорили, что он родился «с золотой ложкой во рту». Его отец, директор Солнцевского лесоперерабатывающего комбината, сделал солидное состояние и уехал жить в Калифорнию. С ним туда отправились мать Игоря Антонина Владимировна, бывший бухгалтер Солнцевского предприятия, и младшая сестра Полина.

У Воскресенцева-старшего имелись обширные связи в бизнесе, а также в политических кругах. Благодаря этим связям он сумел избежать судебного преследования, когда московская проверка вскрыла финансовые злоупотребления на комбинате. Дело приостановили при условии, что Илья Ильич уедет из России, передав бизнес, кому надо. Он так и сделал.

Благодаря знакомствам отца Игорь после школы без труда поступил в элитный Университет нефти и газа в Москве и по окончании пришел на работу в одну из «дочек» компании «Роснефть». Он взялся за работу с энтузиазмом и очень скоро продвинулся по службе. Волевой, напористый характер Игорь унаследовал от матери.

Мало кто знал, что Илья Ильич Воскресенцев, о котором в Солнцевске слагали легенды, мол, начальник жесткий, разнос устроит – мало не покажется, на самом деле был слабодушным и бесхарактерным. За него все решала жена. Дочка директора солнцевской почты выдавала на комбинате техническую документацию в библиотеке – устроилась после одиннадцатого класса. Она сразу приметила молодого инженера из Вологды Илюшу Воскресенцева, окончившего питерскую Лесотехническую академию. Он показался ей перспективным женихом. Антонина Владимировна сама назначила будущему супругу свидание, женила на себе и начала двигать его вверх по карьерной лестнице. Сама же она тоже не ограничивалась ведением хозяйства. Поступила на заочный на экономиста и скоро из учетчицы техлитературы превратилась сначала просто в бухгалтера, а потом стала главным бухгалтером комбината.

Учился Игорь не в Солнцевске – в элитной питерской гимназии № 2 на улице Казанской. Илья Ильич сначала снял квартиру на Конюшенной улице, с видом на Спас на Крови, а когда финансы позволили – приобрел ее в собственность. Игорь жил в квартире с бабушкой, бывшей главной солнцевской почтальоншей. Когда он был в пятом классе, к ним присоединилась сестра Игоря Полина – она пошла в первый класс той же гимназии. На каникулы Игорь ездил в Солнцевск. Но так как друзей в поселке у него не было, он проводил все время с бабушкой или гулял по округе.

В Солнцевске Илья Ильич отстроил роскошный дом – не хуже елениевского. На противоположном холме, так что выходило, что два дома, старый, разрушенный, и новый, с иголочки, со сверкающими широкими окнами, смотрели друг на друга. В какой-то момент Воскресенцев-старший, наслушавшись рассказов своего главного инженера Боброва об истории елениевского дома, хотел построить замок, напоминающий усадьбу.

Илья Ильич легко поддавался влиянию, и намерения Боброва построить похожий дом у озера не давали ему покоя. Но Антонина Владимировна никому не позволяла влиять на супруга – свои позиции она сдавать не собиралась. А Антонина Владимировна никакой старины не любила – все только новенькое и желательно импортное. «Ничего у нас хорошего не сделают, – заявляла она. – Ни до революции, ни после. Все надо западное брать».

И брала. Устроила собственное гнездо, оборудовав его самыми современными телевизорами, холодильниками. Обставила дорогими гарнитурами. На склонах холма посадили чуть не сотню турецких роз, а в дом завезли ко всему прочему двух кошек иностранной породы сфинкс – Антонине Владимировне нравились их сморщенные мордочки.

Всю неделю с утра до вечера родители пропадали на комбинате, бабушка занималась с маленькой Полиной, а Игорь по большей части был предоставлен сам себе.

Презрения матери к руинам он не разделял. Напротив, елениевская усадьба влекла его своей историей. Рассказы о том, что в старом доме обитают призраки, Игорь всерьез не принимал. Он унаследовал от матери не только волевой характер, но и холодный, скептический склад ума.

Дома у Воскресенцевых о призраках никогда не говорили – даже темы такой невозможно было представить. Больше о прибыли, о кэше. Как слить, как отмыть и куда спрятать. Денежки, конечно. Какие уж тут призраки?! Не до них, явно.

Игорь частенько ходил прогуливаться в елениевский парк и заходил внутрь дома, один. Никаких призраков он ни разу не встретил. Один раз даже ночью пошел с фонариком – и то ничего. Зато в усадьбе он познакомился с очень интересным человеком.

Питерский антиквар Анатолий Петрович Игнатьев приезжал в Солнцевск к родственникам на лето. Он серьезно занимался изучением елениевского наследства. Собирал документы, скупал на аукционах вещи, когда-то принадлежавшие графу и его жене. Он рассказал Игорю много интересного об истории дома и его дореволюционных обитателях. Игнатьев был буквально помешан на всем, что было связано с Елениевыми.

Игорь не заметил, как и сам всерьез увлекся. Они по-настоящему сдружились с Игнатьевым, несмотря на разницу в возрасте. В Питере Игорь частенько навещал антиквара. Они вместе изучали аукционные каталоги, отыскивая вещицы, которые могли быть как-то связаны с Елениевыми.

Когда Игорь окончил школу и поступил в институт в Москве, с Игнатьевым пришлось расстаться. На память Анатолий Петрович подарил Игорю каминные часы из елениевского дома – настоящие, с елениевским клеймом.

Часы были сделаны из серебра и покрыты двойным слоем золота. Венчала часы хризантема – священный для японцев цветок, – с элегантно загнутыми лепестками, очень тонкой работы. В самом центре цветка, на гладкой золотой поверхности, был изображен женский профиль. Слегка покатый лоб, аккуратный, точеный носик, длинные волосы забраны высоко в хвост. Игнатьев утверждал, что это портрет самой Энн Джонс, легендарной супруги графа Елениева, и часы когда-то стояли в кабинете графа. Профиль вырезан ювелиром так, чтобы супруга всегда смотрела на графа, когда он работал.

Игорь вначале отказывался принять подарок – уж очень дороги были часы. Но Игнатьев его уговорил – на память о дружбе, да и вообще на память…

Оказалось, что антиквар давно страдает онкологией, и шансов избавиться от болезни у него нет. Можно только продлить жизнь благодаря лечению.

Студенческие будни закружили Игоря, у него появилось много новых знакомых. На время он забыл и об Анатолии Петровиче, и о часах, оставив их в квартире на Конюшенной.

Закончив обучение и вернувшись в Питер, Игорь сразу же пошел навестить Анатолия Петровича в его лавку на Невском, но, увы, лавка закрылась. Игнатьев, как ему сказали, умер.

Узнав, где похоронен антиквар, Игорь отправился на кладбище. Оказалось, что коллеги по историческому обществу закопали урну с прахом к родителям Анатолия Петровича, но памятник поставить некому – его племянник в Солнцевске умер от передозировки наркотиками, а единственная сестра, его мать, покончила с собой от горя.

Игорь заказал Анатолию Петровичу мраморное надгробие, попросив выбить на нем часы с портретом Энн Джонс. Эскиз он нарисовал сам.

Находясь в Америке, родители, конечно, не забывали Игоря и щедро помогали деньгами. Так, с отцовской помощью Игорь приобрел участок в престижном поселке под Санкт-Петербургом и построил загородный дом. Часы графа Елениева – подарок антиквара Игнатьева – заняли в этом доме почетное место на каминной полке в кабинете хозяина.

Частенько длинными зимними и осенними вечерами Игорь сидел в кресле перед камином в своем кабинете и любовался часами. Работа занимала почти все его время, не оставлял он ее и дома – просто перемещался из офисного рабочего кресла в домашнее. Но полюбоваться прекрасным ликом Энн Джонс он всегда находил возможность. Иногда так и засыпал в кресле.

– Опять, Игорь Ильич, свет не гасили, расточительно очень, – выговаривала ему утром с акцентом экономка Амара, поднося горячий кофе с круассаном и стакан свежевыжатого апельсинового сока. – Жениться вам надо. Совсем без присмотра. Меня не хватает на все.

– Не брюзжи, сам разберусь, – отмахивался Игорь и передавал тайке длинный лист поручений на день, который никогда не забывал составить, как бы поздно ни пришел.

О женитьбе постоянно в телефонных разговорах твердила и мать. Антонина Владимировна понимала, что такой жених, как ее Игорь, с загородным домом, пятикомнатной квартирой на Конюшенной, двумя автомобилями, порше и мерседес-бенц, и к тому же с солидным счетом в банке – «лакомый кусочек» для искательниц «дармовой» красивой жизни. Она очень боялась, что какая-нибудь расфуфыренная «деревенщина», приехавшая из глубинки в поисках жениха, захомутает ее мальчика, а за ней на бесплатные харчи явятся все ее многочисленные родственники. Антонина Владимировна была согласна на невестку, возможно, и поскромнее, что касается внешних данных, но питерскую или московскую и, разумеется, из приличной интеллигентной семьи.

– Хватит уж Полинки, – выговаривала она Игорю по скайпу. – Прилипла к беспортошному мексиканцу. Он подсел к ней в баре, наплел с три короба, что он родственник чуть не Илона Маска. Она, дурочка, прыг к нему в постель. А ему только того и надобно. Ни к какому Маску он, конечно, отношения не имеет, сидит на пособии, и родственников у него, братьев и сестер – тьма-тьмущая. Работал, оказывается, у нас здесь, на фазенде, вот и присмотрел ее. Она-то его в лицо не помнит. Хоп – и беременная. Он – я жениться, мол, не отказываюсь, даже счастлив. Но я его быстро отвадила. Полинку аборт заставила сделать. Только мексиканцев нам еще не хватает. Сериал «Богатые тоже плачут» он нам решил устроить. – Голос матушки звучал гневно. – Ничего, других родит. Теперь у меня за ней глаз да глаз. Ты тоже там смотри, – наставляла она Игоря. – На дешевку не клюй. Со мной посоветуйся.

Игорь и сам понимал, что жизнь – это бизнес, и к устройству семейного гнезда надо подойти, как к предстоящей сделке: составить бизнес-план и действовать. Потому он не тратил время на раскрашенных «бабочек» в ночных барах и ресторанах, да и ходить туда времени не было. Он по-деловому подошел к вопросу – обратился в брачное агентство, четко обозначив требования к будущей невесте. Кроме того, что девушка должна быть из столичных городов, как хотела мать, Игорь указал от себя, что желательно рыжеволосая, с темными глазами и тонким профилем. Ни больше ни меньше – Энн Джонс с портрета на часах. Но мечта детства – это трепетная, яркая мечта! Игорь не мог отказать себе попытать счастье – а вдруг найдется. Про себя он решил, что если не найдется, изменит требования. Но – вдруг!! Он очень надеялся на счастливый случай. Что вообще-то ему было не свойственно.

И, конечно, матери ничего об этом не сказал. Никому не сказал. Только Анатолию Петровичу Игнатьеву, когда пришел к нему на кладбище в очередную годовщину смерти. «Я буду искать Энн Джонс», – прошептал он, кладя на могилу большой букет белых хризантем. «Не знаю, что получится. Я думаю, вы меня понимаете», – добавил он мысленно.

Тишину нарушил шелест крыльев – большая серая птица села на ветку платана над могилой. Игорь решил, что это знак – его ждет удача.

Однако сперва все развивалось скучно и даже раздражало Игоря. Присланные агентством анкеты кандидаток, уже имеющихся в базе, не произвели на него впечатления, и он ругал себя, что зря ввязался в это дело – только время тратить и деньги. Менеджер, правда, убеждала Игоря, что нельзя судить исключительно по фотографиям, надо пообщаться с человеком вживую. Что ж, с этим Игорь был согласен – и в бизнесе переговоры, то есть непосредственное общение, порой может резко изменить мнение сторон друг о друге, это он знал наверняка. Поэтому, несмотря на занятость, все-таки согласился сходить на пару свиданий с юными леди, которые по анкетам казались ему терпимее других.

Игорь приглашал кандидаток в элитный ресторан на Охте, где частенько обедал. Во-первых, ему нравилась прованская кухня, которой баловал там его знакомый шеф-повар. Более того, он сдружился с управляющим и, отправляясь на свидание, просил товарища ненавязчиво присмотреться к потенциальным невестам – как они со стороны?

Увы, его ждало разочарование. Получив от менеджера информацию, что жених – «очень даже о-го-го-го!» как материально обеспечен, кандидатки слишком рьяно желали понравиться. От невероятных многоцветных макияжей и голых грудей, почти вываливающихся из декольте взятых на прокат вечерних туалетов, Игорь испытывал чувство отвращения. Еще сложнее было слушать бесконечный бред, который несся из пухлых, наколотых губок в яркой помаде. Ни одна из девушек не сказала о себе ни слова правды – все было явное вранье, желание представить себя звездой, – хоть чего! – но только ни в коем случае не показаться обыкновенной. Игорь с трудом высиживал до конца встречи и, докатив очередную «невесту» на порше до дома – как правило, типовой многоэтажки, а не таунхауса, как ему описывали, – старался побыстрее приехать домой и попасть в душ. Хотелось смыть с себя всю фальшь как можно скорее.

После полутора месяцев сотрудничества с агентством стало ясно, что «проект» не удался. Надо сворачиваться. Нечего зря кормить персонал, который готов предлагать кого угодно, лишь бы продлить договор.

И вот однажды рано утром, стоя в пробке на подъезде к офису, Игорь случайно взглянул на соседнюю машину, стекло которой было опущено. И обомлел. За рулем сидела девушка, профиль которой сразу напомнил ему изображение на часах – слегка покатый лоб, тонкий, точеный носик, волосы высоко забраны в хвост. Она не смотрела в сторону Игоря. Нетерпеливо поглядывая на машины впереди, что-то читала в телефоне.

Игорь опустил стекло порше.

– Девушка, не скажете телефончик? – спросил он, высунувшись в окно. Девушка повернулась. Слегка раскосые темные глаза, неброско подкрашенные тенями, взглянули на него с изумлением. Она ничего не ответила. Подняла стекло. И быстро написала помадой номер на нем. Игорь щелкнул телефоном. И знаком показал, что позвонит. Девушка едва заметно улыбнулась и кивнула.

В это время ряд, в котором ехал Игорь, продвинулся вперед, машина с незнакомкой осталась позади. Он даже не успел заметить, какой марки у нее автомобиль – то ли фольксваген, то ли Киа, но какая разница? Игорь намеренно ехал не очень быстро, надеясь еще раз увидеть ее, но безуспешно. Машины проходили мимо, за рулем сидели совсем другие люди, а зато сзади отчаянно гудели те, кого Игорь задерживал. Было странно – куда же она подевалась? Игорь был уверен, он не мог пропустить. Но машина с очаровательной водительницей как будто растворилась в утреннем тумане.

«Не могло же все это мне привидеться? – рассуждал Игорь, заезжая в паркинг бизнес-центра. Затормозив на арендуемом компанией месте, взял брошенный на соседнее сиденье телефон, открыл галерею – фото с номером оказалось на месте. «Ну хорошо, хоть это осталось, – вздохнул Игорь с облегчением. – А то и вовсе подумаешь – морок. Значит, все-таки не заметил, как она проехала, – решил он. – Но как? На стекле с моей стороны должен был быть написан ее телефон. Не могла же она его так быстро стереть. Это не так просто. Разводы останутся».

Однако долго пребывать в раздумьях возможности не было. Едва Игорь вышел из машины и вошел в лифт, зазвонил телефон – секретарша сообщила, что в приемной уже ожидают приглашенные поставщики из Карелии.

Позвонить по заветному номеру удалось лишь в конце дня – тоже из машины, на обратном пути. Весь день шли переговоры с новыми клиентами, включая обед в ресторане. Только вечером, отправив важных гостей на спектакль в Мариинский театр, Игорь, наконец, освободился. Он набрал номер с фото. Ожидая ответа, испытал нешуточное волнение. А вдруг обман? И номер не тот. Сейчас ответит какая-нибудь бабка лет восьмидесяти и – все, надежда рассыплется. Он обрадовался, когда услышал мелодичный женский голос.

– Я слушаю, кто это?

– Я спрашивал у вас номер сегодня утром, – напомнил Игорь. – В автомобильной пробке. Вы помните? Здравствуйте.

– Да, помню. – Ему показалось, она улыбнулась. – Я думала, вы не позвоните. Много времени прошло.

– Очень занятый день. – Он вздохнул. – Как назло. Всегда так бывает, – и тут же предложил: – Давайте познакомимся. Меня зовут Игорь.

– А меня Алиса.

– Вас назвали в честь лисы? – Он пошутил и сам испугался, не слишком ли, что если обидится?

– Нет. – Она рассмеялась. – Хотя говорят, что-то лисье во мне есть. И в характере, и во внешности. В честь Алисы, которая оказалась в Стране чудес, – уточнила она. – У меня бабушка – преподаватель английского, она обожала эту книгу. Говорила, что это неисчерпаемый источник мудрости. Она и настояла, чтобы меня так назвали.

– А куда вы пропали сегодня утром, Алиса? – спросил Игорь. – Я ждал, вы так и не проехали мимо меня.

– А я заглохла на перекрестке, представляете, – призналась она. – И никак не могла завестись. Кое-как съехала к тротуару. Меня пропустили с аварийкой. Оказалось, антифриз из бачка весь вытек. Он давно вытекал, но я не проверяла, знаете ли, – она добавила виновато. – Но сейчас все в порядке. Мастер все сделал. Так что мы с моей поло снова в строю.

Значит, фольксваген поло. Игорь не ошибся.

– Тогда есть предложение встретиться, – вбросил Игорь. И что бы уж не отступать, добавил: – Сегодня. Как вы?

– Я согласна, но… – Алиса задумалась. – Я работаю в книжном магазине. Сегодня допоздна. До ноля часов. Так что давайте лучше завтра, – предложила она. – У меня выходной. Утром у меня спортивные занятия, а вечером я свободна.

– Хорошо, я заеду за вами, – ухватился Игорь. – Куда?

– Улица Руднева, 9, третий подъезд, – сказала она. – Встретимся внизу. В шесть вы сможете?

– Смогу, – уверенно ответил Игорь, заранее решив, что отменит все, что бы ему ни запланировала секретарша.

Игорь не ожидал, что так разволнуется перед встречей. Ведь не мальчик, опыт есть – и какой! Первые «уроки» он получил еще в одиннадцатом классе – с репетиторшей по английскому. Она приходила два раза в неделю к ним в квартиру на Конюшенную. Студентка четвертого курса университета, рыженькая, очень подвижная, веселая. Язык она знала прекрасно – по обмену обучалась полтора года в Оксфорде. Она научила Игоря не только языку, но и первым азам искусства любви – в дальней комнате, пока бабушка дремала на кухне, а Полина нажимала на клавиши в музыкальной школе.

Потом в Москве, в институте, Игорь попал в оборот к своей сокурснице Рите. Она приехала с Ямала, жила в общежитии, тогда как Игорю родители снимали квартиру на Университетском проспекте. Напористая девица, не дожидаясь согласия Игоря, явилась к нему с вещами, и у него не хватило смелости ее выгнать. Рита немедленно взяла под контроль всю жизнь Игоря – готовила, стирала, следила, во сколько приходит, куда уходит. Так бы и окрутила она скромного в те годы Воскресенцева, если бы не Антонина Владимировна. Она приехала в Москву навестить сына. И была очень удивлена, увидев, как по-хозяйски Рита расположилась в квартире. Игорь боялся сообщать матери заранее, но очень рассчитывал на ее приезд – уж она-то с Ритой справится. Так и получилось. Хватило одного «женского» разговора на кухне, чтобы Рита вылетела, как пробка, вся красная, и, не глядя на Игоря, быстро собрала вещи и съехала. Более того, даже перевелась на другой факультет, чтобы больше с Воскресенцевым не встречаться.

– Что ты ей сказала, мама? – удивленно спрашивал Игорь у Антонины Владимировны.

– Знаю я, что сказать этим шлюхам, – отрезала мать. – Пусть убирается, откуда приперлась.

История с Ритой быстро стала известна, и девушки в институте обходили Игоря стороной. Впрочем, он не расстраивался. Ни одна из них всерьез его не интересовала.

Устроившись в «Нефтеэкспорт», Игорь некоторое время походил в любовниках супруги тогдашнего своего шефа. Познакомились они на корпоративе. Как-то слово за слово, пару раз вместе пообедали – и понеслось. Светлана Александровна, яркая блондинка с изумительной фигурой, «слепленной» бесконечными диетами и тренировками в фитнес-центрах, сама не работала, свободного времени у нее было много, и она скучала. Вот и присматривала молодых сотрудников мужа, чтобы провести время повеселее. Встречались в отелях раз, а то и два раза в неделю. Потом шефа забрали в «Роснефть» в Москву, и роман закончился. Зато Игорь благодаря Светочкиной протекции получил повышение. Шеф рекомендовал его новому начальнику на должность его заместителя.

На новом поприще для Воскресенцева было очень важно обзавестись собственными деловыми связями. И тут снова помогла женщина. В командировке в Хельсинки Игорь познакомился с супругой главы крупной финской фирмы-перекупщика Марией Сауремаа. Она имела русские корни, хорошо говорила по-русски. Благодаря связи с Марией Игорь всегда получал лучшие цены на товар и самые выгодные условия поставки. Он хорошо заработал для фирмы, чем завоевал безусловное уважение сотрудников, ну и сколотил солидный личный капиталец.

Казалось бы, успех у таких искушенных особ, как Светлана Александровна и Мария, должен был придать Игорю уверенность в себе перед встречей со скромным продавцом-консультантом торговой сети «Буквоед». Но в том-то и дело, что на этот раз все было по-другому. Ни Света, ни Мария не собирались расставаться со своими мужьями, и Игорь прекрасно это знал. Для него это была игра, деловая игра – не больше. Только бизнес, и ничего личного. С Алисой же он планировал начать нечто важное для себя – свою новую жизнь. И знал, что, как и в любом деловом предприятии, в личной истории всегда важно начало.

Воскресенцева совсем не смущало, что, скорее всего, у потенциальной невесты нет и гроша за душой. Что она живет в типовой многоэтажке и ездит на бюджетной марке автомобиля. Напротив, все это очень даже его устраивало. Он хотел стать для будущей супруги всем – источником радости, материальных благ, исполнителем ее самых заветных желаний. Одним словом, просто богом. Чтобы она все получила от него и всем была ему обязана.

На следующий день в назначенный час Игорь подкатил на порше к третьему подъезду двенадцатиэтажного дома на улице Руднева, 9. Несколько бабушек, сидевших на лавочке перед входом, даже привстали, увидев его машину. А женщина, выгуливавшая карликового пинчера на поводке, чуть не упала, оступившись.

Игорь опустил стекло и взглянул на дом. Интересно, на каком этаже живет Алиса? Потом посмотрел на часы – без двух минут шесть. Как он и рассчитывал – деловая жизнь приучила его к точности. Но девушку, конечно, придется подождать, как же иначе?

На телефоне то и дело всплывали сообщения от секретарши. То финансовый директор просил добро на срочную конвертацию. То транспортный отдел сообщал, что цистерны снова задерживают. То отдел рекламы просил утвердить новый ролик для ю-туба. Нет, оторваться от фирмы он, конечно, не в состоянии.

Подняв стекло, Игорь быстро написал Лене: конвертацию разрешить, по поводу цистерн немедленно связаться с таможней, все выяснить. Ролик подождет – завтра. «Запиши их ко мне на восемь тридцать, – отписал он секретарше, – пусть приходят, показывают».

В окно постучали.

– Здравствуйте, вы меня ждете?

Алиса стояла у машины. Он даже не заметил, как она подошла.

– О, простите, – отбросив телефон, Игорь быстро вышел и распахнул перед Алисой дверцу заднего сиденья. – Прошу, садитесь.

– А там… – Алиса как-то замялась. – Цветы… На заднем сиденье.

– Еще раз простите. – Игорь махнул рукой. – Задергали по работе. Конечно, это вам.

Он наклонился и, взяв букет из семнадцати белых роз, который заказал утром в цветочном магазине напротив фирмы, вручил его девушке.

– Это вам, – повторил он. – Хотел встретить с ним. Но текучка, текучка.

– Я понимаю. Спасибо! – Алиса улыбнулась. – Очень красиво. Я люблю розы…

Она аккуратно села на блестящую белую кожу, которой были обтянуты кресла. Игорь отметил про себя, что оделась Алиса весьма скромно, но со вкусом. Черное платье с кружевными рукавами, ниточка жемчуга поверх. В ушах небольшие жемчужные сережки. Волосы все так же хвостом собраны на затылке. Никакой лишней косметики, только подкрасила ресницы. На руке – маленькая бархатная сумочка и плащ.

– Я заказал столик в ресторане на Садовой, – сообщил Игорь, усаживаясь за руль. – Сам там прежде никогда не был, но мне его хвалили.

Это было правдой. Игорь не хотел преждевременно показывать Алису никому из знакомых – вдруг раскритикуют. Он не хотел никаких негативных суждений. Да и позитивных – тоже. Сначала желал разобраться сам в чувствах и принять решение.

Потому он не обратился к знакомому ресторатору на Охте, а попросил Лену заказать столик где-нибудь в приличном месте, по ее вкусу. Секретарша рекомендовала ему заведение, о котором ей рассказал начальник охраны. Он отмечал там свадьбу дочери и остался очень доволен. «Что ж, проверим, какой вкус у начальника охраны», – решил про себя Игорь.

Включив зажигание, Игорь поехал на разворот. Внезапно он обратил внимание, что на его машину уже никто не смотрит. Ни старушки на скамейке, ни женщина с пинчером, ни дворник, который появился позже. «Странно, – подумал Игорь. – Если Алиса живет в этом доме, вышла из подъезда и села в такую машину, как моя, они бы все на нее смотрели. А так, посмотрели, поглазели и забыли. Как будто они ее не знают».

Смутная тревога на мгновение овладела им. Но он тут же прогнал посторонние мысли.

Ресторан «Meet» располагался на территории отеля «IZZZI» в переулке Крылова. Отель четыре звезды – конечно, это был не уровень Игоря. Но, обдумав все еще утром, он решил, что не стоит погружать Алису сразу в роскошь, преждевременно показывать все свои возможности. Судя по машине, она и сама о них догадывается. Лучше начать скромнее.

Пока доехали до Садовой, говорили о разном. Оказалось, у Алисы есть родители и младший брат. Игорь спросил, почему Алиса выбрала местом работы книжный магазин. Ведь это не самое доходное место.

– Вы знаете, мы мало печемся о доходах, – призналась девушка, прислонив к груди букет роз. – Лишь бы хватало на самое необходимое. Моя мама окончила библиотечный институт и всю жизнь проработала в детской библиотеке. Она считает книги самым важным в жизни человека. Они помогают воспитывать его, открывают мир. Папа же и вовсе «книжный червяк», если можно так выразиться. – Она рассмеялась. – Вы знаете, у него коллекция в сто пятьдесят тысяч томов. Он заставил ими всю квартиру и весь наш дачный домик. А также гараж.

– А кем же работает папа, если так много уделяет внимания чтению? – удивился Игорь. – Надо же иметь свободное время.

– Чтение – это и есть его работа, – неожиданно сообщила Алиса. – Он ученый, античный филолог. Изучает Древнюю Грецию и Рим. Преподает на кафедре в университете.

«Папа – преподаватель университета, мама – библиотекарь, что ж, моей матушке точно понравится эта семья, – констатировал про себя Игорь. – Сама она книг никогда не читала и не коллекционировала, но интеллигенцию уважает».

– Ну а что же делает ваш младший брат? – спросил Игорь, чтобы долго не молчать.

– Он учится в школе, – ответила Алиса просто. – В восьмом классе. Читать не любит. Хотя родители всячески его заставляют. Но все его друзья увлекаются гаджетами. И он тоже.

– Как же его зовут? – спросил Игорь между прочим. Услышав же ответ Алисы, чуть не проехал на красный свет.

– Василий. Вася.

«Лиса Алиса и кот Базилио, не розыгрыш ли все это?» – снова засомневался Игорь. И снова прогнал случайную мысль.

В ресторане «Meet» посетителей было немного. Игорь провел Алису к столику у окна.

– Имею честь сообщить, у нас новинка. – Официант сразу приметил состоятельного посетителя и, подскочив, начал расхваливать блюдо. – Гавайская закуска Поке. Потрошеный лосось, рис на пару, авокадо, водоросли нори. Очень вкусно, питательно, много белка и витаминов. Не желаете ли попробовать?

– Как вы? – Игорь взглянул на Алису. – Я ел Поке на Гавайях. Ну, попробуем, как готовят у нас?

– Да, конечно, – согласилась Алиса. – Я даже не пробовала никогда. Только читала.

– Принесите Поке, – попросил Игорь. – А также гребешки с лисичками. И по бокалу шампанского. Вы не возражаете? – он обернулся к Алисе. – Доверитесь моему вкусу? Уверяю, это очень вкусно.

– Всецело. На ваше усмотрение, – улыбнулась она. – И если можно, говори мне ты, – предложила она, смущаясь. – А то я чувствую себя какой-то очень важной персоной, и мне неудобно.

– Я тоже хотел предложить, – обрадовался Игорь. – Каким спортом занимаешься? – поинтересовался Игорь в ожидании Поке. – Аэробикой?

– Нет, что ты! – Алиса улыбнулась. – Я стреляю из лука. Кюдо – это японский вид спорта такой. Но вообще, в прошлом – боевое искусство. Знаешь, это целая философия, в двух словах не опишешь.

– Стреляешь из лука? – Игорь чуть не поперхнулся соленым орешком, который взял из вазочки на столе. – Как же ты пришла к этому? Весьма необычное увлечение!

– Прочитала в книге и нашла мастера в Интернете, – просто объяснила Алиса. – Книга называлась «Рассказы путешественника» графа Елениева, – продолжила она. – Ты не читал? Это еще дореволюционное издание. Он очень интересно рассказывает в ней о своих путешествиях по Японии. И описывает там национальные японские виды спорта, в частности кюдо. Кюдо занималась супруга графа, Анна Николаевна. Она была наполовину японкой. Она надевала особый костюм и стреляла из лука на лужайке перед домом…

– Пока однажды не застрелила мальчика, сына управляющего, который выскочил на поляну, не зная об упражнениях хозяйки, – добавил Игорь невесело. – Вот уж не ожидал, что ты увлекаешься Елениевыми.

– Ты знаешь историю Энн Джонс? – Алиса немного растерялась. – Откуда? Сейчас мало, кто интересуется…

– Я родом из Елениевки. – Игорь чуть наклонился вперед и взял в руку пальцы Алисы. – Да, да. Из той самой Елениевки, которая нынче называется поселок Солнцевский. Мой отец был директором Солнцевского лесоперерабатывающего комбината. Он построил дом прямо напротив старой елениевской усадьбы. Еще и саму усадьбу купить хотел, да мать воспротивилась. Я все каникулы школьные проводил в этой усадьбе. Подружился там с одним человеком, он был знатоком елениевской истории. Так что кое-что знаю.

– Вот это да! Неожиданно! – Щеки Алисы зарделись. – А я никогда не была в Солнцевске. Все собиралась поехать, посмотреть, как там и что. Но – никак. То учеба, то работа.

– Как-нибудь отвезу тебя туда, – предложил Игорь. – Отец сейчас уехал в Америку, там живет. Но дом наш стоит, никуда не делся. Я иногда туда наведываюсь. Проверяю.

– Это было бы здорово! – воскликнула Алиса. – Ты знаешь, в некотором смысле, Энн Джонс – это та женщина, на которую я бы хотела походить, – призналась она.

– Я заметил, – кивнул Игорь. – Знаешь, внешне у вас есть что-то общее.

– Ваша закуска, прошу. – Официант принес гавайский Поке.

Блюдо очень понравилось Алисе. Вечер пролетел незаметно. Игорь узнал много о магазине, в котором работает Алиса. О ее подругах и коллегах, которые совершенно не разделяли ее увлечение кюдо и считали Алису эксцентричной особой. «В смысле “пофорсить желаю”», – уточнила она.

Игорю очень хотелось пригласить Алису домой и похвастаться антикварными елениевскими часами из чистого серебра, но он пока решил повременить. Не в его правилах было торопить события. Надо подождать, все обдумать. Очень уж большой неожиданностью стало для него увлечение Алисы всем елениевским. Конечно, Игорь и желал бы, чтобы будущая жена разделяла все его увлечения. Но Энн Джонс – слишком уж сокровенно. Он не был готов сразу признаться, что эта женщина – и его мечта тоже. И потом, как человек деловой, приземленный, он понимал: мечта – это одно, а реальная земная жизнь – куда прозаичнее. Стоит ли так рисковать, чтобы позволить мечте сбыться? Может быть, мечте лучше остаться мечтой?

Все эти мысли обуревали Игоря, когда он вернулся к себе в усадьбу, поблагодарив Алису за ужин и доставив на порше до дома на улице Руднева, 9. Его опять удивило, что Алиса не вошла в подъезд, а стояла перед домом, прижимая к груди букет цветов, ожидая, пока он уедет. Может быть, на самом деле она вовсе и не там живет. Кто она вообще такая? «Надо поручить начальнику охраны навести справки», – решил Игорь. Нельзя мучиться догадками. Так же как и в бизнесе, прежде чем принимать решение, надо собрать информацию. Бывший кагэбист со связями Евсеев наверняка быстро что-нибудь нароет.

Игорь подошел к бару и плеснул в фужер коньяк. Вот уж он не ожидал от себя, что, познакомившись с девушкой, которая ему понравилась, он будет поручать Евсееву готовить на нее досье. Но больно уж много совпадений! А мать права. Надо знать, на ком собираешься жениться. А то потом потеряешь не только то, что сам заработал, но и все отцовское состояние может утечь в ловкие ручонки.

Игорь сердился на себя за меркантильность. Девушка красивая, ему понравилась, откуда все подозрения? Еще утром он ни о чем подобном не думал. Но мысли рождались сами собой, ком накручивался, настроение портилось.

Когда каминные часы с хризантемой пробили полночь, Игорь уже почти ненавидел Алису. Он представлял ее себе этакой хищницей, опытной охотницей за деньгами. Воображал в объятиях любовника, на роль которого в его воспаленных мыслях почему-то попал найденный в Интернете тренер по кюдо. Ему представлялось, что вдвоем они составили хитрый план, как развести Воскресенцева на пару миллионов долларов, а потом спокойно отправиться жить в Японию.

Отхлебнув очередную порцию коньяка, Игорь уже нетвердым шагом подошел к камину и провел пальцем по профилю Энн Джонс в центре хризантемы.

– Никто не может сравниться с тобой, – проговорил он вполголоса. – Ни одна продажная шлюха.

Потом выключил свет и пошел спать. Наутро он проснулся с тяжелой головой. И все так же в отвратительном настроении. Приехав в офис, на вопрос секретарши: «Ну, как Игорь Ильич, понравился ли вам ресторан?» – буркнул неприветливо: «Все было хорошо, спасибо». И, едва взглянув на сотрудников рекламного отдела, приготовившихся демонстрировать видео, приказал:

– Лена, срочно Евсеева ко мне!

– А что случилось? – удивилась секретарша.

– Пусть сейчас же зайдет, – повторил Игорь и, открыв дверь кабинета, вспомнил про рекламщиков. – Проходите.

Евсеев не заставил себя ждать. Вошел, слегка смущенный. Лена в приемной уже шепнула ему, что, мол, шеф не в духе. Наверняка, ресторан не понравился, надо было порекомендовать что-нибудь покруче.

– Игорь Ильич, звали?

– Да, Леша, подойди сюда. – Игорь подозвал Евсеева к столу. – Поставьте на паузу, – кивнул в сторону телевизора. – Одну минуту. Вот. – Он протянул Евсееву листок. – На нее мне все данные. Я написал имя и предположительный адрес.

– А фамилия, Игорь Ильич? – Евсеев взглянул в листок.

– А фамилии нет, – невозмутимо ответил Игорь. – Тебе что, в первый раз? Сам узнай фамилию. И номер квартиры, где живет. И все о ее семье. Ясно?

– Ясно, Игорь Ильич. – Евсеев ответил не очень уверенно. – Но, может быть, фотка хотя бы есть.

– Фотка есть, – подтвердил Воскресенцев. – Часов с профилем. Точная копия профиля. Я тебе пришлю.

– В смысле часов? – Евсеев растерялся, но быстро взял себя в руки. – Все понял. Разрешите идти? – осведомился по-военному.

– Иди и постарайся к обеду что-то подготовить, – распорядился Игорь. – Срочно. Фотку тебе сбросил. – Он нажал на кнопку «послать» в бизнес-чате. – Уже у тебя.

– Получил…

Евсеев направился к двери. Игорь видел, что он пару раз растерянно обернулся, взглянув в телефон.

– Продолжайте. – Воскресенцев обратился к рекламщикам. – Давайте еще раз сначала. Как-то там у вас скучновато. Затянуто.

Игорь не сомневался, что Леша Евсеев, подполковник ФСБ в запасе, свое дело знает. Не успел он отобедать в директорском зале столовой, как начохраны положил на стол секретарши папочку, которую Лена и вручила Игорю, как только он поднялся к себе в кабинет.

– Вот, Игорь Ильич, Евсеев оставил.

– Да, спасибо.

Игорь прошел в кабинет, сел в кресло, положил папку перед собой. Открыть ее он не решался. Что там? Нажав на кнопку селектора, попросил:

– Лена, сделай кофе.

– Сейчас, Игорь Ильич.

Наконец, открыл папку. Сомнений быть не могло – с фотографии, приколотой скрепкой к листу бумаги, на него смотрела Алиса. «Евсеич – золото, молодец! Нашел». Игорь мысленно похвалил начальника охраны. «Кондратьева Алиса Геннадьевна, – было напечатано на листке под фотографией. – 1996 года рождения. Окончила СПб ГИК имени Крупской. В настоящее время работает продавцом-консультантом в книжном магазине “Буквоед” Невский проспект, 46. Обучается на литературных курсах при Союзе писателей СПб. Имеет родителей. Мать Кондратьева Лариса Евгеньевна – замдиректора детской библиотеки имени Михалкова в Сестрорецке. Отец – Кондратьев Геннадий Геннадьевич, старший преподаватель кафедры античной филологии в СПбГУ. Брат Василий, ученик 8-го класса школы № 62 Выборгского района. Проживают улица Руднева, 9 кв. 165».

Вот так. Игорю стало стыдно за все его мрачные мысли. Алиса была абсолютно честна с ним, а он подозревал ее бог знает в чем.

Надо немедленно позвонить ей и попросить о новой встрече. Такую девушку упускать нельзя. Воскресенцев взял мобильник, нашел в памяти номер и набрал. «Телефон выключен или находится вне зоны действия сети», – ответил ему равнодушный женский голос.

– Игорь Ильич, кофе! – Лена внесла поднос и поставила чашку с капучино на стол перед Игорем.

– Спасибо. – Игорь озадаченно смотрел на дисплей телефона. Он не мог сообразить, а что случилось?

Еще две попытки также не принесли результата. «Телефон выключен или находится вне зоны действия сети», – был ответ. А как он может быть выключен? Алиса сегодня должна быть на работе. Выходной у нее был вчера.

– Игорь Ильич, на проводе Москва, приемная Сечина, – сообщила по селектору Лена.

– Соединяй, – распорядился Игорь. – И найди мне телефон «Буквоеда» на Невском. Невский, 46. Мне некогда смотреть.

– Хорошо, Игорь Ильич. Соединяю.

– Что говорите? Кондратьева Алиса? – спустя полчаса голос незнакомой девушки в «Буквоеде» на другом конце провода прозвучал как-то скучно и безучастно. – Да, была такая. Но сейчас нет. Она уволилась.

– Как уволилась, когда? – Игорь не на шутку разволновался. – А причина?

– Ну, мне причины неизвестны, – усмехнулась девушка. – Написала утром заявление – и все. Никто ее не задерживал. Вообще, ее здесь не любили.

– Не любили почему? – удивился Игорь.

– Да так. Много из себя ставила.

Игорь повесил трубку, обескураженный. Он ясно чувствовал, что-то не то, он угодил в ловушку, но пока не понимает, в чем она и как выбираться. Мало того что телефон Алисы был отключен, из магазина она уволилась, а накануне и словом не обмолвилась, что собирается это сделать, еще и на работе, оказывается, ее считали заносчивой и высокомерной, а он не заметил ничего подобного. Искусно маскировалась? Не исключено. Игорю приходилось сталкиваться с особами, которые, несмотря на юный возраст, сначала очень «гладко стелили», окружали заботой и лаской, а едва почувствовав свою власть, брали в ежовые рукавицы. Такие попадались ему и после Риты. В основном это были провинциальные барышни. Но, имея опыт общения с институтской подругой, он быстро их раскусывал и отправлял… подальше. Неужели с Алисой проглядел? Она не приезжая, она вроде как питерская. Но теперь уж он ни в чем не был уверен. Могла обмануть. Весь вопрос – зачем?

Первым побуждением Воскресенцева после разговора с сотрудницей магазина было снова вызвать Евсеева и поручить ему разобраться посерьезнее. Правда, подумав, Игорь решил, что все время нагружать начальника охраны личными делами и посвящать в детали неудобно. Да и преждевременно. Надо сначала кое-что узнать самому. Нет, Евсееич – не болтун. Он знает, что его дело – помалкивать. Но Лене секретарше сболтнуть может. Лена же своя, тысячу раз проверенная. Им же, Евсеичем, и посаженная на столь ответственный пост. К тому же дальняя родственница Самого… То есть главы «Роснефти» Игоря Ивановича Сечина. Но личные дела – это личные дела. И Игорю было удобно, чтобы о его личных делах секретарша знала поменьше. Да чтоб никто на работе ничего особенно не знал. Игорь свято соблюдал правило, что в офисе дистанция – только на пользу.

Потому Евсеева он вызывать не стал, остаток рабочего дня провел в плохом настроении – мрачнее тучи. А как только закончил с делами, сел в порше и поехал по указанному Евсеевым адресу, где якобы проживала Алиса, – на улицу Руднева, 9. По дороге Игорь пытался представить, что его ждет. Он бы нисколько не удивился, узнав, что никакой Алисы в квартире 165 нет, а живут там совсем другие люди. Вспомнились тревожные звоночки накануне – странное поведение бабушек у подъезда, как Алиса тихо появилась около машины, так что он не заметил, как долго стояла, не входя в подъезд, после ужина, словно специально дожидалась, когда он уедет.

Свернув на улицу Руднева, Игорь подъехал к дому, когда уже стало смеркаться. Припарковавшись почти у помойки, – другого свободного места для машины его размера не нашлось, – вышел из автомобиля и пошел вдоль дома, густо обсаженного разросшимися кустами сирени, к третьему подъезду. На скамейке перед подъездом, по обыкновению, сидели две старушки, рядом из объемной миски кормились кашей с сосиской три местных кота. Игорь набрал на домофоне номер квартиры – 165. Гудка не последовало. Домофон явно не работал.

– А вы в какую квартиру, молодой человек? – спросила одна из бабушек, присмотревшись к нему.

– В 165, к Кондратьевым, – сообщил Игорь, обернувшись.

– В 165? – старушки переглянулись. – А к кому же там? Там давно никто не живет. Пустая стоит.

– Как пустая? – У Игоря оборвалась сердце. – А девушка Алиса, такая, с хвостом на затылке, разве не там живет? Кондратьева Алиса, мама у нее библиотекарь, а папа – ученый, филолог.

– Нет, что вы. – Бабушки снова переглянулись. – Девушка Алиса живет у нас на восьмом этаже в первом подъезде. В квартире 65. Да, у нее мама библиотекарь, папа – ученый-филолог. А сегодня утром ее уволили с работы, она шла и плакала. Поссорилась там с кем-то. В книжном магазине, где работала.

– Шла? Разве она не на машине ездит? – удивился Игорь.

– На машине? – Бабушки опять с удивлением посмотрели друг на друга. – Как же ей на машине ездить? У них отец на машине ездит. А у Алисы очень плохое зрение. Вряд ли бы родители ей позволили. Все книжками испортила. Читать всегда любила.

– Так, ясно. Спасибо. – Игорь засунул руки в карманы брюк. – Розыгрыш, значит.

– Что, молодой человек? – переспросила одна из старушек.

– Ничего, ничего. – Игорь махнул рукой. – В 65-й, говорите, на восьмом этаже, первый подъезд? – переспросил он. – А есть кто дома, не знаете?

– Должны быть. Сама же Алиса и есть. Ей куда идти, раз ее с работы уволили? Недавно она с собакой выходила. Карликовый пинчер у них такой, крикливый очень. Полаять любит. Да и брат из школы прошел. Родителей-то нет еще наверняка. Мать далеко на работу ездит, аж в Сестрорецк. А у отца вечерние занятия в университете.

– Ясно. Карликовый пинчер, припоминаю. – Игорь вспомнил женщину, которая выгуливала собаку, когда он подъехал вчера за Алисой, и чуть не попала под колеса автомобиля. Скорее всего, это была мама – библиотекарь. На Алису, садящуюся в незнакомую машину, она не обратила никакого внимания. Значит, не знает. Не ее дочка.

– Ну а вот такая девушка вам тут не встречалась? – Он достал телефон и показал фотографию, предоставленную ему Евсеевым. – Это не Алиса?

– Ой! – бабушки ахнули в один голос. – Нет, это не Алиса… Свят, свят, свят! – Одна из них перекрестилась. – Откуда у вас эта фотография, молодой человек?

– Дал знакомый, – уклончиво ответил Игорь. – А что, вы знаете эту женщину?

– Конечно. Это же Алечка Кондратова как раз из 165-й квартиры. Но она… она давно пропала. Уж лет пятнадцать как. Поехала за город и не вернулась. С бабушкой здесь жила. Бабушка у нее английский язык в 62-й школе преподавала. Хорошая была учительница. Варвара Владимировна. Дети ее любили. Бабушка все искала Алечку, искала, ждала, да так и не дождалась. Так и умерла, не узнав, что же с внучкой сталось. А квартира с тех пор закрытая стоит. Кто-то оформил ее на себя. Да кто – неизвестно. Говорят, какие-то иностранцы. Ни разу не показывались.

– Алечка Кондратова, говорите? – Игорь машинально погладил по спине кота, запрыгнувшего на скамейку. – А полное имя у нее как было, не помните?

– Как не помнить? Александра. Варвара ее в честь сына своего назвала. Он был офицер, в Афганистане погиб. Алечка никогда его не видела. А мать Алечкина, она себе другого мужа нашла, а дочку с бабушкой оставила. Очень добрая была девочка, разговорчивая. Умница. На истфак в большой университет поступила. – Старушка вздохнула. – И черт дернул ее в этот Солнцевск поехать. Куда-то к черту на рога. Однокурсник подбил. Историю они какого-то старинного семейства изучали. Вот и отправились на место посмотреть, как там жили графья эти. Отправиться – отправились. А назад не вернулись. Пропали без вести. Варвара говорила, что вроде как в болоте утопли. Заплутали они. Кто-то им неверно дорогу подсказал, вот они в болото и угодили. Не вышли из него. А тела их так и не нашли. Очень жалко. – Старушка всхлипнула.

– Да, не поехала бы и сейчас была бы жива, – добавила вторая.

– Лет пятнадцать назад?

Игорь задумался. Он вспомнил, что как-то летом, когда он еще учился в школе, весь Солнцевск подняли на ноги – приехали поисковики из гражданской обороны, прочесывали лес, искали каких-то студентов, пропавших без вести. Приглашали волонтеров из местных, кто хорошо лес знал. Тогда вместе с антикваром Игнатьевым Игорь тоже принял участие в поисках. Анатолий Петрович сказал ему, что, скорее всего, бедолаги забрели на болото, которое находилось километрах в пяти от усадьбы Елениевых. А раз так – ходу из него нет. Там и остались. Уже не найдешь, трясина съела.

– Что ж, спасибо! Очень помогли мне.

Игорь вернулся в машину, взял коробку дорогих итальянских конфет, приготовленную для Алисы, и вручил бабушке с котом.

– Ой, это мне? – ахнула та.

– Да, попейте чайку на досуге, – вяло улыбнулся Игорь. – Всего хорошего вам.

Потом снова сел в порше, задумался. Ну хорошо, ладно. Не просек сразу. Но все-таки подозревал. А что же Евсеич? Даром хлеб ест? Как он мог так промахнуться? Фото и номер квартиры от Александры Кондратовой, которая родилась еще в СССР и пятнадцать лет как не существует на свете, а все остальные сведения, включая дату рождения, от Алисы Кондратьевой, бывшей сотрудницы магазина «Буквоед», у которой мать, скорее всего, ровесница той самой Александры. Смухлевал? И часто он так мухлюет? Надо разобраться.

Игорь взял телефон и уже хотел набрать Евсеича, но остановился. Нет, надо до конца во всем убедиться самому. Мало ли что бабки скажут. Ясно, что в квартиру 165 ему не попасть, а что же квартира 65? Надо бы туда наведаться, взглянуть, какова же она, настоящая Алиса Кондратьева. Надо проверить.

Игорь включил зажигание, медленно объехал помойку и, припарковавшись с другой стороны, чтобы бабушки на скамейке его не видели, вышел из машины и направился к первому подъезду.

Взглянув на список квартир, убедился: действительно, квартира 65 находилась на восьмом этаже. Звонить в домофон он не стал. Он же хотел взглянуть на Алису, а, услышав незнакомый голос в трубку, ему точно скажут, что он ошибся, или еще что-то в этом роде.

На его счастье, дверь подъезда открылась, вышел молодой человек с квадратной желтой сумкой за спиной – доставка Яндекс-еда. Игорь вошел в подъезд и в полутемном лифте поднялся на восьмой этаж. Подошел к квартире 65. Позвонил в звонок. Залаяла собака.

– Кто? – спросил молодой женский голос. – Мистик, фу!

– Здравствуйте, я к Геннадию Геннадьевичу. – Игорь вспомнил имя и отчество отца Алисы и то, что, скорее всего, он сейчас должен находиться в университете. – По поводу книги.

В замке повернулся ключ, дверь открылась.

– А папы нет дома, он на занятиях, – сказала невысокая девушка в черных джинсах и зеленой футболке с логотипом «Lamoda». Широкое лицо с выступающими скулами, каштановые волосы подстрижены в каре, за толстыми стеклами очков большие серые глаза. Обычная девушка лет двадцати с хвостиком, вполне симпатичная. Но не Алиса. Точнее, не его Алиса. А скорее всего, Алиса – да не та.

– У папы сегодня вечерники, он будет к одиннадцати, – проговорила девушка. – Мистик, уйди. – Между ног у нее просунулась собачья мордочка и, тявкнув, исчезла. Игорь обратил внимание, что все стены в коридоре были заняты стеллажами с книгами. И если судить по отражению в зеркале, точно такую же картину можно было наблюдать и в комнате. «Как там говорила неизвестная Алиса – сто пятьдесят тысяч книг? – подумал Игорь. – Похоже на то».

– А вы – Алиса? – спросил Игорь.

– Да, а что? – Девушка удивилась.

– Геннадий Геннадьевич мне о вас говорил, – соврал Игорь. – Я хотел показать ему редкую книгу. Но как-нибудь в другой раз.

– Надо обязательно предварительно позвонить, папа забывает, кому он назначает встречи и когда, – посоветовала Алиса. – Знаете, у него голова совсем другим занята. Эсхил, Гомер, Юлий Цезарь… И расписание свое не помнит. За него все помнит мама.

– Нет, нет, мне он не назначал, – ответил Игорь. – Я проезжал мимо и решил заглянуть.

– Звоните, – повторила Алиса. – У вас есть номер? Я вам сейчас дам. – Она повернулась к полке и вытащила из коробки визитную карточку. – Вот это папина, специально здесь храним, чтобы давать телефон, если какие студенты или аспиранты потеряют. Знаете, к папе и дипломники ходят, и кто над кандидатской работает, много ученого народа. – Она снова улыбнулась. – А у них, как и у папы, в голове только их наука.

– Спасибо, обязательно позвоню.

– Вообще, он завтра будет с утра, если срочно нужно, – уточнила Алиса. – У него пары в двенадцать начинаются. Так что часиков в девять можете заглянуть.

– Спасибо. А скажите, вы не знали Александру Кондратову из третьего подъезда? – решился спросить Игорь.

– Я не знала, а что? – Алиса явно удивилась. – Мама училась с ней в одном классе, у ее бабушки Варвары Владимировны. Она у них классным руководителем была. Но она пропала без вести. Никто не знает, что с ней случилось.

– А вы паспорт не теряли в последнее время? Ничего такого странного не было? – поинтересовался Игорь.

– Нет, а почему вы спрашиваете? – Алиса насторожилась.

– Может быть, кто-то интересовался прошлым вашей мамы? Не было никаких необычных знакомств?

– Не помню. – Алиса задумалась. – Вы проходите. – Она отступила назад, пропуская Игоря в квартиру. – А то я боюсь, Мистик выскочит на улицу, он такой неугомонный.

– Спасибо.

Игорь прошел в коридор.

– Знаете, ничего такого особенного не было, – продолжила Алиса, прислонившись спиной к стеллажу. – Вот полгода назад пришла как-то одна женщина. Молодая такая, красивая. Волосы рыжие, завязаны хвостом на затылке. Одета во все черное. Спросила маму. Мол, Лариса Евгеньевна Кондратьева здесь живет? У меня был выходной, я была дома одна. Я говорю, да. Но она на работе, в библиотеке. Тогда она говорит, что, мол, я с вашей мамой в школе училась, живу в другом городе. Вот приехала в Питер, хотела бы повидаться. А было уж к восьми вечера. Папа, как всегда, был с вечерниками. Я ее в дом впустила. Говорю, если хотите, можете подождать. Мама где-то к девяти приезжает. Она прошла в комнату. Попросила посмотреть мамины школьные фотографии. Я ей показала. Расспрашивала о нашей семье. О папе. Я ей сделала чай. Но пока я на кухне возилась, слышу, она по комнате ходит. Я быстро вошла – нет, сидит. Ну, не может человек так быстро, только что ходить – и сесть. Я тогда подумала, что мне, наверное, послышалось. Я чай принесла, но она пить не стала. Быстро засобиралась и ушла. Сказала, зайдет на следующий день. Но так и не зашла. Я маме о ней рассказала, описала внешность, она прям испугалась. Говорит, не может быть. Просто вылитая Сашенька Кондратова. Неужели жива? Я ей говорю, она – моего возраста. Как такое может быть? А еще, знаете, Мистик на нее как бешеный лаял. Я его никогда таким не видела, просто порвать хотел. А папа сказал, что к нам лисица-кицунэ заглядывала. Знаете, есть такое демоническое существо в японской мифологии – лисица с девятью хвостами. Что-то наподобие вампира. Она лишает человека жизненных сил, забирает его душу и за счет этого живет вечно. Вот, по мифу, ее очень хорошо чувствуют собаки и ненавидят. И лиса эта тоже собак боится. Понимает, что они всегда ее разоблачат. Ну, это он пошутил, конечно. – Алиса покачала головой. – Папа, он по привычке профессиональной все на мифы переводит. Но мама очень забеспокоилась, замок на дверях мы поменяли. На всякий случай. Больше эта женщина не приходила.

– Так зачем ей? – усмехнулся Игорь. – Она все посмотрела, все узнала.

«Вопрос только – зачем ей все это?» – подумал он про себя. И вдруг в голове мелькнула мысль – часы! «Антикварные часы с хризантемой! Она подбирается к ним! Надо срочно ехать домой».

– А за что вас уволили из магазина? – Игорь напоследок решил сменить тему. Как это говорил Штирлиц в популярном кинофильме – запоминается последняя фраза? Вот-вот.

– Откуда вы знаете? – удивилась Алиса, открывая дверь на площадку.

– Бабушки у подъезда сказали, когда я искал вашу квартиру.

– А я с начальником поспорила, – махнула рукой Алиса. – Я им говорила, что не надо всюду Пушкина и Толстого на самом видном месте выставлять. А надо наших современных авторов, чтобы люди знали и читали. А мне сказали, что я разрушаю русскую культуру и вот могу уходить… Если ничего не понимаю. Я и ушла.

– Ну, ничего, новую работу найдете, – успокоил ее Игорь. – У вас есть характер, это главное.

– Спасибо. – Алиса сняла очки и потерла глаза. – Придется искать, куда деваться? А что сказать папе, кто к нему заходил? – вспомнила она.

– Скажите, Игорь Ильич по поводу книги, – ответил Игорь, вызвав лифт. Он был уверен, что погруженный в мифы Геннадий Геннадьевич все равно не вспомнит, знает он человека с таким именем и отчеством или нет. Скорее всего, решит, что знает.

– Хорошо, передам. – Алиса закрыла дверь.

Выйдя из подъезда, Игорь быстро прошел по двору и сел в машину. Взяв телефон, набрал номер начальника охраны.

– Евсеич, ты что горбатого порешь? – набросился на него, как только тот снял трубку. – Ты какие данные мне дал на девушку, что я просил?

– А что? Что-то не так? – растерялся Евсеев. – Все отработал, как обычно, Игорь Ильич.

– Если ты всегда так отрабатываешь, то не удивляйся, если я завтра напишу шефу докладную с требованием твоего увольнения, – отрезал Игорь. – Вот я тебе сейчас пришлю фото документика, который ты мне дал. Видишь? – Он сбросил Евсееву фото. – Какая там квартира написана? 165. А я вот нахожусь здесь, на улице Руднева, 9, и выяснил, что в квартире 165 уже много лет никто не живет. Бабушка старенькая умерла, и все, больше нет никого. Внучка ее погибла. И фамилия их была Кондратовы, а не Кондратьевы. А Алиса Кондратьева в 65-й квартире проживает. И это совсем другой человек, не тот, что на фото. Мне с тобой, Евсеич, что теперь делать?

– 165-я квартира? – переспросил Евсеев. – Сейчас взгляну. Я еще у компьютера, что-то мне сдается, что там 65-я была. Да, так и есть. 65-я квартира у меня написана.

– Откуда же 165-я взялась? – удивился Игорь.

– Игорь Ильич, виноват. – Начохраны поперхнулся. – Не доглядел. Видите, единичка ручкой приписана. Малец мой пририсовал. Старшая дочка с утра внучка подкинула, мол, пусть посидит часик, пока она к зубному сходит, у нас, напротив. Вот он и устроил художество. А я и не заметил. Вот, клянусь 65-я. Могу сфотографировать и прислать. А что такое случилось? – уточнил он. – Я не очень смотрел, ведь не в Москву посылать.

– Ты что дисциплину нарушаешь? Какой малец на рабочем месте? – рассердился Игорь. – Тем более в секретном отделе? Ладно, а фотографию Алисы где взял?

– В Контакте. На странице Алисы Кондратьевой. Смотрю, вроде она. Правда, больше там никакой инфы не было.

– Значит, так, Евсеич, тут такая каша заваривается, непонятная. – Игорь смягчился. – Давай ноги в руки – и ко мне в Репино. Пистолет возьми.

– Пистолет?!

– Да. А еще… – Игорь задумался на мгновение. – А еще собаку. Есть у тебя собака?

– Есть. Дуся. Мопс.

– Нет, Евсеич, Дуся не пойдет. – Игорь поморщился. – Не тот калибр. А посерьезней?

– Может, в питомник МВД в Янино позвонить? – предложил Евсеев. – У меня там есть кореша. Пришлют инструктора с овчаркой.

– Некогда, долго очень, – отказался Игорь.

– У Лены, нашей секретарши, овчарка, – вспомнил Евсеич. – Молодая, правда, два года. Но головастая. Гард зовут. Лена тут недалеко от офиса, через квартал живет. Могу за ней заскочить.

– Вот, дожили, Евсеич. У секретарши овчарка, а у тебя, полковника ФСБ, мопс, – усмехнулся Игорь.

– Так Лена одна живет. А у меня – жена с обстановкой. Самому-то сесть негде, стаканчик пропустить. Тут не трогай, там испортишь, не дом – а музей. Не то что собаку еще. А что случилось-то, Игорь Ильич? – снова тревожно спросил Евсеев.

– А то, что меня ограбить хотят. Если еще не ограбили, – сообщил Игорь. – А может быть и убить…

– Убить, ограбить?! Так того, полицию вызывать надо…

– Успеется. Дело тонкое, Евсеич. Не совсем обычное. Мистика какая-то. Так что готовься. Заезжай за Леной и овчаркой ее. Жду вас у ресторана «Шаляпин» на станции Репино, – приказал Игорь. – Лену бы, конечно, лучше дома оставить. Но собака вряд ли без нее поедет.

– Я пригляжу, – пообещал Евсеич. – Все понял, Игорь Ильич. Контрольное время какое?

Игорь взглянул на часы.

– Сейчас семь. Давай без десяти восемь на станции.

– Заметано.

– Жду.

Закончив разговор с начальником охраны, Игорь позвонил Амаре.

– Слушаю, Игорь Ильич, – по обыкновению, немного нараспев ответила тайка.

– Меня никто не спрашивал? Никто не приходил? Не приезжал? – спросил Игорь.

– Нет, Игорь Ильич, никого не было. – Домоправительница искренне удивилась. – Только продукты привезли и воду, что я заказывала. А так – никого.

– Никого в дом не пускать, – распорядился Игорь на всякий случай. «Хотя нечистая сила – она на то и нечистая сила, что ей наплевать на все запреты», – подумал он про себя. Но пожилую женщину пугать не стал.

– Я скоро буду, – сообщил он и сбросил звонок.

Проехав по ЗСД, Игорь выехал на Зеленогорское шоссе и уже через полчаса подъехал к ресторану «Шаляпин». По его расчетам, Евсеич и Лена должны были подъехать минут через пять- семь. Однако все пошло не так, как Игорь предполагал.

– Ну, что? Где вы?

Игорь набрал номер начохраны, когда тот не появился через пятнадцать минут. – Я вас жду у «Шаляпина».

– Игорь Ильич, опаздываем, – ответил тот. – Пробка. Дорожные работы. Застряли чуток. Сейчас, минут через пять будем.

На айфоне высветился параллельный звонок от Амары. Быстро промелькнул и… все. Игорь почувствовал неладное.

– Евсеич, я больше ждать не могу. Езжай сразу ко мне домой, – приказал Игорь. – Ясно?

– Есть, понял. – Тот ответил немного растерянно.

– Собака с тобой?

– Да, порядок.

– Тогда пулей!

– Жму на пределе.

Из айфона понеслись короткие гудки. Игорь бросил телефон на соседнее сиденье. Включил зажигание, резко сдал назад, развернулся и, вырулив на шоссе, понесся на эстакаду. Уже стемнело. Машин было мало. Игорь пролетел по спуску, резко свернул на лесную дорогу – кратчайший путь, – и, не жалея машину на кочках и ямах, быстро поехал к дому. Подъехав к усадьбе, нажал на брелок – ворота автоматически открылись. Он въехал внутрь. «Закрывать не буду, – подумал быстро. – Кто Евсеичу откроет, если что? А забор высокий. Пока они перелезать будут, не исключено, что я уже буду труп».

Он вышел из машины, закрыл дверцу – так тихо, как только мог. Все окна в доме были темны, только в кабинете – там, где находился камин с часами, – горел свет. Амара не вышла его встречать, как делала обычно. И Игорь совсем не удивился – он даже не был уверен, что домоправительница еще жива.

Несколько мгновений Игорь раздумывал, что делать. Ждать Евсеича или идти одному? Сейчас он пожалел, что его собственный пистолет, американский Glock 19, остался все в том же кабинете, в сейфе. А очень бы кстати было иметь его при себе. Хотя против демонов что с него толку? Но так, хотя бы для самоуспокоения.

Что ж, делать нечего – надо идти. Сам влез в ловушку – сам и расплачивайся. Если ждать, лисица может улизнуть.

В бизнесе Игорь привык действовать решительно. Привычка не подвела его и на этот раз. Однако зайти он предпочел не через парадное крыльцо, а с черного входа, где обычно ходили садовники. Для этого надо было пройти по тропинке между высокими – в человеческий рост, – рододендронами, прямо под окном кабинета. «Заодно посмотрю, что там», – подумал Игорь.

Стараясь ступать как можно тише, Игорь прошел по тропинке. Напротив освещенного окна остановился и, осторожно раздвинув кусты, взглянул внутрь – у камина неподвижно стояла человеческая фигура в широких бело-черных одеждах. Мужчина или женщина – непонятно. Фигура стояла спиной, волосы собраны на затылке в хвост. Рядом с ней Игорь увидел длинный лук и колчан со стрелами. Фигура явно смотрела на часы с хризантемой на каминной полке – они все еще находились на месте. «Не взяла, меня поджидает, – подумал Игорь. – Ничего не поделаешь. Встречи не избежать. Надо идти. Главное, чтобы Евсеич больше не застрял ни в какой пробке».

Игорь обошел дом и, тихо открыв дверь, вошел. Достав айфон, посветил фонариком. Он сразу увидел экономку Амару – она сидела связанная под лестницей, ведущей на второй этаж, во рту у нее был кляп. Увидев Игоря, она застонала.

– Тише, тише, все знаю, – проговорил Игорь шепотом и, подойдя к тайке, вынул у нее изо рта кляп. – Сейчас развяжу, только, чур, не во что не вмешиваться, поняла? – Он размотал узел у нее за спиной. – Помощь уже близко. Нам, главное, продержаться.

– На меня напали, Игорь Ильич, – прошептала Амара. – Я была на кухне. Ничего даже не заметила вначале. Подкралась ко мне незаметно.

– Это женщина?

– Женщина. Но очень сильная. Похоже, она приехала в кузове машины, которая воду доставляла. Я ворота открыла, чтобы их впустить, и пока они воду разгружали, она выскользнула и спряталась в саду. Очень гибкая, ловкая, как лисица, – продолжала тайка. – Беззвучно проникла в кухню, чем-то уколола меня в спину. Я ахнула, обернулась. Успела увидеть, что у нее глаза такие… красные, горят, как угли. И зубы большие, хищные. Но может быть, все это мне показалось… А потом я сознание потеряла. И вот здесь очнулась, связанная. А она еще там? – Амара показала пальцем в сторону кабинета.

– Там, – подтвердил Игорь. – Но еще раз повторяю. Ты сидишь здесь. Тише воды, ниже травы. Я сейчас к ней пойду. Но что бы ни случилось – ты не вмешиваешься, – еще раз предупредил он. – Это очень опасно. Мне помогут без тебя. Я позвал друзей, которые лучше с этим справятся.

– Ой, Игорь Ильич… – Амара, закрыв лицо руками, заплакала. – Что же будет-то? Это же дьявол какой-то…

– Не исключено, – вздохнул Игорь. – Но постараемся выпутаться. Тсс! – Он прижал палец к губам. – Тебя здесь нет.

Вытирая пальцами слезы, тайка закивала. Осторожно ступая, чтобы деревянные ступени не скрипели, Игорь поднялся на второй этаж, прошел по узкому коридору и спустился в главный холл. Повернул направо. Вот и двери кабинета. Он мгновение помедлил, собираясь с духом, и резко распахнул их. В глаза сразу ударил яркий свет. Ему показалось, лампы горели ярче, чем обычно.

– Что ты все ходишь кругами? – услышал он насмешливый голос Алисы. – Ты думаешь, я не услышала, как ты приехал? Мы же перешли на ты, я ничего не путаю?

У Игоря заслезились глаза, и он плохо различал собеседницу. Но волевым усилием заставил себя ответить спокойно.

– Я вижу, ты только что с тренировки. Что тебя заставило приехать сюда? Соскучилась? – Он тоже усмехнулся. – Я знаю, ты не Алиса. И ты мне врала во всем, кроме кюдо. – Он кивнул на лук. – Здесь ты сказала правду. Но ты и не Александра. Кто ты?

– Я та, о встрече с которой ты мечтал, – последовал ответ. – Я – Энн Джонс. Девятихвостая лисица, которая живет вечно. Пятнадцать лет назад я заманила глупенькую Александру, увлекавшуюся сказками обо мне, в болото, утопила там и завладела ее душой и обликом. О, это не единственное приобретение в моей коллекции. У меня множество душ и множество обликов. И я выбираю, как в гардеробе, какой из них надеть. А от тебя мне было бы вовсе ничего не надо, я даже никогда не обратила бы на тебя внимание, если бы не дорогая моему сердцу вещица, которую тебе подарил еще один сумасшедший, бредивший моей историей, антиквар Игнатьев. Я хотела обойтись с тобой гуманно.

Энн сделала шаг вперед. Туман в глазах Игоря рассеялся, и он увидел перед собой прекрасную рыжеволосую женщину с раскосыми темными глазами в традиционном костюме бойца кюдо.

– Ведь ты никак не причастен к разорению моего дома. Часы тебе подарил твой друг. Я планировала, воспользовавшись тем, что Игнатьев задурил тебе голову рассказами о моей красоте, соблазнить тебя, вполне законно проникнуть в твой дом, забрать часы и оставить тебя в покое. Но ты оказался не настолько увлекающимся, как он. Ты очень наблюдательный, умный. Ты привык все рассчитывать, проверять. Более того, ты не одинок. С одинокими – легко. А у тебя есть друзья, есть женщина, которая тебя любит и молится за тебя. Да, да. – Лицо Энн осветила обворожительная улыбка. – Ты не знал? Это твоя секретарша Лена. Это она пририсовала единичку в отчете твоего приятеля, а вовсе не его внучок. Она не хотела, чтобы ты встречался с другими женщинами. Но этим она тебе помогла гораздо больше, чем даже сама себе представляла. Помогла меня разоблачить. А что же теперь делать мне? – Энн пожала округлыми плечами. – Мне ничего не остается, как убить тебя. Хотя я этого не хотела. Но для меня опасно, чтобы ты оставался в живых. Слишком много знать – вредно…

Энн молниеносно повернулась, в руках у нее оказался лук, она вскинула его, положив стрелу.

– Умри. – Она натянула тетиву. В это мгновение на улице завизжали тормоза. Послышался топот ног на крыльце и собачий лай.

– Игорь Ильич!

– Игорь!

В распахнутую дверь с лаем ворвалась молодая овчарка. За ней бежали Евсеич и Лена.

– А ну положи оружие, стрелять буду!

Евсеич вскинул пистолет. Прозвучал выстрел, пуля врезалась в мраморную плитку рядом с часами. Стрела сорвалась с тетивы и ударила Игорю в руку. Он вскрикнул от боли и увидел, как рука мгновенно почернела.

Энн резко повернулась, бросилась вперед. Превратившись в рыжую лисицу, вспрыгнула на каминную полку и, схватив часы, исчезла в зеве камина.

– Игорь Ильич, живой? – Евсеев подбежал к Воскресенцеву. – Лена, быстро звони в скорую, – приказал он секретарше. – Украла часы, подлюга! Ну, ничего, у меня связи обширные. Найдем. И ее саму, и часики.

– Часики искать не нужно, – негромко проговорил Игорь. У него кружилась голова, он чувствовал, что теряет сознание. – Другие куплю. А эти мне и даром не нужны.

– Ну, как скажешь. – Евсеев пожал плечами. – Лена, ну, что там врачи? – спросил нетерпеливо, обернувшись.

– Едут. Через пять минут будут, – ответила секретарша и наклонилась к Воскресенцеву. – Игорь Ильич, больно?

– Нет, не очень, – ответил он мягко. – Терпимо. Если выживу, выходи за меня замуж, – предложил он. – А ты, – взглянул на Евсеича, – в своем ресторане любимом стол закажи. Там отмечать будем.

– Это я понимаю, Игорь Ильич! – Евсеев радостно сжал руку Воскресенцева. – Молодец! Все сделаю.

* * *

«В поселке Репино Курортного района совершено нападение на заместителя директора компании “Нефтеэкспорт” Игоря Воскресенцева, – сообщили на следующее утро в программе ЧП по питерскому телевидению. – Преступник проник в частный дом в элитном поселке, где проживал Воскресенцев, предположительно, с целью ограбления. Хозяин дома получил тяжелое ранение в плечо стрелой, наконечник которой был обмазан ядом, состав которого устанавливается. Игорь Воскресенцев доставлен в больницу. По прогнозам врачей, кисть руки вряд ли возможно спасти, но в остальном – прогноз положительный. Распространение яда по организму удалось остановить. Преступник объявлен в розыск. Начато расследование».