Возобновление маневренной войны в марте 1918 года сопровождалось возрастанием роли, которую на полях сражений играла радиоразведка. В марте 1918 года сухопутные войска Германии начали использовать шифр «ADFGVX», изобретенный немецким офицером связи полковником Фрицем Небелем. Свое название он получил из-за того, что радиограммы, засекреченные с его помощью, содержали только буквы A, D, F, G, V и X латинского алфавита. Эти буквы были выбраны не случайно. Представленные в виде точек и тире кода Морзе, они существенно отличались друг от друга. Поэтому их выбор минимизировал количество ошибок во время отправки шифрованных радиограмм.
Немцы впервые применили «ADFGVX» в марте 1918 года перед своим крупным наступлением, успех которого основывался на факторе внезапности. «ADFGVX» был выбран из предложенных шифров, поскольку считалось, что именно он обладал наивысшей стойкостью. Французский дешифровальщик Жорж Пенвен работал круглые сутки, похудел на 15 килограммов и довел себя до изнеможения, но в итоге все-таки сумел взломать «ADFGVX». В ночь на 2 июня 1918 года он прочел короткую немецкую радиограмму, отправленную с участка фронта примерно в восьмидесяти километрах от Парижа и содержавшую приказ срочно прислать боеприпасы. Острая потребность немцев в боеприпасах, скорее всего, означала, что именно здесь следовало ожидать наступления немецких войск. Вскоре французская военная разведка подтвердила правильность сделанного предположения. В месте ожидаемой масштабной немецкой атаки были размещены подкрепления, а также возведены дополнительные оборонительные сооружения. В итоге наступательные действия немцев утратили внезапность и были отбиты после пяти дней ожесточенных сражений.
Американский экспедиционный корпус прибыл во Францию в конце 1917 года, не обладая опытом и возможностями ведения радиоразведки. Безопасность телефонных разговоров и радиосвязи находилась на низком уровне, и это привело к значительным потерям в живой силе и военной технике. Однако участие американского экспедиционного корпуса в боевых действиях было слишком непродолжительным, чтобы на собственном опыте твердо усвоить урок, состоявший в том, что несоблюдение правил безопасной связи обходится очень дорого.
3 марта 1918 года на переговорах в Брест-Литовске был заключен сепаратный мирный договор между Советской Россией и Германией. Генерал Максимилиан Хоффман, возглавлявший немецкую делегацию, обладал неоспоримым преимуществом над русскими, принимавшими участие в этих переговорах. Для оперативной телеграфной связи русской делегации со своим правительством немцы предоставили необходимое оборудование, тайно подключились к нему и перехватывали все телеграммы, отправляемые в Петроград. Немецкие дешифровальщики взломали код, используемый для засекречивания этих телеграмм, читали их и доводили до сведения Хоффмана. В комнатах, отведенных немцами для проживания членов русской делегации в Брест-Литовске, были установлены микрофоны для подслушивания их разговоров. Благодаря этому Хоффман имел детальное представление о переговорной позиции русских. В ходе ведения переговоров он несколько раз случайно обмолвился о секретной информации, полученной им от немецких дешифровальщиков. Русские сменили свой код, но и он был быстро взломан.
В результате советская делегация на переговорах в Брест-Литовске была вынуждена пойти на все немецкие требования. Она согласилась уступить Германии обширную территорию, бо́льшую часть которой занимали сельскохозяйственные угодья, а также около половины промышленных предприятий и почти все угольные шахты. Немцы были вне себя от радости по поводу мирного договора с Советской Россией, который позволил Германии перебросить свои войска с восточного фронта на западный. Но эта радость была недолгой. Немецкие военнослужащие заразились русскими революционными идеями на советской территории и распространили их среди своих боевых товарищей в Западной Европе. Вместе с массовыми инфекционными заболеваниями и голодом среди населения Германии это окончательно подорвало боеспособность немецких войск.
11 ноября 1918 года на переговорах между англо-французскими союзниками и Германией недалеко от города Компьен во Франции было заключено перемирие. Второе управление Генерального штаба французских сухопутных войск перехватывало и читало переписку немецкой делегации на этих переговорах подобно тому, как немцы поступали в отношении советской делегации в Брест-Литовске. В одной из прочитанных депеш из Берлина говорилось о том, что делегация Германии должна добиваться более мягких условий перемирия, а если это невозможно, то договор о нем следовало немедленно заключить в любом случае. Что и было сделано. Так французская радиоразведка внесла свой заключительный весомый вклад в достижение победы над Германией в Первой мировой войне, подтвердив, что у немцев не осталось пространства для ведения переговоров с англичанами и французами. Однако окончание Первой мировой войны отнюдь не означало, что на этом завершились и тайные сражения, в которых участвовали радиоразведки воюющих государств.