Лицо врача выражало крайнюю озабоченность. Он никак не мог понять, почему у Лило вдруг онемела рука. И на всякий случай предложил отправить ее в больницу.

— Ой, не надо! — вскрикнула Лило. — Давайте... давайте немного подождем.

— Давайте, — сразу же согласился с ней врач и принялся складывать свои инструменты в чемоданчик. — Тебе просто нужен покой. Завтра я тебя снова осмотрю. А пока лежи. И забудь о конкурсе.

C этими словами он быстро удалился. В коридоре его уже поджидала фрейлейн Хегеман. И хотя Лило видела ее всего лишь какую-то долю секунды, она сразу же обратила внимание, что лицо у нее как мел белое, а волосы всклокочены.

— Честно говоря, я не могу понять, в чем там дело, — со всей откровенностью заявил врач, — но похоже, это объясняется чрезмерной психической нагрузкой. Стрессовые ситуации — согласитесь, что у участников таких викторин нервы напряжены до предела, — вызывают симптомы заболеваний такого рода.

И Лило, слушая их разговор, постепенно успокоилась и, хотя к горлу то и дело подкатывало и боль в желудке тоже давала о себе знать, вскоре заснула.

Аксель тем временем вел беседу с администратором.

— Пожалуйста, не запирайте на ночь собак в загоне, — убеждал он его, — здесь столько всяких темных личностей шляется.

— Только не преувеличивай, мальчик. — Любезная улыбка, казалось, никогда не сходила с его лица. — Фрейлейн Хегеман забыла ключ, и поскольку она не хотела меня будить, то решила влезть через окно. У нее, правда, не все дома, но уж к числу тех, кого ты называешь темными личностями, ее никак нельзя отнести. Но чтобы ты мог спать спокойно, я, так и быть, спущу на ночь Риффраффа, Манго, Раймбайна и Гектора. Все равно они никуда не убегут — тут такая ограда.

На следующий день — это была пятница — жюри предстояло после окончания отборочного круга, наконец определить, кто из участников конкурса «Суперумница» займет четыре первых места и сможет принять участие в заключительном туре.

Лизелотта лежала в кровати, неотрывно смотрела в одну точку на потолке и буквально вся кипела от ярости. Все ее друзья уже несколько раз забегали к ней и всячески утешали ее. Но что толку, если тот, кто благодаря своему интеллекту больше всех был достоин занять первое место в конкурсе «Суперумница», из-за невозможности принять участие в предпоследнем туре навсегда выбыл из игры! И теперь вся надежда была только на Поппи.

Что же такое со мной стряслось? Лило теперь просто ни о чем другом думать не могла. Она осторожно ощупала свою распухшую руку. Ой! Что это? Кто же ее так оцарапал? Кроме того, Лизелотта обнаружила еще следы укуса. Это наверняка Лолло поцарапал и укусил ее, когда она с ним играла. А вдруг ее болезнь как-то связана с этим? Надо будет с врачом поговорить, только чтобы никто не слышал.

— У нас для тебя две новости — плохая и хорошая, — в один голос объявили ей в полдень Аксель, Поппи и Доминик.

— Начинайте с плохой, — не колеблясь, ответила Лило.

— Мы все после обеда уезжаем на экскурсию и вернемся только завтра во второй половине дня.

— Но Лолло составит тебе компанию, — утешила Поппи свою подружку.

Лило только кисло улыбнулась в ответ. По вполне понятной причине это ее совсем не радовало.

— Hy а теперь выкладывайте хорошую новость.

— Я вышла в финал, — с гордым видом заявила Поппи, — и теперь мне осталось победить только двух мальчишек и Клару.

— Поздравляю, — сказала Лизелотта, — за меня, пожалуйста, не беспокойтесь. Я как-нибудь продержусь. А к вашему приезду постараюсь выздороветь. Уж больно хочется заключительный тур в воскресенье посмотреть!

— Видела бы ты всех остальных, — затараторили ребята, — многие просто выли от злости, потому что не попали в число самых лучших. Может, поэтому Хегеманша и устроила экскурсию. Пусть развеются немного и о своих горестях забудут.

Через два часа молодежный Дом отдыха опустел. Фрейлейн Хегеман хотела было оставить кого-нибудь из своих коллег для присмотра за Лило, но девочка категорически отказалась от этого. Ей было вполне достаточно того, что за ней будет ухаживать администратор. C ним даже как-то веселее!

К счастью, доктор зашел к ней, когда все уже уехали, и она смогла спокойно ему все рассказать.

— Гм... — только и пробурчал он. — Ох, не надо было твоей подруге зверька брать. Ведь в этой лаборатории ему могли занести какую-нибудь опасную инфекцию.

Лило чувствовала себя уже вполне здоровой и спустилась вместе с врачом на первый этаж. Здесь доктор сразу же позвонил из конторки администратора на фирму «Себоплан». В пятницу рабочий день заканчивался обычно в пять часов. Сейчас было только два, и все равно доктор застал лишь ассистента, который сперва ему ничего толком сказать не мог.

— Я знаю только, что обезьяна пропала... Подождите-ка... Из-за этого еще такой переполох подняли! Стоп! Я знаю почему. — Молодой человек на другом конце провода вдруг встрепенулся и заговорил быстро-быстро: — Его же вирусом L-семь заразили, который вызывает опасный нервный стресс.

Услышав, врач даже в лице переменился и сразу охрипшим голосом спросил о симптомах болезни:

— Да-да-да, мы сейчас привезем вам зверька... А еще лучше, пришлите сюда своего человека, пусть он его ловит. Обезьяна разносчик заразы, — обратился он затем к Лило, и девочка тут же бессильно опустилась на стул. — Но у твоей болезни другие симптомы. Тут что-то другое. А потом от вируса L-семь есть вакцина, и я тебе сейчас на всякий случай прививку сделаю.

— А что... что со мной? — спросила девочка.

Врач помолчал немного, а потом с чувством безнадежности в голосе сказал:

— Я думаю, будет лучше, если тебя в больнице обследуют.

Лизелотту от страха прошиб холодный пот. Она очень боялась попасть в больницу. Но еще больший страх внушала ей неизвестная болезнь.

Тут зазвонил телефон и, поскольку администратор пошел гулять с собаками, Лизелотта взяла трубку. Она услышала взволнованный женский голос, извергавший на нее поток слов, и поняла, кто с ней говорит.

— Вы мама Клары?

— Совершенно верно, — заявила женщина и, узнав, что ее дочь уехала на экскурсию, спросила: — Вы не скажете, удалось ей выйти в финал или нет?

— Очень даже удалось, — еле слышно сказала Лизелотта.

Ответом ей был ликующий крик:

— Я так и знала! Я так и знала! Ведь она все может, когда хочет. На нее только надо нажать немного, и она любой рекорд установит. Она настоящий ВИФЦАК.

— Кто-кто? — спросила Лило.

— Это тот, у кого светлая голова на плечах, — объяснила ей мать Клары и торопливо простилась, поскольку, дескать, ей нужно срочно бежать в магазин за видеомагнитофоном, чтобы записать заключительный тур, который будут передавать по телевидению.

Лило откинулась на спинку стула и тут же выпрямилась. Она вспомнила обрывки разговоров, услышанные ею в эти дни.

— Доктор... я... мне кажется, я знаю, что со мной, — начала она. — И я ужасно боюсь, что это действительно так...