Он заставляет нас плясать под свою дудку, как и всех остальных, только по-другому. Если ты осел, он манит тебя пучком сена, если собака – костью.
– Дело, – пояснил Горбатый, – всегда в бабках. Даже если кажется по-другому.
Чудная история произошла в городе Кирове. В июле 2018 года там был освящен памятник царской семье, «временно» установленный на территории Серафимовского собора. Памятник создан на личные средства, и пусть бы себе стоял, если бы не связанный с ним скандал.
Почему именно в Кирове (бывшей Вятке)? Оказывается, 2 августа 1917 года поезд, который вез царскую семью в ссылку, остановился в Вятке, и бывший император вышел из вагона погулять. Сейчас на том месте установлен поклонный крест, а теперь вот идет борьба за памятник. Право же, организаторы кампании «по ленинским местам» нервно курят в сторонке! Сделать мемориальным место, где вождь вышел погулять из вагона, им в голову не приходило.
В чем заключается скандал? В месте установки. Памятник, как уже говорилось, изготовлен на частные средства – некий житель Кирова заказал его и решил преподнести в дар городу. Однако городская дума воспротивилась, и пришлось ставить во дворе храма. С тех пор некое общество «Двуглавый орел» неоднократно требовало переноса памятника на видное место – например, на набережную Грина. Горожане сопротивлялись. С какой стати город должен выполнять хотелки какого-то монархиста, даже если у того есть деньги…
Кстати, о почитании императора в данной местности. Еще на открытии памятника в 2018 году епископ Вятский Марк произнес пламенную речь с до боли знакомыми оборотами:
«Этим решением они (депутаты. – Е.П.) не прославили наш город, а вновь опозорили на всю страну. (Почему – «вновь? Чем еще опозорилась злосчастная Вятка? – Е.П.) Трагедия нашего народа продолжает совершаться на наших глазах. Как сто лет назад революционеры боролись и пытались полностью уничтожить Русь Святую, развратить ее народ, а часть его уничтожить, так в наше время их преемники в лице городской Думы и власти предержащие борются сегодня с историческим, национальным и духовным наследием»[373].
Ну да: не поставить монумент царской семье на видное место в городе, где он из вагона погулять вышел, – значит опозорить город и отказаться от исторического наследия. А воздвигнуть поклонный крест там, где государь соизволил пройтись по перрону, – значит его сохранить. Какое-то уж очень холуйское получается наследие – может, ну его, не надо нам такого?
Однако в этом мелком скандальчике нарисовался интереснейший персонаж. Знакомьтесь: Леонид Решетников, заместитель председателя общества «Двуглавый орел» (председатель, кстати, – Константин Малофеев) и один из инициаторов его создания. Во время истории с памятником он заявил: «Если будут слушания и большинство выскажется против перемещения памятника на более публичное место – отряхните пыль со своих ног. Значит, эти люди просто не достойны, чтобы памятник святым, чистым людям, мальчикам, девочкам стоял перед их глазами… Значит нераскаянный грех застилает им глаза, и ставить памятник бессмысленно. Они его не будут видеть. Потому что их глаза будут затянуты этой пленкой нераскаянности, пленкой оправдания самых зверских убийств детей, женщин, невинных…»[374]
Круто! Тут надо понимать не только текст, но и подтекст. Источник, откуда взята цитата, – Евангелие от Матфея. Иисус, посылая апостолов на проповедь Царствия Божия, говорит им: «А если не примет вас и не послушает слов ваших, то, выходя из дома или из города того, отрясите прах от ног ваших»[375]. По древнееврейским обычаям, отрясание праха означает нежелание иметь что-либо общее с теми, кто их не слушает. То есть почтение к памятнику означает для г-на Решетникова не просто политический момент – это связано с вероучением, и нежелание поставить его на видное место он равняет с отказом от Царствия Божия. У кого такое вероучение и такое отношение к Николаю?
Вот именно!
Если бы сие заявил о. Сергий Романов – вполне понятно, он и не такое проповедовал. Но г-н Решетников – человек иной формации, его нужно слушать внимательно. Ничего незначащего он не говорит – просто не умеет. Он тридцать три года прослужил во внешней разведке, окончив службу в звании генерал-лейтенанта и в должности начальника информационно-аналитического управления СВР, а потом еще семь лет был директором Российского института стратегических исследований. А это контора более чем серьезная – бывший закрытый аналитический институт внешней разведки, учредитель – президент России. Главная задача, как говорится на сайте института, – «информационное обеспечение Администрации Президента РФ, Совета Федерации и Государственной Думы, Совета Безопасности, аппарата Правительства, министерств и ведомств. РИСИ предоставляет экспертные оценки, рекомендации, готовит информационно-аналитические материалы для вышеуказанных структур»[376].
Понимаете… есть вещи, которые просто невозможны. Обученного разведчика, тем более аналитика, можно завербовать, его можно купить… Но его нельзя отучить тщательно взвешивать каждое слово и понимать, зачем он его произносит. И уж в любом случае это невозможно проделать с человеком такого уровня.
Давайте применим против аналитика – аналитику же и внимательно прочтем интервью, которое он дал газете «Православный крест»[377].
Само издание, кстати, тоже смутное. Достаточно сказать, что издается оно без благословения, а значит, это мирское издание, называющее себя православным, но транслирующее в массы понимание православия исключительно своей редакции.
В номере, взятом навскидку, две статьи против «цифровизации», одна против «экуменизма», одна умилительная о царской семье с полным набором прописных букв, даже в местоимениях[378], и еще много-много интересного. Так что и царебожники тут к месту.
А теперь читаем г-на Решетникова. Как известно, начало – это самый сильный момент. С чего он начинает? С восхваления царя, Российской империи? Нет, отнюдь!
«Для меня и моих коллег, единомышленников, соратников, для нашего Общества Россия и Советский Союз – две разные страны. И когда люди утверждают, что мы – всегдашняя традиционная Россия и Советский Союз – шли в едином потоке, то этим они демонстрируют свое непонимание, утрату Русского чувства – чувства православного, верующего человека. Многие не осознают, что т. н. “достижения” после 1917 года – в 20-е, 30-е, 40-е годы – были попыткой уничтожения всего Русского, всего Российского. Не только культуры или политики, но прежде всего – веры, Русской традиции, Русского мiропонимания, Русского мышления…»
Да, это не «Саша-христианин», тут видна выучка. Обратите внимание: если для тебя СССР и Россия одно – значит, ты, «не понимаешь», а «русское чувство», то есть интуицию, утратил. Но если ты верующий, ты должен его иметь, а если не имеешь, то не можешь называть себя православным и верующим. Значит, если ты верующий, ты обязан воспринимать СССР врагом России и себя лично. Самое хитрое место данного пассажа – терминология. Предполагается априори считать, что автор и читатель понимают все слова одинаково. Но так ли это? Судя по «отрясанию праха», слова «православный, верующий» следует заменить на «верующий в царя-искупителя». Вот теперь все правильно. Их Россия и вправду ничего общего с СССР не имеет.
«Советский Союз создавался как антипод России. Даже имя страны изменили; мы назывались не Россией, а аббревиатурой – СССР. Это же неслучайно… В Советском Союзе создавали нового человека! Не Русского человека учили, развивали и т. п., а взращивали нового – советского. И как же тогда “мы одно и то же государство”, как же “мы и живем в России”, если нас почти 73 года подвергали обработке, убеждая мы не Русские?! Слово “Русское” тогда не употреблялось, да и до сих пор оно редко употребляется, особенно среди жителей Украины, каким я был долгое время…»
Среди жителей Украины оно не в большом почете было и при царе. Украину не один век пытались окатоличить, и главным тут было убедить украинцев, что они – не русские. Но фильм «Александр Невский» шел и там. Ах да, песня «Вставайте, люди русские!» была написана коммунистами в 90-е и вклеена в фильм фейком. Как и стихи Симонова: «Если дорог тебе твой дом, где ты русским выкормлен был». И многое другое: старшее поколение может привести примеры самостоятельно, младшее может погуглить. Поздравляем, г-н Решетников, соврамши!
Впрочем, нет же! Это антирусская власть только прикрывалась русским именем. А тут пришел наш аналитик и всех разоблачил. Одно «но»: а где гарантия, что сам он, прикрываясь русским именем, не служит кому-то другому? Тем более что, будучи еще директором РИСИ, он говорил про Советский Союз совершенно другое:
«Наша страна – это не просто территория, это отдельная огромная цивилизация, которая принесла всему миру свой взгляд на мироустройство. Прежде всего, конечно, Российская империя как образец восточноправославной цивилизации. Большевики её уничтожили, но выдали “на-гора” новую цивилизационую идею. Сейчас вплотную подошли к третьей… Думаю, что это будет хороший симбиоз предыдущих»[379].
Какой, простите, может быть симбиоз антиподов? Когда г-н Решетников был искренен – тогда или теперь? И почему тогда он вещал одно, а теперь – другое?
Но, как говорил в свое время предсовнаркома Вячеслав Молотов, «критикуя – предлагай». Как выглядит Россия г-на Решетникова?
А никак!
«Мы предлагаем вернуться в Россию не примитивно – знаете, советское мышление очень примитивное…»
Очередной абзац гадостей, теперь уже о советском мышлении, пропускаем, скучно… Во! Что-то конкретное началось!
«Самый главный признак Русского человека, то, через что он стал Русским, – вера Православная. Это первая отличительная черта нашего народа. Она наложила отпечаток на Русское сознание, на весь жизненный уклад. И даже те, кто называет себя неверующим, частично тоже поражены, в хорошем смысле слова, верой, только не могут этого понять, потому что мышление их во многом замусорено стереотипами т. н. нового советского человека».
То есть русский – это православный. Если человек неверующий или, скажем, мусульманин – он тоже православный, просто поражен стереотипами «нового советского человека». А православный человек – он кто собственно? Мы уже выяснили, что те, кто не почитают Николая II, – не православные. Значит, те, кто не почитает Николая – еще и не русские.
Ну и, естественно, новая Россия должна быть монархической.
«…Мы точно знаем, что в России снова будет Монархия. Потому что это Божий Промысл; у нас есть пророчества, в которые мы верим, – мы же верующие. Все святые, старцы говорили о возрождении Царской власти, причем настоящей, а не бутафорской, конституционной или в виде тирании».
Обратите внимание! Православная церковь не устает повторять: осторожнее с пророчествами, осторожнее со старцами. И снова сектой повеяло – это они верят в пророчества такого рода. Может ли поверить в них разведчик-аналитик? Тут вспоминается старый еврейский анекдот: «Я же сказал, что мой дядя заболел, а не сошел с ума!»
Ладно, а царем-то кто будет?
Этот момент обойти нельзя, однако он очень коварен. Это тот утес, о который то и дело бьются корабли. Дело в том, что у монархистов нынче два претендента на престол. Основной – Георгий Романов (на самом деле Романов он по женской линии, а по отцу Гогенцоллерн), второй, дополнительный, – внучатый племянник Николая II принц Майкл Кентский. Оба, конечно, исконно русские патриоты – особенно второй. И можно сколько угодно ратовать за монархию «вообще» – но выбирать-то придется из существующих претендентов. А что это значит?
Я вообще-то не являюсь поклонницей покойного о. Всеволода Чаплина, но эти идеи он откомментировал хорошо, заявив еще в феврале 2013 года, на так называемой Ассамблее в честь дома Романовых: «Монархия, конечно, это религиозно более высокая форма государственного устройства, чем республика… но крайне опасная вещь – это попытка под видом планов реставрации монархии установить в России внешнее правление»[380].
И любой современный монархист должен ответить на очень неприятный вопрос: за какого он кандидата. Тут г-н Решетников выкручивается просто блистательно:
«А на тему, кто будет Монархом, наше Общество не рассуждает. Да и как об этом говорить, когда еще так засорены мозги, когда у нас воцерковленные люди составляют не более 10 % населения? Необходимо просто работать, надо просто приводить сознание народа в порядок…»
Ну как не вспомнить большевиков в сложный для них момент октября 1917 года, когда Временное правительство попыталось отправить распропагандированный Петроградский гарнизон на фронт? Их позиция тогда была следующей: зачем на фронт, когда вот-вот будет съезд Советов и вообще революция. Неужели неделю не подождать? Впрочем, это не ответ, это преамбула.
«Вот, говорят, перед нами два варианта. Есть “легитимисты”, которые все время ищут каких-то легитимных кандидатов, от Романовых и т. д… Но Романовская династия закончилась, и закончилась блистательно – святыми, не только Царем, но и всей Его Семьей…
А есть “соборяне”, которые за Собор. Но я против слова “выбор”, когда дело касается будущего правителя России. Возможно только “обретение”. Мы должны Царя обрести, но никак не выбрать, а то опять будем действовать по своей воле, по своей гордыне. Вымолить – другое дело…»
Прямо «Интернационал»: «Весь мир советский мы разрушим до основанья, а затем…» Что затем? А вот когда все русские люди станут воцерковленными, да еще в том смысле, который вкладывает в это понятие г-н Решетников, тогда Бог как-нибудь управит! Если на этом пути Россию занесет куда-то не туда, значит, такова Божья воля, или народ плохо воцерковился. Божья воля – вообще все закоулки российской истории, кроме периода СССР. Главное – разрушить советский мир и заклеймить, чтобы к нему не было возврата. Странным образом это роднит православного Решетникова с «прорабами перестройки».
Впрочем, почему странным? Дальше он все объясняет сам, роняет золотое слово… и на мгновение на лице царебожника блеснули глаза разведчика-аналитика.
«…Люди, сочувствующие коммунистам, если глубже посмотреть, защищают проект, который был нам навязан для уничтожения Русской цивилизации. Это проект глобалистов. Мiровая революция – один из двух глобалистских проектов. Дьявольские силы, так их назовём, никогда не выдвигают одну программу, а всегда две, а то и три. Одна – буржуазно-демократическая, которую мы видим в лице Запада, а вторая – радикальная левая. Это делается для того, чтобы создать между ними накал, чтобы отсюда пошёл огонь, на котором глобалисты греют руки».
Это он хорошо подметил.
Есть такая тенденция в тайной войне – запустить две программы, чтобы они как бы боролись между собой, и устроить эдакие «адские качели», чтобы общество бросало от одной программы к другой – а обе из одного источника. Как республиканская и демократическая партии в США: вроде бы разные, а все равно работают на чье-то умножение капиталов.
И если вглядеться внимательнее, мы действительно видим в нашей истории два проекта, только не монархию и мировую революцию, а монархический и демократический варианты существования Российской империи. Монарх и Государственная Дума, при всех своих конфликтах, равно работали на обогащение богатых и в равной мере служили маммоне.
А вот «мировая революция» отнюдь не является глобалистским проектом. Кого обогатил социализм? Потому-то большевики так легко и отказались от мировой революции, что за ними никто не стоял – это был спонтанный прорыв из другого мира, не завязанного на маммону. Коммунисты потому так и ненавистны и тем, и другим, что пришли «сбоку», были чужими в этой игре.
Зато к современной идеологической войне слова о двух сценариях подходят идеально. «Демократические» идеи 90-х годов пришли к нам с Запада, и чтобы построить патриотическую, русскую и религиозную Россию, надо снова одалживаться идеями там же. И те, и другие тащат в страну западных бизнесменов, просто с разными фамилиями и под разным соусом. Сказка о «золотой России, которую мы потеряли», культ Николая, царебожие – все это эмигрантский продукт, за которым стоит эмигрантский капитал, совершенно западный – ничего русского в нем нет, кроме некоторых фамилий. Далеко не все эмигранты прозябали в нищете, работали таксистами и официантами, многие сумели вывезти свои деньги и неплохо раскрутились уже в западном бизнесе, частью которого теперь и являются. Да и в Российской империи ее бизнес был русским не больше, чем в годы «перестройки».
Пока «демократическая» идеология была внове для нашего общества, основной шум поднимали либералы, а теперь, когда маятник пошел назад, подключились другие. Но все равно все нити ведут на Запад, потому что течений – несколько, а проект – один. И в него вписаны не только царебожники, но и, по выражению писателя Шефнера, «ностальгисты». Все те, кто хочет возвращения «России, которую мы потеряли», зачастую не имея о ней ни малейшего представления.
Много ли таких? О, гораздо больше, чем мы думаем. Но нас интересует Церковь.