Отношение бойцов к военным медикам, действующим непосредственно на линии боевого соприкосновения и в пунктах оказания первой медицинской помощи, – это как отношение к ангелам-хранителям. Те же самые риски, что у бойцов, но при этом медик должен ещё и оказывать помощь солдатам.

Но где набрать столько людей с медицинским образованием? Это головная боль всего командования, а особенно медицинского. Встречались мне военные медики с разным образованием и разными гражданскими профессиями. Но почти у всех путь к военной должности одинаков.

При отборе в состав разных подразделений так называемый «покупатель» – представитель подразделения, – даже не спрашивая о наличии образования, умения или желания, указывал пальцем и выводил из строя, что в общем-то и являлось, так сказать, профессиональным отбором. Приказ есть приказ: поступил – надо выполнять. Таким образом слесари, сварщики, бухгалтеры, юристы, люди с массой других профессий в армии становятся медиками. А если учесть, что всё происходит в военное время, то это в разы быстрее и абсолютно без учета мнения самого бойца и других, полагающихся в таких случаях обстоятельств.

Не все, конечно, с первого взгляда подходят для этой работы. Некоторые вначале боятся вида крови, даже боятся уколы ставить, другие с огромными, как у кузнеца, лапищами не могут даже бинты размотать, не говоря уже о более серьезных медицинских манипуляциях. Но со временем умение приходит, и они становятся теми ангелами-хранителями, на которых молятся все бойцы.

Однако, на мой взгляд, есть категория медиков, которых само провидение или бог привели на эту должность. Я расскажу про одного фельдшера, у которого вся предыдущая жизнь слагалась из ряда поступков и ряда ситуаций, что поспособствовали, в конечном итоге, его переходу в должность военного медика, к солдатскому уважению и даже почтению профессиональных медицинских работников. И таких людей достаточно много, но мой герой, наверное, самый яркий их них.

Позывной «Турок» ему дали друзья уже после мобилизации. А вообще тут, на СВО, друзьями становятся очень быстро. Скорей всего, это требование жизни, которая на передке у многих очень короткая. Но дружба эта, как правило, слагается на всю оставшуюся жизнь. И эта же дружба после демобилизации многих влечет на фронт повторно. Не может дембель жить спокойно, когда друзей на фронте убивают и калечат. Это и есть, на мой взгляд, патриотизм, чувство единения и сплоченности, отличающие наших воинов от вражеских во все времена.

А случилось с ним то, над чем многие однополчане долго посмеивались. Остаток отпуска решил он провести в Турции с семьей, но прежде чем выехать на отдых, решил сходить в военкомат, чтобы там его не теряли, так как в сентябре 2022 года началась частичная мобилизация. Пошел в военкомат, хотя и знал, что на него оформлена бронь. Ведь был он инженером-энергетиком, то есть человеком дефицитной профессии.

Когда в военкомате он сообщил, что собирается выехать в Турцию на отдых, военный комиссар тут же вручил мобилизационную повестку со словами, что ему не удастся улизнуть за границу. В тот же день мужчина оказался в сборном пункте, откуда его с остальными мобилизованными в срочном порядке вывезли на самолете в Приморский край.

Супруга со старшим сыном едва успели повидаться с отцом семейства перед вылетом. Именно по этой причине ему и присвоили однополчане позывной «Турок», подшучивая, что он все-таки добрался до моря и притом бесплатно.

Рассказывая об этих перипетиях, Турок тоже посмеивается над собой. Говорит, что даже не пришлось позывной придумывать. Попал он в штурмовое подразделение, где и получил первую боевую закалку в декабре 2022 года после прохождения армейской учебки.

Первые штурмы у него состоялись в декабре 2022-го и январе 2023 года. Тогда и появились в его подразделении первые «двухсотые» и «трехсотые».

В один из зимних дней их перебрасывали на другое направление. Автомашина остановилась в нескольких километрах от позиций, куда надо было идти пешком и тащить на себе, кроме боезапаса, автоматического гранатомета ещё и личные вещи. А это вместе – довольно весомый груз!

Во время марша у Турка стали отказывать ноги из-за сильной боли в спине. Он здорово отстал от колонны. Друзья вернулись и забрали у него часть вещей, но он всё равно не мог ходить и только с помощью бойца-медика после различных медицинских ухищрений с трудом добрался до автомашины, а на следующий день врачи, осмотрев, поместили его в медицинскую роту на лечение.

Вроде не особо больной и не раненый, Турок стал помогать медикам по хозяйству. То дров наколет, то поможет с ремонтом автомашины, а иной раз поассистирует при наложении повязки. А позже начал ещё и уколы ставить. Этому он научился ещё в детстве, когда часто попадал в больницу, так как был очень болезненным ребенком.

Врач-хирург медицинской роты через неделю предложил ему остаться и помогать врачам. Что сподвигло врача к такому решению, Турок до сих пор не знает. Но он отказался от предложения, так как не желал бросать своих друзей-штурмовиков. Однако, после того как переговорил с друзьями по телефону и сообщил о появившейся возможности, от них поступило категоричное предложение непременно согласиться и остаться в медпункте.

Друзья в шутку сказали, что в следующий раз, спасая его, сами могут стать «двухсотыми» или «трехсотыми». Хотя это и была шутка, но ведь в каждой шутке только доля шутки, а остальное – правда. И это стало главным аргументом для Турка. Он прекрасно понимал, что со своей болячкой будет лишь обузой для штурмовиков и может их подставить.

И он согласился. Это было в конце февраля 2023 года. Вот так Турок и стал военным медиком. Вроде не желал и не стремился к этой деятельности, но на его пути встретились люди, сыгравшие определенную роль в его судьбе, да и вся доармейская жизнь, начиная с детства, определенно повлияла на всё таким образом, что он стал санитаром медицинского взвода.

Ко дню нашего знакомства уже не Турок, а Иваныч, как стали к нему обращаться солдаты и медицинское командование части, был уже вполне уверенным и во многих вопросах разбирающимся сотрудником медицинского подразделения, через руки которого прошло уже несколько тысяч раненых.

Так называемый «контрнаступ» украинских войск забот и работы ему, конечно, прибавил. В июне 2023 года, в самом начале контрнаступа погиб хирург, который его учил и пригласил стать санитаром. После этого Иваныч в медвзводе остался один, способный оказывать первую помощь. Начальник медслужбы был урологом, а ещё был терапевт – и оба к операциям не имели никакого отношения. Во время операций Иванычу помогал другой санитар, попавший в медвзвод так же, как и он.

В течение двух месяцев ежедневно поступало более ста раненых бойцов, которым требовалась помощь. Затем после небольшой передышки бои снова разгорелись, и раненых вновь надолго стало очень много.

Для отдыха и сна времени совсем не оставалось. Держались только на честном слове и чувстве ответственности. Удавалось в сутки поспать максимум три или четыре часа. В перерыве между поступлениями раненых иногда удавалось урывками вздремнуть буквально несколько минут. А раненых везли порой партиями до десяти человек, и каждого требовалось осмотреть, определить наиболее важную проблему и помочь.

Хорошо, что Иванычу в этот период помогал сам начальник медслужбы. Делал перевязки и ставил уколы. Всё остальное Иваныч делал сам.

Был случай, когда поступил раненый с раздробленным черепом. Очень осторожно собрав кости, Иваныч наложил повязку, оказал другую необходимую помощь и, держа голову бойца на своих руках, сопроводил на автомашине до госпиталя. Потом позже поинтересовался, и ему сообщили, что раненый выжил.

Все раненые, которым он оказал первую помощь, благополучно доехали до госпиталя, и никто из них по дороге не погиб. Были те, которые умерли уже в медучреждениях, но позже. Однако Иваныч полагает, что, вполне возможно, погибли они из-за серьезности ранения или недогляда.

В середине лета к ним во взвод пришли два хирурга, работая с которыми Иваныч перенял много нового для собственного опыта и научился работать в команде. Каждый хирург работал по-своему, и эти бесценные уроки, полученные от разных врачей, Иванычу позже очень пригодились.

Новый опыт он применял и для своей медицинской практики, и делился с санитарами из других воинских частей, которых направляли к нему на обучение. Бывало и такое.

Санитары по должности, медики по образованию проходили и проходят у него обучение и получают практические навыки. Это само по себе удивительно. Порой поругивая, порой подбодряя, Иваныч постоянно делится своим бесценным опытом спасения жизней раненых бойцов.

Бывало, что он, осмотрев обратившегося в медпункт бойца, мог с уверенностью сказать, что у того перелом, хотя врачи ставили только ушиб. Настаивая на своем и беря ответственность на себя, Иваныч ещё ни разу не ошибся, и поэтому даже в таких случаях к нему стали прислушиваться.

Если в начале он был, как говорится, «принеси, унеси, подай, не мешай», то теперь порой многоопытные врачи прислушиваются к тому, что он говорит, и ценят его работу. Вот так он и стал Иванычем!

Добрая половина бойцов восточной группировки войск в зоне СВО знают Иваныча, ведь многие из них прошли через его руки. В его медпункт везут раненых из разных частей и подразделений. Никому он не отказывает в оказании помощи, принимает всех и каждого. Как мне сказали, бойцы хотя и боятся его крепких рук, но уверены, что, если попали к Иванычу, он обязательно поможет. И, на мой взгляд, они не ошибаются.

Был даже один если не курьезный, то показательный случай с обратившимся за помощью бойцом.

В те дни шли интенсивные бои в направлении Старомайорки. В течение суток поступало очень много раненых. И вот в очередной раз выйдя из пункта медпомощи, Иваныч увидел четверых раненых, ожидающих своей очереди. Присмотревшись к каждому, он определил, кому из них как можно быстрее надлежит помочь.

Трое были ранены в верхние и нижние конечности, а четвертый – в голову и шею. Заведя бойца в медпункт, Иваныч стал снимать с него одежду, всю в засохшей крови. А когда добрался до штанов, то под пятнами крови различил расцветку камуфляжной ткани, применяемой НАТОвскими войсками, которую поставляют Вооруженным силам Украины. Но – мало ли, ведь в войсках бойцы носят различную форму.

Но когда боец начал невпопад отвечать на вопросы о нумерации своей воинской части, у Иваныча закрались серьезные подозрения. Дабы их проверить, он переспросил номер воинской части и место их дислокации, делая вид, что записывает в журнал. Хотя Иваныч со своим медпунктом относился к определенной воинской части, но часто оказывал помощь бойцам из других воинских частей, поэтому прекрасно знал их нумерацию и местоположение. Чтобы до конца убедиться в своих подозрениях, Иваныч решил подозрительного бойца разговорить и стал ему задавать вроде бы ничего не значащие вопросы. Во время разговора он услышал в говоре бойца характерное для южан и украинцев произношение буквы «г». Услышанное уже не оставило сомнений в правоте подозрений.

Резко вскочив и подойдя вплотную к бойцу, Иваныч с не присущей ему грубостью спросил: «Укроп?». Боец от испуга вжался, но на повторный окрик и вопрос утвердительно закивал. Оказав необходимую медпомощь этому, невесть откуда взявшемуся укропу, Иваныч вызвал сотрудников военной полиции. Позже выяснилось, что этот укроп воюет уже с 2014 года и, перепутав на поле боя эвакуаторов со своими, подбежал к ним, но потом уже было поздно. По пути к медпункту он избавился от телефона и документов и решил выдать себя за бойца ВС РФ. Вот так и произошло пленение вражеского солдата не на поле боя, а почти на операционном столе.

Мое первое посещение медпункта Иваныча состоялось в конце сентября 2024 года. Неприглядная, старая, построенная из соломы и глины мазанка, с заделанными окнами, снаружи никак не похожа на войсковой пункт оказания медицинской помощи. Но внутри ощущения уже другие. Начисто вымытые полы, в отличие от солдатских блиндажей. Сотрудники в тапочках, аптечная комната, да и сам запах лекарств подтверждают принадлежность помещения медучреждению.

Сам Иваныч встретил нас в комнате отдыха. Среднего роста, одетый в чистую камуфлированную форму, отлично выбритый, с короткой стрижкой и с крепкими, но ухоженными руками, Иваныч выглядел как само олицетворение военной медицины.

Мягкость и певучесть колымского говора за годы жизни в Якутске не стерлись. Светлое, улыбчивое, располагающее к спокойствию лицо в сочетании с мягкостью движений сразу создали доверительное отношение.

Иваныч свое детство провел в далеком Среднеколымске. Полных лет ему исполнилось 47. Обучался после школы в Якутске, где получил высшее инженерное образование и там же остался работать. Как себя помнит, в детстве постоянно болел. Очень часто попадал в больницу, так как все время простужался, а лекарства ему вводили только уколами, так как проглоченные таблетки тут же лезли обратно.

В то время, а это советский период, одноразовых шприцев не было, и тогда Иваныч часто видел, как затупившиеся иглы затачивали брусочком и вновь использовали для инъекций. А сам первый раз внутривенно ставил укол своей жене. Она работала медсестрой, и под её руководством, когда она сильно заболела, Иваныч впервые сделал внутривенную инъекцию. И когда это умение он использовал на службе в медицинской роте, хирург окончательно решил его оставить своим помощником.

Иваныч рассказывает, что до мобилизации он не мог запомнить даже названия лекарств от простуды и употреблял их только под присмотром жены. А в настоящее время под его началом находится полноценная аптека воинской части, и он, как сам утверждает, многие лекарства назначает и применяет самостоятельно.

Вот такие вот трансформации порой происходят с людьми. Был технарь, а когда потребовалось, стал медицинским работником. Возможно, каждый из нас рождается со своим предназначением в этой жизни. И весь свой длинный жизненный путь до какого-то момента человек готовится, чтобы совершить то, ради чего он и появился на свет. И предназначение военного медика Иваныча, возможно, заключается именно в оказании помощи бойцам, воюющим за справедливость против сил зла и тьмы!