22 июня 1941 года Германия напала на Советский Союз. 3 миллиона военнослужащих вермахта, составляющие примерно половину его общей численности, начали наступление вглубь советской территории при поддержке своих союзников – восемнадцати финских дивизий, шестнадцати румынских, трех итальянских и трех словацких. Вместе с ними против Советского Союза сражались венгры, хорваты и чехи. В Красной армии хорошо осознавали немецкую военную угрозу. Но Сталин отказался признать ее реальность в ближайшей перспективе, несмотря на то, что Черчилль предупредил его о подготовке Германии к операции «Барбаросса»[89], получив об этом радиоразведывательную информацию из Блетчли-Парка.
В ходе первоначального наступления немецко-фашистских войск почти 200 советских дивизий, дислоцированных вблизи западных границ, были разгромлены или отброшены назад, а советская военная радиосвязь была ввергнута в полный хаос. Ее безопасность настолько снизилась, что немецкие воинские подразделения радиоразведки без труда получали четкое представление о боевом порядке советских войск вдоль линии фронта. В конце сентября 1941 года связь в Красной армии начала улучшаться по мере того, как ей удавалось постепенно оправиться от шока, вызванного внезапным нападением Германии. В первые месяцы войны с Германией Красная армия лишилась многих своих опытных радистов и большого количества аппаратуры связи, которая в основном была устаревшей и все равно подлежала скорейшей замене на новую, более совершенную. Советская промышленность творила чудеса, в короткие сроки наладив производство боеприпасов, военной техники и аппаратуры связи, которые позволили Красной армии переломить ход событий в свою пользу. Немаловажную роль при этом играло все более строгое соблюдение норм безопасной радиосвязи в Красной армии.
Что касается немецкой военной радиоразведки, то она, наоборот, постепенно снижала свою эффективность, будучи не в состоянии удовлетворить резко возросшую потребность в операторах на станциях радиоперехвата и в аналитиках, обрабатывающих разведывательную информацию, которая была добыта с помощью чтения перехваченных радиограмм Красной армии. Растущий дефицит квалифицированного персонала приводил к фатальным ошибкам при составлении радиоразведывательных сводок для сведения верховного командования вермахта.
Например, в одной из таких разведывательных сводок говорилось, что в Красной армии не удается выявить признаки наличия единообразного порядка подчиненности, то есть подразумевалось, что она распалась на изолированные группы. Однако все было наоборот: Красная армия действовала слаженно и эффективно согласно унифицированному порядку подчиненности. Просто аналитики в немецких подразделениях военной радиоразведки не обладали достаточными квалификацией и опытом, чтобы распознать отличительные признаки этого порядка подчиненности, присутствовавшие в прочитанных радиограммах Красной армии. Тем более, что в связи с более строгим соблюдением правил советскими радистами немецкий перехват их радиограмм стал более скудным и фрагментарным. В результате у немецких аналитиков создавалось обманчивое впечатление, что под давлением вермахта Красная армия разваливается на несвязанные между собой подразделения.
Гитлер считал, что сопротивление Красной армии обеспечивается коммунистическими комиссарами, которые силой оружия удерживают советских солдат на передовой. Поэтому его так радовали разведывательные сводки, в которых говорилось о том, что Красная армия была наконец разбита и больше никогда не сможет оказывать достойное сопротивление победоносному вермахту. В своем очередном обращении к немецкому народу Гитлер гордо заявил: «Мы были настолько предусмотрительны, что теперь в этой грандиозной войне вооружений я могу сократить их производство по многим направлениям, потому что знаю, что больше нет противника, с которым мы не смогли бы справиться, имея нынешний достаточный запас военной техники и боеприпасов». Изготовление вооружений для вермахта было существенно снижено, что привело к значительному сокращению их поставок на Восточный фронт. В результате вермахт столкнулся там с серьезной нехваткой оружия, боеприпасов и военной техники. Высшее военное командование Германии предпочитало игнорировать разведывательную информацию, которая противоречила его взглядам на военные действия, и заниматься самообманом чистой воды. Наиболее очевидным образом эта тенденция проявилась на Восточном фронте Второй мировой войны.
В октябре 1941 года полковник Хуго Кеттлер, начальник Флике на станции радиоперехвата вермахта в Лауфе, написал докладную записку на имя Эриха Фельдгибеля, начальника управления связи вермахта. В этой докладной записке Кеттлер сообщил, что ему стало известно о сорока новых воинских формированиях Красной армии, каждое из которых по своей численности и другим характерным признакам примерно соответствовало дивизии. Они прошли короткое обучение, после чего из них был сформирован армейский резерв внушительных размеров. Кеттлер перечислил рода войск, к которым относились эти резервные воинские формирования – пехотные, артиллерийские, бронетанковые и кавалерийские, их состав и численность, а также порядок подчиненности, оснащенность военной техникой и боеприпасами. Фельдгибель переслал докладную записку Кеттлера в ВКВ. Оттуда она была возвращена Фельдгибелю с двумя пометками на титульном листе. Первая была сделана фельдмаршалом Йодлем: «Этому засранцу в штанах Кеттлеру следует уволиться с военной службы и подыскать себе иной род занятий». Вторая пометка принадлежала бригадному генералу СС Герману Фегеляйну[90]: «Фюрер придерживается того же самого мнения».
В ноябре 1941 года Красная армия перешла в решительное наступление под Москвой после того, как туда прибыл армейский резерв, о котором написал в своей докладной записке Кеттлер. Переброска войск этого резерва в Подмосковье осуществлялась при соблюдении полного радиомолчания. На кадрах советской кинохроники того времени остался запечатлен волнующий момент, как 7 ноября 1941 года они прошли парадом по Красной площади, с которого отправились прямиком на фронт, где вступили в бой с немецкими войсками, наступавшими на Москву.
Тактической радиоразведкой в отношении Красной армии занимались радиоразведывательные отряды из состава немецких групп армий «Север», «Центр» и «Юг». В бескрайних советских степях, простиравшихся до Урала, гражданские и военные проводные сети связи являлись большой редкостью, и у Красной армии не было иного выбора, кроме как пользоваться радиосвязью. Это позволяло немецким радиоразведывательным отрядам, находясь на большом удалении, с помощью радиоперехвата добывать разведывательную информацию о технике советской военной радиосвязи[91], а также о боевом порядке, численности и порядке подчиненности сухопутных войск и военно-воздушных сил Красной армии, дислоцированных к западу от Урала. Добытая радиоразведывательная информация свидетельствовала о значительно более высокой боеспособности Красной армии и противоречила мнению офицеров разведки ВКВ.
Безопасность радиосвязи в передовых подразделениях Красной армии находилась на более низком уровне, чем в штабных. В особенности это было характерно для ее танковых подразделений накануне и во время наступательных операций. В отношении этих подразделений немецкие радиоразведывательные отряды действовали особенно эффективно. Неосторожные запросы на дозаправку топливом выдавали местоположение танковых подразделений Красной армии и позволяли судить об их боеспособности, а радиограммы командования содержали информацию, которая делала советские танки особенно уязвимыми.
В июле 1942 года 82-я танковая бригада Красной армии была окружена 9-й армией вермахта, радиоразведывательный отряд которой вскоре перехватил радиограмму советского военного командования, в которой 82-й танковой бригаде открытым текстом предлагался маршрут для прорыва из окружения. Вдоль него командующий 9-й армии приказал установить 88-миллиметровые артиллерийские орудия, прослывшие «убийцами» советских танков Т-34. С помощью огня из этих орудий 9-й армии вермахта удалось воспрепятствовать прорыву 82-й танковой бригады. Уцелевшие советские тридцатьчетверки отступили в болотистую местность и там затаились. Далее в 9-й армии вермахта были перехвачены радиограммы 82-й танковой бригады, в которых содержались просьбы о помощи в буксировке Т-34 из болотистой местности. Немецкие радисты на русском языке запросили у 82-й танковой бригады ее координаты якобы для буксировки, а потом использовали их для наведения артиллерийского огня. Чтобы спасти 82-ю танковую бригаду от окончательного уничтожения, советское военное командование приказало ей по радио ей рассредоточить свои танки и потом собрать их в указанном месте. Оно подверглось еще более интенсивному немецкому артиллерийскому обстрелу. О его результатах в 9-й армии вермахта узнали из перехваченных и прочитанных радиограмм 82-й танковой бригады, которая была почти полностью уничтожена из-за несоблюдения правил безопасной радиосвязи.
Осенью 1943 года под Черкассами попала в окружение танковая бригада вермахта и сумела вырваться из него благодаря перехвату радиограмм Красной армии. По указке немецких пропагандистов командир этой танковой бригады рассказал журналистам в Германии о том, как определял направление, в котором должны были двигаться его танки, читая перехваченные радиограммы противника. Его рассказ был опубликован в немецкой прессе, и после этого уровень безопасности фронтовой радиосвязи Красной армии значительно повысился. Советские партизанские отряды часто пренебрегали правилами безопасной радиосвязи, но это сходило им с рук, поскольку немецкая радиоразведка не могла уследить за многими сотнями партизанских радиостанций.
После побед, одержанных в Сталинградской и Курской битвах, Красная армия все более умело применяла радиосвязь в ходе боевых действий, и немецкая военная радиоразведка постепенно снизила свою эффективность. По мере того, как Красная армия продвигалась от Москвы к территории Германии, все большее количество немецких подразделений радиоразведки уничтожались вместе со своей аппаратурой или спасались бегством, бросая ее на произвол судьбы. А когда Красная армия подошла к Берлину, то оставшийся в живых квалифицированный персонал этих подразделений использовался в качестве пехоты в отчаянной попытке любыми способами остановить наступление Красной армии.
Задолго до окончания Второй мировой войны военные действия Германии против Советского Союза можно было прекратить, когда благодаря немецкой радиоразведке стало совершенно очевидно, что одержать военную победу над Советским Союзом невозможно. Почему же немцы продолжали воевать в то время, как бойцы Красной армии уже штурмовали здание рейхсканцелярии и вплотную приближались к бункеру, где прятался Гитлер? Самый убедительный ответ на этот вопрос дал безымянный немецкий солдат, который сказал: «Это связано с немецкой культурой, мы сражались, потому что нам никогда не было приказано остановиться».