Командир роты несколько дней вникал в обстановку. Однажды вечером его вызвал Ворон. Вернувшись из штаба, Князь позвал Анну в свою комнату.

– Утром у вас будет выход, собирайся. Задача простая, надо будет пройти по маршруту с «Ноля» и до «Тэшки». Ты опытный, знаешь, куда и как идти. Группу наберёшь сам.

Сборы на задачу стали уже привычным делом. Собрали в рюкзаки боекомплект, необходимую аппаратуру, воду, немного еды. Рано утром Анна, Клаус, Малыш, Байкал, Суба и Муха загрузились в «Тайфун», и Шрам довёз их до Степного. Там они пересели в «Аннушку». Ехали по асфальтовой дороге в сторону Сладкого. На развилке дорог водитель свернул налево, метров через пятьсот остановился и высадил их возле бетонного отверстия под дорогой.

– Вот вам и нулевая отметка. С Богом, ребята! – попрощался Варгас и развернул машину в сторону Степного.

Чтобы не светиться на дороге, разведчики забрались в бетонную трубу перекурить.

– Отсюда мы выходим в обычном порядке, с дистанцией двадцать метров в лесополосу «Дубки». Доберёмся до точки «Юрист», там находятся позиции дэнээровцев, потом определимся, как идти дальше, – поставил задачу Анна.

Пробирались по редкой, не имеющей подлеска лесопосадке. По сравнению с лесами изюмского направления, здесь было относительно чисто. Дубы находились друг от друга на расстоянии пяти – десяти метров. Не было поваленных взрывами деревьев, разбитой техники, ящиков от снарядов, не воняло разлагающимися трупами. Однако под ноги и по сторонам разведчики смотрели внимательно, остерегаясь растяжек и снайперов. Вскоре группа дошла до лесопосадки, перпендикулярной «Дубкам», на карте она была обозначена «Тэшка».

– В конце этой полосы подразделение дэнээровцев. Я и Малыш заходим на их позиции, остальные наблюдают со стороны, – предупредил негромко Анна.

Капитан и Малыш бесшумно спустились в траншею, поросшую по брустверу травой. На позиции ополченцев стояла тишина.

Анна громко кашлянул, давая о себе знать. Откинув плащ-палатку, из блиндажа выбрался высокий заспанный мужик в камуфляже, с автоматом и красной повязкой на рукаве.

– Вы кто такие? – спросил, хмуро разглядывая разведчиков.

– Мы спецназ, а вы кто? – усмехнувшись, спросил Анна.

– Передовой пост донецкого ополчения.

– Я вижу, что не вы охраняете ЛБС, а вас надо здесь охранять. Спать так будете, хохлы вас выкрадут.

– Не выкрадут, здесь всё вокруг заминировано, – возразил ополченец.

– Кто у вас старший?

– Ну я, – доставая сигареты, ответил мужик.

Анна подал знак своим, Клаус, Байкал, Суба и Муха запрыгнули в траншею. На позиции сразу стало тесно. При виде экипированного спецназа насмешливая улыбка исчезла с лица старшего.

– Твой позывной?

– Гром.

– Нам нужно дойти до перекрёстка, давай показывай дорогу.

– По тропинке не дойдёте, она заминирована.

– А через поле?

– Там тоже заминировано.

– Пойдём, покажешь мины. Ребята, вы пока оставайтесь здесь, – приказал Анна.

Они выбрались из траншеи. Вдоль поля, ближе к полосе шла поросшая травой колея, за ней колосилась пшеница по пояс.

– Гром, ты иди вперёд, я за тобой. Посмотрим, что там у вас за мины.

Недалеко от позиций, Гром развёл пшеницу руками, спросил:

– Растяжку видишь?

Анна опустился на колено. В колосьях была спрятана световая шашка и к ней протянут провод – запнёшься, и хохлы увидят красный сигнал, поймут, что на тропе кто-то есть.

– Давай дальше посмотрим, – поднимаясь с колен, предложил Анна. – Карта расположения растяжек и мин есть?

Гром отрицательно покачал головой:

– Ничего нет, тут сам чёрт ногу сломает. Там есть мины, которые ещё до нас ставили.

– Я чуть-чуть пройдусь, а ты стой тут, – приказал Анна.

Он прошёл вперед по колее, заглядывая в хлебные колосья. На поле было множество растяжек. В лесополосе заметил МОН-200, закреплённую в основании дерева, издали было не понять, управляемая эта мина или нет.

– Уходим, здесь и правда без бутылки не разберёшь.

Они вернулись на позицию ополченцев. Анна вышел по рации на Ворона:

– Товарищ полковник, мы дошли до «Тэшки», дальше всё вокруг заминировано, нужны сапёры.

– Хорошо, капитан, откатывайтесь. Отправим инженеров, пусть разбираются.

Группа вернулась к бетонному отверстию под дорогой. Анна вызвал по рации Варгаса, и тот увёз их на базу.

Для разведчиков угледарское направление было абсолютно новое, поэтому группы уходили в разведку каждый день. После Анны вышел на два дня на задачу лейтенант Бондаренко со своей группой. Они тоже попытались найти противника, вскрыть какие-то позиции, но безрезультатно. Однако затишье было недолгим.

Вскоре ротный вернулся от начальника разведки и сказал, что на их направлении будет масштабное наступление. Им поставили задачу вести разведку в момент наступления, вскрывать позиции противника.

Князь снова, как самого опытного, назначил на этот выход Анну. На этот раз группу разбавили немножко молодёжью. Наблюдательный пункт устроили на «нуле», возле моста, в бетонном отверстии. Ранним утром разведчики прошлись по маршруту, присмотрели позиции, дошли до «Тэшки» и пообщались с донецкими ребятами. Вечером откатились под мост.

Вскоре от Ворона поступила новая вводная. Сообщалось, что танки, скорее всего, пойдут по их дороге, возможно, туда полетит арта, и надо подготовиться.

Выслушав начальника разведки, Анна приказал:

– Копаем вдоль стенок подмостья с одной и другой стороны траншеи, глубиной сантиметров сорок, длиной в рост человека, чтобы можно было в них лечь в случае обстрела. Работаем по очереди: двое копают, двое отдыхают. Муха и Фара на наблюдательном посту.

Первыми принялись за работу Анна, Клаус, Суба и Байкал. Вечер стоял удушливо-жаркий. Вражеских коптеров вблизи не наблюдалось, поэтому броники и шлемы сняли. Вскоре боевые рубахи можно было выжимать.

– Пить хочу! – присев на корточки на дно траншеи, сипло произнёс Суба.

– Глотни немного. – Анна подал ему бутылку с водой.

Суба сделал два глотка и пустил бутылку по кругу. Воду экономили, поэтому пили понемногу, лишь бы горло смочить. К двенадцати ночи позиция была готова. Анна сменил на наблюдательном посту Муху, Клаус сменил Фару. Сидели, вслушиваясь в ночные звуки. Со стороны лесополосы «Дубки» раздались чьи-то голоса, хруст веток под ногами. Говорили на хорошем русском языке, без акцента.

– Стой! Кто идет? – приказал Анна, направив в сторону незнакомцев автомат.

Из-за деревьев вышли четыре человека с поднятыми руками.

– Свои мы! – громко ответил кто-то из них и назвал пароль. – Мы инженеры, разминировали дорогу на «Тэшке».

Голос показался Анне знакомым.

– Тимур, это ты, что ли?

– Я. Здорово, тёзка! – ответил тот, подходя ближе к мосту.

Они дружески обнялись, похлопывая друг друга по спине.

– Присаживайтесь, – доставая из кармана сигареты, предложил Анна.

– Дорога от «Тэшки» была вся напичкана минами, – прикуривая от зажигалки капитана и выпуская в небо струю дыма, сказал инженер.

– Возможно, через нас пойдут танки. Вы взрыватели повытаскивали?

– Всё сделали и в сторону откидали.

– Главное, чтобы наши не подорвались.

– Не подорвутся, не переживай, – погасив окурок берцем, ответил Тимур. – Мы пошли, а то ещё начальству докладывать надо.

Анна отдежурил свою смену, завалился в вырытую им траншею и моментально вырубился, как будто закрыл глаза – открыл, а уже шесть утра и гремит артиллерийская канонада.

– Муха, поднимай «птичку», – приказал он.

Артподготовка шла часа полтора. Всё это время они вели воздушную разведку, засекая огневые точки противника. Едва орудия замолчали, как раздался треск рации, на связь вышел Ворон.

– На приёме, – ответил Анна.

– Капитан, в вашем направлении идёт рота пехоты. Они будут проходить через «Дубки» в сторону «Тэшки». Их нужно встретить и сопроводить.

– Байкал и Малыш, со стороны Степного идет рота пехоты, вам надо её встретить и проводить до «Дубков».

Ребята скинули броники, каски, взяли из оружия только пистолеты, и двинулись по дороге в сторону Степного.

Со стороны наблюдательного пункта подошёл Муха с коптером в руках, на вопросительный взгляд Анны сказал:

– Я «Мавик» приземлил, у него батарейки разрядились.

– Запасные в кармашке моего рюкзака, возьми и перезаряди. Коптер скоро понадобится, – велел Анна и, повернувшись к бойцам, позвал: – Клаус, Суба, Фара, двигайте сюда. Смотрите, – показал он на планшете, – с точки «ноль» мы уходим по лесополосе на север, а наступление будет идти на юг, в сторону лесополос «Селёдка» и «Таймень».

Вдруг затрещала рация и раздался злой голос Байкала:

– Анна, командир роты говорит, что с ними должна идти группа спецназа. Я им объясняю, что такой задачи у нас не было, говорю, что нам приказали их встретить, довести до лесополосы «Дубки», и дальше они самостоятельно выходят на «Тэшку». Но они отказываются идти без нас.

– Не спорь с ними, Байкал, возвращайся. Пусть Ворон решает, куда и с кем будет двигаться пехота, – отдал команду капитан и доложил начальнику разведки о строптивом ротном. Ворон выслушал его и буркнул в рацию:

– Подожди!

Он уговаривал командира пехоты минут сорок, наконец рота двинулась в нужном направлении. Ворон переключил рацию на Анну и приказал:

– Всё, с пехотой разобрался, занимайтесь по своему плану.

Группа вела наблюдение не более часа. Вскоре начальник разведки снова вышел на Анну:

– Капитан, по проверенным разведданным, севернее вас находится опорный пункт противника. Вам нужно выдвинуться вдоль асфальтовой дороги и штурмануть его. Координаты передаю.

Анна вбил в планшет координаты, они показали чистое поле, где стояло одно дерево. Он запросил уточнение.

– Что ты мне задаёшь тупые вопросы? Я информацию передал, штурмуйте! – возмутился Ворон.

– Муха, поднимай «птицу» и вылетай вот в эту точку, отсними видеоматериал, – велел Анна.

Вскоре коптер передал видео, на котором было чистое поле с одиноким деревом, под которым ничего не было.

Анна снова вышел по рации на Ворона и доложил:

– В данную указанную точку я не пойду и группу не поведу, потому что координаты абсолютно неверные, и там никого и ничего нет.

Начальник разведки разразился гневной тирадой, обвинив капитана, чуть ли не в предательстве Родины. Спор длился долго. Анна в качестве доказательства отправил видео с коптера, Ворон напирал на то, что разведданные у него точные. Во время спора к наблюдательному пункту вернулась рота пехотинцев, которую сопровождали до Дубков Байкал и Малыш. К Анне подошёл невысокий, широкий в плечах капитан, хмуро произнёс:

– Мы дальше не пойдём, старший ополченцев сказал, что там всё заминировано.

– Вчера вечером все мины инженеры сняли, можете идти смело. – Медленно закипая от гнева, Анна навис над ротным, сверкая потемневшими глазами.

– Зачем им врать? Они тут давно находятся и обстановку знают, – сварливо ответил капитан.

– Я тебе не нянька! Выходи на начальника разведки и сам выясняй у него обстановку. У меня другая задача, – резко ответил Анна и пошёл к своим бойцам. Издалека он видел, как капитан с раскрасневшимся лицом что-то доказывал Ворону. В итоге тот психанул и вышел на Анну.

– Оставляйте эту роту, пусть дальше занимаются сами, а вы начинайте поддерживать наступающий батальон.

Анна слышал по радиостанции голос Тайги, тот докладывал обстановку Ворону. Анна понял, что батальон разведки шёл «открывашками» – то есть заходили на позиции противника самыми первыми и находились сейчас под плотным огнём противника. Ворон поменял задачу группе Анны: приказал ему с двумя бойцами из 14-й бригады спецназа выдвинуться к третьему штурмовому батальону, найти комбата и помочь ему провести разведку в направлении наступления. Анна приказал Клаусу, Малышу, Байкалу и Мухе, оставаться на наблюдательном пункте и продолжать вести разведку. С бойцами спецназа и Субой группа Анны рывком выбралась на поле и побежала к лесополосе. Артиллерия ВСУ непрерывно обстреливала район наступления. Они уже забегали в кусты, когда сзади них разрывы снарядов начали рвать на куски землю. Разведчики засели за деревьями, чтобы перевести дух от бешеного бега. Прилёты украинской арты начали приближаться к центру поля.

– Уходим, – приказал капитан.

Соблюдая дистанцию, они двинулись по тропе в сторону указанной точки, привычно осматривая все вокруг. В дороге Анна услышал по рации, что Тайга ранен, но из-за помех не понял, насколько тяжело и куда. Шли, казалось, долго, пока не наткнулись на достаточно большую группу нашей пехоты с белыми опознавательными повязками. Из толпы навстречу им вышел офицер, протянув руку для приветствия, произнёс:

– Командир батальона Аякс. Это вас Ворон отправил на подмогу?

– Командир группы спецназа Анна, – пожав в ответ его ладонь, представился капитан.

– Ребята, мне нужны от вас глаза. «Птицы» есть?

– Есть, – Анна достал из рюкзака дрон.

– Наступление идёт с севера на юг. Мне нужно понять, куда мои ребята идут и что их там ожидает.

– Я слышал по рации, Тайга трёхсотый?

– Я мало что знаю, – пожал плечами Аякс. – Но по радиостанции он говорил, что ранение лёгкое. Сказал: «Выйду, зашьюсь и через два часа буду на месте». Позже узнал, что так и было. Он вышел, медики его зашили, и он тут же вернулся обратно на позиции, где были его ребята.

– Узнаю Тайгу, – сверкнул белозубой улыбкой на сером от пыли лице Анна. – Где у вас тут место поспокойнее? Чтобы «птичку» незаметно поднять?

– Вон в той лесопосадке есть траншея и блиндаж, – показал рукой Аякс.

От расположения батальона, до лесополосы было около километра через поле. И снова рывок через открытое пространство, бежали, задыхаясь от сухой пыли, тяжёлые рюкзаки оттягивали плечи, в руках автоматы. К счастью, дроны не кружили над ними, и противник их не заметил. Место оказалось на самом деле удобным. Анна достал из рюкзака пауэрбанки, подключил к ним разряженные батарейки «Мавика».

– Суба и ребята, наблюдаете за небом и подступами к траншее, а я на «птичке», – приказал капитан.

«Мавик» взлетел, Анна повёл его в сторону украинских опорников, используя в качестве ориентира несколько хорошо видных с высоты лесопосадок. Он выявлял точки, с которых работали миномёты, ствольная артиллерия, АГС, танки. Наблюдал за действиями противника, передавал эти данные по рации Аяксу. Хохляцкая артиллерия с перерывами била по их позиции. Во время обстрела разведчики прятались в блиндаже, потом снова выбирались на открытое место, и Анна снова отправлял свою «птичку» в полёт.

Шли вторые сутки с того момента, когда они выехали из Степного. Передвигаясь по лесополосам и полям, они прошли километров сто. Непреодолимая усталость давила на плечи, дурманила голову. Анна сидел на бруствере спиной к противнику, прыгать вниз не было никакого желания.

Неожиданно Суба сдёрнул его за ноги на дно траншеи.

– Ты что творишь? – сердито спросил Анна, поднимаясь с земли.

– Не слышал, что мимо тебя пули летят? – изумлённо спросил тот.

– Нет, – глянув красными от напряжения глазами, хмуро ответил Анна.

Их работа закончилась к вечеру, когда красное от дыма пожаров солнце коснулось макушек деревьев. Сначала на них вышел по рации комбат и поблагодарил за помощь:

– Спасибо, капитан! Парни мои задачу выполнили, зашли на указанные опорники, закрепились там.

А потом пришло сообщение от Ворона, что у них замена и надо выкатываться на точку.

– Всё, отработали, выходим, – закончив разговор с начальником разведки, приказал капитан.

Неожиданно один из спецназовцев предложил:

– Давайте посидим пять минут, подождём, вдруг откуда-то прилетит.

Все четверо присели, прислонившись к стене траншеи. Минуты через три в район лесополосы упало четыре мины.

– Ну всё, пошли, – устало поднимаясь, приказал Анна и добавил: – Я, честно, не побегу, так устал, что пусть будет, что будет.

Группа двинулась через поле, брели, внимательно осматривая всё, что лежало под ногами. Сумерки – самое неприятное время, когда вроде свет ещё есть, а ничего не видно.

Прошли метров четыреста, и Анна боковым зрением заметил, как в начале поля раскрывается фейерверк. Одна, две, три – вспышки быстро приближались к ним.

– Фосфор, бежим! – выкрикнул Суба и ринулся к лесополосе.

Несмотря на безмерную усталость, из последних сил они пробежали поле, спасаясь от страшного сияния. Разведчики знали, в каких муках умирали люди, прожжённые насквозь таким фейерверком.

Когда добрались до точки, там уже разгрузилась группа Бонда, и Варгас поджидал группу Анны. Тимур перекинулся парой фраз со Славой Бондаревым и запрыгнул в кабину «Аннушки». Поздним вечером они приехали на базу в Степной.

Усталость была настолько сильной, что Анна зашёл в дом, встал на колени на расстеленный под окном матрас и упал на него во весь свой немалый рост. Утром его разбудил Байкал:

– Командир, вставай! За нами Саня Шрам приехал на «Тайфуне».

Группа Анны быстро скидала все свои вещи и отправилась в Еленовку, в пункт временной дислокации.