вонко перекликались по сибирским просторам русские топоры. Великое обустройство жизни на новых землях не прекращалось теперь уже ни на один день. А из-за Камня все подходили и подходили новые люди: кто по государеву приказу, по службе, кто по вольной охотке, а кто и просто-напросто бежал тайком от тяжелой жизни, надеясь на новых землях обрести более счастливую судьбу.

А что же Кучум? Что же делал в это время бывший грозный властитель Сибири?

Обессиленный поражениями, стареющий и начинающий слепнуть, Кучум все дальше уходил в бескрайние просторы, изредка совершал набеги на русские поселения, но слабел – былая сила и былая слава уходили от него. В 1591 году князь Кольцов-Масальский вышел из Тобольска во главе ратных людей и неподалеку от реки Ишим, возле озера Чиликуль, навязал бой воинам Кучума. Схватка была скоротечной, и Кучуму пришлось спасаться бегством. А две его жены и сын попали в плен.

Осень стояла на дворе. Закат природы и закат человеческой, столь недолговечной славы. Можно только догадываться, какие думы владели старым Кучумом, когда смотрел он на падающие листья и на поникшие, начинающие жухнуть травы.

Но пройдет еще целых шесть лет, прежде чем отпишет он свою грамоту царским воеводам, в которой согласится на мир и попросит прислать к нему царских посланников для ведения переговоров. Были в той грамоте и совершенно удивительные слова, которые многое объясняют в характере и нраве этого властелина. «А Сибирь не яз отдал: сами естя взяли!» – писал Кучум. В ответной грамоте Кучуму за то, что он прекратит борьбу, были обещаны многие привилегии и даже давался щедрый посул оставить его царем Сибирским. Но для этого он должен был явиться пред государевы «пресветлыя очи».

Кучум не явился. Он оставался в своем прежнем положении и рыскал по сибирским просторам, как раненый волк. Нападал теперь не только на русские поселения, но и на стойбища мирных татар, наказывая их за то, что они стали «отступниками» и не хотят воевать с пришельцами.

Таким образом, он лишился поддержки и вынужден был уходить все дальше и дальше – в глубь Барабинской степи, где силой собирал дань с местных татар.

А конец был уже близок.

В 1598 году в Тобольске и в Таре было собрано семьсот русских служилых людей и еще триста татар. Это тысячное войско двинулось в конце лета в последний поход против Кучума. Настигли его в стойбище неподалеку от Оби, на территории нынешней Новосибирской области. Несмотря на отчаянное сопротивление, кучумовцы были разбиты наголову. Из всего войска спаслось не более пяти десятков человек, в том числе и сам Кучум. Слепой, глухой старик, «без всякого живота», он все-таки не сдался в плен своим противникам, а сумел на лодке выскользнуть из опасного места, спуститься вниз по Оби и скрыться. «И царь Кучум беже в ногаи и тамо убиен бысть от ногаи».

Так закончилась жизнь хана Кучума.

Но не закончилась она для членов его многочисленного семейства. В последнем бою в плен были взяты пять его сыновей, восемь цариц – жен Кучума, восемь царевен – дочерей Кучума, две невестки Кучума, два внука и две внучки. Все они были отправлены в Москву.

Когда пленники прибыли в Москву, изрядно поизносившись в долгой дороге, то Борис Годунов, увидев их, велел переодеть всех в богатое платье, сыновей Кучумовых именовал царевичами, а всех сибирских инородцев освободил от годового ясака.

В великой сибирской истории была перевернута еще одна страница.