Война обычно кончается подписанием мирного договора. Но у России и Японии до сих пор такового нет, и формально они и на 2014 г. находятся в состоянии войны. Камнем преткновения служит территориальный спор о Курильских островах, точнее, о южных островах этого архипелага.

Аргументы японского правительства довольно слабые и спорные. Мол, Южные Курильские острова были захвачены русскими в 1945 г., уже после окончания боевых действий. Что, мол, вообще Южные Курильские острова не являются Курильскими, а представляют собой вместе с островом Хоккайдо какую-то особую группу островов, и т. д.

Действительно, ряд островов расположен в нескольких километрах от острова Хоккайдо, и правительство Японии построило специальные смотровые башни, чтобы японские обыватели, подкрепившись чашечкой саке, могли лично лицезреть оные острова.

Но вот вопрос – почему они японские? Хоть они и рядом с Хоккайдо, но первыми там появились русские.

Третий сёгун Иэмицу тремя последовательными указами (1633, 1636 и 1639 гг.) под угрозой смертной казни запретил японцам покидать пределы своей страны, а также строить большие суда для дальнего плавания. Одновременно страна была закрыта и для иностранцев. Исключение было сделано только для голландцев и китайцев, торговым судам которых разрешалось в ограниченном количестве заходить в Нагасаки, где на острове Дэсима происходил торг.

Изоляция страны от внешнего мира, от внешних влияний завершила собой целую систему внутренних мероприятий сёгуна, направленных к жестокой регламентации общественных отношений, к точному регулированию хозяйственных функций, прав и обязанностей каждого сословия, к сохранению незыблемости феодального строя.

Все, что говорилось ранее о Японии, относилось к островам Хонсю, Сикоку, Кюсю и южным островам. Что же касается северного острова Хоккайдо, то он к середине XVII века не входил в состав Японского централизованного государства. Позже на юге Хоккайдо возникло японское княжество Мацунаэ, но большинство проживавших там айнов оставалось независимо.

Подтверждением этого служит любопытное прошение Екатерине II, направленное ей в 1788 г. руководителем Северо-восточной американской компании И. И. Голиковым. От лица компании он просил «в предупреждение покушений других держав построить крепостцу и гавань на 21-м (Шикотан) или 22-м (Хоккайдо) из Курильских островов для заведения торговли с Китаем и Японией и к способнейшим открытиям и приведении под высокую державу» императрицы «соседних островов, кои ни от какой державы, как заподлинно известно нам… поныне не зависят».

Голиков просил выделить ему сто солдат с артиллерией для того, чтобы «иметь от казенной стороны помощь и защищения от всяких притеснений и для охранения…». Еще просил выдать ссуду: 200 тыс. рублей на 20 лет, и предоставить монопольные права на эксплуатацию островов и материковой земли, «как открытой, так и той, которую они откроют».

Екатерина отказала. Но каково предложение! И ведь инициатором его были не петербургские чиновники, а люди, прожившие долгие годы на Дальнем Востоке. Разве мог кто-нибудь предложить строить крепость где-нибудь на Хонсю? И крепость-то нужна была не для защиты от японцев, а от «покушений других держав».

Лишь в конце XVIII века японское правительство заинтересовалось Курильскими островами. В 1785 г. на север была снаряжена экспедиция, которая, пробираясь от острова к острову на север, достигла островов Итуруп и Уруп. Участник экспедиции Могами Токунай писал в своем отчете: «Я проплыл мимо первого острова, Кунашир, чтобы достичь следующего – Итурупа… Я был первым японцем, ступившим на эту землю, жители острова были удивлены, увидев меня, и окружили толпой, разглядывая меня». На Итурупе кроме айнов японцы встретили русских людей, приехавших туда с острова Уруп. Промышленник Семён Дорофеевич Ищуё (Итуёсов) произвел большое впечатление на Могами своими познаниями в географии Курил и Камчатки.

Правительство Японии в конце XVIII века не считало японской территорией не только Курилы, но и северную часть острова Хоккайдо. Как явствует из исследования Корияма Ёсимицу, глава центрального правительства Японии Мацудайра Саданобу еще в 1792 г. в своем предписании подчиненным, изданном в связи с предстоящими русско-японскими переговорами, заявил, что район Нэмуро (остров Хоккайдо) не является японской землей.

В 1739 г. по указанию Адмиралтейств-коллегии состоялась экспедиция капитана М. П. Шпанберга вдоль Курильских островов в поисках морского пути в Японию. В состав экспедиции был включен бот «Гавриил», оставшийся еще от экспедиции Беринга. Кроме того, Шпанберг построил в Охотске бригантину «Архангел Михаил» и дубельшлюпку «Надежда».

В ходе экспедиции были обследованы и нанесены на карту все Курильские острова, в том числе и острова Малой Курильской гряды. Многим из них были даны русские названия, например, остров Шикотан назван Фигурным, а остров Сибоцу – Зеленым[187]. С 1796 г. по инициативе английского мореплавателя У. Броутона остров Шикотан на многих картах стал именоваться островом Шпанберга.

Помимо официальных экспедиций, субсидируемых государством, с 1730 г. на Курильские острова отправлялись казаки для сбора ясака с местного населения и организации промысла пушнины и морского зверя. Например, в 1760–1764 гг. на островах с первого по десятый был с отрядом казаков якутский приказчик Е. Новиков. Отряд казачьего сотника И. Черного в 1768 г. дошел до Итурупа, где собрал ясак с айнов. Черный оставил подробное описание Курильских островов с третьего до девятнадцатого (Итурупа).

В 60-х гг. XVIII века императрица Екатерина II разрешила русским купцам торговать с айнами на Южных Курилах. В 1765 г. на Кунашир прибыл первый русский купец А. Толстых.

В 1775–1779 гг. купцы Г. Шелихов и П. Ласточкин организовали на свои средства экспедицию на Южные Курилы. Возглавили экспедицию сибирский дворянин И. Антипин и иркутский посадский Д. Шабалин. В 1775 г. они дошли до Урупа, где и обосновались. В 1778 и 1779 гг. экспедиция ходила на Хоккайдо, в то время называемый русскими остров Матсмай. Там в бухте Аккэси русские попытались завязать торговлю с местным населением.

В 1795 г. на Урупе в бухте Алеутка на юго-восточном побережье острова промысловая компания купцов Шелихова и Голикова основала русское поселение Александра, управляющим которого был назначен Василий Звездочетов. Колонистов было немного – всего человек сорок, и просуществовало поселение до 1855 г. Во многих документах того времени и сам остров Уруп стали именовать островом Александра.

С 1799 г. монопольное право на хозяйственное освоение Курильских островов и использование их природных ресурсов принадлежало Российско-американской компании. В 1828 г. эта компания восстановила поселение Александра.

Руководство компании построило ряд поселений на Южных Курилах, население которых должно было заниматься скотоводством и земледелием для обеспечения продовольствием жителей Камчатки и побережья Охотского моря. В сентябре 1855 г. в ходе Крымской войны фактория Александра была сожжена десантным отрядом англо-французской эскадры.

Подробная история Курильских островов выходит за рамки нашего повествования, но и уже сказанного достаточно для выяснения, кто открыл Курильские острова и кто начал их колонизацию.

В 1875 г. в Петербурге был подписан русско-японский договор, по которому Южный Сахалин становился русской территорией, а все Курильские острова отдавались Японии. На тот момент Александр II и его окружение считали эти острова абсолютно бесполезной землей и предложили их японцам, чтобы те сумели «спасти лицо». Тем не менее нападение Японии на Россию в 1904 г. перечеркнуло Петербургский договор 1875 г.

Что же представляли собой Курильские острова в начале XX века? За ответом обратимся к довольно точному и объективному источнику – «Военной энциклопедии», тому XIV, изданному в Петербурге в 1914 г. «Курильские острова (по-японски Чишима, т. е. 1000 островов), архипелаг, простирающийся на 1270 км в длину и состоящий из 36 больших островов, поверхностью около 14 тыс. кв. км (51–42° с. ш. и 145–157° в. д.), от мыса Лопатки на юге Камчатки к юго-западу до японского острова Иезо, или Хоккайдо»[188].

Далее перечисляются наибольшие острова, в числе которых Итуруп, Кунашир и Шикотан. Итак, ни в России и ни в одной стране мира до 1945 г. никто не отделял Кунашир и Шикотан от остальных Курильских островов.

Далее: «Климат холодный и суровый, со средней температурой, значительно понижаемой относительно широты холодными морскими течениями, приносящими собою плавающие льды, бури и туманы… К земледелию по климатическим условиям острова непригодны. Море и многочисленные проливы, омывающие их, богаты рыбой и морскими животными, но опасны для судов из-за частых бурь и сильных течений… Вследствие бедности природы и суровости климата, постоянное население не превосходит человек 600 курильцев… На островах живут переселенцы – камчадалы, около 100 человек, на южных аборигены – айно и курилы. Жители стоят на очень низкой степени развития, поклоняются звездам, занимаются охотою на пушных зверей и рыболовством»[189].

Итак, 600 человек курильцев, стоящих «на очень низкой степени развития», и из-за них такой базар длится свыше 50 лет? Я уж не говорю, что на Южных Курилах население не превышало 300 человек.

Правда, в 1945–1946 гг. с Курильских островов было выселено 17 тыс. японцев. Но откуда они взялись? Что, за 30 лет (с 1914 г. по 1944 г.) на Курильских островах произошел небывалый в истории демографический взрыв, и население увеличилось в 30 раз?

Ничуть не бывало. В 1930-х и начале 1940-х гг. японцы построили на Курильских островах значительное число военно-морских баз и аэродромов, предназначенных для агрессии как против СССР, так и против США. Для строительства многочисленных портов, взлетно-посадочных площадок, казарм, укреплений и т. д. на Курилы были доставлены тысячи гражданских строителей, причем среди них были не только японцы, но и корейцы, китайцы и представители других национальностей. Вместе с военнослужащими прибывали и их семьи. Для обслуживания военных и их семей требовалась инфраструктура, то есть столовые, прачечные, магазины, больницы и т. д. Так что подавляющее большинство японцев прибыло на Курильские острова за 10 или 20 лет до прихода русских, и их пребывание там было связано с вооруженными силами империи.

Есть ли следы пребывания японцев в 1875–1945 гг., то есть за 70 лет, на Курильских островах? И нет, и да. Гражданских объектов практически нет. Нет заводов, храмов, театров, городских кварталов с современными каменными домами. Ничего нет, кроме остатков береговых батарей, маленьких заводиков по переработке рыбы и т. д. А вот сколько там военных объектов, не знает никто, даже ФСБ. Курилы – это огромная подземная крепость.

И, замечу, в подавляющее большинство подземных объектов с сентября 1945 г. не ступала нога человека, во всяком случае, русского человека. Известны лишь случаи, когда наши пограничники пытались проникнуть в подземные лабиринты и бесследно там исчезали. Объем работы не позволяет рассказать обо всех чудесах японской военной фортификации на Курильских островах. Чего только стоят аэродромы, взлетно-посадочные полосы которых функционировали круглый год и не требовали очистки ото льда и снега. Под ними проложены трубы от термальных источников, и температура железных или бетонных полос круглогодично была выше нуля.

Таким образом, стенания и вопли японских министров, тысячекратно усиленные японскими СМИ, об изгнанниках, «лишенных земли предков», рассчитаны на малограмотных людей.

Японцы льют крокодиловы слезы о судьбе айнов – коренного населения Курил.

«Айны – автохтонное население Курил, древний народ с развитой самобытной культурой, богатой мифологией, уникальным языком. Для японцев они были «варварами». Получив в 1875 г. Курилы, японцы попросту депортировали всех айнов на Шикотан, где запретили им заниматься традиционным промыслом и эксплуатировали на разных работах. Последний айн на Шикотане умер в 1932 г. Аналогичные резервации были созданы и на Сахалине после 1905 г. К айнам применялись классические методы этнического унижения, направленные на насильственную ассимиляцию и потерю исторической памяти: запрещали носить традиционную одежду, выполнять бытовые обряды, справлять праздники, принудительно давали японские имена и японское подданство.

В основе методов обращения японцев с «неполноценными» народами лежала базовая идея фашизма о собственной исключительности, о праве эксплуатировать чужие территории, сгоняя «унтерменшей» в резервации и привлекая к принудительным работам. Мы считаем, что только из-за малой известности преступления Японии в отношении айнов не получили до сих пор должной оценки мирового сообщества»[190].

16 марта 1946 г. Главнокомандующий американскими войсками на Тихом океане генерал Маккартур издал директиву № 822 (дополнена 7 мая 1946 г. директивой № 927), а 10 сентября 1946 г. – директиву № 1421 (дополнена 9 марта 1949 г.) о репатриации японского населения с Южного Сахалина и Курил и таким образом реализовал советско-американское соглашение по данному вопросу. На немедленной репатриации японцев, проживавших на Сахалине и Курилах, настаивало и вновь сформированное правительство Японии. Кстати, все репатриированные, в том числе и с Курильских островов, в обязательном порядке доставлялись на временный репатриационный пункт в Холмск (Маока), а оттуда уже отправлялись на американских морских судах в Японию.

К 23 июля 1949 г. репатриация с Курил (9149 человек) была завершена, за исключением двух человек с Итурупа и восьми человек с острова Танфильева, по собственной просьбе получивших советское гражданство.

С 1950-х гг. японское правительство развернуло кампанию по возвращению Курильских островов.

Под Южными Курилами японское правительство подразумевает два острова Большой Курильской гряды – Итуруп и Кунашир – и расположенную параллельно этим островам Малую Курильскую гряду, состоящую из острова Шикотан и группы островов Хабомаи. В Японии считают, что Курильский архипелаг (Тисима рэтто) заканчивается островом Уруп, а то, что в России называют Южными Курилами, вообще в Курилы не входит, а образует «северные территории» (Хоппо редо) Японии. Структуру «северных территорий» в Японии обозначают как «четыре острова» (енто), то есть Кунашир, Итуруп, Шикотан и Хабомаи, принимая для простоты в последнем случае группу островов за четвертый остров.

Я недаром сказал «правительство», поскольку различные политические партии Японии имеют куда более широкий спектр территориальных претензий к России. Речь идет и обо всех Курильских островах, и о Камчатке, и о Сахалине, и далее по списку.

Важную роль в вопросе возвращения «северных территорий» играют японские общественные организации, занимающиеся этой проблемой, основная часть которых находится на острове Хоккайдо.

Замечу, что спецификой региональной дифференциации общественного мнения Японии является высокий уровень антироссийских настроений на севере страны и более сдержанное отношение к наличию существующих проблем в японо-российских отношениях на юге. Соответственно жители Хоккайдо более негативно относятся к российскому населению и к России в целом по сравнению с жителями острова Кюсю. Негативное отношение к России на Хоккайдо получило широкое распространение за счет проживания на острове, особенно в городах Кусиро и Немуро, большого числа японцев, депортированных с Южного Сахалина и Курил после Второй мировой войны. При этом город Немуро является местным центром соответствующей идеологической обработки населения. В нем действуют Ассоциация бывших жителей острова Кунашир, Общество японцев – выходцев с «северных территорий», а с 2001 г. – «Общество за возврат северных территорий».

Среди других антироссийских общественных организаций Хоккайдо следует также выделить Ассоциацию по вопросу возврата северных территорий, «Объединенную японскую лигу за возвращение северных территорий», «Лигу бывших жителей островов», «Комитет по организации обменов с четырьмя северными островами», «Комиссию по развитию связей с северными островами префектуры Хоккайдо» и др.

Кроме того, в Японии действует Движение за возвращение северных территорий, насчитывающее более 70 млн сторонников. Это движение, формально выступающее за укрепление дружественных связей с российским народом, достаточно жестко отстаивает притязания Японии на Южные Курилы. Наряду с ним на территории Японии действуют «Всеяпонский совет по развитию связей с четырьмя северными островами», а также «Парламентская ассоциация за возвращение северных территорий и развитие связей с жителями четырех островов».

Основная деятельность этих организаций заключается в проведении информационно-пропагандистских мероприятий как в самой Японии, так и за ее пределами. Активизация их деятельности приходится на август – «месяц борьбы за северные территории», и 7 февраля, когда в Японии отмечается «день северных территорий».

Чтобы вызвать интерес и озабоченность у японских граждан к проблеме «северных территорий», общественные организации периодически проводят социологические опросы, уличные демонстрации, митинги и собрания, в ходе которых распространяют агитационные материалы, трактующие территориальный вопрос как проблему, ущемляющую суверенитет Японии. Также проводятся различные акции, которые направлены на привлечение к этой проблеме японских граждан, проживающих на всей территории Японии. Например, сбор подписей под петицией в японский парламент, призывающей правительство к жестким действиям для возвращения «северных территорий» (в 2000 г. 71 355 623 подписи).

В глобальной сети Интернет осуществляется рассылка электронных писем, публикуется агитационная информация на сайтах, посвященных этой проблеме. Штаб-квартиры организаций формируют делегации из своих членов, а также бывших жителей островов или их родственников и отправляют в турне по всей стране. Участники таких делегаций проводят семинары в учебных заведениях, в частности в средних и высших школах, в ходе которых ученикам преподносят искаженные исторические факты, касающиеся Курильских островов, тем самым навязывая японской молодежи идею «незаконной оккупации японской территории Советским Союзом». В целях получения поддержки мировой общественности подобные миссии отправляются и за пределы Японии. Члены организаций также публикуют в печатных и электронных мировых СМИ информационные материалы, трактующие территориальный спор между Россией и Японией как нарушение японского суверенитета. При этом информационную и экономическую поддержку этим организациям оказывает правительство Хоккайдо, а в некоторых случаях они действуют по его указанию[191].

В официальном правительственном документе «Белая книга по обороне Японии» за 1996 г. (которая имела многообещающий подзаголовок «К новой эпохе») «северные территории» обозначены весьма фривольно – севернее острова Итуруп, а «спорные территории» простираются до середины острова Сахалин и полуострова Камчатка. В одной же из разработок японского военного ведомства, опубликованном, в частности, в Интернете 13 января 2002 г., авторы оставляют за Россией один из островов Курильской гряды, расположенных непосредственно у южной оконечности полуострова Камчатка, очевидно, Шумшу, на котором в ходе освобождения Курил советскими войсками шли самые ожесточенные бои. Показательно то, что карта с фривольным обозначением границ опубликована в разделе «Миссия японских сил самообороны».

Опасность картографических фальсификаций заключается в том, что она активно используется для воспитания японской молодежи недружественных по отношению к России, реваншистских настроений. На обложке и на 26 из 66 страниц «Общественно-политического атласа Японии для начальной школы» и на 25 страницах из 150 «Нового географического атласа мира для старших классов японской средней школы», изданных в начале 1980-х гг., южные части исконно русских островов Сахалин и Курильской гряды изображены как спорные, а на некоторых картах – и как японские территории. На красочной настенной «Полной карте Японии» эти русские земли тоже обозначены как «спорные», а площадь Японии указана с учетом вхождения в Японию Южных Курил. Карта эта издана в апреле 1997 г. под эгидой японского министерства строительства. Правые же карты говорят о всех Курильских островах, Сахалине и Камчатке.

Увы, наши «демократы» доказывают народу, что де Южные Курилы русские используют экономически неэффективно, местное население бедствует, а японцы, мол, много заплатят за острова. Но сколько бы японцы ни заплатили, все эти деньги уйдут в бездонные карманы чиновников, как это было с огромным займом в 1992 г. Во всем мире и во все времена существовала практика, что если король не умеет должным образом управлять своими землями, то это не повод отдавать земли соседям, а повод предложить королю отречься, в случае же отказа устроить ему, как принято на Руси, «геморроидальные колики» или «апоплексический удар».

Сейчас правительство Японии говорит только о южных островах Курильской гряды, но это лишь «коготок», от которого «всей птичке пропасть».

Однако не так опасны прямые сторонники передачи Курильских островов Японии, как скрытая «пятая колонна». Вот, к примеру, три серьезные организации – Министерство обороны Российской Федерации (Институт военной истории, Военный университет), Российская академия наук (Институт Дальнего Востока), и Российская академия естественных наук (Секция военной истории и наук о войне) – выпустили солидную монографию В. П. Зимонина «Последний очаг Второй мировой» (М., 2002). Ситуация на Дальнем Востоке в 1930–1945 гг. и даже в последующие годы изложена в основном верно. Видимо, большая часть написана Зимониным и другими авторами еще до 1991 г. А затем идет «за упокой»: «На наш взгляд, дальнейшее сокращение или ликвидацию российских объектов на Южно-Курильских островах следует производить лишь по мере ослабления или полного исчезновения взаимных военных угроз. В перспективе может быть достигнута полная демилитаризация не только Южных Курил, но и всего Курильского архипелага, Хоккайдо и Сахалина»[192].

«Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!» Тут же рядом, на странице 482, Зимонин пишет: «Остров Хоккайдо, прилегающий непосредственно к данному району, все еще рассматривается военно-политическим руководством США и Японии как основной плацдарм для эскалации военных действий на Дальнем Востоке в случае военного конфликта с Россией. В связи с этим на нем дислоцирован более чем 50-тысячный контингент японских войск, включающий 3 пехотные и одну танковую дивизию и располагающий около 700 танками, 800 артиллерийскими и минометными системами, имеющий до 90 боевых самолетов и около 10 пусковых установок противокорабельных ракет. Построенный между островами Хоккайдо и Хонсю туннель позволяет быстро наращивать эту группировку (до 5 дивизий в сутки)».

Итак, японцы за сутки смогут без проблем перебросить 5 дивизий на Хоккайдо. А сколько недель, а скорее месяцев потребуется нашему Тихоокеанскому флоту, чтобы перебросить 5 дивизий на Курильские острова? Да и вообще, а есть ли сейчас в России 5 боеспособных дивизий?

Эдакая демилитаризация, по Зимонину, есть предательство интересов России на Дальнем Востоке. На мой взгляд, демилитаризация Курильских островов и Сахалина возможна лишь в ответ на демилитаризацию Гавайских островов и восточного побережья США.

Что же должна делать Россия? Увеличивать мощь своих вооруженных сил? Да, конечно, без этого нельзя. Но, увы, и к 2020 г. Российская Федерация не сможет иметь и половины мощи вооруженных сил СССР.

Как же при нынешнем соотношении сил Российской федерации и Японии защитить наши дальневосточные рубежи? Вспомним, как в 1920—1930-х гг. тысячи японских рыболовецких судов ловили рыбу в 1–3 км от берегов Камчатки, а затем без всякого разрешения высаживались на берег для разделки пойманной рыбы и т. п. А когда появлялся наш хиленький сторожевичок, между ним и японскими кунгасами проходил японский крейсер или эсминец, и наш СКР позорно удалялся.

А ведь у Российской Федерации есть оружие, которого нет у Японии – атомное. По непонятным причинам наши правители и пресса с 1991 г. дезинформируют наше население. В результате у российского обывателя сложилось мнение, что ядерное оружие – это боевые части межконтинентальных ракет и огромные бомбы в отсеках наших стратегических бомбардировщиков. Так это стратегическое оружие, то есть «оружие судного дня», как говорят на Западе.

А есть и тактическое ядерное оружие. Такими ядерными боеприпасами могут стрелять любые пушки и минометы калибра 152 мм и более, а также любые ракеты классов противолодочные, зенитные, «воздух – воздух», «воздух – земля» и т. д. В 1960-х гг. даже американские воздушно-десантные батальные имели свое мини-ядерное оружие – безоткатные пушки «Дэви Крокет». В 1960—1980-х гг. в США было создано несколько десятков планов ведения ограниченных (локальных) войн с применением тактического ядерного оружия.

В начале 1990-х гг. между СССР и США было заключено какое-то секретное соглашение об изъятии тактического ядерного оружия из боевых частей. Тем не менее международное право разрешает использовать тактическое ядерное оружие для защиты своей территории от агрессора.

Не пора ли нашей Госдуме законодательным путем определить порог применения тактического ядерного оружия и одновременно принять закон о посягательстве на территориальную неприкосновенность Российской Федерации, по которому любой государственный чиновник, включая президента, предавался бы суду даже за ведение переговоров о передаче иностранцам той или иной части Российской Федерации. Замечу, что аналогичные законы есть в западных странах, включая США. И в царской России даже попытка посягательства на территориальную целостность империи каралась смертной казнью через повешение.

Риторический вопрос: если само по себе ведение переговоров о передаче Курильских островов Японии будет запрещено законом Российской Федерации, а вторжение «сил самообороны» на оные острова неминуемо, опять же по закону, приведет к ударам тактическим ядерным оружием по портам и авиабазам агрессора, то не прекратится ли истерия «о возвращении северных территорий» сама собой?