В составе нашей делегации был луганчанин, редактор журнала «Северский Донец» Владимир Казмин-Прокопенко, который мог и маршрут рациональный построить, и рассказать, что было в Краснодоне и Ровеньках до развала Союза, до воцарения бандеровской идеологии, до войны и освобождения в ходе СВО. Признаюсь, ЧТО больше всего потрясает с высоты прожитых писательских лет и сердечного опыта деда: юных несгибаемых патриотов выдали, предали и зверски пытали – «свои»! Да, фашистские оккупанты тоже были жестоки и по-европейски неумолимы – отдали, например, приказ закопать живьём (!) в парке 32 коммунистов и сопротивленцев, включая женщин, но самую подлую и кровавую работу выполняли земляки.

Вдумайтесь: перед войной в Краснодоне проживало всего 23 тысячи жителей, при приближении фронта многие эвакуировались. И вот из двадцати тысяч советского населения с ничтожной долей ребят комсомольского возраста нашлось 120 человек несгибаемых борцов, из которых 71 человек принял мученическую смерть, но не дрогнул под пытками, хотя самому младшему было всего 14 лет. Но как раз стали полицаями и палачами примерно те же 120 человек, а 70 из них были кончеными негодяями и нелюдями, которые выжигали звезды, выкалывали глаза, сбрасывали живыми в шурф. К чему эти, казалось бы, голые сопоставимые цифры? К тому, что в одном рабочем городе, в одно время, трудное и созидательное, жили и действовали люди разного мировоззрения, склада характера и жизненного наследия.

Уж казалось бы, такая идеологическая работа проводилась, такое поколение взрастили, ставшее стержнем Победы, а сколько гадов и затаившихся врагов было рядом? Целых 23 года прошло от легендарного сраженья с войсками Деникина на Оборонной в Луганске, с безоговорочной победы красных, поддержанных народом, а после освобождения Краснодона 14 февраля 1943 года, опрашивая жителей, следователи установили, что в допросах принимали участие около 70 человек местных предателей. То есть часть этих людей знала ребят с самого детства. Тот же сотрудник Краснодонской шахты Иван Мельников сам пришёл в полицию. Стал надзирателем тюрьмы, где содержали ребят. Принимал активное участие в допросах и нечеловеческих истязаниях молодогвардейцев, многих из которых знал лично. Потом бежал, его выручили заранее подготовленные документы. Он попал в расположение Красной армии уже советским солдатом, военнопленным. Его зачислили в ряды армии, с которой он победоносно дошел до Берлина. Более того, был награжден медалью «За отвагу». Представляясь заслуженным ветераном, он осел в Одесской области, работал в колхозе. Тоже ходил по школам и рассказывал детям о своих подвигах. Жительница Краснодона опознала его на рынке в Одессе, он сначала получил просто срок, потом на повторном суде был приговорен к высшей мере. Во время следствия и суда прикидывался темным человеком, который вообще не понимал, дескать, что к чему, и просто выполнял приказы. Знакомая песня и сегодня – полно таких в жизни и в социальных сетях.

Краснодон. Шахта № 5. Фото А. Боброва.

Наконец главный палач – Василий Соликовский. В годы Гражданской войны он служил у Петлюры. Скрыв сей факт, сумел пробиться на мелкие руководящие должности. С началом войны подался сразу к немцам, которые позже назначили его начальником Краснодонской полиции. Соликовский был человеком, которого местные жители боялись больше всех. Только официально удалось доказать его причастность к исчезновению 394 жителей Краснодона. Более того, с разрешения немцев он забирал себе большую часть имущества мирного населения. Бежал вместе с фашистами и добрался аж до Италии. После войны переехал в Австрию, сменил фамилию и поселился в американской зоне оккупации. В 1967 году перебрался в США, оттуда в Бразилию, где и доживал остаток дней. Американцы, зная о прошлом Соликовского, так и не выдали его СССР.

Немцы именно ему поручили при приближении Красной армии убрать истерзанных молодогвардейцев. Он нашёл шахту, заброшенную аж с 1916 года, рядом обнаружил шахтную баню, из которой сделал каземат, и ещё четыре дня издевался над обессиленными героями. Когда молодогвардейцев стали подводить к шурфу 50-метровой шахты, Владимир Жданов схватил Соликовского и с криком: «Хоть один паразит пойдет с нами!» стал тащить его к краю бездны. «Еще несколько секунд, и они оба упали бы в колодец. Но подоспел Захаров и выстрелил в голову этому парню», – свидетельствовал на судебном заседании еще один палач Давиденко. Чтобы ускорить расправу, связанных юношей сбивали с ног, у девушек поднимали и закручивали над головой платья, по одному подтаскивали к стволу, стреляли в затылок и сбрасывали в шурф. Кого-то сталкивали живыми, вслед бросали арматуру и вагонетки…

Эта гигантская братская могила – святое место для краснодонцев. Во время войны тут высадился украинский десант – господствующий холм над городом. Ополченцы шестерых пленили и спросили: «Вы знали хоть, куда вы выбросились и приземлились?» Оказалось, нет! – уже выросло поколение незалежной, лишённое всяких общих корней. «Ну, пошли вниз, к тёмному памятнику с пилонами – будем рассказывать». Кто выжил – рассказ запомнил.

Но разве когда убирали «Молодую гвардию» из школьной программы, не хотели вырастить поколение, в чём-то подобное украинским десантникам? Здесь, у памятника молодогвардейцам, я вдруг убедился, что один молодой писатель не знал, что роман Александра Фадеева документальный. В этом-то была его и убедительная сила, и уязвимость, потому что не все страницы ещё были открыты, не все факты перепроверены. А теперь – полная картина, но как её донести до новых поколений?

* * *

После этой краткой поездки ещё раз кожей и всей натурой ощутил, сколько провалов в нынешней идеологической работе, культурно-информационной политике, нравственном воспитании молодого поколения. Спросил у директора Натальи Николаенко, бывали ли в музее Краснодона члены «Молодой гвардии Единой России», она без энтузиазма ответила: «Вроде заглядывали…» Зато эмоционально рассказывает, что даже школьники ДНР, которые учились по украинским учебникам, о Великой Отечественной войне ничего не знают. Там написано было, что война началась по вине Советского Союза (это мы и в либеральных СМИ читали, и по «Эху Москвы» слышали) и что закончилась она в июне 1944 года – «дошли до границы Украины, освободили Украину и всё». Оригинально! А российские-то школьники больше знают?

Да, всё это – запущенное за тридцать лет, не паханное, а порой и не разминированное поле, которое ещё надо обрабатывать. И великую русскую литературу, как и современное слово писателя, тут невозможно отодвинуть, закопать. Они тоже – оплот патриотизма. Потому и не стихают споры и стенания.