Наступ шел уже четвертый день. Наши то накатывали, то откатывались обратно и, перегруппировав силы, вновь штурмовали треклятую лесополосу, являющуюся последней на приступе перед Константиновкой. Как всегда в это время года, стояли жаркие дни, и все бойцы, в буквальном смысле слова обливаясь по́том, вновь и вновь шли на штурм. Дни и ночи слились в единую серость, пользуясь которой обе стороны пытались выбить друг друга из занимаемых позиций.

Вот и сейчас наши бойцы снова пытались атаковать и выбить укропов из лесополосы, которая до совсем недавнего времени была нашей, но в силу обстоятельств оставлена врагу.

Торнадо и Спаун, изнывая от жары и устав от ожидания, находились в резерве в блиндаже недалеко от ротного командира. Хика, являющийся по должности заместителем командира взвода и их непосредственным командиром, а также другом и земляком, время от времени заглядывал в блиндаж и предупреждал, что приказ на наступление может прийти неожиданно, поэтому надо быть готовыми сразу приступить к исполнению.

Бронежилеты, вкупе с запасными обоймами, автоматы, рюкзаки с двойным БК, с гранатами, водой и минимальным запасом продовольствия, с медицинскими аптечками и другими мелкими, но порой очень необходимыми вещами, ожидали бойцов у выхода из блиндажа. Застоялый теплый воздух и нервная обстановка в ожидании приказа не позволяли расслабиться, поэтому, даже ещё не начав двигаться, оба бойца уже обливались по́том.

Торнадо давно потерял счет количеству боевых заданий, исполненных за годы СВО. Участие в боевых действиях в составе ЧВК «Вагнер» дали ему большой и хороший боевой опыт, которым он не пренебрег и вновь поступил на службу по контракту. Но и он, время от времени вскакивая на ноги, нервно прохаживался по дощатому полу блиндажа. А для Спауна ожидаемое задание было первым. Он основательно подготовил свои вещи, несколько раз переложил их в рюкзаке, но вес от этого меньше не становился. Дополнительно к штатному оружию Спаун имел ещё двуствольное ружье и пачку патронов к нему для борьбы с дронами.

За три предыдущих дня в их штурмовой группе уже произошли потери. Три «двухсотых» и несколько «трехсотых» оптимизма никак не прибавляли, а задание необходимо было выполнить. Торнадо прекрасно всё это понимал. Ведь без дисциплины воевать невозможно, а порученное боевое задание должно быть выполнено! Спаун, прошедший только подготовку на полигоне, но очень внимательно внимавший рассказам своих друзей и земляков, сознательно был готов идти на любое задание. Главным для себя во время сражения он полагал не совершить оплошности и не подвести друзей.

В это время их друг и земляк, а ещё – непосредственный командир Хика в составе штурмовой группы еще раз занял оставленную на днях нашими лесополосу, к утру потеряв убитыми троих штурмовиков и ещё троих ранеными. Но поставленная комбатом задача – водрузить на самом высоком здании автобазы флаг и ввести туда солдат батальона обороны – оставалась невыполненной. Посланная вчера утром группа в обход Константиновки была противником рассеяна. Хорошо, хоть флаг остался цел. Настала пора черпать резервы, поэтому Хика предложил комбату направить для исполнения задания Торнадо и Спауна. Он хорошо знал их. С Торнадо служил ещё в ЧВК «Вагнер», а Спаун вообще был ему как брат – оба из одной деревни и знали друг друга с детства. Комбат с его предложением сразу согласился.

Приказ пришел, как всегда, неожиданно. Утром на рассвете Хика подбежал к блиндажу и крикнул штурмовикам на выход. Враз засуетившись, напялив бронежилеты и надев рюкзаки с автоматами, они выскочили на улицу.

Хика внимательно осмотрел бойцов и протянул Торнадо белый сверток.

– Боевое задание вы должны выполнить любой ценой. От выполнения задания многое зависит. И запомните: сегодня для вас – особый день! Вы должны добраться до автобазы в Константиновке и на самой высокой точке вывесить наш флаг. Вот этот. Чтобы добраться до места и выполнить задание, необходимо все опознавательные знаки с себя снять, то есть никаких повязок, никаких шевронов. Вас будет вести ротный по «птичке», я буду передавать все его приказы на якутском языке. Сразу скажу, что другая группа не справилась с заданием: у них «двухсотый» и «трехсотые», но вы должны выполнить!

Торнадо, развернув полотнище, увидел российский триколор. Аккуратно свернул флаг и засунул за пазуху.

– Если с Торнадо что случится, то продолжение выполнения задания ложится на тебя, Спаун. Надеюсь, понятно, что задание должно быть выполнено во что бы то ни стало?

– Да, конечно.

– Если и с тобой что случится, тогда пошлем других. Флаг всегда носить с собой! Как доберетесь, закрепите его на флагштоке. Найдете там что-нибудь… Для крепления флага возьмите с собой скотч. Выдвигаетесь немедленно и будете двигаться по «открытке» – то есть напрямую по минному полю!

Торнадо и Спаун недоуменно посмотрели на командира. Как же так?! По открытому месту, полкилометра, в светлое время, да ещё заминированному?..

– Не моё это решение, а вышестоящего командования, – нахмурился Хика. – Я – просто ответственный. Предыдущая группа не справилась с задачей. Посылали по лесополосе и в обход, но ничего не получилось. По «открытке» разведку до середины поля мы уже провели, возможность добраться до забора автобазы имеется…

Подойдя к краю лесополосы, друзья все опознавательные знаки с себя сняли и передали Хике. Сколько бы боевых заданий ни было выполнено, но такое Торнадо получил в первый раз, а Спаун был уверен в своем опытном друге и полагался на него во всем. Тем не менее волнение никак не оставляло их. Уже много раз подтянутые ремни вновь проверялись, рюкзак и оружие постоянно поправлялись, а покашливание участилось.

Первым на «открытку» вышел Торнадо. Немного пригнувшись и выбрав себе ориентир на другой стороне поля, он побежал. Спаун побежал за ним, отставая на несколько десятков метров. У него автомат был закинут за спину, а в руках он держал двустволку.

Для обоих оставалось непонятным, что по ним не стреляют ни минометы, ни арта, дроны – и те не нападают. И вообще враг никаких действий в отношении них не предпринимает. Не слышно даже выстрелов из стрелкового оружия с противоположной стороны!

Бежали, уткнувшись взглядом в землю, ведь всё поле было утыкано разными минами, и было много разбросанных зарядов от кассетных снарядов. Кружившие над полем дроны, конечно, спокойствия не прибавляли, но и не беспокоили. Один дрон точно был наш, бойцы это знали, ведь корректировка и приказы на якутском языке время от времени поступали от ротного голосом Хика.

Виляя между минами, часть которых всё-таки удалось опознать по земляным бугоркам, бойцы наконец добрались до забора автобазы. Бросок на полкилометра с полной выкладкой, в бронежилете, с полным рюкзаком и оружием дается не просто так. Восстановив дыхание, перебрались через забор, все еще ожидая выстрелов укропов, которые почему-то до сих пор себя никак не проявили.

Затем начали проверять гаражи на предмет засевшего врага. Проверив несколько боксов, бойцы с удивлением поняли, что укропов в автобазе нет! Об этом сразу доложили Хике и уточнили место, где должен висеть флаг. Спустя некоторое время Хика сообщил им, куда пройти для поднятия флага. Добравшись до места, стали искать флагшток. Отломили кусок оконной рамы, и Торнадо из-за пазухи вытащил полотнище, а затем общими усилиями флаг приспособили к этому куску. Всё это происходило в укромном месте – подальше от камер висевших над ними дронов.

Из рации прозвучал приказ подняться на крышу второго этажа и прикрепить там флаг, при этом бойцам даже подсказали местонахождение лестницы. Выскочив на крышу, Торнадо взял в руки ружье и приготовил автомат, а Спаун быстро подбежал к остаткам телеантенны и стал крепить к ней импровизированный флагшток с помощью армированного скотча. Рассказывать долго, а в действительности все эти действия заняли совсем короткое время.

Затем, выполняя ранее отданный им приказ, бойцы стали махать летающему рядом дрону. На вопрос Торнадо, хватит ли махать и не пора ли им уходить, Хика ответил, что наш дрон давно уже вернулся для подзарядки, а они приветствуют укроповский дрон. Озадаченные ответом и понимая, что сейчас разверзнутся небеса и на них посыплется весь имеющийся у противника боезапас, Торнадо и Спаун рванули с места во всю прыть. Но их прыть сильно тормозили амуниция и оружие с боекомплектом.

Командование, видимо, оценило ситуацию, и бойцам поступил приказ бросать всё и выбираться оттуда налегке. Торнадо сбросил с себя рюкзак, но оставил автомат, а Спаун – только охотничье ружье, но запомнил местонахождение автомата. Эти пятьсот уже пройденных метров показались нескончаемо длинными. Сбитое дыхание и пересохшее горло не учитываются, точнее, забываются, когда кругом рвутся снаряды и вот-вот наступишь на мину. Казалось, что всё вражье войско вдруг начало стрелять, желая их смерти.

Бойцы бежали обратно в том же порядке, как и на задание. Двигавшийся первым Торнадо, петляя между взрывами, несся не останавливаясь, а Спаун, сам по себе небольшой и худой, сжавшись, чтобы стать как можно меньшей мишенью, бежал, пытаясь не отстать.

Если сказать, что им было страшно, – значит не сказать ничего. Но чудо свершилось, и наши бойцы добрались до своего расположения из этого перепаханного взрывами и обложенного минами поля, не получив ни малейшей царапины. Впоследствии друзья узнали, что никто не верил, что они смогут добраться до своих, но это случилось! В тот день бог проявил к ним милосердие и, как всегда, выступил на стороне правды и справедливости.

Но на этом выпавшие испытания для Торнадо и Спауна не закончились. Дав им немного отдохнуть и отдышаться, командование приказало сопроводить бойцов из батальона для организации обороны на территории автобазы.

Приказ есть приказ. Он не обсуждается и должен быть выполнен неукоснительно. Первым на сопровождение был направлен Спаун, которому поручили провести двух бойцов тем же маршрутом.

Спаун, уже знающий весь маршрут, побежал первым, за ним следом, также немного отставая, двинулись сопровождаемые, проинструктированные о форсировании минного поля. Пересечение «открытки» много времени не заняло. Добежав до забора, Спаун оглянулся и увидел только одного бойца. На вопрос, где второй, тот ответил, что он отстал и где-то залег. Возможно, не выдержали нервы от беготни по минному полю.

Вскоре к середине поля, возможно, к местонахождению отставшего бойца, подлетел коптер и совершил сброс, но Спаун на это не смотрел, так как на них самих налетел другой коптер-сбросник. Спаун нырнул под лежавший рядом тракторный плуг, но не успел. Раздался взрыв, и его зацепило осколком по спине. После взрыва выглянув из-за плуга, он увидел раненого бойца и оказал первую помощь, а потом сообщил об обстановке по рации командиру, который приказал им откатываться. Обратный путь оказался много проще предыдущих. Ни коптеров, ни минометных обстрелов, ни снарядов не было.

Торнадо таким же образом сопроводил по вечерней серости двоих бойцов, а утром следующего дня ещё шестерых. Оба его похода до автобазы и обратно сложились удачно, без ранений и без потерь. Спаун же после ранения к этой работе уже не привлекался.

На следующий день ротный, хлопая по плечам бойцов, спросил:

– Вы хоть понимаете, что совершили?

– Вроде плохого ничего не совершили. Мы же выполнили приказ, как нам было сказано. Водрузили флаг и сопроводили бойцов батальона до указанного места, – ожидая подвоха, недоуменно сказал Торнадо.

– Вы у меня герои! В день флага Украины вы водрузили Российский флаг на одной из ключевых точек нашего фронта. И это видел весь мир! Ваша видеозапись теперь гуляет по всему миру! Подпортили вы бандеровцам их праздник!..

Всё, что написано в этом очерке, является сущей правдой. Именно 23 августа 2024 года в 8 часов 30 минут утра солдаты с позывными «Торнадо» и «Спаун» водрузили флаг нашей Родины – нашей России пусть в небольшом населенном пункте, но очень значимом в военном отношении, с названием Константиновка в Донецкой Народной Республике. Утро этого дня ознаменовалось нашей небольшой, но столь значимой победой. В плане не только военном, но и в плане политическом и идеологическом. Ведь в день их флага мы подняли наш победный Российский флаг и водрузили его на отвоеванной у врага нашей территории благодаря подвигу двух наших смелых и умелых бойцов.

Оба бойца были представлены к высоким государственным наградам.

Торнадо и Спаун – выходцы из далекой Якутии. Оба добровольцы, оба добровольные штурмовики. То есть после подписания контракта напросившиеся именно в штурмовое подразделение. Торнадо – 39 лет, женат, но детей пока не имеет, а Спаун моложе своего друга на восемь лет.

На мои вопросы, что же сподвигло их на подписание контракта, Торнадо ответил, что после завершения контракта с ЧВК «Вагнер», зная, что его друзья продолжают воевать с бандеровцами, он не смог оставаться в стороне. Вместе с однополчанами из ЧВК «Вагнер» они решили вернуться на войну и вновь обратились в военкомат для подписания контракта. К тому же, потеряв много своих друзей в составе «Вагнера», он теперь вернулся в СВО уже осознанно, понимая, что защищает интересы Родины, своих близких и друзей.

Спаун является отцом троих малолетних детей. Он долго раздумывал, прежде чем подать заявление в военкомат. Он не мог решить столь серьезный вопрос без согласия жены. Но она, видя его настрой, возражать не стала. Хотя по специальности Спаун является автомехаником, вместе с другими своими земляками он решил подать рапорт в штурмовую группу, о чем совершенно не жалеет. Когда рядом друзья, воевать, конечно же, легче.

Общение с этими бойцами оставило в моей памяти только приятные воспоминания. Бойцы настроены очень оптимистично, прекрасно понимают последствия войны как для себя, так и для своих друзей и родных. Выполнение приказов командира и свою воинскую честь считают главными принципами воинской службы.

Повествование это кажется коротким, а бойцы удачливыми. Но ведь на войне удача без смелости не бывает. Именно смелость Торнадо и Спауна, граничащая, можно сказать, с нахальством, позволила выполнить боевую задачу, с которой не могли справиться другие. Но не часто такое случается. Всё-таки это война, а здесь смерть ходит рядом всегда. Этого нельзя забывать.