Как точно в яблочко попало возвращение книг советских классиков в школьную программу – доказывает и проклятье прямых врагов, и грязь предателей (я написал про внука Алексея Толстого, который облил деда дерьмом за рассказ «Русский характер»), и причитание либералов.

Ужас – в 80-летнюю годовщину освобождения Краснодона роман Александра Фадеева вернули в школьную программу по литературе! В связи с этим образовательное интернет-издание публикует интервью с Михаилом Павловцом. Он – кандидат филологических наук, член авторских коллективов шести (!) учебников для школы и вузов по литературе, доцент, заместитель председателя экспертной комиссии по проверке сочинений, заместитель руководителя Школы филологии НИУ ВШЭ – ностальгически вспоминает времена, когда «наиболее одиозные, идеологизированные тексты, например „Как закалялась сталь“ Островского или „Молодая гвардия“ Фадеева, мягко извлекались из программы. На их место вставали шедевры мировой классики: „Мастер и Маргарита“ Булгакова, „Котлован“ Платонова, „Один день Ивана Денисовича“ Солженицына».

Какой школьник поймёт «Котлован»? – вопрос особый. Но вот характеристика Павловца: «„Молодая гвардия“ написана очень примитивным языком – то излишне суконным, газетным, то, напротив, цветастым, сентиментальным; сюжетная линия ее бесхитростна, характеры довольно прямолинейны: враги – сущие животные, все комсомольцы – положительные, они хороши собой, как в голливудских фильмах, очень порядочны, честны и готовы к самопожертвованию. Это идеологическая поделка. Изучать по ней реальные факты краснодонского подполья бессмысленно, потому что эти факты там значительно искажены… Как ни говори, Бабель, Булгаков, Набоков и другие как художники слова на голову выше, чем Фадеев, которому просто достался очень сильный жизненный материал».

Что значит – достался? Он нашёл чью-то рукопись, нанял литрабов или всё-таки сам поехал в освобождённый Краснодон, убедился, ужаснулся казни молодогвардейцев и написал сильное произведение? Но гуманитарий и лучший преподаватель ВШЭ 2022 года гнёт своё: «Любой нормальный честный человек читал Толстого, Достоевского, а потом открывал Фадеева и говорил: „Боже мой, что это за ластик я жую?“ И складывалось впечатление, что история русской культуры – это история ее деградации. Если вы хотите рассказать, что русская культура деградировала, дайте после Толстого читать Фадеева, его эпигона, а не Булгакова».

Зачем сталкивать и стравливать?

Павловец волнуется, за счёт чего же вставят Бондарева и Фадеева? Неужели уберут боготворимого Солженицына, тот же «Архипелаг ГУЛАГ» – самый труднопрожёвываемый ластик для школьника – лживое, непроверенное и просто вредное произведение. И если уж «Молодая гвардия» – прямолинейное произведение, то что говорить про «Один день…» или про «Архипелаг…»?

Многих взволновало заявление депутата Дмитрия Вяткина, что «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына должен быть исключен из школьной программы. И это – требование многих учителей и родителей. Зачем школьникам апология той же власовщины и бандеровщины в главном произведении писателя?

Перечитайте Солженицына: «А украинцы? Мы давно не говорим – „украинские националисты“, мы говорим только „бендеровцы“ (у него – через Е почему-то. – А.Б.), и это слово стало у нас настолько ругательным, что никто и не думает разбираться в сути… Едва только пали немцы перед Антантой (что не могло иметь влияния на принципы нашего отношения к Украине!), за ними пал и гетман, а наших силёнок оказалось побольше, чем у Петлюры (вот еще ругательство: „петлюровцы“. А это были украинские горожане и крестьяне, которые хотели устроиться жить без нас) – мы сейчас же перешли признанную нами границу и навязали единокровным братьям свою власть. Правда, еще 15–20 лет потом мы усиленно и даже с нажимом играли на украинской мове и внушали братьям, что они совершенно независимы и могут от нас отделиться, когда угодно. Но как только они захотели это сделать в конце войны, мы объявили их „бендеровцами“, стали ловить, пытать, казнить и отправлять в лагеря. (А „бендеровцы“, как и „петлюровцы“, это всё те же украинцы, которые не хотят чужой власти. Узнав, что Гитлер не несёт им обещанной свободы, они и против Гитлера воевали всю войну, но мы об этом молчим, это так же невыгодно нам, как Варшавское восстание 1944 г.)».

Всё перемешано и передёрнуто. Мы не молчим, а опровергаем историческую ложь. Назовите битвы бандеровцев с Гитлером или примеры замалчивания провокационного Варшавского восстания! Более неуместного и вредного сегодня текста – трудно представить. «Почему нас так раздражает украинский национализм, желание наших братьев говорить и детей воспитывать, и вывески писать на своей мове? Даже Михаил Булгаков (в „Белой гвардии“) поддался здесь неверному чувству».

А у Солженицына, выходит, верное, в отличие от коренного, самого узнаваемого в мире киевлянина – Булгакова, который должен был стать гордостью Украины, а сделался её врагом. Потому что бандеровцы – «…те же украинцы, которые не хотят чужой власти»? А что, на лоскутной Украине, включая подаренный Крым и Донбасс, одни самостийники-украинцы живут? И ещё вопрос: как устроиться и как без нас – убивая женщин и детей в утробе?

Ну, и очень злободневный, но какой-то глуповатый вопрос: «… Почему нас так раздражает их желание отделиться? Нам жалко одесских пляжей? черкасских фруктов?» (см. Солженицын Александр. Архипелаг ГУЛаг. Том 3. Часть пятая «Каторга». Гл. 2 «Ветерок революции»).

Нам жалко русских на Украине и самих вменяемых украинцев, Солженицын и Павловец!