Подразделение Сунтара располагалось севернее Угледара в поселке шахты «Южнодонбасская». Бои шли за каждое здание, за каждое помещение и даже комнату. Постепенно выбивая укропов с их годами укрепляемых позиций, наши бойцы медленно, но уверенно продвигались вперед. Здание № 14, обозначенное таким образом на военных картах, вчера перешло в наши руки. После ожесточенных штурмов группа, в составе которой были Сан Саныч и Сунтар, отдыхала в занятом здании.

В это время другие группы пытались взять штурмом огромную башню шахты, высота которой составляла 115 метров, а по основанию размеры были примерно двадцать на двадцать метров. Засевшие в башне укроповские автоматчики, пулеметчики, птурщики и операторы БПЛА не давали поднять головы штурмующим. Две посланные на штурм группы не смогли даже подойти к этому опорнику.

– Сунтар, поднимайся! – командир группы штурмовиков Сан Саныч, поглядывая исподлобья, изучающе посмотрел на немногословного бойца. – Надо двигаться дальше, башня покоя не дает, и сразу разведку проведете. В общем, идете вдвоем с Яном, нужно разведать всё, что есть впереди. Особое внимание на башню. Достала она всех! Маршрут выберете сами. Старший группы – ты.

– Надо так надо… – реакция Сунтара на задание была, как всегда, однозначная и без всяких эмоций.

Сан Саныч знал, что на него можно во всякое время и во всяком деле положиться. Молчаливый и угрюмый с виду Сунтар ещё ни одно боевое задание не сорвал.

Время было уже за полдень. Сунтар, как всегда, настраивался на каждое боевое задание не спеша. Пересмотрел вещи в рюкзаке, проверил автомат, боекомплект, наличие гранат и при этом что-то бормотал про себя. Что он там ворчал себе под нос, так никто и никогда не слышал. Но все полагали, что Сунтар, как и все якуты, обращается к своим предкам, к своим ангелам-хранителям и шаманам. Неторопливо собравшись, Сунтар также неторопливо направился к выходу. Второй боец с позывным «Ян» был из недавнего пополнения, но уже изрядно понюхавший пороха.

Сан Саныч, сам по себе быстрый в движениях и старающийся делать всё быстро, уже привык к такой манере сослуживца и никогда его не торопил. Хотя и знакомы они были недолго, но на войне солдаты быстро сходятся, привыкают друг к другу и дружбу складывают на всю оставшуюся жизнь.

– Слушай меня, – медленно и с расстановкой говорил Сунтар, стоя возле выхода и оглядывая пустынную, заваленную искореженным металлом, камнями и кирпичами улицу шахтного городка. – Две группы пытались пробиться слева и не смогли. Давай-ка мы попробуем справа. Там здания близко друг к другу стоят. От дома к дому или, точнее, из здания в здание. Согласен?

– А что? Дельное предложение. Может, живыми вернемся, – спокойно ответил напарник.

– Тогда вперед! Я – первый, ты за мной, как всегда, не отставая…

Идти было недалеко, но очень опасно. Всё насквозь простреливалось, и постоянно летало множество укроповских дронов. Впереди маячила высоченная башня, привлекая внимание и взгляды разведчиков. Она была видна почти со всех точек, так же все окрестности были отлично видны защитникам башни.

Прижимаясь к северной стене пятиэтажного производственного здания, чтобы не быть замеченными с башни, а потом перебегая под тень другого дома, наши бойцы довольно близко сумели подобраться к башне. Идти, тем более бежать, было неудобно – всё пространство было завалено разного рода мусором после многодневных боев. Оставалось пройти сквозь еще одно здание промышленного назначения, пробежать небольшую «открытку», пройти насквозь второе здание, а там – и башня окажется рядом.

Пока же целенаправленных в их отношении действий укропы не предпринимали, значит, пока не заметили. Это успокаивало, но ни в коем случае не давало повода для расслабления. Чем ближе башня, тем ближе опасность и тем тревожнее становилось. Постоянно нужно было внимательно осматриваться, и только потом перебежками перемещаться в следующее укрытие.

С ними постоянно держал связь Сан Саныч, наблюдавший за перемещением бойцов с коптера и сообщавший им окружающую обстановку.

Забежали в подъезд очередного здания и через разбитые двери с осторожностью, прислушиваясь и настороженно осматриваясь, проникли в небольшое помещение на первом этаже. Подойдя к оконному проему с вынесенной рамой, выходящему на противоположную сторону дома, прижимаясь к стене, внимательно оглядели двор и дом напротив. Благо, чудом сохранились занавески на окне, что позволяло бойцам вести наблюдение, не показываясь в проеме. Казалось, что всё было спокойно.

– Вроде тихо. Идем? – мотнул головой Ян.

– Можно, – ответил Сунтар, – я – первый, ты за мной. Прикрывай!

– Понял!..

Выглянув из проема окна полностью, ещё раз глянув во двор налево и направо, Сунтар перемахнул через подоконник и спрыгнул на землю. Пригибаясь, держа автомат наизготовку, не мешкая, сразу побежал в сторону соседнего здания. Эти тридцать или сорок метров Сунтар пробежал быстро и, заскочив в подъезд, тут же развернулся и стал осматриваться, особое внимание обращая на здание, из которого только что сам выбежал.

Затем он подал сигнал напарнику, который тоже, приготовив автомат, наблюдал за двором. Увидев его сигнал, Ян также спрыгнул с оконного проема и быстро пробежав «открытку», оказался в подъезде рядом с Сунтаром.

Как ни странно, по-прежнему было тихо. Стрельба слышалась на соседней улице, а здесь было тихо, что невольно заставляло напрягаться, ожидая какого-нибудь подвоха. Но, похоже, судьба на сей раз сжалилась, и укропы наших бойцов не увидели.

Все двери первого этажа этого здания были настежь, через одну из которых разведчики проникли вовнутрь. Как и везде, здесь царил разгром. Вся мебель была разбита, вещи валялись на полу, и в помещении ничего ценного не осталось. Укропы несколько лет тут время впустую не проводили. Подойдя к окну с разбитыми стеклами, но сохранившейся рамой, и соблюдая крайнюю осторожность, осмотрелись.

Громадина башни высилась совсем неподалеку. Бойцы к ней подобрались сбоку и даже немного с тыла. Оставалось преодолеть около семидесяти метров до стен башни по «открытке». Предстоял самый опасный отрезок пути.

– Перебежим «открытку» и пойдем налево вдоль стены башни, – предложил Сунтар, поправляя броник перед очередной пробежкой. – Мы там будем недосягаемы для тех, кто в башне, но, если по соседству есть кто у хохлов, тогда придется туго. Мы как на ладони будем. А если сзади обходить, то там точно засекут. Сзади, в тылах за башней, по-любому укропы засели. Согласен?

– Похоже на то, – кивнул Ян. – Всё равно и тут, и там риск есть. Но надо пробовать, иначе какая на хрен разведка!

– Всё, рванули! Дистанция прежняя. Тут прикрывать не надо… Погоди, запрошу у Саныча обстановку… – Сунтар включил рацию. – Саныч, ответь Сунтару!

– На связи. Пока всё тихо и спокойно. Можно следовать дальше, – тут же откликнулся командир.

– Вот, теперь можно.

С этими словами Сунтар, протиснувшись в раскрытую оконную раму, спрыгнул на землю и побежал в сторону башни. Ян, отставая от Сунтара метров на семь-восемь, побежал следом. Оба, пробегая «открытку», всё время ждали, что вот, сейчас вот, начнется стрельба, и их догонят автоматные или пулеметные очереди, отчего ещё ниже пригибались и ещё быстрее бежали вперед.

Добежав до стены башни, прижались к ней, присели и оглянулись, наставив автоматы туда, откуда только что выскочили. Дом, где только что они были, зиял пустыми проемами и разбитыми окнами между почерневших местами стен. Но оттуда никто не показывался и никто не стрелял в них.

На душе немного отлегло. Не мешкая, – а вдруг засекут? – сразу двинулись вдоль стены башни к восточной стороне и, обогнув угол, оказались возле приоткрытых железных ворот. Сунтар, засунув автомат в щель между воротин, ногой приоткрыл одну створку, заглянул и тут же юркнул вовнутрь. Следом проскочил напарник.

Не очень большое помещение, по всей видимости предназначенное для загрузки автомобилей углем, было заставлено деревянными ящиками, а дальний угол завален противотанковыми минами. Мин они насчитали около тридцати штук. В помещении была вторая дверь, ведущая в глубь башни, и железная лесенка, ведущая наверх. Осторожно и тихо ступая, Сунтар подошел ко второй двери и попытался открыть, но тут же обнаружил, что она заварена сваркой. Разведчики всё время прислушивались к тому, что творилось в башне и снаружи. Наверху стучал крупнокалиберный пулемет, изредка работал АГС и почти постоянно тарахтели автоматы.

– Слушай, это что, склад? – шепотом поинтересовался Ян, пытаясь приподнять крышку ящика. – Вроде все ящики одинаковые, и, возможно, тут только взрывчатка.

– Стой! – также шепотом остановил его Сунтар. – Не трогай ничего!

– А что?

– Недавно один из наших вот так же попытался открыть ящик со взрывчаткой, на котором они сидели, ели, пили три дня. А тот оказался снаряжен! Сразу – несколько «трехсотых», а сам он – «двести».

– Ого! Хотя в этот раз вряд ли… – не согласился Ян.

– А может, это для подрыва приготовлено?.. Но почему тогда дверь открыта?! – засомневался Сунтар, оглядывая эту груду взрывчатки и мин. – Мы ведь тоже можем этим воспользоваться! Нужно только срочно сообщить командованию. И взорвать всех к чертовой бабушке вместе с башней. От такого количества взрывчатки башня по любому завалится.

– Тогда нужно сейчас же уходить и ничего не трогать. А главное, не оставить следов, что мы тут были.

– Правильно мыслишь! Всё, уходим! – с этими словами Сунтар выглянул за створки ворот.

Обстановка за несколько минут вроде бы не изменилась. Сунтар глянул за угол, внимательно осмотрелся и, махнув рукой Яну, сразу побежал в сторону ранее пройденного дома. Боец, не отставая, держась метрах в десяти, следовал по стопам. В окно лезть не стали, а обогнули дом и сразу оказались во дворе здания. Таким же манером пересекли двор и обогнули второй дом. Пройдя вдоль третьего здания, уже вплотную подошли к своему месту дислокации.

И за всё это время ни одного выстрела, ни одного прилета или налета «птичек» не было! И это днем, в светлое время суток, на открытом месте! Даже не верилось…

Ввалившись в родной подъезд, Сунтар и Ян сразу наткнулись на Сан Саныча, который, удивленно глянув на них, сказал:

– О, быстро же вы! Смотрю на экран и удивляюсь, что обратно бежите. И часа не прошло, как вы вернулись.

– Так вышло, Саныч, – проговорил, отдыхиваясь, Сунтар. – С хорошими новостями пришли.

– Не тяни, выкладывай!

– В башне, внизу в комнате много взрывчатки и мин. Там настоящая пороховая бочка. Если взорвать, то башня однозначно рухнет! – переведя наконец дух, выпалил Сунтар.

– Только надо срочно! Как бы хохлы не очухались. Входная дверь в помещение была открыта, поэтому мы смогли войти. Вдруг закроют или ещё что сделают? – высказал Ян свои опасения.

– Сейчас Илаю доложу. Послушаем, что скажет, – берясь за радейку, тут же вскинулся Сан Саныч. – Илай, ответь Санычу.

– На связи.

– Разведка вернулась. Доложили о складе мин и взрывчатки в башне. Вход открыт. Говорят, что можно взорвать, и башня рухнет. Как понял?

– Принято, Саныч. Будь на связи. Скоро свяжусь.

Прошло совсем немного времени, и радейка вновь захрипела и заговорила голосом Илая:

– Срочно высылаем пластид со шнуром! Пять минут горит. Как чеку выдернете, ноги в руки и – дёру оттуда. Саныч, ты идешь вместе с Сунтаром и ещё кого-нибудь возьми на выполнение задания. Как понял?

– Всё ясно, Илай. Когда ожидать взрывчатку?

– Скоро. Дополнительно сообщу. До связи.

– Понял. До связи…

Прождали обещанный гостинец до глубокого вечера, но «птичка» так и не прилетела. Утром, по серости, радейка снова ожила и голосом Илая сообщила, что подарок выслан, надо срочно выдвигаться и выполнить задание.

Вскоре подлетела «птичка» и сбросила им взрывчатку и бикфордов шнур, которые Сан Саныч тут же подобрал.

– Сунтар, ты со мной! А ты, Ян, как?.. – оглядывая сослуживцев, спросил Саныч.

– Извините, мужики. Не могу сегодня. Сон плохой приснился, – извиняющимся тоном сказал Ян, отводя глаза.

– Ну, хорошо, оставайся, – решил Саныч, – сами справимся. Сунтар, выдвигаемся через пятнадцать минут.

Однако пока собрались, уже порядочно рассвело. Сунтар пошел впереди и повел группу тем же путем, что и вчера. Передвигались так же бегом и так же с оглядкой и осмотром развалин. Прошли насквозь вчерашние два здания и прежним манером миновали большую «открытку» перед башней. Саныч следовал за Сунтаром, не отставая. Мусора и искореженного металла сегодня, показалось, стало ещё больше, чем вчера. Но опять по ним никто не стрелял, и вновь стояла тишина.

Ворота в помещение с минами оказались, как и вчера, открытыми, только одна из воротин была свернута прилетом снаряда и висела, точнее, провисала, на остатках одной петли. Пройдя вовнутрь, как и вчера, осторожно и тихо осмотрелись. Все обнаруженные боеприпасы оказались на месте. У Сунтара создалось впечатление, что после них со вчерашнего дня тут никого и не было.

Вставить пластид в отверстие взрывателя противотанковой мины и воткнуть в него конец бикфордова шнура много времени не заняло. Но, когда Сан Саныч сунул пластид в отверстие ТМ-ки, вдруг что-то грохнуло, отчего бойцы по наработанной привычке враз прилегли. Оказалось, что прилегли они на противотанковые мины, а шуму наделал упавший сверху кирпич. Но в тот момент обоим было не до шуток.

Саныч выдернул чеку из шнура, и тот сразу задымил и зашипел. Бросив шнур на пол помещения, бойцы сразу выскочили и бегом, не оглядываясь по сторонам, рванули обратно. Они успели добежать до второго здания и нырнуть в его подвал. Однако перед этим их всё-таки заметил пулеметчик на башне, и вокруг защелкали пули. Уже находясь в безопасности в подвале, Сунтар промолвил:

– Ну, гад, погоди немного! Ещё несколько секунд – и сочтемся.

Взрыв получился такой силы, что казалось, будто рушатся одновременно все соседние с башней дома. Сама же башня рухнула, как будто ее подкосили. В мгновение ока всё вокруг заволокло пылью.

Друзья, отлежавшись в подвале, пошли, уже никуда не спеша, к своему подразделению. Из-за поднявшейся пыли вокруг не было видно ни зги, поэтому бойцы шли в открытую, что само по себе было для них непривычно.

Вернувшись в расположение, Сан Саныч сразу доложил командованию:

– Илай, ответь Санычу… Задание выполнено!..

– На связи… Молодцы! Сунтару мои отдельные поздравления! Обоих представим к награждению! Молодцы!..

– Понял, Илай.

Весь этот день прошел под впечатлением взрыва огромной башни.

* * *

Наутро поступил приказ штурмовать уже другое здание. Выяснилось, что несколько наших штурмовых групп не смогли зачистить одно из производственных зданий, хотя уже проникли внутрь. Был дан приказ восьмерым бойцам выдвигаться для поддержки остальных групп штурмовиков. Разделились по парам. Сунтару выпало идти со Шрамом, и они выдвинулись первыми.

Перебежками, с постоянными оглядками вначале проникли в ближайшее от намеченного здание. Собравшись в одном из помещений, изготовились к штурму, и вновь парами рванули к намеченной цели. Сунтар вместе со Шрамом шли третьими. Все благополучно добежали до здания и проникли в одно из помещений на первом этаже. В этом помещении, состоящем из комнаты и большого зала, были ещё две двери, ведущие внутрь здания. Одна, железная, тоже оказалась заваренной, а вторую, похоже, завалили с противоположной стороны всяким хламом, но она была немного приоткрыта.

Расположились в комнате и в зале, но вскоре за стеной, ведущей в комнату с приоткрытой дверью послышались голоса укропов. По рации им сообщили, что в соседнем помещении русские штурмовики и что командира надо захватить в плен. Разговоры меж бойцами и по рации велись на русском языке, как, впрочем, и в другие времена. Только всегда присутствовал южнорусский акцент.

Сразу после поступления приказа укропы начали из пулемета стрелять сквозь стену. Стена оказалась тонкой, в один кирпич, поэтому что пулемет, что автоматы простреливали её насквозь. Сунтар с Шрамом прижались к дальней стене, другие двое – ближе к входной двери и тоже начали в ответ стрелять из автоматов. Сунтар стрелял по открытой двери, затем автоматной очередью пробил дыру в стене, просунул туда ствол автомата и сразу дал еще одну длинную очередь. В этот момент он почувствовал толчок в правое плечо, но не обратил внимания. За стеной послышались крики, что один из укропов ранен, и тут же остальные выбежали из помещения. Один из наших бойцов кинул в пробитую Сунтаром дыру в стене гранату, и крики сразу прекратились. Сунтар почувствовал в правом плече боль и, просунув туда руку, обнаружил, что ранен. Осмотрев рану, Шрам сообщил ему о сквозном пулевом ранении.

В этот же вечер Сан Саныч, прибыв на место, то есть к этому зданию, эвакуировал Сунтара к медикам.

Вот так была вписана ещё одна страница в книгу подвигов наших бойцов при взятии Угледара. Видеозапись падения этой огромной башни, где засели укропы с пулеметами и гранатометами, надеясь на неприступность своей крепости, распространилась по всему миру. За этот подвиг Сан Саныч и Сунтар представлены к высоким правительственным наградам.

Угнетает единственное, что боец с позывным «Сунтар», а в обычной жизни Иванов Иван Петрович, человек с самой русской фамилией и с самым русским именем, выходец из далекого Сунтарского улуса Якутии, 30 октября 2024 года погиб смертью храбрых при выполнении очередного боевого задания. Торжественные похороны состоялись на родине бойца 21 ноября 2024 года.

Дома остались двое малолетних детей и жена. На СВО Иван Петрович попал добровольно, решив вместе со своим другом подписать контракт, хотя имел семью, дом и неплохо оплачиваемую работу. На мой вопрос о том, почему всё-таки он пошел на СВО, ответил просто, что все воюют, и он не хотел дома отсиживаться.

Иван Петрович долгое время работал водителем на лесовозе на своей малой родине. Всю жизнь до подписания контракта с Министерством обороны РФ работал в суровых условиях якутской тайги. Каждый выезд в зимний лес связан с огромным риском для людей этой профессии. Наверное, именно постоянный риск и суровость условий жизни выковали из него будущего героя войны, способного на подвиг бойца и защитника Родины.