Вернувшийся из Петербурга чиновник для особых поручений Владимир Соколовский привёз дополнительную кипу напечатанного и уже прочитанного в Красноярске первенца «Енисейского альманаха» и много интересной информации о жизни столицы, о своих личных впечатлениях от встреч с чиновниками и литераторами. Главная из них – общение с Василием Андреевичем Жуковским. Поэт весьма одобрительно отозвался о выпуске альманаха и об обществе любителей словесности «Красноярская литературная беседа», о чём писали в журнале «Сын Отечества» Н. И. Греча, и в журнале «Отечественные записки» П. П. Свиньина. Степанов, пылкий поэт Владимир Игнатьевич Соколовский, публицист Алексей Иванович Мартос, уже блеснувший изданной книгой «Письма о Восточной Сибири», а также председатель енисейской казенной палаты Иван Семенович Пестов, в тесной связке работали над выпуском альманаха, создавали литературное общество, отыскивали любителей чтения, ставили их в свои ряды. Все они стали авторами сборника. Кроме того, в их ряды вошли туруханский фельдшер Яроцкий, енисейский земский исправник Третьяков. Губернатор напечатал свои стихи, краеведческую статью «Путешествие в Кяхту из Красноярска». Отмечены были сатирические стихи Владимира Соколовского, и помещенный отрывок из будущей книги Пестова «Записки об Енисейской губернии Восточной Сибири».

Это радовало и вдохновляло на новые шаги в том же направлении. Питерских словесников восхитили опубликованные красочные заметки о богатой сибирской фауне и флоре. Князь, поэт и литературный критик Пётр Андреевич Вяземский писал, что красноярские авторы «умеют хорошо и дельно говорить о провинции своей».

– Василий Андреевич Жуковский при мне прочитал ваши стихи, похвалил, заметил, что ранее был знаком с вами, желает дальнейших успехов в словесности, – с жаром рассказывал Владимир Игнатьевич, – вот эти стоки:

Александр Петрович был польщен.

– Спасибо Жуковскому за внимание – патрону Александра Пушкина, чья поэзия нас восхищает, а его возносит на всемирную высоту.

С удовольствием вспомнили о том, где были написаны эти стихи. Губернатор собирал экспедицию в Туруханский край. Цель – подробно обозреть северные земли, описать их для задуманной книги, познакомиться с людьми, одновременно провести культурно-просветительную работу. Для этих целей речники Красноярска снарядили парусное судно, поставив на палубе палатку для губернатора и чиновников, вторую для группы артистов, в которой разместились плясуны, певцы и музыканты. Их задача: давать концерты в населенных пунктах.

Александр Петрович шел по Енисею в северные пределы впервые. Пройдя занозистый Казачинский порог, река пленила людей своим величием, тишиной, таёжным береговым ожерельем, заставив их то возбужденно, то молчаливо взирать окружающие красоты летней акварели и на этом фоне более ярко высвечивающееся бездонное синее небо. Величие природы вдохновило Степанова на стихи, он набросал несколько четверостиший, озаглавив их «Страну Востока оставляю» с тем, чтобы вернуться к ним.

Ветер активно гнал парусное судно, к исходу второго дня движения путешественники увидели величавое слияние Ангары с Енисеем. Оно поразило едва ли не морским разливом. Больше всего тем, что Ангара здесь гораздо шире и могучее узаконенного отца-Енисея. Степанов уже слышал сказ о том, как девица Ангара сбежала от отца-Байкала к своему возлюбленному и как разгневанный Байкал швырнул вслед за беглянкой утес, но повернуть воды вспять не смог.

Среди пассажиров возникли споры о том, что Ангара притязает на имя Енисея не напрасно, поскольку визуально более полноводная, вытекая из Байкала, принимает в себя десятки рек.

– Посмотрите, какая мощь идет с востока, теснящая воды Енисея! Она главная река!

– Да, мощь есть, но Енисей до слияния гораздо больше вобрал в себя рек, прорезал себе русло в великих Саянах и других горных хребтах! Нет, его могущество выше.

– Не от того ли разлив Ангары кажется нам великим, что могучие воды встретили беглянку и потеснили её ток, расширив русло? Веками идет это непрерывное противостояние, неудержимый енисейский подпор, и более податливый правый берег медленно размывается, потому тут такая ширина Ангары!

Степанов слушал спорщиков, добродушно улыбался и был склонен признать последнюю версию.

– Думаю, русло Енисея более глубокое и древнее. Несет он воды стремительнее, чем Ангара, спускаясь с заоблачного истока Восточного Саяна[38], где есть вечные ледники, – высказал свои наблюдения Степанов. – Великий объём воды стиснут береговыми скалами, отсюда возникает мощный натиск. Гранитный остров в форме ладьи перед слиянием усиливает натиск. Потому нам кажется, что Енисей гораздо менее многоводен и узок. Все наши версии требуют изучения.

Пройдя островок, губернатор приказал чалить судно к поселку Стрелка на ночлег. Назавтра состоялось знакомство с местными жителями потомками казаков Бузиным и Падерой, основавших в 1637 году поселение. В нём развернулся перевалочный пункт товаров с одной реки на другую. Жители поселка с первых лет и по сей день занимаются землепашеством, охотой, рыбным промыслом, имеют различные ремесла, строят маломерные суда. В честь встречи творческая группа дала концерт с песнями и плясками, акробатическими номерами. Сам же Степанов прочитал свои стихи, а также Пушкина, Дмитриева, Крылова, с двумя последними он имел честь быть знаком.

Впечатления от величия рек вновь вдохновили Степанова, и он написал стихотворение «Между гор и Енисеем». Стихи понравились музыкантам Илье Семёновичу Скорнякову и Андрею Прохоровичу Попову. Да и не могли не понравиться при живом авторе, умелом чтеце, каким слыл всю свою жизнь Александр Петрович. Сговорившись, они написали на стихи музыку и стали разучивать с певцами, чтобы в Енисейске, а затем в Туруханске включить песню в концерт. Времени было достаточно, вдохновения не занимать, полнота сил – как воды двух могучих рек, потому репетировали с прилежанием и доставили немалое удовольствие северянам.

Соколовский же и огорчил иными рассуждениями относительно некоторого содержания альманаха. Столичные критики говорили, что в нём нет политической направленности на обновление общества и государственной власти. Мол, авторы альманаха далее высмеивания отдельных пороков чиновников, их узких меркантильных интересов и вещизма не идут.

– И что же, разве передовые словесники не понимают силу таких публикаций? Им подавай конкретных носителей зла, этакого прямого выступления? – возразил губернатор. – Пример тому – басни Крылова, многие стихотворения Пушкина. Прямое выступление свершилось в декабре двадцать пятого года и потерпело сокрушительное поражение. Наше невольническое общество, не мне вам говорить, не готово к радикальным преобразованиям. Оно малограмотное. Его надо учить. Пока темень будет в душе человека – нечего и думать о новом обществе.

– У нас с вами, Александр Петрович, в этом вопросе разногласий нет. Мы много делаем для повышения культуры человека. К сожалению, движение это медленное. Даже местное самоуправление порой заметно отстает от губернского уровня. В сторону отбрасываются заботы о простом человеке, о его материальном достатке, не говоря уж о его духовной жизни, образовании.