— Ведьма, все готово, — как только Саня замолк, сообщил Никита. — Можем работать!

— Отлично, — ответила Шелестова. — Всем полная боевая готовность! Как только начнется, подключайтесь! Коваль, быстро под стенку и замри, наверху будет жарко. Кук, работай!

Я вместе с Вероникой рванулся под укрытие стены. Загремели и сразу оборвались выстрелы. Наверху, где находились люди в маскировочных накидках, оглушительно грохнуло, затем ещё раз, посыпались камни, скальные обломки, каменная шелуха и пыль, заставляя нас с Вероникой ещё сильнее прижаться к скале.

Подножье горы у поляны, склон с другой стороны расцвели десятками ярких вспышек. Забрало шлема максимально приблизило панораму, я видел, как рой стальных игл с двух сторон обрушился на ощетинившиеся стволами «Нерпы». Раздались вопли раненных, стрельба усилилась, бронированные корпуса машин расцвели гроздьями черных пробоин. Одна «Нерпа» взорвалась, подбрасывая в воздух осколки искореженного корпуса и громыхая огненными лепестками детонирующих во все стороны боеприпасов.

Бахнуло, из ущелья, оставляя белый дымный след, взлетела ракета. Резко развернулась, описав дугу, и, оказавшись над вращающимися радарами, разорвалась, разметав по сторонам тысячи осколков.

Сбоку экрана шлема загорелись новые слова: «Спутниковая связь восстановлена. Все системы подключены, работают в штатном режиме. Дополнительная защита аудиопотока и изображений включена».

Центральная «Нерпа» чадила дымом, от радаров остались только обугленные чадящие куски стоек, рупор превратился в кучку смятого, искореженного железа. Неожиданно, задняя панель кузова, мостиком мягко опустилась на землю. По мостику, быстро передвигая стальными щупальцами-ножками, на щебенку сошли два паукообразных робота.

— Всем в укрытия, прячьтесь под камнями, — заорала Вероника, подхватывая меня под руку, и дергая в сторону. — Это «берсерки», сейчас все расхреначат!

Мы спрятались под огромным скальным камнем.

Я осторожно выглянул, заметил, как круглые вращающиеся платформы паукообразных платформ, с большим оптическим прицелом, развернулись в нашу сторону, нацеливая станковые пулеметы и ракеты.

Шелестова отчаянным рывком затащила меня в укрытие и прохрипела:

— Идиот!

Затарахтели пулеметные очереди, выбрасывая в воздухе фонтаны пустых желтых гильз, с шипеньем стартовали ракеты.

Брызнули во все стороны осколки скальной породы, взметнулась вверх серая пыль, камень под которым мы спрятались, завибрировал, принимая на себя град крупнокалиберных пуль.

— Никому не высовываться, — Вероника рявкнула в динамики так, что я невольно поморщился. — Работает спутниковая связь, просто переводите картинку в режим трансляции.

Я надавил на правый висок шлема, активируя голографическое меню, пробежался пальцами в тактической перчатке, по выскочившим виртуальным клавишам и окнам, переводя картинку поляны в режим спутниковой трансляции.

Камень продолжал трещать и дергаться под пулями. Недалеко взорвалась граната, обрушив вниз водопад из крупных и мелких камней.

В открывшейся картинке, увидел, как вслед за берсерками, на серую землю мягко выпрыгнули три человекообразных силуэта, похожих на «Робокопа» из голливудского блокбастера, просмотренного в прошлой жизни.

— Внимание, у них бойцы в американских экзоскелетах «Атлант», — раздался голос Вероники. — Плохо. Думаю, пока «берсерки» будут поливать нас огнем, они постараются приблизиться, уничтожить всех, кто попадется под руку, а меня взять в плен. Коваль!

— На связи, — откликнулся я.

— Где «Коршун», мать твою? — выкрикнула Вероника.

— Разбился, наверно, — ответил я. — Когда нас отрубили от связи, изображение с камеры и иконка беспилотника пропала. И больше не появлялась.

— Не мог он разбиться, — сообщила Шелестова. — В случае потери связи, управляющая плата просто посадит аппарат на землю. В «Коршуне» эта опция предусмотрена по умолчанию. Попробуй восстановить с ним связь. Если получится, запускай на таран одного из «берсеркеров», не подавим их — нам труба. Парис!

— На связи! — моментально отозвался Забота.

— «Варяг» не использовал? — поинтересовалась брюнетка.

— Только в режиме прослушки, как и «ШМ», — сообщил Саша.

— Бьешь по второму берсерку из своей мини-пушки, — распорядилась девушка. — Потом рубишь по всему живому и стреляющему. Секунд десять у тебя будет. Коваль берешь на себя левого, Парис — правого. Как поняли?

— Понял, нормально, — бодро ответил я. — Если установлю связь с «Коршуном» без проблем.

— Понял, — откликнулся Саня. — Могу приступать?

— Парис работай, Коваль находи и устанавливай связь со своим добранным беспилотником, и быстрее, черт тебя возьми, дорога каждая секунда! — проорала в динамик Вероника.

Я опять открыл голографическое меню, щелкнул пальцем по виртуальной кнопке «показать все привязанные устройства». Быстро просмотрел высветившуюся информацию, увидел погасшую кнопку «Коршуна», нажал. О, чудо она снова загорелась, и сбоку открылось окошко камеры. Судя по изображению щебенки и открывающегося внизу нашего ущелья и реки, беспилотник приземлился на одну из небольших полянок, расположенных в окружающих реку скалах.

— Ведьма, беспилотник, нашел, подключил, работает, — сообщил я.

— Отлично, Коваль, — повеселевшим голосом ответила Шелестова. — Давай целеуказание!

— Ладно, — я открыл голографическое изображение с суетящимися на поляне людьми и горящими машинами, вызвал карту, прочертил красный пунктир к стоящему слева «берсерку», обозначил его как цель, нажал вирт-кнопку «уничтожить».

«Коршун» чуть откатился назад, беря разбег, разогнался, и на бреющем полете спикировал сверху на изрыгающую пулеметный огонь роботизированную платформу, активируя заряд взрывчатки. Бахнуло так, полыхнув огнем, обломками стали и взрывающимися патронами во все стороны, что находящихся неподалеку бойцов разорвало на части. Спустя секунду, от прямого попадания пушки, замаскированного под корягу-бревно «Варяга» разлетелся на части второй «берсерк». Шквал огня, заставивший нас затаиться под камнями, затих.

— Отлично, — прогремел в динамике взволнованный голос Вероники. — Молодцы, ребята! Теперь наваливаем по «Атлантам», всем, чем можем, чтобы не подошли. Нужно продержаться, до прибытия авиации!

«Варягу» разгуляться не дали. Как предсказала Шелестова, водный беспилотник сразу накрыли автоматным огнем и осколочными гранатами из подствольников. Но убить ещё одного бойца и проделать дыру в ближней «Нерпе», перед уничтожением он успел.

Пока возились с «берсерками», «Атланты» уже карабкались к нам по горам вверх, прыжками ног и толчками и захватами рук, усиленных экзоскелетами, преодолевая разделяющие нас сотни метров. Жидкий автоматный огонь, пытающийся их остановить, ничем не помогал.

— Лиса, Хельга, Амазонка, как слышно? — опять загремел в динамике встревоженный голос Вероники. — Девчонки, с вами всё в порядке?

— Амазонка на связи. Немного оглушило, ногу осколком задело, не серьезно, царапина, — сообщила Лина. — А так в порядке, винтарь жалко, теперь его только на свалку. Из стрелковки только ПСС-«ультра» остался.

— Хельга на связи, плечо разворотило, — глухо сообщила Оля. — Сразу противошоковое вколола. Пока пластырь накладывала, много крови потеряла. Сейчас все перед глазами троится. Лису камнями засыпало. Молчит.

— Черт, — выругалась Шелестова. — Парис, Сервал, Техник, Кук, как вы?

— Нормально, — вяло откликнулся Забота. — Веду огонь. В броник пару раз попали пулями, слава богу, автоматными. В шлем осколками прилетело. Башка гудит, тело ломит. Ощущение, словно в спарринге с Бондарем отстоял.

— Сервал на связи, — невозмутимо ответил прапорщик. — Со мной всё в порядке. Веду огонь по приближающемуся противнику, прикрываю Кука. Он к вам идет.

На полянке показался шлем, взбирающегося вверх «Атланта». Я дал автоматную очередь прямо в стальную макушку. Шлем задергался, но массивные перчатки, усиленные сервоприводами, мертвой хваткой вцепились в скальную породу. «АК-240-У» внезапно замолк, выплюнув все патроны. Я подскочил, размахнувшись прикладом, целя в стальные пальцы, но внезапно подтянувшийся вверх «Атлант» долбанул меня кулаком в грудь. Меня отнесло на несколько метров, шваркнуло о каменную стену. Я медленно сполз вниз, ощущая как что-то теплое и липкое, стекает по затылку. Закашлялся, выплюнул на нагрудник бронежилета кровавую слюну. Подскочившая к «Атланту» Вероника прямо в упор всадила в стальной корпус очередь из «калашникова». «Атланта» это не остановило. Дергаясь под выстрелами, он окончательно залез на поляну, принял на глухо звякнувший железный щиток предплечья приклад, рванувшейся в рукопашный бой Вероники, одним небрежным движением вырвал автомат, отбросил его далеко в сторону, прихватив и приподняв брыкающуюся Шелестову за шиворот.

Поднял свободную руку, развернув запястьем к лицу, пробубнил на инглише:

— Шеф, она у меня. Что делать дальше? Зачистить парня?

— Подожди немного, — раздался уже знакомый бас. — Я сейчас поднимусь, решим. Возможно, прихватим его с собой. Если девка так на его защиту кинулась, на этом можно сыграть.

— Как скажете, шеф, — прогудел «Атлант».

На поляну залез второй боец в «экзоскелете», прикрывая толстым бронещитом крепкого мужчину с седой шевелюрой. Главарь с головы до пят был облачен в черный костюм из бронеплит, чем-то похожий на наш.

Забрало шлема поймало в объектив нагрудный логотип в виде короткого треугольного рыцарского щита «буше», выделило и увеличило пересекавшую его наискось надпись: «Armor Defense Systems».

— Здравствуйте, мисс Шелестова, — вежливо, на чистом русском, с едва заметным акцентом, поздоровался седой.

— Вам того же пожелать не могу, — фыркнула красавица-брюнетка. — Представьтесь, хочу понимать, с кем разговариваю.

— Можете обращаться ко мне, мистер Вайт, — ответил седой. — Моё настоящее имя вам ничего не скажет. Должность и прочие подробности узнаете позже, когда очутимся в Америке. В своё время ваш дед попил у нас много крови. Он достойный противник, сделавший вашу страну великой, и именно по этой причине я с большим удовольствием пустил бы ему пулю в лоб.

— Скорее, будет наоборот, он поймает вас и сдерет шкуру, — презрительно фыркнула Вероника.

— О, вы можете говорить, что угодно, — великодушно отмахнулся Вайт. — Бессильные угрозы, которые ни на что не влияют — право проигравшего. Но я все равно рад вас видеть, юная мисс.

— Нельзя сказать, что я испытываю подобные чувства, — буркнула Вероника, исподлобья наблюдая за мужиком.

— А это уже никому не интересно, — отмахнулся седой. — Даю вам два варианта дальнейших действий на выбор. Сейчас вы добровольно спуститесь со мной, сядете в машину, мы пересечем границу. Тогда этот паренек, которого вы так защищали, останется жив. Со своей стороны, обещаю джентльменское отношение и вполне сносную жизнь на нашей военной базе, а потом в Штатах. Это первый вариант. Второй: вы отказываетесь, попробуете сопротивляться, покончить жизнь самоубийством, что вам уже не удастся, видите, мои бойцы уже перекрыли дорогу. Тогда я убью этого парня, прострелю ему живот, руки и ноги, чтобы истек кровью и хорошенько помучился перед смертью.

Вероника побледнела.

— Подумать можно? — безнадежно спросила она.

— Если вы надеетесь, что подоспеют ваши бойцы, это зря, — весело сообщил Вайт. — Обратите внимание, выстрелы смолкли. Уверен, большинство из них нет в живых. А те, кто ещё остался в этом мире, или в плену, или доживают последние минуты, издыхая в лужах крови. Могу дать вам десять секунд для ответа. Потом нам нужно отсюда уходить, и чем быстрее, тем лучше. Время пошло.

Пока он говорил, первый «Атлант» стал на пути Вероники, преградив ей путь к обрыву. Поляна заполнилась уцелевшими бойцами седого в бронниках и маскировочных накидках.

«Черт», — я попробовал пошевелиться и скривился, ощутив боль в груди и спине. — «Сволочи. Если ребят положили, надо хотя бы попробовать спасти Веронику. Нельзя допустить, чтобы её увезли».

— Жду вашего ответа, — мужчина требовательно глянул на побледневшую Шелестову.

Девушка глубоко вздохнула и ответила.

— Я согласна уйти с вами.

— Подождите, — просипел я, перевернувшись на живот и с трудом поднимаясь, упираясь ладонями в стену. — Вы даже не представляете, как вас подставили. Ваша миссия полностью провалилась.

— У нас вообще-то нет времени, — седой быстро поднял запястье, глянул на экран смарт-браслета. — Впрочем, даю тебе ещё пятнадцать секунд, сможешь кратко объяснить, в чем дело, останешься невредимым. Начнешь врать и изворачиваться, прострелю руку.

«Правильно действуешь, Коваль», — тихо прошелестел в динамике голос Никиты. — «Сбей в пропасть этого в экзоскелете. Вероника тоже знает, что делать, остальных мы с Техником берем на себя».

— Да запросто, — криво усмехнулся я, сделал шаг вперед, оказавшись между ним, «Атлантом», Вероникой с другой стороны, и видя десяток направленных на меня черных дул автоматов и штурмовых винтовок.

Искоса глянул на девушку, в зеленых глазах красавицы-брюнетки на мгновение мелькнуло беспокойство.

— Дело в том, что вся эта операция, — начал я, и вдруг захрипел, по подбородку потекла кровавая слюна, ноги заходили ходуном.

Дула автоматов дрогнули и чуть опустились. Я покачнулся, резко упал вперед, в последний момент, сгруппировавшись всем телом, и оттолкнувшись носками от окаменевшей серой земли, всадил плечом в стальной корпус экзоскелета, опрокидывая стоящего на краю скалы «Атланта» в пропасть. Краем глаза увидел, как девушка молнией метнулась к Вайту. Сухо затрещали автоматные очереди. Вокруг меня снопами попадали на землю и полетели вниз, роняя штурмовые винтовки, тела в маскировочных накидках. Вероника, оказавшись за спиной посеревшего и выпучившего глаза Вайта, прижимала к его горлу стальное лезвие ножа. Из надреза на подбородке, по горлу седого, текла, пятная бронекостюм, тоненькая струйка крови. Громыхнуло. Второй «Атлант» с разорванным стальным нагрудником покатился по склону вниз, лязгая металлическими сочленениями. Меня взрыв отбросил к обрыву, я, похолодев, уже скатывался в пропасть, но в последний момент, отчаянным усилием сумел ухватиться за торчавший у самого края, скальный выступ.

Держался из последних сил, судорожно вцепившись пальцами в камень, понимая: ещё немного, пальцы не выдержат, разожмутся, и я полечу в бездну, разбиваясь о торчащие внизу острые камни.

Тело Вайта отлетело в сторону, ко мне метнулась темная тень. Тонкие, но крепкие девичьи руки в тактических перчатках, ухватили за предплечья, подтягивая вверх. Наши взгляды встретились. Я смотрел в зеленые, похожие на омуты, широко раскрытые глазищи, в них светились такая тревога, отчаяние и страх потерять меня, что в моем истерзанном избитом теле вдруг появились силы и отчаянное желание жить. Я подтянулся вверх, Вероника, упершись ногами в камень, рывком вытянула меня на поверхность и, тяжело дыша, обессилено откинулась на земле.

Рядом о скалы щелкали пули, взрывалась пыльными фонтанчиками пыльная крошка стен. Но нам было все равно. Мы лежали, пытаясь восстановить дыхание, рядом с неподвижно распростертым телом вырубленного Вайта.

Внезапно на скалы упала огромная черная тень. Я глянул наверх, увидел пикирующий вниз силуэт «СУ-90». Тяжелый сверхзвуковой истребитель восьмого поколения навис над поляной. Кто-то снизу успел запустить зенитную ракету, сразу взорванную в воздухе снарядом КАЗ. Загремели скорострельные авиационные пушки, полетели, оставляя белый дымный след, ракеты. Поляна с остатками машин и людей, каменистая гряда с укрывшимися в ней боевиками, была сметена шквалом огня и мощных ракетных взрывов. Когда рассеялся дым, на догорающей выжженной черной земле валялись искореженные обломки и заляпанные запекшейся кровью обугленные куски человеческих тел.

— Все, — выдохнула Вероника, и снова устало откинулась на траву, рядом со мной. — Конец. Мы победили…