Первым в 1982 году поехал самый подготовленный в спортивном отношении Сергей Цветков, который был перворазрядником по волейболу и лыжам. Ему предстояла командировка в Финляндию со сборной вооруженных сил по лыжам и биатлону.

Руководителями команды были будущий начальник ЦСКА, а тогда главный тренер Спорткомитета МО по лыжам подполковник Анатолий Акентьев и тренер ЦСКА подполковник Валентин Пшеничников. В составе сборной было несколько чемпионов мира и недавно закончившихся в американском Лейк-Плесиде Олимпийских игр – Савельев, Бажуков, Алябьев, Тихонов и другие.

Вначале они на десять дней вылетели в Мурманск, где в Долине уюта проходили сборы, а затем на автобусах пересекли границу с Финляндией. Первое, что бросилось в глаза Сергею, – за несколько километров до финской границы видны были большие полосы спиленного леса, который на громадных лесовозах финны везли к себе. Но на их территории мы не увидели ни одного спиленного дерева. Свой лес, это подлинное национальное богатство, они берегли и берегут до сих пор как стратегический запас государства.

В то время, когда команда тренировалась, тренеры строго следили за режимом тренировок и за результатами спортсменов, но сами не сторонились ни развлечений, ни спиртного. Смеясь, они называли это подготовкой к культурной программе, которую им обязательно устроят финские спортсмены. Сергей слушал и мотал на ус. Как рассказывали те, кто уже был в Финляндии на подобных соревнованиях, впереди их ожидало очень теплое гостеприимство. Известно как финны любят спиртное, особенно русскую водку, поэтому они с нетерпением ждали от русских традиционных сувениров.

В то время официально разрешалось провозить через границу не более двух бутылок водки. Естественно, что руководители делегации набрали водки из расчета по две бутылки на всех членов делегации, включая и спортсменов, которые, как известно, во время соревнований употреблять спиртные напитки не могли по определению. На его наивный вопрос: «Не много ли это будет?» – все только весело ухмылялись. Позже он понял почему.

Тем, кто впервые выезжает за границу, знакомо то особенное, острое ощущение, которое испытывает каждый человек при пересечении границы, особенно при предъявлении паспорта пограничнику, а багажа – таможенному контролю. Эта процедура повторяется дважды, как при пересечении границы своего государства, так и иностранного. Сотрудники КГБ тоже когда-то выезжали за границу впервые.

Есть существенное различие в ощущениях при пересечении границы в авиационных, морских портах и сухопутной границы. Сергей помнил эпизод из кинофильма «Мертвый сезон», где происходит обмен советского и иностранного разведчиков: пустынное шоссе, где посредине отмечена нейтральная полоса и тревожно застыли таинственные черные лимузины с не менее таинственными и настороженными сотрудниками спецслужб.

Приблизительно те же чувства испытал и капитан КГБ Сергей Цветков, впервые шагнув за пограничный шлагбаум советского КПП на заполярной границе с Финляндией. Пустынное асфальтированное шоссе, по сторонам громадные заснеженные сосны, позади – своя страна, а впереди, в ста метрах, такой же, но чужой полосатый шлагбаум и вооруженные финские пограничники. Это сочетание зимней идиллии и вооруженных пограничников делали все каким-то особенно значимым.

Финляндия – наш ближайший северный сосед, более того – бывшая часть Российской империи. Эта небольшая в сравнении с СССР страна оказалась на удивление самостоятельной, развила современные промышленность и сельское хозяйство, умело и уверенно оберегала и сохраняла свои национальные и культурные традиции.

После того как советские спортсмены пересекли границу, пересели в комфортабельные автобусы и финский водитель включил кассету с веселой местной песней «Соданкюль! Соданкюль!», Валя Пшеничников хитро посмотрел на Сергея и сообщил, что в термосах, где якобы они везли в Финляндию чай для спортсменов, они провезли еще тридцать литров водки. На официальном языке вообще-то это называлось мелкой контрабандой. Сергей констатировал для себя, что факт свершился, и смешно было на это реагировать задним числом.

Дальше все пошло по отработанному годами варианту. Спортсмены с утра направлялись на тренировки, а руководители и часть тренеров на занятия по культурной программе, включавшей в себя посещение местных достопримечательностей – музеев, магазинов, офицерского казино и главное – финских бань! Одна из таких бань была совершенно уникальной – построена в глухом лесу из засохших на корню лиственниц.

Парились вместе с финнами, хлестали друг друга вениками, потом несколько раз садились за длинный стол из громадного ствола дерева, на котором стоял большой декоративный пень, а в нем книга почетных посетителей, в которой все расписались. В числе первых расписался и Сергей. Потом после парилки выбегали из бани и прыгали голыми в снег. И так несколько раз. Было весело. По части спиртного финны не отставали.

Дни были похожи один на другой, менялись лишь места, где русские и финны посещали бани. Тогда Сергей впервые пробовал финские йогурты, а также различные охлажденные фрукты, соки и желе, которые теперь столь популярны в России. На его странный вопрос, каков рецепт их приготовления в условиях обычной воинской части, заместитель по тылу долго не мог толком ответить и, наконец, заявил, что не знает.

«Мы просто получаем полуфабрикаты, разводим их в воде, а затем охлаждаем и едим», – был его ответ. Для наших военнослужащих этот процесс также непонятен и сейчас, может быть, потому, что армия у финнов маленькая, но отношение к ней как к родной.

Другое, на что Сергей обратил внимание, это был музей боевой техники, в котором наряду с образцами собственного вооружения и боевой техники имелись и советские орудия, захваченные финнами во время войны в 1940 году. При этом на стендах всячески превозносились заслуги маршала Маннергейма, которого в СССР в то время считали чуть ли не военным преступником. Но финнов это мало смущало.

Это было для Сергея и членов спортивной делегации примером того, как надо отстаивать свои национальные интересы во всем – и в большом, и в малом, не стесняясь и не оглядываясь на то, что скажут иностранцы.

Потом, во время поездок в другие страны, он увидел множество других примеров, когда разные народы умеют гордиться своим прошлым, не считаясь с чужим мнением и интересами… Любая страна, будь то Лихтенштейн или Андорра, всегда стремится сохранить свое национальное достоинство, и особенно это заметно в мелочах, не говоря уже о национальной символике – гербах, флагах, а также особых таможенных правилах.

В один из вечеров финны пригласили всю советскую спортивную делегацию на официальный прием в госпиталь для инвалидов войны. В отличие от советских госпиталей это учреждение у финнов совершенно открыто для гражданского населения, но от этого не менее престижно. Просто для ветеранов оно является бесплатным, для всех остальных желающих – за большие деньги. По условиям пребывания это был скорее дом отдыха, чем госпиталь, поэтому различные культурно-развлекательные мероприятия там проводились часто.

Русские и финские спортсмены разместились за одним огромным столом, а вокруг веселились совершенно посторонние по отношению к этому мероприятию отдыхающие, причем многие в финских национальных одеждах танцевали под финские национальные мелодии. Стали приглашать на танцы и русских.

Наконец, в разгаре вечера встает один из финских руководителей и заявляет: «Вы поймите нас правильно… Мы вас уважаем, у нас простые нравы. Если кому-то нужна девушка, то всё это оплачено. Не стесняйтесь!»

Наступила неловкая тишина. Все взгляды наших руководителей и спортсменов почему-то обратились на Сергея – как он прореагирует. Молчать было нельзя – невежливо, отвечать отказом и тем самым обидеть радушных хозяев тоже не хотелось, пришлось свести все к шутке:

– А можно причитающуюся мне девушку выслать в СССР посылкой? – с наивной улыбкой спросил Сергей.

Шутка, кажется, понравилась. Смеялись все, и тема была исчерпана.

Наконец начались соревнования. Известно, что скандинавы – финны, шведы, норвежцы наряду с немцами и швейцарцами всегда были традиционными соперниками советских спортсменов в зимних видах спорта. Так было и в этот раз. Почти по всем показателям, кроме специфического для финнов – гонки патрулей, победили наши ребята.

Пребывание в гостеприимной Финляндии приближалось к концу, когда из Хельсинки приехал военный атташе посольства СССР и привез официальное предложение от финского руководства остаться еще на несколько дней для участия в других финских соревнованиях.

Естественно, что все расходы по пребыванию, командировочные и прочее финская сторона брала на себя. Более того, в качестве призов предлагались бутылочки из чистого золота, финские лыжи и спортивная одежда, а шансы у наших спортсменов завоевать эти призы были очень велики.

Тренеры предложили спортсменам самим решить этот вопрос. Дело было в том, что многие из них приехали в Финляндию прямо с Олимпийских игр в США и уже давно не были дома. Спортсмены думали недолго, и решение было единодушным: «Домой!» Так закончилась первая командировка контрразведчика Цветкова в Финляндию, где потом ему пришлось побывать еще раз через год. В этот раз – с командой вооруженных сил по спортивному ориентированию и военному многоборью.

Соревнования проходили в районе города Турку. Финны включили в программу соревнований ряд дисциплин, которые культивируются только в Финляндии, поэтому победить их в этих видах на знакомой им местности было практически невозможно.

Традиционным для этих соревнований было то, что их общий итог почти всегда бывал ничейным. Побеждала дружба. Сергею интересны были некоторые наблюдения из жизни финских военнослужащих. Многое в прохождении ими службы в армии отличалось от советского законодательства и традиций. Например, финский генерал и его заместитель – полковник были образцом строгого соблюдения финских законов – каждое утро они с веселыми прибаутками сообщали руководству ЦСКА, сколько дней одному из них осталось до выхода на пенсию, а другому до занятия его должности и получения звания генерала.

В то время как в СССР генералы обычно не знали точного дня своего увольнения в запас и уходили на пенсию с различными выкрутасами, всячески оттягивая дату увольнения, исходя из личных небескорыстных мотивов. Назначение преемника в российской армии также было сопряжено со множеством интриг.

Ретроспектива

Такая практика продолжалась и при президенте Ельцине. Например, главком ГСВГ генерал армии Бурлаков с группой близких министру Грачеву генералов был уволен накануне 1996 года. Но не тут-то было. В новогодние праздники они встретились с Грачевым на даче, и там во время застолья было принято «соломоново» решение: приказ отменили, генералов восстановили на службе буквально на несколько дней, а затем уволили – уже в январе следующего года, в связи с чем им было выплачено крупное денежное вознаграждение по итогам года. Такие вот «генеральские шалости».

Финнов в свою очередь удивляло, что у руководителей нашей делегации, являющихся кадровыми военными, было много государственных наград, о чем свидетельствовали колодочки. У финнов в армии не практиковалось награждение юбилейными медалями, которых в годы руководства страной Брежневым было немало, поэтому наград у них было значительно меньше, чем у советских офицеров.

В то же время в каждой небольшой финской воинской части были разработаны многочисленные атрибуты военной геральдики – памятные медали, знаки, эмблемы, наклейки и т. п., которые они с гордостью носили и охотно дарили почетным гостям.

Интересным было и посещение музея Ленина в Турку. Он был достаточно ухоженным, его часто показывали иностранным туристам. Там спортсменам ЦСКА рассказали историю о том, как во время брачной церемонии в селе Шушенском у Ленина и Крупской не оказалось колец, которые им там же изготовил финский кузнец. Символично, что Ленин одним из первых декретов советской власти предоставил Финляндии право выхода из состава Российской империи, что финны помнят и ценят.

Во время поездок по Финляндии советскую спортивную делегацию обычно сопровождали сотрудники аппарата военного атташе посольства СССР, что давало им возможность под благовидным предлогом посетить различные регионы страны и пообщаться в неформальной обстановке с финскими офицерами и генералами.

Как оказалось, несмотря на видимое благополучие, в финской армии существовали и проблемы. Если одни офицеры были настроены консервативно или демократически, то были и другие, которые имели резко националистические взгляды, что вполне понятно, учитывая финскую историю.

Однако вслух об этом говорить было не принято. Просто находились отдельные офицеры, которые откровенно рассказывали нам о том, что представляет собой их армия, чем она живет. Тогда министром обороны в Финляндии стала женщина, что, с одной стороны, было данью моде, а с другой – отражало глубинные процессы в Финляндии, в западном обществе в целом.

О своих впечатлениях о первой поездке Сергей доложил руководству отдела, как и полагалось, справкой, а в пятницу вечером в кабинете у Степана собрались «на брифинг» Сергей, Виктор и Гена Михайлов, которым еще только предстояло выезжать в аналогичные служебные командировки. За рюмкой чая он рассказал обо всем более откровенно.

В другой раз он приехал в Финляндию с командой боксеров. Первый день шли тренировки и экскурсия по городу. На второй день начались соревнования. Российские боксеры были немного выше по классу, но в боксе многое зависит от судейства.

В первый день в двух весовых категориях была зафиксирована ничья. Один бой выиграл боксер ЦСКА, второй – финский боксер, причем в этом поединке предпочтительнее выглядел советский боксер. Однако все боковые судьи были финны, и они отдали победу своему боксеру.

Руководители советской делегации вежливо указали коллегам на это. Финны согласились, что для ликвидации сомнений в объективности судейства надо включить в состав боковых судей представителя от ЦСКА.

Тренеры ЦСКА предложили стать судьей Сергею Цветкову. Он охотно согласился, тем более что в юности занимался боксом и имел первый юношеский разряд.

В первом же бою при равенстве нанесенных ударов Сергей вынужден был отдать победу финскому боксеру. Тренер ЦСКА подошел к нему и проворчал:

– Играешь в объективность? А счет уже 2: 1 не в нашу пользу! Приедем в Москву, учти, что будут оргвыводы со стороны руководства Министерства обороны.

– Знаю, не боись! – огрызнулся Сергей.

Следующий бой нокаутом выиграл наш боксер. Счет сравнялся, и это равенство держалось до последнего дня. Финские спортсмены и тренеры были воодушевлены таким результатом и рассчитывали в итоговом зачете если не на победу, то на ничью.

Результаты последних двух боев тоже были спорными, но Сергей судил в пользу боксеров ЦСКА, и финские судьи не смогли обеспечить победу своим боксерам. Соревнования закончились со счетом 5: 3 в пользу советских боксеров.

После этого руководитель делегации подошел к Сергею, пожал руку и сообщил:

– Вернемся в Москву, заходи в Спорткомитет, выпишем тебе удостоверение судьи по боксу.

– Служу Советскому Союзу и болею за ЦСКА, – отшутился Сергей.

В следующей поездке это удостоверение ему очень пригодилось. Многие из боксеров народ импульсивный, взрывной, любители острых ощущений. Эти черты характера и привычки не покидают их и когда они становятся тренерами. К сожалению, проявлялось это иногда в самых неподходящих ситуациях.

В поездке Сергея со сборной по боксу в Югославию случилось так, что накануне финальных поединков неожиданно заболел второй тренер. А за несколько часов в баре сильно перебрал спиртного главный тренер, который должен был секундировать советским боксерам на ринге.

Что произошло в баре во время выпивки с коллегами-тренерами из сборной Франции, сам перебрал, его напоили или подсыпали что-то в бокал? Это осталось тайной.

Но в тот момент надо было принимать решение, и руководитель делегации поручил секундировать бои на ринге Сергею Цветкову, благо, у него уже было официальное удостоверение судьи. Сергей отлично справился с этой ролью. Похоже, что после этого никто из иностранцев уже не сомневался, что Цветков не подставной контрразведчик, а настоящий спортивный менеджер.

Руководство отдела и на этот раз официально недостаточно оценило инициативу и находчивость своего оперработника. Зато его здорово «пожурили» за то, что он недосмотрел за тренерами.

– Как могло случиться, что один тренер заболел? Чем занимался врач и ты? И почему главный тренер напился? Тебя ведь предупреждали перед выездом за рубеж, что он склонен к злоупотреблению спиртным? Это ты недосмотрел, а теперь хвастаешься, что судил на ринге… Делай выводы! – такова была официальная оценка этого инцидента.

Зато те же начальники Цветкова в разговоре со своими знакомыми не упускали случая рассказывать об этом эпизоде и других подобных инцидентах с одобрением: вот какая у нас работа – контрразведчики при случае не уступят и хваленому Джеймсу Бонду!

Ретроспектива

Поэтому контрразведчики, выезжавшие за рубеж со спортсменами и с артистами, разумно полагали, что начальству о некоторых нюансах, особенно о своих мелких просчетах в поведении за рубежом, знать было не обязательно. Да умные начальники и сами не стремились к этому, понимая, что в работе могут случаться любые неожиданности и оперработник имеет право на небольшие ошибки, о которых им не обязательно знать. О серьезном все равно станет известно от штатных контрразведчиков, курирующих армейских спортсменов, которые по возвращении с пристрастием опросят своих агентов в делегации.

Штатные сотрудники зачастую ревниво относились к тому, что с их спортсменами и агентурой выезжал за границу посторонний опер, особенно если он вел себя в поездке как слон в посудной лавке. Такое случалось, и опера, допустившего оплошность, как правило, к выездам больше не допускали, но пятно ложилось на всех сотрудников Первого отдела, участвовавших в этой работе.