Старшему оперуполномоченному уголовного розыска капитану Роману Леонидовичу Дорогину нравилось работать со старшим следователем майором Верой Ивановной Грозновой. Хотя это нравилось далеко не всем. Вроде бы нормальная тетка, говорили коллеги, перед начальниками шею не гнет, с операми уважительная, без подстав, с пониманием, но… какая-то заковыристая. Вроде ведет себя просто, а все время в напряжении: что выкинет да как вывернет. Там, где, казалось бы, водная гладь, она подводные камни ищет, где, напротив, эти самые камни из воды торчат, мимо проходит. С тем, на кого надо нажать, пушистую кошечку изображает, а тому, кто сам белый и пушистый, когти показывает. Однако надо признать: дела ей скидывают сложные, а висяков у нее мало.

Дорогину же следователь Грознова понравилась сразу, три года назад, – с ходу в одну сторону посмотрели, на одну дорогу ступили и зашагали дружно без всякого навигатора. Работали они вместе довольно часто (буквально недавно раскрыли убийство известного московского драматурга), и поначалу некоторые шептались: уж не роман ли у них? Но нет, никакого такого интереса они друг к другу не испытывали, но большими приятелями стали.

Вчера они созванивались несколько раз, Роман ценил, что Вера всегда старалась держать в курсе нового расследования до малейших подробностей, таким образом совершенно искренне подчеркивая, что он – напарник, а не мальчик на побегушках у следователя.

Последний раз Вера позвонила часов в девять вечера:

– Рома, ты дома?

– Дома.

– А я только с работы вышла, да еще надо собраться к завтрашнему. У меня к тебе просьба: поищи, есть ли у кураевского спорткомплекса сайт. Ну сейчас же у всех сайты. И посмотри: есть ли там фотография Марычева и есть ли на шее Марычева цепочка, увесистая такая? Не хочу по этому поводу сейчас Морковина дергать, он где-то на дне рождения, а к дежурному из его отдела обращаться тоже не хочу. Ты же знаешь, я люблю, чтобы все в одних руках было, так надежнее. Спасибо тебе заранее.

– Посмотрю, конечно, – пообещал Роман.

Вот за что, ко всему прочему, опер Дорогин ценил следователя Грознову, так это за способность просить и благодарить, когда вполне можно было отдавать распоряжения и воспринимать их выполнение как само собой разумеющееся. И – да, он знал: для нее очень важны личные отношения, работать она предпочитает с теми, к кому хорошо относится и полностью доверяет. Как однажды весьма зло сказал один из коллег Романа: у этой Грозновой чисто бабский подход – компашку из любимчиков все старается сколотить. Ни для кого не было секретом, что Вера вышибла коллегу Дорогина из оперативно-следственной группы за пофигизм и грубость. Причем сделала это весьма беспощадно, чего от нее никто не ожидал. И это стало еще одной из причин, почему кое-кто предпочитал не связываться со следователем Грозновой.

Сайт у спорткомплекса действительно имелся, причем вполне приличный: без наворотов, но весьма информативный и удобный. Здесь содержались разделы, посвященные направлениям деятельности комплекса, а начиналось все с бассейна и тренажерного зала, что вызвало у Романа улыбку понимания: еще бы, ведь именно они прежде всего работали на коммерческой основе. В разделе «Тренажерный зал» под заголовком «Тренеры» размещались три фотографии в портретном формате, но по пояс, явно для демонстрации привлекательных торсов. В середине – женский портрет, по бокам – мужские, под всеми – подписи. Наименее выигрышно смотрелся А.А. Лапин, мужик лет сорока пяти с белесыми жидкими волосами и безликим лицом. Девушка посредине, Н.А. Кайгородова, была довольно симпатичная, с темными глазами, почти черными гладкими волосами, собранными, похоже, в конский хвост, и короткой прямой челкой. Ну а самым первым располагался портрет весьма красивого брюнета с синими глазами – В.С. Марычев. Выглядел он, конечно, куда привлекательнее, нежели на фото, сделанном на месте преступления. Однако никакой цепочки у него на шее не было. Как не было ее и на фотографиях, где тренеры, в том числе Марычев, демонстрировали различные варианты занятий в тренажерном зале. На эту информацию Вера отреагировала без особой печали:

– Если цепь была, я думаю, найдется, кто ее видел. Морковин прошерстит интернет, соцсети, возможно, что-то обнаружит.

– Марычев мог просто не носить ее на работу, – предположил Роман.

– Однако если ее сорвали с шеи, то именно тогда, когда Виктор находился в тренажерном зале. Ну ладно, утро вечера мудренее.

* * *

В Кураевск выехали в семь утра. Последним загружался Гаврилин, который, засунув в багажник машины Следственного управления два контейнера для вещдоков, уселся на заднее сиденье, прижал к груди свой криминалистический чемодан, положил на него голову и сообщил:

– Буду спать. Я вчера уже ночью закончил работать, и впереди непонятно чего ждать.

– Мы тебя не потревожим, – обернулась с переднего сиденья Вера, но Паша ее не услышал. Он спал.

Роман беззвучно хмыкнул. Его всегда удивляла способность Гаврилина мгновенно отключаться и так же включаться в нужный момент.

Начало Кураевского района (о котором говорили как об очень зеленом и красивом) Роман обнаружил не только по информационному стенду на обочине, но прежде всего потому, что справа от трассы вдруг стеной поднялся лиственно-хвойный лес. И до того вдоль дороги росли деревья и кустарники, но они были более блеклыми и жидкими, а тут разом возник густой лесной массив, уходивший вглубь на недосягаемое глазу расстояние и расцвеченный зелеными, бурыми, красными, желтыми красками. Красиво…

– Здесь и река с озерами, и грибы с ягодами, и охота с рыбалкой, – подал голос до сих пор молчавший водитель. – Я эти места хорошо знаю, у меня приятель здесь живет.

В сам Кураевск въехали, словно нырнули в аллею, обсаженную с двух сторон живой изгородью. Хорошо знающий места водитель без навигатора подкатил к площади, на которой стояло большое трехэтажное здание с надписью «Спортивный комплекс». Справа от него находилось двухэтажное здание с несколькими невыразительными вывесками, а слева – точно такое же здание с белыми буквами на синем: «Полиция».

На крыльце спорткомплекса Роман увидел сержанта, который охранял вход в здание, сидя на складном стульчике, а у входа в полицию – о чем-то беседующих двух лейтенантов. Машина остановилась, и почти тут же на пороге появился коренастый полковник в явно наспех наброшенной на плечи куртке. У него была фигура борца, массивное лицо и жесткий ежик полуседых волос. Лейтенанты мгновенно замолчали и подтянулись, однако полковник, не обратив на них внимания, быстрым шагом направился к машине, явно намереваясь открыть дверь даме. Но дама опередила, выскользнув из салона и протянув руку со словами:

– Олег Павлович Добрецов? Здравствуйте. Я – старший следователь майор Вера Ивановна Грознова.

Начальник РОВД осторожно тряхнул Верину ладонь.

– Старший оперуполномоченный уголовного розыска облУВД капитан Дорогин, – представился Роман.

– Ну а нашего криминалиста из судебно-экспертного центра Павла Ильича Гаврилина вы, вероятно, уже знаете, – сказала Вера.

– Вчера познакомились, – отозвался полковник и добавил, обращаясь сразу ко всем: – Очень приятно.

Хотя было понятно, что ничего приятного он не видит. Не конкретно в данных людях, конечно, а исключительно в данной ситуации. Против этих троих он ничего не имел. По крайней мере, пока.

– Что ж вы на подъезде не позвонили? Хорошо, я вас из окна увидел. Где ваши вещи? Луцко! Петров! – обернулся Добрецов к продолжавшим топтаться лейтенантам. – Берите из машины вещи – и ко мне в кабинет!

– В багажнике два контейнера, осторожно с ними, – предупредил Гаврилин, не выпуская из рук свой чемодан.

– Насчет водителя не беспокойтесь, о нем позаботятся, автомобиль к нам во двор загоним. И все вам обеспечим.

– Спасибо за любезность, – улыбнулась Вера.

Добрецов бросил на нее быстрый удивленный взгляд. Роман мысленно ухмыльнулся: следователь Грознова в своем репертуаре, но этот репертуар явно озадачил полицейского полковника.

Кабинет начальника РОВД был похож на многие подобные кабинеты – то есть отдавал очевидной казенщиной.

– Прошу, располагайтесь. – Полковник указал на небольшой, явно рассчитанный на совещания в узком кругу, стол для заседаний. – А вы подождите в коридоре, – кивнул лейтенантам, один из которых принес контейнеры, а другой – дорожные сумки. – Я предлагаю для начала вам, – обратился он к Вере и Роману, – заселиться в наш гостевой дом, это у нас маленькая гостиничка… ну так… для своих… А вы, Павел Ильич, я так понимаю, снова в город уедете?

– Совершенно верно, – подтвердил Гаврилин.

– Ну и вот, и позавтракать не мешает, все-таки с дороги… У нас в гостевом доме главная Зоя Юрьевна Каблукова, отличная хозяйка и готовит очень вкусно.

– Мы сейчас в гостиницу не поедем, но, если можно, пусть туда отправят наши вещи, – сказала Вера.

– А я бы от кофе не отказался. У вас есть кофе? – спросил Гаврилин.

– А как же! У нас отличная кофемашина, в прошлом году на День полиции подарили, – не без гордости заявил Добрецов. – Но если вы не хотите ехать на завтрак, то Зоя Юрьевна и это предусмотрела. – Полковник распахнул дверь и крикнул: – Луцко! Петров! Сюда ко мне Сидорчука и Людмилу! А вы в гостевой дом, Каблуковой вещи передадите, скажите, что заселятся позже.

– Только контейнеры оставьте! – крикнул вслед Гаврилин.

– Значит, Зоя Юрьевна на всякий случай кое-что передала. Сейчас… – Полковник выжидательно уставился на дверь, которая буквально через полминуты распахнулась, и на пороге появились молодой светловолосый капитан и миловидная девушка с погонами старшего лейтенанта. – Людмила, собирай на стол. А ты, Артем, давай сюда. Знакомьтесь, капитан Сидорчук, – представил Добрецов. – Он в этом деле с самого начала. Поступает в ваше распоряжение. Вы у нас впервые, а Артем все ходы-выходы знает. Так что будет оказывать всестороннее содействие.

– Так точно! – отозвался капитан.

– Ну коли вы нас решили накормить завтраком, может, подскажете, где у вас тут руки помыть? – поинтересовалась Вера.

– Да-да, – поддержали Дорогин с Гаврилиным.

– Я провожу, – вызвался Сидорчук. – И… – он покосился на Грознову, – женский туалет рядом…

– Отлично, – отреагировала Вера.

… – А туалет вполне приличный… чистенький, – оценил Паша, выдавливая из бутылки жидкое мыло.

– Ну так не глухая же деревня, где сортир деревянный за огородами, – сказал Роман, тщательно смывая мыло водой.

Гаврилин покосился на дверь, за которой деликатно остался провожатый, и, приблизившись к уху Дорогина, прошептал:

– Чует мое сердце, этот парень будет вам усердно помогать, но еще усерднее докладывать о каждом вашем вздохе начальству.

Роман кивнул. Именно об этом он подумал с самого начала. Хотя и без особой тревоги.

В кабинет начальника РОВД вернулись одновременно с Верой, причем к практически полностью накрытому столу. Белоснежная скатерть, расстеленная на столе заседаний, белоснежные, с тонкой золотистой каемкой чашки, тарелки и блюда с нарезками сырокопченой колбасы и твердого сыра, а также горячими пирожками. Совершенно очевидно, и скатерть, и сервизная посуда, и еда были подготовлены предусмотрительной Зоей Юрьевной.

Людмила, выполнив обязанности официантки, удалилась, а Сидорчука Добрецов придержал со словами: «Садись давай, тоже подкрепись», что вполне укладывалось в представление о роли капитана как человека, в данном случае находящегося на особом доверии у начальства. Впрочем, ничего такого-эдакого Роман в этом не усмотрел. Вполне расхожая ситуация, когда местные вынуждены иметь дело с чужаками, да еще и присланными сверху.

Кофе из кофемашины оказался вполне приличным, а пирожки и вовсе восхитительными. «Если нас и дальше будут так кормить, – подумал Роман, – то можно считать, мы не убийцу ищем, а гурманством занимаемся».

Минут через тридцать голос подал Гаврилин:

– Мне бы тренеров Лапина и Кайгородову сюда доставить, отпечатки пальцев надо снять.

– И переговорить с ними тоже надо, – кивнула Вера Дорогину.

– Организуем. А осматривать квартиру Марычева когда будете? – спросил полковник. – Я возле дома на всякий случай дежурного поставил.

– Чуть позже. Я прочитала вчерашний протокол следователя из межрайонного отдела, но хотела бы кое-что уточнить у охранников и директора спорткомплекса.

– Организуем, – повторил Добрецов. – Охранники на другом конце райцентра живут, пошлю за ними машину. Я их предупредил, чтобы никуда не отлучались и были на связи. А Возницын здесь недалеко живет и тоже ждет моего звонка.

– Прекрасно, – отреагировала Вера. – А какое-то помещение для работы выделите?

– Уже подготовил. Сейчас покажу комнату. А вас, – Добрецов кивнул Дорогину с Гаврилиным, – проводит Сидорчук. И останется в вашем распоряжении.