Красота не спасёт мир, пока на неё взирают, как на девку по вызову. И получается, как в рассказе одного нашего клубного парня: «Я, короче, лежу на шконке, а шлюха упала на четыре кости и долбит головой!»

Дать жизнь человеку проще, чем высадить дерево. Детей нередко зачинают походя, по пьяному делу, от бескультурья. А сколько мы знаем примеров, когда деревья высаживали походя, по пьяному делу, от бескультурья?

Страшно родиться рекой или деревом. В реку всякий может плюнуть, дерево – сжечь или срубить. И ни в том, ни в другом случае не последует и малого отпора! Так вообще природа, что бы с ней ни делали, безропотно сносит всё и в ответ не поднимет руку, а разговоры о том, что она якобы «мстит» то наводнением, то ураганом, то глобальным потеплением, – плод нашего гордого ума. В то же время это никакая не месть природы, а суть усталость её от всех измывательств и зверств, что претерпела она от людей.

На глазах человека, за столь ничтожный срок – век людской, не по дням, а по часам редеют когда-то непролазные леса, год от года мелеют реки, которые текли миллиарды лет, да вот, похоже, пришла пора иссохнуть. Ужасно быть свидетелем и современником, тем более ровесником этих процессов! И уму непостижимо, а с точки зрения некой исторической логики – то и противоестественно. И чем далее, тем более всё это – и дремучесть сибирской тайги, и полноводность Лены или Волги – становится одним из расхожих русских мифов, по которым о нас всё ещё судят за границей и какими сами мы красуемся перед миром, ничуть не смущаясь тем, что немного оснований для бахвальства, а с каждым новым днём поводов к этому будет всё меньше и меньше.

Не министром, не банкиром, не владельцем нефтяной компании, а хорошо быть лесником или садовником! Или, по крайней мере, писать – так, как будто стережёшь лес или высаживаешь деревья – маленькие беззащитные дички. И пусть невеселы твои раздумья о дальнейшей судьбе всех этих написанных тобой повестей и рассказов, стихов и газетных заметок, которые ты оставляешь один на один с безразличием людей, точно и вправду высаживая на пустыре берёзки и черёмушки, ёлки и сосенки, но зато и греет надежда на их благополучное устройство под этим небом, на этой земле, в этом вечно враждующем мире, где головы дырявят друг другу без особой надсады, а вот сбережение жизни во всяком сущем теле требует, по-видимому, какого-то недюжинного усилия.