«Вот скажи, камандир, гиде справедливасть?»

Чип ворвался в мой мозг, стоило мне вернуться домой.

«Кто с тобой опять несправедливо обошёлся?» — вздохнул я.

«Жизнь! Жизнь, как ана есть, панимаишь⁈»

«Неа, нихрена не понимаю, — признался я. — Тебя так-то бывает непросто понять, а когда ты ещё и философствовать начинаешь, так и вовсе тушите свет, сливайте воду!»

«Зачем?»

«Что зачем?»

«Воду сливать зачем?»

«Тьфу ты… присказка такая! Чем тебя жизнь-то обидела?»

«Кака-та белабрысая плоскохвостка может с любым гаварить, а я только с тобой и Юми-кун… А ведь эта я паладин Тьмы!!!»

«Зато у тебя самый пушистый хвост!»

Дожили… У меня что, на двери табличка «Мозгоправ» висит?

«А вообще, ты бы тоже мог, если бы не дерзил своей богине!»

«Ничаво, ни гаварил па челавечьи — неча и начинать! А скланяться я даже перед багиней не буду!»

«А вот тут я тебя поддерживаю, — серьёзно ответил я, садясь между тем поужинать. — Тёмная и без поклонов обойдётся. Мы так-то богам не кланяемся. Пусть гордится, что может рядом с нами в одном строю стоять!»

«Вы вообще в курсе, что я слышу вас обоих? — хихикнула Тёмная. — Как вы с таким самомнением в двери проходите?»

«А мы где прямо не пролезем, там пройдём бочком!» — улыбнулся я.

«Ну вы-то точно без мыла пролезете, даже не сомневаюсь!» — богиня ещё похихикала и отрубилась.

Тоже где-то нахваталась. Без мыла мы пролезем. Кто бы говорил. Сама, похоже, тоже уже где-то пролезла, раз такая языковая практика!

Мне вдруг подумалось, что Тёмная и Лекса будут отлично смотреться подружками невест на моей свадьбе. Ну а что, уж если Охотнику играть свадьбу, то и гости должны быть на уровне!

Чёрт, о чём я думаю? Какая свадьба, пока Падший бродит где-то, пока инферны гибнут каждый день?

— О чём задумался, дорогой? — Аня подложила мне на тарелку побольше заливного говяжьего языка.

— О том, что у меня самые красивые в мире невесты, — улыбнулся я.

Хм… звучит почти как «зато у тебя самый пушистый хвост».

Так, стоп. Кажется, мысли живут своей жизнью, а я за ними не поспеваю.

Да, навалилось в последнее время…

Но что в таких случаях делает Охотник?

Он берёт в одну руку большую кружку пенного, в другую меч…

Кажется, мне надо немного отвлечься. Чуть-чуть!

И тут у меня зазвонил телефон. Жихарев.

— Не спишь ещё? — вместо приветствия спросил Евгеныч чуток заплетающимся голосом.

— Нет, а ты? — переспросил я, и уже спрашивая, понял, что сморозил глупость.

— Да вот только проснулся, опохмелился, и как ты думаешь, где я встречаю Новый год? — в голосе Евгеныча явно послышалась обида.

— Где же?

Если честно, я понятия не имел, где он может его встречать, и главное, причём здесь я.

— Возле, мать его, жёлтого разлома! — рявкнул Жихарев. — Что в нём такого ценного, что аж цельный начальник опорного пункта вынужден второго января караулить его?

— Погоди, он что, открылся? — я толкнул Ариэль в бок.

— Открылся, открылся… вот уже час как открылся! Чего мы его караулим-то?

— Евгеныч, ты что, пил?

— Артём, ты на календарь-то глянь. А кто не пил?

Чёрт!!!

— Слышь, внутрь ни ногой! — предупредил я. — Сейчас будем!

— А рассол огуречный есть? — услышал я Евгеныча, уже отключаясь.

Так. Так, блять!

— Ариэль, минута на сборы, полная выкладка. Аня, мне нужны Могрим и Торвальд, настолько быстро, насколько получится! Деда, — я глянул на патриарха, — а что если нам купить и этот участок, в Арапахо?

— Уже купили, — ухмыльнулся тот. — Всё оформлено на тебя, а ты уж сам решишь, кто какой гешефт с этого поиметь должен.

— Спасибо, деда, — кивнул я и крикнул погромче: — Кто-нибудь, найдите банку солёных огурцов! Человеку плохо!

— Вот, — с кухни прибежала кухарка с банкой. — Только открывать хотела. Солёные, без уксуса, в яблочном соку! Сама делала! И вот ещё…

Мои уже привыкли, что я выгребаю в криптор домашние запасы, так что тащили, не особо раздумывая, где и когда я это есть буду. Вот и сейчас кухарка вместе с банкой притащила целый поднос всякой снеди.

— Как раз то, что нужно! Спасибо! — поблагодарил я её и убрал всё в криптор.

Ариэль, которая успела смотаться в комнату, переодеться в броню и прихватить меч, с хлопком телепортации появилась в дверях столовой.

— Я готова! — сообщила она.

— Идём!

Я подхватил мою инферняшку под локоток, собираясь пройти глубокими слоями теней, но она просто телепортировалась сразу в казарму, к порталу в Арапахо.

— Ой! — это она заметила в бассейне Ханну.

— Познакомлю позже! — я вдруг вспомнил, что мои невесты — последние в усадьбе, кто не в курсе появления некромантки.

Мы шагнули в портал и вышли внутри пирамиды.

— Помнишь, где жёлтый разлом? — спросил я.

— Помню, но это далеко…

Я прижал обе ладони к её шее и открыл безлимитный доступ к своей энергосети.

Хлоп! Мир на секунду окрасился в чёрное и синее, и вот мы уже возле жёлтого разлома.

— Охренеть! — Жихарев, который ещё только пытался убрать в карман телефон, уставился на нас. — А рассол?

— Лучше, Евгеныч, лучше! — я достал банку с огурцами, припорошенными осадком, который всегда выпадает из яблочного сока. — Я тебе живую воду привёз. И оливье! Держи!

Я поставил на капот джипа и банку, и поднос с салатами.

— О, вот это по-нашему! От души!

Жихарев раскинул руки для обнимашек, но я показал ему на разлом, и тот махнул рукой, мол, выметайся.

— Только звиняй, откроешь сам как-нибудь. Идём, Ари.

— Мы тебя любим!!! — завопил женский голос с заднего сиденья джипа.

— Линда, привет! — крикнул я в ответ. — И, Евгеныч, если разлом закроется — это нормально, мы изнутри откроем.

И мы с Ари нырнули в разлом.

Как же вовремя! Тут же, стоило нам войти, неподалёку щёлкнуло, и разлом закрылся.

— Как часы! — я показал Ариэль большой палец.

— Только календарь сбился, мне кажется, — покачала та головой.

— Уже неважно, — отмахнулся я. — Выключи его пока и открой разлом. Дед выкупил участок, теперь это наш разлом.

— А может нам не торопиться его открывать? — Ари подошла ко мне и заглянула в глаза. — Сколько времени уйдёт у Ани, чтобы доставить Могрима с Инферно и Торвальда с Урала?

— Хм… от трёх до шести часов, а Могрима, возможно, и дольше. Придётся подождать.

— Когда мы прошлый раз здесь были, мы ещё не были вместе, — напомнила Ариэль. — Но ты мне тогда уже запал в сердце. Я ещё, помню, подумала, что если нам придётся провести в разломе всю жизнь, то очень хорошо, что я оказалась здесь с тобой.

— Приятно это слышать, — я обнял её за талию, подтянув к себе.

— Второй раз мы пришли, сделали меч и ушли, а мне хотелось задержаться, — она привстала на цыпочки, приблизив свои губы к моим. — И вот у нас минимум три часа, вдвоём, только ты, я…

— И гоблины, — я кивнул на начавшую собираться позади Ариэль толпу.

— Тьфу, такой момент испортили! — расхохоталась она, оглянувшись.

— Но мы можем найти местечко поукромней, — возразил я. — Рядом с тронным залом Последнего короля должна быть и королевская опочивальня, как думаешь?

— Надеюсь, Могрим не сочтёт это святотатством! — хихикнула Ари.

ㅤ

Три часа спустя мы, насытившись друг другом, решили всё же выйти из разлома.

И надо же так совпало, что Линда с Евгенычем тоже решили воспользоваться уединением. К счастью, расположились они не на капоте, а за машиной в теньке, так что мы сделали вид, что ещё не выходили, вернулись в разлом, под тень циклопического скелета.

— Ещё разочек? — разбросанная вокруг машины Жихаревых одежда навела на определённые мысли.

— Пощади! — взмолилась Ариэль. — Я уже не могу больше! Что я тебе такого сделала?

— Приворожила?

— Я — тебя?

— В тебе течёт демоническая кровь, как-никак, — подмигнул я. — Может, в тебе есть что-то от суккуба? Рожки вот есть… а хвост? Или может крылья?

Я тенями утащил броню, поддоспешник и нижнее бельё с Ариэль.

— Ой!

— Я должен тебя осмотреть! — нахмурился я. — Ну-ка повернись…

— Как скажете, доктор… — выдохнула Ари.

Быстро избавившись от одежды, я прижался к ней сзади и ухватился одной рукой за упругую грудь, а другой надавил на спину, заставив прогнуться.

— Ноги на ширину плеч, — скомандовал я.

— Ой, а вы точно доктор? — Ариэль послушно сделала всё, что я просил. — Что вы делаете! А если кто-то войдёт в кабинет?

— Как зайдут, так и выйдут, — хмыкнул я.

На этот раз гоблины нам не мешали.

ㅤ

— В следующий раз бери с собой Аньку! — проворчала Ариэль, безуспешно пытаясь попасть в штанину поддоспешика. — Посмотри на мои руки! Они всё ещё дрожат!

— Так ведь тебе не сражаться, — пожал я плечами.

— Да у меня после Арапахо так колени не подгибались!

Она, наконец, справилась с одной штаниной и принялась за вторую, балансируя на одной ноге в одних легкомысленных трусиках, в то время как тяжёлая налитая грудь…

— Так, Чернов, быстро отвернулся! — воскликнула она, заметив мой взгляд.

Улыбнувшись, я и правда отвернулся.

В этот момент пискнула чуйка, и из окна разлома, спиной вперёд вылетела полуголая Линда.

— Женя! — заорала она, упав задницей на песок, но тут заметила меня. — Артём, там теневики!

— Понял, — кивнул я.

Всё веселье с меня как ветром сдуло. Подхватив меч, я, как был в одних трусах, выскочил из разлома.

И вовремя.

Нет, Евгеныч, конечно, хорош. Удержать щитами две полные звезды теневиков уровня магистра и выше… Силён, силён.

— СТОЯТЬ! — гаркнул я по-ацтекски, выкрутив тёмный дар на полную катушку.

Теневики замерли, даже те, что были в тенях.

— Ты как? — спросил я Жихарева, который, в отличие от меня, даже трусы ещё надеть не успел.

— Пидорасы, водку разбили, — Евгеныч кивнул на осколки бутылки, видимо, упавшей с капота на камень.

— Ат пидараса слышу! — на отличном русском отозвался один из теневиков.

Он покрутил головой, повёл плечами.

— Опачки, оно живое! — я своим глазам не поверил.

Даже просканировал ещё раз теневиков, но те действительно были не выше великого магистра. Не должны были так быстро в себя прийти.

— Что, удивлён, князь демонов? — ухмыльнулся, видимо, командир группы. — Бог-солнце предвидел твоё появление здесь!

О, это всё объясняет! Преемник Фламинго, видать?

— То-то я и чувствую, от вас падалью пованивает, — кивнул я. — Что, божок ваш зассал сам явиться? Что ж он за шестёрками-то прячется?

У бойцов вытянулись морды, и даже Жихарев глянул на меня неодобрительно.

— Евгеныч, за водку не переживай, у меня ещё есть, — посулил я.

— Хрен на неё, — тот махнул рукой. — С этими что делать будем?

— Да на кол их, и всего делов, — пожал я плечами. — Сдадим Разумовскому по описи, у того уже коллекция.

— Сдадите, как же! — оскалился старший у теневиков.

Пока мы болтали, уже и остальные размялись, отошли от повелевания.

— Ты видишь, что они нас окружают? — спросил Евгеныч.

— Да это стажёры, — хмыкнул я. — Но ты на всякий случай топай давай в разлом.

— Вот так? Без трусов? — возмутился он.

— Поверь, Ариэль сейчас не до тебя, — улыбнулся я. — Мы немного…

— Четыре часа — это по-твоему немного? — хохотнул Евгеныч. — Кстати, Её Высочество звонила, Могрима нашла, ждут ещё кого-то.

— Хорошо, — кивнул я. — Эй, как там тебя! Да, вот ты, который магистром недавно стал.

Теневик, на которого я указывал, огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что я обращаюсь к нему.

— Моему другу нужны твои штаны, твоя куртка и твой меч, — я вложил в дар Тёмной не только свои силы, но и частичку Кодекса. — ДАВАЙ СЮДА!

Глаза ещё довольно молодого парня остекленели, он бросил под ноги Евгеныча короткий меч и принялся раздеваться.

— Остановись! — толкнул его ближайший сосед.

Но новоиспечённый магистр этого не заметил. Швырнув Евгенычу кожаную куртку, он принялся стаскивать штаны.

— А ничё так шмот, — Жихарев поднял с земли меч.

— Хватит! — гаркнул по-ацтекски главный. — К бою!

Я расправил плечи, приготовившись отражать множественные атаки со всех сторон, но атаки не было. Вместо этого теневики взялись за руки, как дети под ёлкой, и глаза у них засветились.

— Твою ж…

Ударом ноги с разворота я отправил Жихарева в полёт, спиной вперёд, в разлом. А сам укрылся щитом Тьмы.

И вовремя.

Испепеляющее белое сияние давануло со всех сторон, прорываясь даже сквозь щит. Зашипел, а потом и поплыл песок вокруг. Стало как-то даже жарковато!

Вздохнув, я переключился на астральное зрение.

Вот они, красавцы. Их самих, похоже, белый огонь не трогал, сфокусировавшись на мне. Ну что ж… Я подобрал с земли куртку незадачливого теневика. Пошарился в карманах и нашёл там сотовый.

Нет, сотовый пригодится Разумовскому.

И под ногами, как назло, сплошной песок. Небольшая россыпь камней осталась ближе к машине.

Так… ладно…

Я полез в криптор и нашёл там то, что не жалко.

Ложку. Обычную стальную ложку, с каким-то там покрытием.

Напитав её силой — своей и Кодекса — я швырнул её прямо сквозь щит, на манер метательного ножа.

Давление огня пропало, и я снял щит.

Хозяин куртки, так и не успевший снять штаны, лежал метрах в пятнадцати. Изо лба у него торчала ложка.

— Ну что, парни, потанцуем? — спросил я.

— Отходим, — скомандовал главный, пятясь.

— Ну что ж вы так быстро-то? — возмутился я. — А подраться? Давайте на кулачках, без магии? Или на мечах?

— Я сражусь с тобой, — вызвался один. — Но остальные уйдут.

— Этого заберите тоже, — я кивнул на труп. — Его душу я позже допрошу.

Теневики вздрогнули и попятились ещё быстрее. Один из них, неприметный даже по меркам теневиков, бросил наземь вроде как камушек, и в том месте открылся портал, вот только не света, как можно было бы ожидать, а вполне даже Тьмы.

— Что, теней без солнца не бывает, да? — хмыкнул я.

Мы сошлись с добровольцем, обменявшись парой ударов. Быстрый, умелый. Мужик, на вид лет тридцати пяти, с развитой мускулатурой, набросился на меня, как будто всерьёз рассчитывая на что-то.

Я же старательно изображал, как мне тяжело уклоняться от его ударов.

— Ты сам вызвался на поединок, демон, — ухмыльнулся теневик.

— И на твоём месте я бы задумался, почему мне так весело, — улыбнулся я ему.

Сделав вид, что пропустил его клинок, который он тенями обвёл вокруг моего, я от души врезал ему в челюсть кулаком.

Тот приземлился на спружинившие задние лапы ягуара, но тут же вернул себе человеческую форму.

— Ещё встретимся, — пообещал он.

И исчез в портале, через который успели пройти остальные члены двух звёзд.

Портал тут же захлопнулся.

— Даже не сомневайся, — хмыкнул я, потирая кулак.

Печать охотника — это не только право собственности на добычу. Это ещё и маячок. А Земля — она ведь круглая. Так что где-нибудь за углом обязательно встретимся!

Я подобрал разбросанную кругом одежду четы Жихаревых, и уже собирался шагнуть в разлом, как заметил со стороны Арапахо облачко пыли. Потянувшись туда, я понял, что это Анютка. Почувствовал её.

Через минуту машина Габи, выбросив в воздух полтонны песка, остановилась аккурат передо мной. Из машины выскочили Аня, Могрим, Торвальд Медная Борода и сама госпожа Габериана Куэтцпальи собственной персоной.

— Что случилось? — Анютка подскочила ко мне. — Здесь был бой?

— Да так, разминка, — отмахнулся я. — Две звезды теневиков, ничего страшного. С ними бы и ты легко справилась.

— А это что за круг на песке? — показала она.

— Они меня поджарить хотели. Получили ложкой по лбу.

— Насмерть? — понимающе оскалилась Анютка.

— Ага, — кивнул я. — Хорошая была ложка. Такую ложку Чипу дай — он Костяную Горгулью завалит. Эти черти её вместе с трупом утащили. Никакого уважения к чужому имуществу!

— Но теперь они знают, что тебе этот разлом интересен, — Могрим, подойдя, пожал мне руку.

Следом и Торвальд.

— Род Черновых купил этот участок, — покачала головой Габи. — Так что интерес достаточно очевиден и без использования боевой магии.

— Дорогой, а почему ты в одних трусах? — поинтересовалась Аня.

— Жарко было, не успел одеться, — улыбнулся я. — Идём!

Мы зашли в разлом. Голый Жихарев и Линда в одних трусиках сидели напротив разлома, Ариэль, повернувшись к ним спиной, стояла поодаль, держа разлом в поле зрения. Броню она надеть успела, и рука, сжимающая рукоять меча, ни капельки не дрожала.

— О, Артём, спасибо, что захватил одежду! — обрадовался нашему появлению Евгеныч. — Теневики всё? Я хотел вернуться, но Ариэль убедила меня не мешаться.

— Да что у вас здесь происходило? — возмутилась Аня.

— Это совсем не то, чем может показаться, Ваше Высочество, — ответила Линда, старательно прикрывая грудь.

— Нам просто было скучно вас ждать, — добавил я, стараясь не хрюкнуть.

— Чернов, лучше молчи, — принцесса нацелила на меня указательный палец. — Я же вижу, ты лыбишься!

— А можно мы оденемся? — попросила Линда.

— Аня, подожди с расспросами, — ко мне подошла Ариэль. — Артём, помнишь, я тебе говорила, что разлом открылся на два дня раньше?

— Ну да… погоди! Теневики!

— Да, — кивнула Ариэль. — Мой механизм кто-то трогал и сбил настройки!