8 мая 1945 года

– Господин майор, – сказал Баур и сделал попытку улыбнуться, – я вижу, что вы торопитесь. Да и я еле держусь. Постараюсь быть кратким. Постараюсь. Итак, 26 апреля русская тяжёлая артиллерия пробила перекрытия подземного перехода, соединявшего здание рейхсканцелярии с фюрербункером. Окружение фюрера поняло, что конец не за горами. Примерно около двух часов дня фюреру передали радиограмму от Геринга, посланную из Оберзальцберга, где располагалось имение рейхсмаршала. В ней Геринг информировал фюрера, что он принимает на себя руководство страной.

– Об этом, Баур, прошу подробнее, – у контрразведчиков имелись показания адмирала Фосса и Раттенхубера, подтверждающие этот факт. Но в них были противоречия. По всей видимости, оба давали показания с чужих слов. – Вы сами читали эту радиограмму или вам о ней говорили?

– Фюрер ознакомил с радиограммой Кребса, Геббельса, Бормана, Бургдорфа, Гюнше и меня. Содержание было следующим: «Мой фюрер! В связи с тем, что вы находитесь в окружённом Берлине и не можете в полном объёме исполнять власть, я в соответствии с решением рейхстага от 1 сентября 1939 года в качестве вашего преемника принимаю на себя руководство Германией. Как её внутренними, так внешними делами, а также вооружёнными силами. Если я до 22 часов 26 апреля не получу от вас ответа, буду считать, что вы согласны». Возможно, я что-то упустил несущественное в деталях, но за главное содержание ручаюсь.

– Какова была реакция Гитлера?

– Фюрер выскочил из кабинета взбешённый. Он прокричал: «О, этот Геринг!» и передал текст Геббельсу. Тот прочитал и пустил его по кругу. Больше всех негодовал Борман, явно подыгрывая фюреру. Он кричал: «Этот Геринг – свинья». Фюрер немедленно стал диктовать Гюнше ответ. Геринг был снят со всех государственных, партийных и военных постов. Фюрер лишал его всех государственных и партийных наград. Коменданту Оберзальцберга приказывалось немедленно арестовать Геринга.

В ставку был вызван генерал-полковник авиации Риттер фон Грейм, командующий 6-м воздушным флотом люфтваффе. В радиограмме он был извещён о производстве в чин генерал-фельдмаршала. Фон Грейм прилетел поздно вечером на лёгком разведывательном самолёте «Физилер-Шторьх», которым управляла его подруга, прекрасный лётчик Хана Рейч. Она сумела мастерски посадить самолёт прямо у Бранденбургских ворот под ураганным огнём русской артиллерии. Самолёт сгорел, а фон Грейм был ранен в ногу. Его отнесли в госпиталь и сделали операцию. Фюрер назначил его главнокомандующим люфтваффе вместо Геринга. Спустя три дня за ним прислали учебно-тренировочный самолет «Арадо», и он вместе с Рейч улетел в Мюнхен, куда был перебазирован штаб военно-воздушных сил. Это был последний самолёт, совершивший посадку в Берлине.

От Штейнера вернулся Фегеляйн с плохим известием. Армия Штейнера остановлена русскими. В Берлин она не придёт.

Следующий день, 27 апреля, оказался переломным. Утром поступила радиограмма от генерала Венка, в которой он сообщал, что его части пробились к Потсдаму и вот-вот соединятся с корпусом генерала Реймана. Эта весть мигом облетела фюрербункер. Помещения вновь наполнились радостными голосами. Отовсюду слышался смех, хлопки открывавшихся бутылок шампанского.

Около часу дня Гитлер провёл совещание. На этот раз докладывал не Кребс, а генерал Вейдлинг, командующий обороной Берлина. Он без всякой дипломатии, свойственной Кребсу, прямо, по-солдатски, говорил о том, что русские на северо-востоке продвинулись до Александрплац, на севере – до вокзала «Веддинг», в западной части города – до Вильмерсдорф, Фриденау и Хадлензее. Русские по туннелям метро проходят в тыл обороняющимся. Фюрер прервал Вейдлинга и приказал открыть шлюзы на Шпрее и затопить шахты метро. Затем он отдал распоряжение Монке взорвать мосты через Шпрее и каналы.

Примерно в девять вечера Кребс и Вейдлинг вновь докладывали фюреру обстановку в Берлине. Армия Венка окончательно остановлена русскими. Она не придёт в Берлин. Падение Берлина – вопрос решённый. День-два, не больше. Вейдлинг стал просить фюрера дать согласие на прорыв с остатками гарнизона в юго-западном направлении, в сторону Потсдама на соединение с Венком. Он гарантировал успех прорыва, а фюреру невредимость. Фюрер ответил отказом.

Вскоре после совещания Борман доложил фюреру, что перехвачена радиограмма из Швеции, в которой сообщалось о предложении Гиммлера представителям правящей династии Бернадоттов выступить посредниками в переговорах с англо-американским командованием о заключении перемирия. Взбешённый фюрер издал приказ об отстранении Гиммлера со всех постов, исключении его из партии и аресте. Он велел Гюнше немедленно разыскать Фегеляйна, которому он хотел поручить арест Гиммлера. Фегеляйна в фюрербункере не нашли. Тогда Гюнше послал на Блейбтройштрассе, где находилась квартира Фегеляйна и его жены Гретль Браун, отряд из личной охраны фюрера под командой оберштурмфюрера СС Гельмута Фрика. Фегеляйн оказался действительно там. Одетый в штатское, пьяный, он отказался подчиниться. Тогда Раттенхубер послал за ним группенфюрера СС Франца Губера, заместителя шефа гестапо. Тот быстро доставил Фегеляйна и его порученца в фюрербункер.

Раттенхубер с Губером допросили Фегеляйна и выяснили, что тот приготовился бежать из Берлина, прихватив с собой чемодан, набитый золотом. Чемодан, как оказалось, принадлежал группенфюреру СС Эрнсту Гравицу, санитарному врачу СС, который тремя днями ранее застрелился у себя в доме. Раттенхубер сказал мне позже, что, возможно, Гравица убили люди Фегеляйна.

Фюрер вначале решил отправить Фегеляйна на передовую, в боевую группу Монке. Но Раттенхубер, Монке, Губер, Гюнше, Хёйгль и другие эсэсовцы, не любившие заносчивого Фегеляйна, настояли на трибунале. Фюрер согласился, но неохотно. Он не желал причинять боль Еве Браун. Наспех собранный трибунал под председательством Монке приговорил Фегеляйна к расстрелу. Его расстреляли в саду здания министерства иностранных дел.

– Вы сказали, что 27 апреля стал переломным днем. Переломным в чём?

– В настроении обитателей фюрербункера. Всем стало ясно, что никакого высвобождения не будет. Что если даже Гиммлер и Фегеляйн предали фюрера, это значит конец. Именно в тот день, когда русские войска уже находились на Потсдамской площади, фрау Геббельс, пригласив меня к себе, сказала, что они с мужем решили усыпить детей морфием, а затем отравить цианистым калием. После чего покончат с собой. Она уверяла, что такие же пилюли доктор Штумпфеггер передал фюреру и Браун. Яд надежный. Фюрер проверил на собаках. Овчарка Блонди и её щенок скончались мгновенно.

– Вы видели сами?

– Нет. Мне об этом рассказал Раттенхубер, который был свидетелем смерти собак.

– Каково было настроение Гитлера в этот день?

– Он был полностью подавлен событиями. Большую часть времени проводил в своем кабинете с фрейлейн Браун. Следующий день, 28 апреля, был сущим адом. Русские стали обстреливать правительственный квартал из реактивных минометов «катюша». Рано утром фюрер собрал нас в приёмной. В этот момент пришел Аксман и при всех предложил фюреру согласиться на прорыв. Он уверял, что двести специально подобранных гитлерюгендовцев являются сущими дьяволами. Они знают каждую подворотню Берлина и выведут фюрера и всех оставшихся из города. Прикрытие осуществят танковый батальон и группа СС под командованием Монке.

Фюрер в очередной раз отказался. Он поблагодарил Аксмана за преданность и вручил ему Железный крест 1-го класса и одновременно редчайшую награду рейха – крест Германского ордена 2-го класса с мечами. Вечером Борман зашёл ко мне вместе с Линге и пригласил через два часа в комнату для совещаний. Там должно было состояться венчание фюрера с фрейлейн Браун.