какое русское сердце не вздрогнет при звуках этого пронзительно-величавого вальса!
Даже если мы не знаем, какому событию он посвящен и кто является автором, мы все равно душевно отзываемся на эти плавные звуки, в которых, не утихая уже много лет, звучит глубинная скорбь и гордость. Да, солдаты и офицеры Мокшанского пехотного полка, оставшиеся в живых, могли и скорбеть, и одновременно гордиться, вспоминая павших товарищей, с которыми они шли в знаменитый штыковой прорыв под Мукденом. Это был общий подвиг многих людей: под шквальным огнем, в полный рост – на врага! Впереди полка шел оркестр. И среди оркестрантов – капельмейстер Илья Шатров. Погиб трубач, упал, сраженный японской пулей, флейтист, но оркестр продолжал играть до конца сражения. Илье Шатрову улыбнулось неверное воинское счастье, и он остался в живых, был награжден за свой подвиг орденом Станислава, а семеро музыкантов получили Георгиевские кресты. Позднее, уже находясь на службе в лейб-гвардии Литовском полку, Илья Шатров сочинит свой знаменитый вальс «На сопках Маньчжурии», который звучит и по сей день, оставаясь своеобразным памятником той далекой войне.
А началась она, Русско-японская война, в условиях, очень невыгодных для России. Дальневосточные рубежи империи не были готовы к столь ожесточенным сражениям. Строительство Сибирской железной дороги еще не закончилось, только готовился к сдаче в эксплуатацию Кругобайкальский участок. А основные военные поставки шли из Центральной России, долго и в малых количествах. Только один пример. Через Байкал вагоны и паровозы перетаскивали зимой конной тягой. А эскадра военных кораблей, отправленная из Балтики на Тихий океан, совершала чуть ли не кругосветное путешествие, находясь под постоянным наблюдением англичан. Дело в том, что Америка и Англия, формально не участвуя в этой войне, фактически были на стороне Японии. Американский президент Рузвельт, не скрывая присущего ему цинизма, писал: «Я буду в высшей степени доволен победой Японии, ибо Япония ведет нашу игру…» Добавьте к этому вероломность самих японцев, они без объявления войны напали на русские корабли и лишь на четвертый день объявили о военных действиях. На Дальнем Востоке существовала широко разветвленная шпионская сеть, которая отслеживала все действия русского командования.
Просчеты эти сказались в дальнейшем самым трагическим образом. И, как всегда у нас водится, платить за них пришлось большой кровью солдат российской армии и моряков российского флота. Навечно вошел в народную память подвиг команды крейсера «Варяг», которым командовал блестящий морской офицер Всеволод Федорович Руднев. Принять бой с целой эскадрой противника – на это, согласитесь, способны немногие.
Любая война – это всегда испытание. Для страны и для ее народа. Россия встретила страшное известие с мужеством. После объявления высочайшего манифеста о войне с Японией началась мобилизация. Маленькие деревни и большие города огласились женским плачем. А скоро воинские эшелоны пошли на восток.
Сибирские города не были исключением. Здесь тоже говорили о войне, готовились к ней. Вот как об этом рассказывал летописец Иркутска: «В ночь на 30 января (1904 года. – М. Щ.) по городу расклеены объявления, которыми запасные приглашаются явиться на сборный пункт для получения призывных карт…» И далее он перечисляет самые разные события, произошедшие за месяц с небольшим, на которых уже лежал отпечаток военного времени:
«По инициативе учителей городских народных школ в соборе был отслужен молебен о даровании русским войскам победы…
18 апреля на Тихвинской площади архиепископом Тихоном отслужено напутственное молебствие по случаю отправления в Маньчжурию Иркутского полка… Полк был построен в четыре каре. От города поднесены полку хлеб-соль…
В Иркутскую золотосплавочную лабораторию поступило шлихтового золота на 12 000 рублей, пожертвованного верхне-удинским купцом Б. И. Золотаревым на усиление военного флота…
…Прибыл из Маньчжурии военно-санитарный поезд великой княгини Марии Павловны. В течение года поезд совершил 25 рейсов, пройдя 38 000 верст, перевезено около 9000 больных и раненых…»
Эти сообщения можно продолжать и продолжать. Вывод из них можно сделать один – подавляющая часть русского общества была исполнена патриотических чувств и делала все, что можно, для достижения победы. Но, увы, не все общество.
После серии военных неудач либералы и революционеры, в том числе РСДРП, развернули отчаянную пропаганду, цель которой они и не скрывали – поражение России в войне, а затем, подмяв ослабевшую государственную власть, осуществление революции. В одной из листовок Сибирского комитета РСДРП так и говорилось: «Дело революционного пролетариата – поддерживать всякое революционное и оппозиционное движение против самодержавной власти, поскольку это движение не противоречит его интересам».
Пожалуй, это был первый случай в российской истории, когда часть общества была за поражение в войне своей родной страны. Но, увы, не последний!
А солдаты и моряки флота, офицеры выполняли свой воинский долг на полях сражений. История Русско-японской войны изобилует множеством подвигов простых русских воинов, которые до конца оставались верными присяге и долгу. Их ратные дела остались в песнях и народной памяти.
Окончание Русско-японской войны ознаменовалось забастовками, в том числе и в Сибири, и даже вооруженными восстаниями. На русскую армию, еще истекавшую кровью, был обрушен невиданный вал клеветы, насмешек и просто злобы. Полковой священник отец Митрофан Сребрянский, проведший всю войну на передовой, духовно окормляя воинство, с горечью записывал в своем дневнике: «Служил я вчера всему отряду молебен по случаю заключения мира. Грустный был молебен. Не привыкла русская армия так встречать окончание войны. У многих в глазах были слезы. Никаких торжеств. Молча выслушали манифест и молча потом разошлись с площади, как будто после похорон. Ни музыки, ни кликов „ура“. Только я громче обыкновенного произнес многолетие христолюбивому воинству и с полным убеждением в правильности назвал его по-прежнему победоносным, так как и в эту войну русская армия была геройской… Да, даром опозорена армия, сражавшаяся в неимоверно неблагоприятных условиях».
К этим словам полкового священника, по сути, нечего добавить. Разве лишь одно: армия – это скрепа государства. И когда эту скрепу разрушают, разваливается само государство. В 1917 году так и произойдет.