1. Балканский полуостров, занимая исключительно важное геополитическое положение и являясь связующим звеном между тремя континентами, представляет собой стержневую составляющую Юго-Восточной Европы, обращенную к северу и востоку Евразии, а также к России. В силу этого с древних времен Балканы неоднократно становились объектом агрессивных геостратегических устремлений самых различных стран и народов, театром военных действий многочисленных армий и флотов. Этот регион и сегодня является объектом пристального внимания многих стран мира.

2. Тугой узел политических, социально-экономических и этнорелигиозных проблем на Балканах, уходящих корнями в далекое прошлое, по-прежнему является предпосылкой острых политических кризисов в Европе. Неурегулированность сложившихся противоречий, обострившихся вследствие распада Социалистической Федеративной Республики Югославия, явилась причиной активизации политики Запада, прежде всего США и других стран НАТО, взявших на вооружение новую геостратегию, призванную обеспечить однополюсное мироустройство. Претендуя на мировое господство, США и ряд стран Запада в период Балканского кризиса стремились создать в регионе мощный военно-стратегический плацдарм для установления контроля не только в Юго-Восточной Европе, но и в Черноморском, а в перспективе и Прикаспийском бассейнах. Такие далеко идущие замыслы представляли и представляют собой опасность для национальной безопасности России, особенно в связи с крайне сложной военно-политической обстановкой на Украине.

В свою очередь политика европейских государств на Балканах в 90‑е годы XX столетия ориентировалась, в первую очередь, на обеспечение общеевропейской безопасности и развития с реализацией своих собственных экономических, политических и военных интересов, в т. ч. за счет былого влияния России.

3. К исходу XX столетия Россия, традиционно имеющая собственные интересы на Балканах, по ряду политических и экономических причин ослабила свое влияние в этом регионе. Это нанесло ущерб экономическим и военным интересам страны, снизило ее авторитет среди славянских государств, потенциальных союзников России на Балканах. Попытки России перехватить инициативу в разрешении конфликта в бывшей Югославии мирным путем натолкнулись на серьезные политические, финансовые, военно-технические трудности в стране и главное – вызвали противодействие как стран НАТО, так и исламских государств.

В Балканском кризисе Россия продемонстрировала, с одной стороны, приверженность главенству права, желание следовать международным нормам поведения, а с другой – отсутствие эффективного механизма реализации долговременной стратегии, основанной на национальных интересах страны.

4. Вооруженные конфликты на территории бывшей Югославии (в Словении, Хорватии, Боснии и Герцеговине) явились результатом сопряжения внешних и внутренних факторов, среди которых особое место принадлежит стратегии США и других стран НАТО, направленной на усиление их позиций на юге Европы и успешно реализованной ими. Удовлетворяя собственные интересы, США, страны НАТО, а также некоторые исламские государства предприняли ряд политико-дипломатических, экономических, пропагандистско-информационных и других действий по активизации дезинтеграционных процессов в бывшей Югославии и ослаблению роли России на Балканах.

5. Наиболее острая форма противоборства – по свой сути, гражданская война, – проявилась в Боснии и Герцеговине, целями враждующих сторон в которой явились следующие:

для мусульман – создание независимого унитарного мусульманского государства на всей территории Боснии и Герцеговины (программа максимум) или значительное расширение подконтрольной им территории (программа минимум);

для сербов – удержание от притязаний мусульман и хорватов территории с проживанием преимущественно сербского населения путем создания независимой республики боснийских сербов с последующим объединением ее с Сербской Республикой или Союзной Республикой Югославия;

для хорватов – вытеснение со своей исторической территории нехорватского населения, вхождение в состав Хорватии.

Это вооруженное противостояние было прекращено только после вмешательства внешних, в том числе и заинтересованных в распаде Социалистической Федеративной Республики Югославия, сил.

6. На начальном этапе югославского кризиса вооруженные силы противостоящих сторон формировались на базе бывшей Югославской народной армии с применением их штатного вооружения и военной техники. В последующем их состав, структура, численность и подготовка совершенствовались в соответствии со способами ведения боевых действий. Военное руководство сторон стремилось придерживаться также положений боевых уставов и наставлений бывшей Югославской народной армии. Однако разнородность организационно-штатной структуры и вооружения, слабые маневренные возможности войск, полупартизанский характер войны вынуждали вносить существенные коррективы в порядок подготовки и ведения боевых действий.

Характерными для вооруженных конфликтов в республиках бывшей Югославии явились боевые действия на отдельных направлениях, преимущественно вдоль дорог, при отсутствии сплошной линии фронта. При этом основные усилия сторон направлялись на овладение и удержание населенных пунктов, крупных промышленных центров, месторождений полезных ископаемых, узлов коммуникаций, важных в оперативно-тактическом отношении районов и естественных преград.

Способы боевых действий реализовывались с учетом реальных возможностей войск сторон, степени их поддержки извне, а также особенностей местности. Авиация и бронетехника почти не использовались, артиллерия – ограниченно, широкое распространение получили минная и снайперская войны.

Вопросы всестороннего обеспечения войск явились одними из самых сложных и решались далеко не в полном объеме, что заметно сказывалось на боеготовности и боеспособности войск.

7. В процессе разрешения Балканского кризиса международные организации, США и страны НАТО продемонстрировали свои возросшие возможности силового пресечения военных конфликтов в горячих точках планеты и обеспечения относительной стабильности в ее регионах. Однако достигнутая как в Хорватии, так и Боснии и Герцеговине стабильность, как правило, отвечала интересам лишь одной из конфликтующих сторон (хорватской или мусульмано-хорватской) в ущерб другой (сербской), что не согласовывалось с принципом беспристрастности и незаинтересованности миротворцев, не способствовало окончательному установлению мира и спокойствия.

В 1991–1995 гг. стали отчетливо просматриваться тенденции к ослаблению роли ООН и значительному возрастанию роли региональных организаций, прежде всего НАТО, в процессе мирного урегулирования конфликтных ситуаций за пределами национальных территорий, что вызвало необходимость пересмотра традиционного подхода Совета Безопасности ООН к выполнению своих полномочий в сфере миротворчества, основанных исключительно на контроле за соблюдением конфликтующими сторонами взятых на себя обязательств.

8. Вольными или невольными просчетами российской дипломатии на Балканах в 90‑х годах XX века являются следующие:

признание независимости Словении, Хорватии, Боснии и Герцеговины;

политика двойных стандартов – вся вина за конфликт возлагалась на сербских «национал-коммунистов»;

увязка вопроса о решении кризиса с внутренним политическим устройством Сербии и Черногории;

присоединение к санкциям ООН против Социалистической Федеративной Республики Югославия и сербов в Боснии;

поддержка всех резолюций Совета Безопасности ООН, даже односторонних (Россия избегала использования право вето, в то время как США блокировали предложения России, не задумываясь о единстве Совета Безопасности);

давление исключительно на сербскую сторону с целью получения максимальных уступок;

невыполнение данных сербам обещаний;

игнорирование национальных интересов России в угоду интересам Запада;

отсутствие контакта с боснийскими сербами и отклонение их обращений в посредничестве урегулированию кризиса, а также предложений самих сербов по урегулированию.

9. Дейтонские соглашения остановили войну, но не могли сразу решить проблемы Балканского региона.

10. Сложившаяся в Боснии и Герцеговине военно-политическая обстановка обусловила потребность подготовки и проведения в стране миротворческой операции.