Жизнь в Москве — штука непредсказуемая. Заканчиваешь МАИ, убеждаешься, что молодому инженеру, по специальности «Проектирование авиационных двигателей», никто нормально платить не собирается. На собеседованиях в государственных конторах, обещают хорошие перспективы, где-то там, в сияющей дали. В реальности на нормальных местах и направлениях, сидят матерые старые зубры ещё совкового разлива, или блатные пацаны с серьезной волосатой рукой, двигающей их на сладкие руководящие должности. Походил я по собеседованиям, да плюнул. Решил, годами корячится в конторах, в ожидании, когда заметят и оценят, не моё, — жизнь одна, да и молодость быстро проходит. Пришлось переучиваться, овладевать маркетингом, веб-дизайном, обучаться работать с рекламой в социальных сетях. Благо, деньги на жизнь у меня были, питерскую квартиру, оставленную бабкой в наследство, продал. Взял ипотеку на квартиру-студию восемнадцать квадратов, в одной из современных высоток-небоскребов, на большее не потянул. Мне было нормально, недавно двадцать шесть стукнуло, спиногрызов и молодой, модной жены с надутыми губами, сорящей моими деньгами налево и направо, не имелось. Живи, да радуйся, только платежи ежемесячные банку делать не забывай.

Оформил ИП, запустил рекламу в Яндексе и соцсетях. Появились первые клиенты и деньги. До 20-го года все шло нормально. Зарабатывал не особо много, но на выплаты по ипотеке и жизнь хватало с избытком. А потом у меня случился скандал с Альбиной, женой влиятельного чиновника, ухоженной красивой блондинкой чуть за тридцать, над внешностью которой хорошо потрудились салоны красоты и пластические хирурги. Она нашла меня по рекламе в Яндексе, договорилась о встрече в маленьком уютном кафе, недалеко от моей квартиры, предложила вести несколько рекламных проектов, продвигающих её бренды. Деньги посулила хорошие, и я без раздумий согласился. Сначала все шло замечательно. Альбина была вежливой, обходительной, пару раз пообедали в том же кафе, чтобы обсудить рекламные стратегии продвижения её бутиков и магазинов сувениров. Я делал вид, что не замечаю её намеков, невзначай положенной на бедро ладошки, алого ротика облизывающего губки, тупил на предложения прокатиться за город. Ханжой не являюсь, и вполне не прочь, отдохнуть с красивой женщиной, но не в этом случае.

Однажды, ещё в глубокой юности чуть не трахнул девчонку, в самый пиковый момент заявившую, что ждет парня из армии, и наш секс ничего не изменит. Не вовремя она это сказала, все желание отбила, да и как-то гадко от этого стало: парня ждет, говорит, любит, а сама налево ходит. Тогда и дал себе зарок, не лезть на уже занятых девушек. Вдобавок, после первых намеков Альбины, навел справки об её муже, чтобы понимать возможное развитие событий. И то, что услышал от товарища, вращающегося в тусовке высоких чиновников и больших бизнесменов, мне не понравилось. Владимир Александрович, муж Альбины оказался очень непростым человеком. На заре карьеры был тесно связан с солнцевскими и подольскими, передавал им лакомые куски столичной недвижимости. Но это ещё полбеды. Он безумно любил свою молодую жену и был таким ревнивцем, что знаменитый шекспировский Отелло в сравнении с этим чиновником, являлся невинным младенцем. Товарищ рассказал: водителя Альбинки, крутившего с ней роман, насмерть сбил грузовик. Второго любовника, менеджера дорогого мебельного салона, хорошо оприходовали неизвестные, да так, что парень остался инвалидом на всю жизнь. Третий — личный фитнес-тренер Альбины, получил кислотой в лицо, и сейчас внешне напоминал ходячего зомби. После таких рассказов, я окончательно решил, а не пошла бы она подальше. Не стоит эта гламурная мадам будущих нехилых проблем. Разумеется, на очередной встрече в кафе, я включил всю свою богатую фантазию и рассказал Альбине о своей выдуманной девушке, которую очень люблю и никогда изменять не буду, подчеркивая всю тщетность приставаний.

Намек она прекрасно поняла, чуть покраснела, холодно попрощалась и уехала. Потом разорвала со мной отношения, чему я был только рад — деньги деньгами, но проблемы мне не нужны. На этом Альбина не успокоилась. В сети на профильных сайтов дизайнов и рекламистов на меня обрушились сотни ботов с гневными претензиями по качеству моей работы и обвинениями в мошенничестве.

Несколько бывших клиентов, подкупленных разозленной дамочкой, испражнились на меня потоками лжи, бездоказательных претензий и ругательств. Клиентура сильно поредела, на плаву я держался из последних сил, работая с несколькими старыми заказчиками, даже нашел парочку новых, поверивших в мою порядочность и оценивших показанные результаты.

Затем грянула эпидемия КОВИД-19. На фоне масочного безумия, карантина и массовой самоизоляции, многие фирмы начали делать упор на интернет-продажи, переводили сотрудников на удаленку. Услуги веб-дизайнеров, СММ-рекламщиков стали больше востребованы. Но конкуренция резко обострилась, экономика, соответственно, бюджеты, выделяемые на специалистов, просели, предложения сотрудничества сократились. Появилось много новоявленных веб-дизайнеров, рекламных специалистов, предлагающих аналогичные услуги по более низкой стоимости. Я скрипел зубами, отказывал себе во всем, экономил даже на еде, чтобы заплатить за ипотеку. Пару раз просрочил выплаты и подвергся наездам работников банка, звонивших каждый день, выматывавших нервы, утром и вечером. Вопрос с выплатами, в конце концов, решил, правда, пришлось продать почти новый «айфон» и эпловский планшет последнего поколения. В общем, пошло у меня всё, как в песне Слепакова «Квартира в Москве», корячился и крутился, как мог, чтобы ипотеку оплатить. На остальное денег катастрофически не хватало.

Из былой роскоши остался только оплаченный годовой абонемент в фитнес-клуб с громким названием «Голден боди палас». Я туда ходил четыре раза в неделю — плавал в бассейне, занимался в тренажерном зале, посещал групповые и индивидуальные занятия по муай-тай и ММА.

Хорошо, что предки и дед, поддерживали. Родители периодически помогали деньгами, давно поселившийся в деревне дед, после серьезной ссоры, наконец-то оттаял, и начал периодически заезжать с сумками домашних продуктов.

Вообще-то я Семена Владимировича, своего деда очень люблю. Он у меня «дитя войны», ветеран труда, почти полвека на «Серпе и Молоте» проработал. Сначала мастером, потом до начальника цеха дошел. Его завод сталью предприятия по всей стране обеспечивал.

Поссорились, мы с ним крупно, по-глупому. Дед был коммунистом, настоящим. Так Ельцина и демократов ненавидел, что на баррикады у Белого Дома в девяностом третьем пошел. Чудом жив остался. Ну а я, родившийся в девяносто первом, уже принадлежал к другому поколению. Информации в сети много, разобраться что такое «совок» можно. От учителей в школе, о преступлениях коммунистов слышал, а позднее уже в институте, пробежался по Сети, почитал, что творили большевики, и пришедшие им на смену престарелые генсеки — не, мне такой жизни точно не надо. Вот капитализм — настоящая свобода и демократия. И самое главное, в отличие от унылого «совка», где все равны в своей нищете, он предоставляет шанс реализовать себя, заработать бабки, пользоваться всеми благами современной цивилизации и жить в своё удовольствие. Политикой я не сильно интересовался, в историю влезать глубоко не хотел, но информации в свое время покопал достаточно. На этой почве мы и поссорились. Я начал с дедом дискутировать, беззлобно подшучивать над его приверженностью к коммунизму. Читал ему материалы о ГУЛАГе, общества «Мемориал», приводил прочитанные в сети, факты о репрессиях и других преступлениях коммунистов. Дед психовал, кричал, что всё это ложь, он сам в это время жил, и своими глазами всё видел. В итоге так обиделся, что несколько лет со мной не разговаривал. Мы с ним встречались только на семейных праздниках, несколько раз в год. Несмотря на все попытки нас помирить, дед отказывался общаться, поджимал губы, демонстративно отворачивался, старался не встречаться со мной взглядами.

Успокоился только спустя годы, когда узнал, что мои финансы стали петь романсы. Приехал, притащил два объемных пакета с продуктами. Даже остался попить со мной чай. Когда мы сидели на кухне, я собрался духом, и попросил у него прощения. Честно сказал, что своих взглядов не изменил, но больше эту тему с ним затрагивать не буду.

Дед усмехнулся криво, отхлебнул чая из кружки, вздохнул и сказал:

— Зеленый ты, ещё Максимка, глупый, если этой чуши интернетной веришь о Союзе и нашей жизни. Тебе сама жизнь мою правоту докажет.

Я его очень любил и благоразумно промолчал, спорить не стал. И потом старался эту тему больше не поднимать, говорил о своих планах, мечтах, родственниках, спорте, о чем угодно, только не на больную для него тему.

Зато коммунистов и любителей «совка» в свободное время в сети хорошо троллил. Особенно мне понравилось воевать с ними на крупном литературном портале, где периодически покупал фантастику. Там в комментариях такие битвы устраивал, что у этих любителей «коммунизма» башки взрывались. Они психовали, ругались на мою необразованность, приводили аргументы, ссылались на труды историков, свидетельства современников, а я их тупо стебал. Ну не нравится мне уравниловка, нищета, отсутствие выбора товаров, свободы и возможностей хорошо заработать, которые олицетворял «совок».Особенно эпичные войны утраивались под постами некоторых авторов. Один из них молился на Российскую империю, славил Николая Второго, ругал коммуняк. Второй постоянно фонтанировал постами, как всё плохо было в Союзе. И образование поганое, и товаров дефицит, и герои СССР, вовсе не герои. Даже меня, убежденного противника «совка» от последнего утверждения покоробило. Мой прадед под Берлином погиб, и я его героем считал настоящим. Не понимал одного: почему их постоянно колбасило, как чертей от ладана, при одном упоминании Союза. Ладно, я развлекаюсь, троллю замшелых любителей Союза, а эти персонажи, чего такие взбудораженные? Почти треть века прошло, как страна ушла в небытие, а они всё успокоиться не могут, продолжают оттаптываться на трупе, посты пулеметами строчат один за другим. Невольно даже мысль промелькнула, что это похоже на психические расстройства, вызванные подсознательным комплексом собственной неправоты.

В комментариях под постами этих авторов отрывался на полную катушку. Со мной пытались спорить, что-то доказывать, а я просто получал удовольствие, видя, как у сторонников Союза знатно подгорало…

Так я и жил, до того рокового вечера вторника, изменившего мою судьбу. Тогда, как обычно, настроил рекламу в Контакте и ВК, отрисовал по заданию заказчика три варианта логотипа центра восточной медицины, с облегчением закрыл ноут и пошел собираться на тренировку в клуб. «Голден Боди Палас» располагался через пару кварталов, от моего дома, и через двадцать минут я уже тягал веса в тренажерном зале. По расписанию у меня была спина и плечи. Каждое упражнение три подхода по двенадцать раз. Сперва — разминка, потом тяга штанги, затем жим гири/гантели на скамейке под наклоном, после работа на тренажерах, жим блоков под разными углами. Во второй части тренировки, приступил к разводкам гантелей, стоя, сидя, в наклоне и других положениях.

После тренажерного зала, немного поплавал в бассейне и под конец, когда пришел мой индивидуальный тренер по муай-тай Павел, поработал с ним четыре раунда на лапах, пробивая различные комбинации кулаками, стопами, локтями, коленями и коленями.

Возвращался обратно часов в девять вечера, порядком уставший, но довольный, выбросивший всю негативную энергию. Дорога проходила через дворы соседних высоток, я завернул за угол дома, и сразу возле подъезда, услышал приглушенные вскрики, глухие звуки ударов, девичий писк, увидел большой внедорожник, с угадываемыми очертаниями «БМВ Х-6», мелькающие рядом квадратные фигуры бородачей в кожанках, азартно пинающих слабо шевелящееся тело.

Первая мысль была: «Это не мое дело».

— Помогите, — симпатичная худенькая девушка, резко вырвалась из рук смеющегося кавказца и бросилась ко мне. — Они Сережу убивают, а меня хотят затащить в машину! Пожалуйста!

Двое южан бросились следом.

— Э, ты чего ломаешься? –с акцентом выпалил первый крепкий модно подстриженный южный парнишка с густой щетиной на щеках. — Твой парень сам напросился, Аллахом клянусь. Поехали с нами, узнаешь, что такое настоящие мужчины.

— Мы в подъезд шли, а они громко музыку включили, плясали свои танцы, хлопали в ладоши, смеялись. Вот этот небритый меня по заднице шлепнул, Сережа заступился, — затараторила девчонка. — Его сразу бить начали, а меня в машину затягивать.

— Понятно, — медленно ответил я, оценивая обстановку. Двое небритый и бородач стоят рядом. Ещё трое пинают слабо шевелящуюся окровавленную тушку. Все крепкие, спортивные, один с переломанными борцовскими ушами, другой с перебитым боксерским носом. Если влезу в этот замес, никаких шансов.

— Э, иди, куда шел, — здоровенный бородатый кавказец прихватил девчонку за локоть. — Мы тут сами разберемся.

— Да пошел ты, урод! — девчонка резко дернулась, вырвала руку и спряталась за мою спину.

«Ловко», — иронично оценил я. — «Теперь разойтись не получится. Придется впрягаться. Бросить эту парочку не могу — буду себя полным ничтожеством чувствовать. Впрочем, надо попробовать все решить без мордобоя».

Я примирительно поднял вверх ладони, предложил:

— Ребята, может, разойдемся? Пацана вы уже наказали, девчонка с вами никуда не поедет. Зачем обострять, себе статью на пустом месте поднимать? Вы же, джигиты настоящие, крепкие парни, неужели будете с глупой девкой воевать? Как-то не по-мужски получается.

— Тебе сказали, иди своей дорогой, — рявкнул бородатый, делая шаг вперед. Небритый тоже придвинулся. Трое, наконец допинавшие уже вырубленное тело, развернулись и пошли ко мне.

— С парнем, ладно, хрен с ним, ваши разборки, — фыркнул я. — Но как я уйду и девушку оставлю? Вы бы своих женщин в такой ситуации бросили?

Небритый злобно оскалился и резко пробил правый хук, метя в подбородок. Я был готов к подобному событию, резко поднырнул под удар, влепил коленом по самому оберегаемому мужчинам месту, бросил сумку в подлетевшего с другой стороны бородатого здоровяка. Затем добил взвывшего и схватившегося за пах небритого боковым локтем в челюсть, резко прыгнул влево, закрываясь от кинувшихся в атаку кавказцев кузовом автомобиля. Первого, метнувшегося за мной, встретил круговым стопой точно по печени. Кавказец взвыл, согнулся, я влепил прямой правый по бороде, и всадил каблуком в корпус, опрокидывая его на побежавшего следом бритого здоровяка с ваххабитской кудлатой бородой.

На этом мое везение практически закончилось, пропустил мощный апперкот, заставивший мою голову футбольным мячом подлететь вверх, шлепнулся на асфальт, свернулся в клубок и закрылся руками, защищаясь от сыпавшегося со всех сторон града мощных ударов. Уже теряя сознание и плавая в луже собственной крови, каким-то чудом не провалившись окончательно в забытье, услышал вой сирены, увидел огни мигалок, несколько человек в темно-синих форменных полицейских куртках с «калашами», бегущих к нам и что-то кричащих, ощутил, как град ударов моментально прекратился. Недалеко от меня, на асфальт, разбрызгивая хлопья грязного подтаявшего снега и складывая руки на затылках, повалились туши бородачей в кожаных куртках. Я облегченно вздохнул и потерял сознание.

* * *

Май. 2041 год. Закрытый городок «Красное Знамя-12». Палата больницы

Очнулся я неожиданно, будто кто-то невидимый нажал на кнопку, возвращая сознание к жизни. Открыл глаза и увидел перед собой белоснежный потолок больничной палаты.

Надо мной склонилось озабоченное лицо женщины в белом комбинезоне с красным крестом на груди.

— Антон, как ты себя чувствуешь? — спросила она.

«Какой к черту, Антон? Меня Максим зовут», — хотел ответить я, но из горла вырвался только сдавленный хрип.

— Если говорить тяжело, молчи, — посоветовала врач. — Тебя немного контузило при взрыве. Ты хоть помнишь, что произошло? Можешь просто кивнуть.

Я молча ждал продолжения.

— Аэротакси потеряло управление, врезалось в корпус библиотеки, — сообщила женщина, не дождавшись ответа. — А там, как раз ваши компании курсантов собирались. Тебя взрывом подбросило и сильно ударило об стену. Вроде бы никаких критических повреждений автомед не нашел. Небольшое сотрясение заработал, ушибы, царапины, ничего страшного. Но в сознание почему-то не приходил. Пришлось проводить углубленное обследование. Автомед у тебя ничего критического не обнаружил, выдал заключение, возможна легкая контузия и небольшая амнезия.