Ранний подъем дался Юле нелегко – разница во времени в три часа еще ощущалась, – поэтому большую часть пути она клевала носом. Сергей, для которого подъем в шесть часов утра был делом привычным, не стал докучать Юле рассказами о красотах своего любимого края, а молча ехал, слушая радио.

Шоссе была пустынным, поэтому ехали довольно быстро. Небольшой туман, который внезапно появился в низине, как только путешественники отъехали от города километров на двадцать, предвещал теплый, солнечный день. Продумывая маршрут, Сергей сомневался, что же лучше показать жительнице культурной столицы – живописную Бухтарминскую долину с ее неприступными дикими горами и ущельями, ковыльно-разнотравными предгорьями или, напротив, отвести ее в глухие лесные дебри, пройдя сквозь которые полтора-два километра можно будет выйти к небывалой по своей красоте горной реке Хамир. Решив, что для барышни первый вариант предпочтительней, Сергей свернул с главной трассы на бетонку, ведущую к Цветочной Поляне. Именно так прозвали местные жители небольшую ложбинку в горах, которую облюбовали знаменитые цветы жарки. Но путь к красотам природы был не из легких – чтобы добраться до Цветочной Поляны, придется оставить машину и подниматься в гору по заросшей диким колючим кустарником еле заметной тропинке, круто забирая вверх. Для Сергея такой переход сложности не представлял, а вот физические данные своей спутницы ему не внушали доверия.

Подпрыгнув на очередном ухабе так, что остатки утренней дремоты окончательно улетучились, Юля наконец проснулась.

– С добрым и, надеюсь, бодрым утром! – сказал Сергей, остановив машину под раскидистым деревом неизвестной Юле породы. – Вот мы и приехали, прошу на выход.

Туман был настолько плотным, что Юля, открыв дверь автомобиля и высунув ногу наружу, сначала немного испугалась – нога будто провалилась в туман, еще не успев достичь твердой земли. Юля тут же отдернула ногу назад, с трудом подавляя желание закрыть дверцу машины. Сергей заметил это и подошел к ней. Он галантно протянул Юле руку, приглашая выйти из автомобиля:

– Ваш выход, сударыня. Это всего лишь туман.

– Ни разу в жизни не видела ничего подобного, – прошептала Юля, глядя испуганными глазами на Сергея. – Мне как-то не по себе. Даже страшновато – туман как живой, он будто движется.

– В наших горах это дело обычное. Если ранним утром выпадает такой густой туман – значит, к хорошей погоде. Не надо бояться…

Сергей закрыл машину, достал рюкзаки. Подержав на весу рюкзак Юли, он покачал головой.

– Придется часть содержимого выложить и оставить в машине. Вы с Натальей Евгеньевной явно переусердствовали, собираясь в поход на один день.

– Но здесь вроде бы все самое необходимое.

– Тогда придется тяжести переложить в мой рюкзак. Вы не против, если я покопаюсь в нем и что-нибудь выну?

– Ничего не имею против.

Сергей вытащил из Юлиного рюкзака тяжелый металлический термос, пластиковую бутылку с водой, бутерброды и переложил в свой объемистый рюкзачище. Пока он проделывал все это, его спутница стояла молча, привыкая к незнакомой обстановке. Очутившись посредине белого влажного облака, так что на расстоянии вытянутой руки ничего вокруг не было видно, Юля с трудом представляла себе, как они пойдут в горы. Но спросить об этом у Сергея она не решалась – он здешний и знает, что делает.

Пройдя несколько метров по едва заметной тропке, Юля обернулась – машины как не бывало. Туман поглотил и высокое дерево, под которым они оставили автомобиль.

– Сергей, вы меня простите, но это просто белое безмолвие какое-то. Мы же можем заблудиться, ведь уже и нашей машины не видно.

– Уверяю вас, это нормальное явление. Такое я видел много раз. Здесь только одна тропинка, с нее мы точно не собьемся. Впрочем, если вам страшно, я могу взять вас за руку.

Юля протянула ему ладонь, ощутив приятное тепло сильной руки своего спутника. «Я словно детсадовский ребенок, – мысленно усмехнулась она. – Иду, вцепившись в руку сорокалетнего дяденьки, чтобы не страшно было. Хорошо, что дочка меня не видит – вот бы повеселилась!» Устыдившись своего поведения, она шла молча, внимательно глядя под ноги. Но Сергею, похоже, эта ситуация не казалось смешной. Напротив, он с удовольствием ощущал, как холодная ладонь его симпатичной спутницы становится теплее. И подумал, что, наверное, со студенческих лет не ходил, взявшись за руки с девушкой.

Минут через двадцать их молчаливого пути Юля заметила, что туман понемногу отступает и становится тепло.

– Я уже окончательно согрелась и почти совсем не боюсь. Руку можно отпустить.

– Хорошо. Скоро мы поднимемся на небольшое плато, где можно будет отдохнуть и осмотреться. Туман скоро уйдет, и вы увидите зрелище редкой красоты.

– Вы меня заинтриговали… Буду ждать встречи с прекрасным. Хотя, признаюсь, подниматься в гору не очень легко.

Дышать становилось все труднее, и легкий поначалу, рюкзак с каждым шагом становился все тяжелее. Юля решила, что если начать разговор, то подниматься к заветному плато будет легче:

– Сергей, могу я вас кое о чем спросить?

– Конечно, спрашивайте, готов поделиться любыми знаниями.

– Мне очень нравится Наталья Евгеньевна. Я ей признательна за теплый прием, за то, что она написала мне после смерти моей тети, пригласила приехать. Но меня не покидает мысль о том, что она совершенно одинока. Судя по всему, у нее никого нет из родни. А случись что… Ну, я имею в виду, что она ведь очень пожилой человек.

– Для нас с сестрой она самый родной человек. Мы никогда ни при каких обстоятельствах не оставим ее без внимания и присмотра.

– У нее же есть какой-то дальний родственник, племянник?

– Какой-то есть. Где он сейчас, никто не знает. Наталья Евгеньевна никогда о нем ничего не рассказывала. За нее, Юля, не переживайте. Мы живем своей коммуной, у нас маленький, но дружный дом. Все друг другу помогают, поэтому вы можете не опасаться за ее судьбу.

– Живете коммуной, как первороссияне. Я ее пригласила к себе в гости в Петербург, она ведь моя землячка, родом с невских берегов, но, похоже, на поездку она не решится. Но если надумает, вы с сестрой можете составить ей компанию. Познакомитесь с моей дочерью – считайте, что у вас уже есть экскурсовод. Ксюша прекрасно знает историю Петербурга, покажет вам наш город.

– Спасибо за предложение. Буду иметь в виду. А где сейчас Ксюша?

– Со своим отцом и его подругой путешествует по Перу.

– А как вы с ней сейчас связываетесь?

– По телефону гостиницы. Они в таких местах, где нет мобильной связи. Да и я, похоже, сейчас забралась в конкретную глухомань под вашим чутким руководством.

– Побойтесь Бога, Юля. Это не глухомань… Это – прекраснейшее место на земле. Потерпите немного, нам еще метров пятьсот осталось до вершины. Вы мне еще спасибо скажете.

Последние метры подъема были особенно тяжелы. Юля еле держалась на ногах, с трудом преодолевая желание сбросить рюкзак и упасть на влажную от утренней росы траву. Но просить Сергея о привале она не стала – не хотелось в его глазах выглядеть уж вовсе беспомощной. Постепенно белая пелена стала рассеиваться, и впереди уже отчетливо просматривались деревья, а поверх них – синее-синее небо.

На одном из поворотов Сергей наконец-то остановился на привал и помог Юле освободиться от ее рюкзака. Сама она была не в состоянии даже руки поднять.

– Мы почти на месте. Сейчас минуточку терпения. Юля, дайте мне руку, закройте глаза и ни в коем случае не открывайте их, пока я не скажу, что можно.

– Закрыла. Жду указаний.

Сергей взял свою спутницу под руку и аккуратно, раздвигая колючие кусты, повел ее к самой вершине. Юля, как прилежная ученица, шла с закрытыми глазами, предвкушая необычное зрелище.

– Вот мы и пришли. Глаза можно открыть.

Юля досчитала до трех и распахнула глаза. Первое, что она увидела перед собой – солнце, яркое и сияющее, как огненный шар на фоне небесной синевы. И удивительный необъятный простор на фоне остроконечных горных вершин, уходящих вдаль за линию горизонта. Поддавшись порыву опьяняющей красоты, она хотела сделать шаг вперед, но Сергей крепко держал ее за локоть.

– А теперь посмотрите вниз.

Юля опустила глаза и вскрикнула. Прямо у ее ног начинался обрыв, а чуть ниже огромными хлопьями белоснежной ваты медленно проплывали облака. Было что-то манящее в их спокойном, безмолвном величии. Так и хотелось сделать шаг вперед, чтобы окунуться в их нежные объятия.

– Боже, что это? У меня под ногами облака… Самые настоящие облака!

– Ну, почти облака. На самом деле это туман. Минут через двадцать туман уйдет вниз и совсем рассеется. Мы увидим Бухтарминскую долину во всей красе. Пора нам насладиться этой красотой. Я пока накрою нам стол, а вы сделайте несколько фотографий для дочери.

«Какой же воздух в горах коварный, – подумала Юля, – разум отключается. Веду себя как ребенок, чуть по облакам не пошла. Все-таки хорошо, когда рядом с тобой есть надежный мужчина». Она достала телефон, включила режим фотосъемки и… забыла обо всем на свете. Таких горных пейзажей она нигде еще не видела, поэтому снимала все подряд. Пришла в себя Юля только после того, как ее окликнул Сергей: «Фотосессия окончена – прошу к столу».

Юле не терпелось послать эти прекрасные фото дочери, прямо сейчас, с телефона, поделиться своей радостью. Но она знала, что придется ждать возвращения в город, ведь в горах связи нет.

За то время, пока она бегала по поляне, щелкая фотокамерой, Сергей успел разложить на оранжевой бумажной скатерти припасы – любезно зажаренные Натальей Евгеньевной до хрустящей корочки стейки, помидоры, огурцы, зелень, хлеб. Налил в кружки чаю – в Юлину добавил немного коньяка из небольшой фляжки. После активного подъема в горы аппетит проснулся у обоих, не зря Наталья Евгеньевна предупреждала их об этом и постаралась уложить в рюкзак побольше провизии. Мясо показалось Юле божественным, чай – невероятно ароматным, окружающие виды – сказочными, а собеседник и вовсе выглядел в ее глазах прекрасным принцем из фильма-сказки «Царевич Проша».

Впервые за последние несколько лет Юля почувствовала себя счастливой. Здесь, на этой маленькой поляне в горах, где под ногами плывут облака, а над головой светит огромное, во все небо, ослепительное солнце, она поняла, как все-таки здорово жить и наслаждаться такой безмятежной красотой.

Чай с коньяком – отличное средство от скованности в общении. А, может быть, это горный пьянящий воздух оказал такое воздействие. Юля окончательно расслабилась – ей больше не хотелось быть правильной, скромной, собранной училкой. Ей захотелось как в былые студенческие времена шутить, смеяться от души над любым анекдотом и наслаждаться обществом приятного во всех отношениях мужчины.

Сергей рассказал ей много интересного. До этой поездки она ничего не знала о таком уголке земли, как Бухтарминская долина. Как утверждал Сергей, одно из красивейших мест на земле. Глядя на окружающий ее пейзаж, Юля готова была с этим согласиться на все сто процентов.

– Когда-то Бухтарминский край назывался Камнем, – рассказывал Сергей, отпивая горячий чай из походной кружки. – Сюда стекалось много разного народа, в основном беглые каторжники, старообрядцы, из керженских поволжских скитов, крепостные в надежде укрыться от господского гнева. Причиной было то, что долина Бухтармы ассоциировалась с мифическим Беловодьем – загадочной страной, в которой живут только праведники, где все равны и счастливы. Отсюда и пошло название «вольные каменщики» или «бухтарминские каменщики».

– Каменщики? Прямо как масоны – они ведь тоже каменщики.

– Ну да, какие-то параллели просматриваются, но только история бухтарминских каменщиков лет на сто постарше истории масонства. Она наша, родная, а масоны – это уже европейская история.

– Сергей, а давайте перейдем на «ты». Кажется, мы для этого уже достаточно хорошо познакомились.

– Не возражаю. Я бы предложил больше – выпить на брудершафт – но увы, я за рулем. Но когда мы спустимся с гор и вернемся домой, обязательно предложу.

– Согласна. Ты так хорошо знаешь историю края, а ведь твои родители – не местные, они переехали сюда из Ленинграда.

– Не совсем переехали – скорее, сбежали. Папа немного нам рассказывал о причинах переезда. Что-то связанное с известным «делом врачей». Вообще он был не очень разговорчивым, как, впрочем, и мама. Может быть, и хотел когда-нибудь рассказать, но не успел… И потом, он так полюбил Сосновск, места наши красивые, что и нам с Настей никогда не хотелось отсюда уезжать надолго.

– А ты знаешь, что Наталья Евгеньевна была знакома с поэтессой Ольгой Берггольц?

– Конечно. Это не секрет, хотя она никому об этом знакомстве особенно не рассказывает. Тут одна журналистка дотошная ее очень донимала предложением написать статью об их знакомстве, так Наталья Евгеньевна ей категорически отказала. Не хочу никаких статей и все тут. Никому, говорит, не позволю копаться в моей личной жизни.

– А мне она пообещала все рассказать.

– Просто ты ей очень понравилась. А это не всякому удается. Наталья Евгеньевна очень осторожно пускает людей в свой ближний круг.

– Не удивительно. С ее биографией, полной обманов и предательств, будешь осторожной…

Туман окончательно рассеялся, открывая взгляду все, что еще недавно было скрыто под густой ватной пеленой. Юля подошла к самой кромке горной гряды, посмотрела вниз. Взору ее открылось неприступное величие гор – вдали, там, где небо опирается на их остроконечные пики. А совсем рядом, буквально в двух-трех метрах ниже того места, где она стояла, раскинулась море цветущих жарков. Вот они, красавчики, выбрали себе уединенную полянку и усыпали ее сплошным ярким оранжево-зеленым ковром. Этот нетронутый уголок природы будто нарочно спрятался так высоко и далеко от дорог, чтобы каждый, кто впервые сюда забрел, навсегда мог запечатлеть его в своей памяти как самое прекрасное место на земле. Во всяком случае, для Юли это было именно так.

Возвращение в Сосновск оттягивали до последнего – им обоим не хотелось покидать райский уголок. Темы для разговора не иссякали, а только появлялись и плодились в геометрической прогрессии. Казалось, обсудили все – от мировой политики до растущих цен на бензин. Не забыли о личной жизни. Юля поделилась историей о своем неудачной браке, о непостоянстве бывшего мужа Дмитрия, который, к великому удивлению Сергея, не перестал быть надежным другом для нее и заботливым отцом для дочери Ксюши. Сергей о своем опыте семейной жизни особенно распространяться не стал, он все больше рассказывал о своем племяннике Артемке и сестре Насте. Именно они были для него семьей, самыми близкими и любимыми людьми.

К вечеру, набрав охапки жарков и зарядившись позитивом, Юля и Сергей спустились к машине. Успели они вовремя: в горах промежуток между легкими сумерками и кромешной тьмой очень короткий. Сергей едва успел до темноты выехать на проселочную дорогу, а затем и на шоссе. Юля к тому времени уже вовсю дремала, лишь изредка открывая глаза на крутых виражах. Сергей старался ее не тревожить, рулил молча, ехал не спеша и даже успел помечтать о том, как они в том же составе поедут осматривать другие, не менее красочные горные пейзажи. И, возможно, дело кончится более близким знакомством…

Но не все его мечты имеют такую особенность – обязательно сбываться. Самая главная мечта о – чудесном исцелении Артемки пока так и не сбылась.