Метка на руке горела. Не просто жгла — плавила изнутри. Кости трещали, суставы выкручивало, будто кто-то вставил в запястье домкрат и раскручивал.

Из-под перчатки потянулись чёрные жгуты. Не туман, не дым — живые, извивающиеся щупальца из тьмы. Они тянулись к Сабрине, проходили сквозь воздух, оставляя за собой маслянистый след.

— Ублюдок… прошипела девка.

— Я… не контролирую! — рявкнул я сквозь зубы.

Рука жила своей жизнью. Я попытался отдернуть её, сжать кулак, оттолкнуться от девушки. Бесполезно. Пальцы свело судорогой, они вытянулись вперёд сами, тянулись к её груди.

— Уничтожу! — пообещали мне.

— Не уверен, — ответил, морщась от боли. — Очень…

Жгуты впились в Сабрину. Прошли сквозь платье, сквозь кожу, не оставляя ран. Она вскрикнула, тело выгнулось дугой. Каблуки заскребли по полу, оставляя глубокие царапины на камне.

Не знаю почему, но словно в замедленной съёмке я увидел как её грудь колыхнулась, а там… Через экран что-то пульсировало. Чёрное и грязкое, а потом засветилось красным, как слабое место.

«ДАРЛ!» — заорала Кара. — «Критическая перегрузка! Поглощение невозможно остановить!»

— Да что ты говоришь… — прохрипел я.

Перед глазами вспыхнул экран. Красные точки мигали одна за другой. В какой-то момент вообще я увидел сначала голой Сабрину, а потом ей кровеностную систему, мышцы и кости.

[ВНИМАНИЕ! ОБНАРУЖЕН ИСТОЧНИК НЕСТАБИЛЬНОЙ ЭНЕРГИИ.

ПОПЫТКА БЛОКИРОВКИ… СБОЙ

ПРИНУДИТЕЛЬНОЕ ПОГЛОЩЕНИЕ ИНИЦИИРОВАНО

УРОВЕНЬ ИНТОКСИКАЦИИ: 47%… 58%… 71%…]

Сабрина хрипела, глаза закатились, белки налились кровью. Пена выступила на губах, потекла по подбородку. Руки дёрнулись, пытаясь оттолкнуть меня, но сил не хватало.

Ткань на груди рвалась, выступила зона декольте, потом ещё и ещё. Что-то оттуда вырывалось, выталкивая сиськи на свет.

Меня накачивало силой. Грязной, тяжёлой, чужой. Скверна вливалась в тело волной — горячей, вязкой, отвратительной. На вкус она была как протухшая… что-то, смешанное с жжёным сахаром. Тошнота поднялась к горлу мгновенно.

— Отпусти её! — кричала Кара истерично. — Ты её убиваешь!

— Не могу!

Вены на руке вздулись, почернели, пульсировали. Кожа под перчаткой трещала, я чувствовал, как она рвётся. Кровь сочилась тонкими струйками, капала на пол.

Платье полностью разошлось на груди и сиськи вывались, вот только мне было совсем не до того, чтобы их рассматривать. Из центра начало вылазить что-то чёрное и круглое.

Мои «шупальца» держали это и тащики ко мне. «Плюнь!» — пытался я мысленно приказать… Да хрен знает кому: себе, Каре, Скверне.

Сабрина выгнулась сильнее, позвоночник хрустнул, грудь подбросило вверх. Рот открылся в беззвучном крике и эта чёрная хрен-пойми что рвануло ко мне. Впилось в перчатку и всосалось. Жгуты всасывали оставшуюся Скверну быстрее, жаднее. Из её тела текли чёрные потоки, втягивались в метку.

[УРОВЕНЬ ИНТОКСИКАЦИИ: 89%… 94%…

КРИТИЧЕСКАЯ ПЕРЕГРУЗКА КАНАЛОВ

РЕКОМЕНДУЕТСЯ НЕМЕДЛЕННОЕ ПРЕКРАЩЕНИЕ]

— Как⁈ — рявкнул я в пустоту. — КАК ПРЕКРАТИТЬ⁈

«Я не знаю!» — Кара рыдала. — «Информация заблокирована! Азгор… этот ублюдок заблокировал всё!»

Тело Сабрины начало обмякать. Руки повисли плетьми, ноги подкосились, грудь упала вниз. Она держалась только потому, что жгуты впились в неё, удерживали на месте.

Лицо побледнело, кожа стала прозрачной, синеватой, губы тоже. Я видел, как под кожей проступили вены — тонкие, чёрные, извилистые. Они пульсировали, но всё слабее.

«Сердце замедляется!» — Кара запаниковала. — «Шестьдесят ударов… сорок… двадцать…»

— Млядь! — заорал я. — Стой! Прекрати! ОТПУСТИ ЕЁ!

Метка не слушалась. Жгуты продолжали сосать, тянуть последние капли Скверны из тела девушки.

[УРОВЕНЬ ИНТОКСИКАЦИИ: 98%… 99%… 100%

ПОГЛОЩЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО]

Жгуты исчезли разом. Втянулись обратно в метку, растворились в воздухе. Сабрина упала. Тело шлёпнулось на пол мешком — тяжело, безжизненно. Голова ударилась о камень с глухим стуком, грудь последний раз кочнулась и замерла.

Тишина.

Я стоял, тяжело дышал. Рука горела, но боль отступала постепенно. Вены на запястье темнели, но пульс возвращался.

Посмотрел на экран.

[Мана: 20.5 из 20.5

Таймер: 10 дней, 3 часа]

Опустил взгляд на Сабрину. Она лежала на спине, глаза открыты, смотрели в потолок. Не моргала. Грудь не двигалась.

«Дарл…» — голос Кары дрожал. — «Пульс… отсутствует.»

Я замер.

«Что?»

«Пульса нет, дыхания нет. Она… она мертва.»

Упал на колени рядом с ней. Схватил за запястье, пальцы нащупали вену. Ничего. Ни толчка, ни движения. Кожа холодная. Рука легла на левую грудь, прямо туда где должно быть сердце. Она горячая, не грудь, а кожа.

— Нет… — выдохнул я. — Нет, нет, нет!

Растянул её платье, освободив место и начал массаж сердца. Ладони на упругую грудь, давил изо всех сил. Раз, два, три, четыре. Рёбра трещали под руками, но плевать.

Зажал нос и вдохнул ей в губы.

— Дыши! — рявкнул я. — Сука, дыши!

Пятнадцать нажатий, наклонился, вдохнул воздух ей в рот. Грудь поднялась, опустилась. Снова массаж. Раз, два, три.

«Дарл, бесполезно…» — Кара тихо.

— Заткнись!

Ещё пятнадцать нажатий. Вдох. Ещё. Ещё.

Ничего.

Я откинулся назад, сел на пол. Руки тряслись, на ладонях кровь — моя, из трещин на коже.

Смотрел на Сабрину, красивая девушка. Была. Теперь труп.

«Ты убил её», — прошептала Кара.

— Я? — охренел от такой заявки. — Ты там вообще, что ли испортилась?

«Прости… прости… я… Испугалась. Что теперь? Что нам теперь делать?»

Хороший вопрос. Труп алхимика в её же лаборатории. Я — последний, кто её видел живой. Свидетелей нет, но следы магии повсюду. Метка Скверны на мне. Мотив есть — она могла попытаться меня убить первой.

Нужно убираться. Быстро. Закопать тело? Где? Сжечь? Лаборатория сгорит вместе с половиной квартала.

Или свалить прямо сейчас. Закрыть дверь, уйти. Пусть найдут через неделю. Или месяц. Может, вообще не найдут. Судя по тому как она принимает клиентов, труп заметят не сразу.

«Дарл…» — Кара неуверенно. — «Я… что-то чувствую.»

— Что?

«Её сердце… оно…»

Сабрина вдохнула. Резко, судорожно. Грудь вздулась, воздух ворвался в лёгкие с хрипом. Глаза расширились, зрачки сузились до точек.

Я откатился назад, рука легла на рукоять меча. Она перевернулась на бок, закашлялась. Плевалась чёрной слизью, давилась, хватала ртом воздух. Руки скребли пол, искали опору.

Поднялась на четвереньки. Голова повисла, волосы закрыли лицо, сиськи болтались из стороны в сторону. Дышала тяжело, с присвистом.

Я молчал, не двигался и смотрел.

Сабрина подняла голову медленно, посмотрела на меня. Глаза пустые, не узнают. Рот приоткрыт, слюна капает на пол.

Рука дёрнулась. Пальцы сжались, из них выросло зелёное пламя. Маленький шарик, размером с яблоко. Она замахнулась, бросила.

Я нырнул влево. Шар пролетел мимо, врезался в стену. Взрыв, камень треснул, осколки полетели во все стороны.

Сабрина зарычала. Не по-человечески, утробно. Встала на ноги, пошатнулась, но удержалась. Руки вспыхнули снова, уже ярче.

— Стой! — крикнул я. — Это я! Дарл! Я тебя не…

Второй шар летел прямо в лицо. Я упал на пол, прокатился. Взрыв за спиной, жар обжёг затылок.

Вскочил, меч в руке. Сабрина шла ко мне медленно, шатаясь. Лицо перекошено, губы растянуты в оскале. Зубы оскалены, клык блестел.

«Она не в себе!» — Кара заорала. — «Постинтоксикационный шок! Мозг перегружен, не понимает, где она!»

— Как её остановить⁈

«Оглушить! Вырубить! Связать! Что угодно, только быстро!»

Третий шар. Я отбил мечом, лезвие прошло сквозь магию. Шар лопнул, брызги зелёного огня полетели в стороны. Одна капля упала на рукав, ткань вспыхнула мгновенно.

Сорвал плащ, швырнул в сторону. Сабрина уже была рядом, рука тянулась к моему горлу, пальцы горели.

Я схватил её за запястье, развернул, выкрутил руку за спину. Она взвыла, дёрнулась, попыталась вырваться. Сильная. Сильнее, чем должна быть девушка её комплекции. Магия? Остатки Скверны?

Ударил ногой под колено, она упала. Придавил её к полу коленом между лопаток, руку выкрутил сильнее. Вторая рука свободна, тянется к моему лицу. Схватил её тоже, прижал обе к полу.

— Успокойся! — рявкнул я ей в ухо. — Это я! Я тебя не убивал! Ты жива!

Она извивалась, рычала, пыталась укусить. Голова дёрнулась назад, пыталась ударить меня в лицо. Я увернулся.

— Кара, что делать⁈

«Подожди! Пройдёт само! Минута, может две!»

— У меня нет двух минут!

Сабрина рванулась изо всех сил, почти вырвалась. Я навалился весом сильнее, прижал её к полу. Она задёргалась, забилась.

Потом застыла. Дыхание замедлилось. Мышцы расслабились. Рычание стихло. Я ждал. Секунда, две, пять. Ничего.

Ослабил хватку осторожно, она не дёрнулась, отпустил одну руку. Тишина.

Встал, отступил на шаг. Меч наготове.

Сабрина лежала лицом вниз, дышала ровно. Медленно повернула голову, посмотрела на меня. Глаза ясные, осмысленные.

— Что… — голос хриплый, сорванный. — Что произошло?

Я выдохнул медленно, опустил меч.

— Ты пыталась меня убить.

— Я?.. — она моргнула, попыталась встать. Руки подкосились, упала обратно. — Не могу… не чувствую тело…

— Не двигайся, — сказал я. — Полежи.

Она послушалась. Лежала, смотрела в пол. Потом тихо:

— Почему у меня… грудь на распашку? Платье разорвано? Ещё вкус на губах, будто меня целовали и рёбра болят?

— Хм… — кашлянул я. — Как бы ответить? Ты напала на меня, из тебя вырвалась Скверна.

— Сама? — уточнила она.

— Думаю да, — ответил первое, что пришло в голову.

— Потом ты умерла, я пытался вернуть тебя к жизни: массаж сердца и искусственное дыхание, — продолжил.

— Что? — перевернулась она. — Ты меня лапал и целовал?

«Я тоже так подумала, пока не нашла в твоей памяти действия по реанимации» — сказала Кара.

И эта туда же. Дуры…

— Нет! — мотнул головой.

— Ты… вытащил Скверну.

— Да.

— Всю?

— Не знаю.

«Кара?»

«Анализирую… В ней почти ничего не осталось. Может, два процента от изначального объёма. Это… это невероятно. Она жила с такой концентрацией?»

— Почти всю, — передал я.

Сабрина засмеялась. Тихо, надорванно. Смех перешёл в кашель, потом в всхлип.

— Я… я думала умру, — прошептала она. — Каждый день… думала, что это последний.

Молчал.

— Сколько у меня было? — спросила она. — Времени?

«Неделя», — ответила Кара. — «Может, чуть больше. Скверна съедала её изнутри. Ещё месяц — и она превратилась бы в тварь.»

— Неделя, — сказал я вслух.

Сабрина кивнула, не поднимая головы.

— Знала… — выдохнула она. — Чувствовала.

Пауза затянулась. Я стоял, смотрел на неё. Она лежала, дышала. Грудь, молодая, аппетитная поднималась и опускалась. Маленькие, бордовые, твёрдые бугорки блестели от пота.

Наконец она села. Медленно, с трудом. Оперлась спиной о стену, подтянула колени к груди. Обхватила их руками и прикрылась.

Посмотрела на меня снова. Лицо бледное, но живое. Глаза ясные.

— Ты… спас меня, — сказала она тихо.

— Не специально.

— Всё равно спас.

Она встала, пошатнулась, но удержалась. Подошла к столу, оперлась на него ладонями. Постояла так несколько секунд.

Развернулась, посмотрела на меня внимательно. Изучающе.

— Что ты хочешь, мальчик? — спросила она.

— Что бы ты прикрылась тётенька! — ответил через зубы.

Сабрина опустила взгляд на свою грудь и улыбнулась.

— Вот же сорванец… — покачала она головой.

Подошла к столу и взяла передник, накинула сверху и завязала.

А я? Правильно использовал возможность, пока она есть. Я не забыл цель для чего пришёл к ней. Достал из кармана бумажку, протянул ей. Рецепт Валькирии, мятый, испачканный кровью.

— Мазь, — сказал коротко. — Нужна мазь по этому рецепту.

Сабрина взяла бумажку, развернула. Прочитала, брови поползли вверх.

— Это… — она подняла глаза на меня. — Почерк Валькирии.

Я молчал.

— Ты её знаешь? — прищурилась она. — Откуда у тебя это?

— Не твоё дело.

«Дарл!» — Кара возмутилась. — «Ты правда сейчас грубишь ей? После того, что случилось⁈»

«А что? Она жива, я жив. Мне нужна мазь, у неё есть навыки. Зачем церемонии? Тем более как она сказала: я её спас. Пора возвращать долг.»

Сабрина смотрела на меня долго, потом улыбнулась: криво, хищно.

— Храбрый, — сказала она. — Или тупой. Не решила ещё.

Отложила бумажку на стол, прошлась по лаборатории. Остановилась у полки, достала склянку, понюхала. Поморщилась, поставила обратно.

— Рецепт сложный, — сказала она, не оборачиваясь. — Ингредиенты редкие. Процесс долгий.

— Сможешь сделать?

— Смогу, — кивнула она. — Но это дорого.

— Сколько?

Она обернулась, посмотрела мне в глаза.

— Пятьсот золотых.

Я моргнул.

— Что?

— Пятьсот, — повторила она спокойно. — Со скидкой, потому что ты мне помог.

— Ты ноликом не ошиблась? — выдавил я. — Может пятьдесят? Ты просто головой приложилась когда падала, вот у тебя и помутнение рассудка.

— Нет, — мотнула головой девушка, — Пятьсот и это со скидкой. Мазь редкая и сложная, моё молчание тоже недешево. Не нравятся условия, уходи! Я тебя отпущу, ты мне помог и удачи тебе в поисках того, кто согласится и не сдаст тебя инквизиции.

Сжал кулаки. Сука. Красивая, благодарная, но сука.

— У меня нет пятисот золотых, — сказал я.

— Тогда заработай, — пожала она плечами. — Или укради, или убей кого-нибудь богатого. Ты же меченый, правда?

Я замер.

— Откуда ты знаешь?

— Рецепт Валькирии, — кивнула она на бумажку. — Такую мазь делают только для меченых. Плюс… я чувствую энергию твоей метки. И то что ты не умер от Скверны. Она проснулась на твою метку и ты её поглотил.

Молчал.

— Не переживай, — добавила она. — Я никому не скажу. Мне плевать на Инквизицию и на богов, они мне ничем не помогли, когда умирала моя мать и сестра. Я никому ни чем не обязана.

— Кстати насчёт этого, — кашлянул. — Откуда в тебе Скверна.

— Эксперименты… — махнула она рукой. — Опасные и очень нужные. Большой и крайне дорогой заказ выполнила и заразилась.

«Она опасна, расчётлива и кажется чуточку безумна» — дала характеристику Кара.

Пауза.

«Ошибаешься… Не чуточку.»

— Хорошо, — кивнул я. — Пятьсот золотых. Что ещё нужно?

— Ингредиенты, — она подошла к столу, достала чистый лист, начала писать. — Их ты принесёшь сам.

— Какие?

Она дописала, протянула мне список. Я прочитал:

1. Печень могильного крота (осквернённого)

2. Глаза болотной змеи (живые или свежие)

3. Потроха огненной белки

4. Хвост каменного дятла

5. Сердце осквернённого медведя

Я уставился на бумажку.

— Это… серьёзно?

— Очень, — кивнула она. — И учти: твари должны быть осквернёнными. Обычные не подойдут. Скверна нужна свежая, насыщенная.

«Дарл…» — Кара тихо. — «Ты понимаешь, что это значит?»

«Понимаю», — ответил я мысленно. — «Моя метка сжирает Скверну автоматически. Убью тварь — органы станут бесполезными.»

— Есть проблема, — сказал я вслух. — Моя метка… она поглощает Скверну при убийстве.

Сабрина подняла бровь.

— Знаю, — кивнула она. — Я же видела, как ты меня чуть не высосал досуха. Не ожидала такой прыти от мальца, был бы ты постраше…

— Тогда как мне притащить тебе органы со Скверной?

— Это твоя проблема, — пожала она плечами. — Придумай что-нибудь. Найми помощника, вырезай органы, пока тварь ещё жива. Я не знаю. Ты меченый, разбирайся сам.

Я сжал зубы.

— И ещё, — добавила она. — Чем больше принесёшь — тем больше мази получишь. Один комплект — одна банка. Пять комплектов — пять банок. Цена та же: пятьсот золотых.

— За всё? Или за каждую банку?

— За всё, — усмехнулась она. — Видишь, какая я добрая?

Сука, повторил я мысленно.

— Когда нужно принести?

— Чем быстрее, тем лучше, — сказала она. — Органы портятся, свежие работают лучше. И ещё кое-что… Через неделю я уеду по делам, успей к этому времени.

Кивнул, сунул список в карман. Развернулся к выходу.

— Мальчик, — окликнула она.

Обернулся.

— Что?

— Спасибо, — сказала она тихо. — Правда. Я… не думала, что кто-то сможет меня спасти.

Я посмотрел на неё. Она стояла у стола, руки сложены на груди. Лицо серьёзное.

— Сделаешь скидку в четыреста пятьдесят золотых? — спросил.

— Конечно нет, — снова улыбнулась она.

— Дешево же твоя жизнь стоит, — покачал головой.

— Ты даже не представляешь на сколько… — поджала она губы. — Такова жизнь и спасибо тебе… Дарл!

Кивнул, вышел. Дверь захлопнулась за спиной.

Улица встретила меня вонью. Грязный квартал пах мочой, гнилью, дешёвым табаком. Я шёл быстро, не оглядываясь, голова гудела, мысли роились, накладывались друг на друга. Пятьсот золотых, у меня нет и пятидесяти, у меня вообще почти ничего нет. А хренова тучка ингредиентов? Как мне их достать?

Твою мать! Совсем уже забыл, что я должен притащить монстра в гильдию. Сука, так ещё мне там не очень рады, благодаря Оргусу и остальные проблемы. Мази хватит…

«На неделю!» — ответила Кара.

«Прям всё складывается в мою пользу!» — съязвил сам себе.

«Дарл, что будем делать?» — спросила Кара тихо.

«Думаю.»

Пятьсот золотых. За сколько можно сдать тварь в гильдию? Всё зависит от ранга. Если я убью всех этих тварей и заберу, то что мне нужно, получился ли выручить нужную сумму?

— Невозможно, — выдохнул я вслух.

«Почти невозможно», — поправила Кара. — «Но у нас нет выбора. Без мази метка вспыхнет снова, а следующий раз это может случиться не в лесу, а в городе. При людях.»

Но как убить тварь и не поглотить Скверну? Марис? Он помог с волками, но это было случайно. Нанять его снова? Он хотел стать стажёром. Другой помощник? Кто согласится таскаться по лесу со мной и резать монстров?

Контейнеры, нужны специальные контейнеры для хранения органов со Скверной. Свинцовые? Или заколдованные? Где их взять? Сколько они стоят?

Инструменты. Острые ножи, пилы, щипцы. Перчатки толстые, чтобы Скверна не прожгла кожу. Голова раскалывалась. Слишком много проблем разом.

«Дарл, ты забыл ещё одну вещь», — Кара напомнила.

«Что?»

«Оргус.»

Я остановился посреди улицы. Человек позади столкнулся со мной, выругался, обошёл.

Оргус. Он послал меня к Сабрине. Он знал, что она заражена Скверной? Он знал, что моя метка её высосет? Он хотел проверить, сработает ли это? Или… он хотел от меня избавиться?

Сжал кулаки, руки тряслись от злости. Старик использовал меня, как инструмент, так ещё проблем в гильдии подкинул.

— Пошёл он, — выдохнул я зло.

«Дарл, ты правда сейчас пойдёшь к нему?»

«Да!»

«Зачем? Он опасен, он сильнее тебя, он может убить.»

«Может», — согласился я. — «Но не убьёт.»

«Откуда уверенность?»

«Потому что ему нужна Айша. А я — единственный, кто теоретически может ей помочь. И кажется я понял, зачем меня послали к Сабрине.»

Кара молчала.

Я развернулся, пошёл к воротам города. Бирка болталась на груди, стража пропустила без вопросов.

Лес встретил тишиной. Птицы не пели, ветер не шумел в кронах. Только скрип сапог по земле.

Я шёл быстро, почти бежал. Злость грела изнутри, разгоняла усталость. Оргус использовал меня, Оргус соврал, Оргус поставил под удар. Зря! Я такое не люблю и всегда плачу за такие вот выкрутасы.

Домик показался через полчаса. Дым из трубы, свет в окне. Старик дома. Я не остановился у двери. Распахнул её ногой, вошёл внутри.

Оргус сидел за столом, ковырял ножом деревяшку. На столе стояла початая бутыль мутной настойки. Он поднял глаз, посмотрел на меня.

— Вернулся? — буркнул он. — Быстро ты.

Я прошёл внутрь, не снимая сапог. Грязь оставалась на чистом полу. Плевать.

— Извинений не будет, — сказал я сухо. — Зато будет долгий разговор.

Оргус замер, нож застыл в миллиметре от пальца.

— Ты знал, что в ней Скверна, старик, — продолжил я. — Ты послал меня не за лекарством, ты послал меня проверить свою тупую теорию?

Он наконец поднял тяжёлый и колючий взгляд.

— И как? — спросил он спокойно.

Я шагнул вперёд, чувствуя, как электричество начинает покалывать кончики пальцев.

— Ты хотел меня использовать? — голос сорвался на шёпот, который страшнее крика.