По пляжу острова Фёр в страшном волнении метался звукорежиссер Тони. То и дело подносил он бинокль к глазам и всматривался в морскую даль. Куда подевались эти дьяволята? Уж не стряслось ли что-нибудь с его подопечными? Hy и задаст ему жару госпожа Кабеллос, если он не доставит Доминика на студию целым и невредимым! Да и пора было возвращаться — паром отходил через полчаса.

— Тони! — раздался за его спиной голос Лило. — Привет!

Оглянувшись, звукорежиссер застыл на месте, не в силах произнести ни звука... К нему приближалась странная процессия из четырех вымокших до нитки утопленников, которые едва волочили ноги по песку. Рядом с ними степенно вышагивал их спаситель Матце.

Судорожно пригладив скудные остатки волос, прикрывавшие его лысину, Тони прочистил горло и хрипло спросил:

— В чем дело? Где вы пропадали?

— Только не ругайтесь, ребятам не повезло: их лодка разбита вдребезги! — ответил за всех капитан. — Я сам своими руками выудил этих селедок из воды!

— Спасибо... — промямлил ошарашенный звукорежиссер. — Я вам что-нибудь должен?

— Будьте спокойны, фирма берет на себя все расходы, — отмахнулся Матце. — А что касается лодки, я поговорю с прокатом. Она застрахована, так что не волнуйтесь!

— Тогда еще раз спасибо! А вы живо к парому, по дороге все расскажете! — бросил Тони кникербокерам.

— Я... не пойду... на паром, — стуча зубами, забормотала Поппи, — с меня хватит, наплавалась...

— Малышка права, — поддержал ее Матце, — горячий чай и постель — вот все, что ей сейчас надо.

— Но мне нужно срочно в Гамбург!

— Hy что ж, это не проблема, — спокойно ответил Матце. — Пусть она пока остается здесь, моя жена позаботится о ней.

— И я... я тоже останусь с Поппи! — вмешалась в разговор Лило. Аксель немедленно присоединился к ней.

— Если это вас не обременит, я только буду рад, — согласился Тони. — Но ты, Доминик, завтра утром должен быть в студии!

Мальчик поправил очки и вздохнул:

— Знаю. Я поеду с вами.

Обменявшись телефонами, Тони и Матце распрощались.

Старый моряк и его жена Ингрид владели небольшим, но уютным крестьянским двором, у них были овцы, куры и два осла. Неподалеку от его дома стояли новенькие виллы, на которых звезды кино, телевидения и шоу-бизнеса проводили свой отпуск. И Матце этим очень гордился.

Еще не было и восьми часов вечера, когда Поппи улеглась в постель, а Лило и Аксель устроились перед телевизором. Стоял август, но на острове было уже довольно прохладно, и Матце разжег камин.

Аксель смотрел на экран телевизора, но мысли его были далеко. Пережитое утром неотступно и мучительно преследовало его, он снова видел зеленую акулу, лодку с женщиной и слышал ее предсмертные крики. Лило молча сидела рядом.

— У вас такой вид, ребятки, словно вас морской демон заколдовал! — сказал Матце и засмеялся. — Хотите, я расскажу вам историю про Клауса Штёртебекера, пирата без головы, — она вас сразу развеселит?..

Ингрид укоризненно взглянула на мужа.

— Ты бы уж лучше не трогал их, дорогой, ребята и так натерпелись страху. Оставь эту историю при себе.

Но ее замечание только раздразнило любопытство ребят.

— Клаус Штёртебекер? — переспросила Лило. — Я что-то припоминаю... Он был пиратом?

— Еще каким! — продолжал моряк. — Неподалеку от устья Эльбы в Северном море находится остров Гельголанд, и все груженые суда, шедшие в Гамбург, проплывали мимо него. Здесь-то и поджидал их Клаус Штёртебекер и грабил... Но особенно не волнуйтесь, этой истории уже больше пятисот лет.

— И за все разбойные дела пират заплатил своей головой! — добавила Ингрид.

Матце сменил сигарету на трубку и неторопливо продолжил:

— И вот в тысяча четыреста первом году эскадре военных судов удалось захватить его в плен вместе с семьюдесятью пиратами. Всех их должны были казнить, а именно — отрубить головы. Теперь слушайте внимательно! Легенда гласит, что Штёртебекер просил помиловать тех своих сообщников, мимо которых ему удастся пробежать без головы. И судьи согласились. Так вот, мои юные друзья, едва нашему пирату отрубили голову, как он вихрем помчался мимо длинной шеренги осужденных. Он всех бы обежал, если б на одиннадцатом ему кто-то не поставил подножку. — И Матце, очень довольный, расхохотался.

Лило и Аксель тоже улыбались. Им нравились такие сногсшибательные истории. Немного погодя они отправились спать.

Было уже почти десять часов, но остров Фёр находится на севере, и на улице еще сгущались сумерки. Поэтому Аксель, лежа у окна без занавесок, никак не мог уснуть. Он долго ворочался с боку на бок. А в полночь поднялся с постели, оделся и вышел во двор. Прохладный ночной воздух дохнул в лицо, издали доносился глухой шум воды. В сарае изредка блеяли овцы и кудахтали куры. Мальчик вспомнил, что куры спят сидя. Во всяком случае, так он слышал, и ему вдруг захотелось проверить, верно ли это.

Посмеиваясь над своей затеей, кникербокер распахнул дверь ближнего сарая. Он вынул из кармана прихваченный в доме фонарик и направил яркий луч прямо на насест. В тот же миг он отпрянул назад — на него в упор смотрела оскаленная акулья пасть.