Вика лежала под обломками кровли, которую Костегрыз сорвал с уцелевшего дома и бросил в нее. Если бы не малый щит, ее расплющило бы, а так просто привалило обломками. В абсолютной темноте она задыхалась то ли от пыли, то ли потому, что заканчивался кислород. Вдох, еще вдох… Больно-то как!

Клановый чат гудел, все что-то кричали, сложно было сосредоточиться. Кто-то звал на помощь, Сергеич матерился, Макс тоже стонал под обломками, причем ему приходилось хуже. Кто-то из новеньких подбадривал его, разбирая завалы. Тетыща на повышенных тонах раздавал распоряжения.

Что там происходит? Судя по выкрикам, отвлечь Костегрыза не удалось, и он подбирается к Денису… Надо выбираться. Пусть и ненадолго, ей удалось отвлечь титана!

Одна рука придавлена, вторая свободна, рядом магнитное ружье. Так… Она не в здании, значит, над ней должно быть совсем немного камня, дерева и металлопрофиля. По идее, есть надежда встать. Вика подтянула руку к себе, ощупала ребра. Уперлась в обломки, попыталась подняться. Не получилось. Еще раз. И еще.

Без толку.

— Вытащите, — крикнула она в общий чат. — Задыхаюсь! «Активность» падает!

Она и правда снизилась до 85% и на глазах потеряла еще 1%.

Никто не отозвался. В чате ругались. Звал на помощь Макс под обломками. Филиппинцы обещали ему помочь.

— Помогите! — заорала Вика вслух.

Накатила паника, что она так и умрет от асфиксии…

И вдруг хлесткий выкрик Тетыщи:

— Дитрих, отставить! Отставить!

Его голос в голове наложился на скрежет и рев титана, он так топнул, что обломки над Викой посунулись, и через образовавшуюся щель хлынул спасительный кислород. Откашливаясь и хрипя, Вика высунула руку в отверстие, немного расширила его. Еще немного. Произошел обвал, голову осыпало каменной крошкой и корпус освободило, как и вторую руку.

Рывок вперед. Еще рывок. Хрипя и подбадривая себя криком, Вика вылезала из-под завала, как червяк из норы.

В нескольких сантиметрах упал горящий металлический обломок. Она запрокинула голову и увидела титана, схватившегося за голову. Он будто бы пытался выдрать себе глаза, его со всех сторон поливали свинцом, он ревел и топал, атаковал вслепую.

Вика пальнула в него из ружья. Понятно, что это как слону горошина, но хоть немного! Главное — отвлечь, пока не вернется Ден. Что будет, если он не вернется, она старалась не думать, потому что Костегрыза им не одолеть даже коллективно. Даже с танками не одолеть, потому что он попросту их разда…

Титан поднял ногу, и Вика рванула прочь. Когда гигантская стопа опустилась на землю, в сторону побежали трещины, Вика упала в серую пыль. Перекатилась. Выстрелила. Еще выстрел! Осталось семнадцать.

На тебе еще! Шестнадцать.

«Активность» 89-уровнего Костегрыза — 98%. Ковырять его и ковырять.

Буквально на ее глазах бездушный регенерировал до 99% «активности» и мгновенно потерял к ней интерес, сосредоточился на броневике. Видимо, «активность» потерял, когда ревел и ему опалило морду. Ему оставалось сделать пару шагов — и он возле Дениса!

— Тва-арь! — кричала Вика. — Сдохни, тварь!

Выстрелы уходили титану в спину, не причиняя вреда. Она чувствовала себя комаром, пытающимся прокусить бронежилет. Вся надежда на щиты Тетыщи! Если титан ударит по защитному куполу, его может отбросить отдачей и опрокинуть на спину. Не убьет. Возможно, даже не ранит, но даст клану немного времени.

До чего же отвратно чувствовать себя беспомощной!

— Уйди с линии огня! — грянул в голове голос Семецкого, и тут на пустошь, вздымая серый пепел, вырулил БТС.

За рулем был Семецкий. Сергеич и филиппинец из рабов «Щита» стреляли из «Скорпионов». Вика упала в пыль и тоже открыла огонь, но это не помогло. Титан разозлился, взревел и с разбега прыгнул на Тетыщу…

Вика зажмурилась, чувствуя, как внутри все сжимается, вся жизнь сжимается в ноль.

Толчок. Рев…

А потом земля подпрыгнула и толкнула в живот. В поднявшейся пыли было не разобрать, что случилось. Только голос Сергеича помог сообразить:

— Упал, тварюка! Ай, Тетыща, ай, сукин сын!

Откашливаясь, Вика побежала к мужчинам, пока титан ворочался, пытаясь подняться — их разделало метров сто.

Когда она подбежала, никто не обратил на нее внимания. Мигель сосредоточенно положил руки на корпус ловушки и сказал:

— Вибрация изменилась. Синхронизация завершена. Готово. Сколько ждать маяк?

Тетыща ответил, косясь на поднимающегося титана.

— Примерно тридцать девять секунд. И непонятно сколько на перенос.

— Если бы не Дитрих, нас бы уже не было, — проговорил Мигель.

Уточнять Вика не стала, прицелилась в Костегрыза. Ей осталось десять выстрелов. Восстал Кема, пошатываясь, устремился на титана, останавливать его никто не стал.

— Двадцать пять, — хладнокровно, будто метроном, отсчитывал секунды Тетыща.

С бешеным криком Макс, едва различимый в оседающем пепле, набросился на Костегрыза, орудуя «Касперами», но тот лишь взмахнул лапищей, и бывший сисадмин полетел в сторону. Титану в ногу врезался пикап, откуда мужики выпрыгнули за мгновение до столкновения.

— Девятнадцать, — говорил Тетыща.

Крош вскочил на груди Дена, выгнул спину, зарычал и взвыл. Галя визжала, прижавшись к ноге хозяина.

Титан лишь повернул голову, когда в него врезалась машина, вспыхнула, пламя перекинулось на ногу бездушного, но его «активность» не пошатнулась.

— Тринадцать. Что там, Мигель?

— Все то же, — отрезал инженер и спросил не в тему: — Киндерманн погиб?

— Скоро все мы погибнем, — отрезал Тетыща. — Щит слетел. Последний шанс — гарпун.

Бергман шагнул навстречу титану. Из его груди вырвался сияющий гарпун, впился в ногу Костегрыза, но в этот раз не сработал, зато отвлек бездушного, и он решил разделаться с докучливым человечишкой, поднял ногу, чтобы раздавить Тетыщу. Хоть он и был терминатором, умирать ему не хотелось, он рванул с места.

Скорости ему хватило — нога титана опустилась рядом с ним, поднимая пыль и скрывая упавшего Тетыщу. Вика не знала, что с ним, видела только, что его точка на карте пожелтела — то есть он получил незначительные повреждения.

Вика смотрела на титана, отвлекшегося на недостающий десяток секунд, и вздрогнула, когда в голове набатом грянул такой родной голос:

— Поберегитесь!

Она обернулась, растерянно улыбаясь. Денис вернулся! Денчик!

Ден поднялся, сфокусировался на цели, и в руке его был «Нагибатор». Крош у его ног урчал, рос, и урчание его с каждой секундной превращалось в победный рев. А Денис р-раз — и будто бы размазался по пространству. Так показывают быстрое движение в анимешках.

Вика стояла и победно улыбалась, потому что вот теперь дело пойдет! И никто больше не умрет. В том, что он справится, сомнений не было.

Титан, гонявший Тетыщу, вздрогнул, по его гигантской туше прокатилось свечение, заветвилась молния.

Прозвучал голос Дениса:

— Не приближаться! Убивать титана не будем, он нам пригодится. Просто мы с Крошем вышибем из него немного «активности». Пепел не до конца осел, издали Дена не было видно на огромной туше титана. Зато было заметно, как он вздрагивал от каждого удара.

— Виракочи на тебя нет, паскуда хитрая, — проговорила Вика в пустоту.

В титане будто пробили дырку, куда по полпроцента вытекала «активность». Потом титан снова взревел и принялся шлепать себе по морде — видимо, пытаясь прибить Дена, пытающегося его ослепить.

К тому моменту Кроша раздуло до размеров огромного быка, он покрылся чешуей и ринулся на помощь хозяину. Полетели в стороны ошметки титаньей плоти! Дело пошло быстрее. Теперь титан крутился на месте, сотрясая землю, бил себя, стремительно теряя активность.

Наконец он замер безвольной куклой, преклонил колено, склонил голову — знак того, что Ден подчинил зверюгу с помощью «Сокрытия души», и можно выдыхать.

Только теперь Вика подумала о том, что соклановцы готовы были отдать жизнь за Дена, и она в числе первых.

Кто-то ранен, кто-то не пережил боя, и надо бы оценить потери и заняться ранеными.