Про книгу «В начале войны», интернет-портал «Мир истории» поместил заметку: «В московском Доме книги на Новом Арбате представили читателям существенно обновленную книгу воспоминаний одного из крупнейших военачальников Великой Отечественной Маршала Советского Союза Андрея Ивановича Еременко, посвященную полным драматизма событиям начального периода кровавого противостояния на Западном, Брянском и Северо-Западном фронте.
Впервые воспоминания А.И. Еременко увидели свет в 1964 году. С тех пор много воды утекло, и у нас появилась возможность познакомиться с книгой в том виде, как ее задумал автор, без сделанных в свое время по идеологическим соображениям изъятий. Воспоминания генерала, командовавшего в начале войны крупнейшими войсковыми группировками на самых сложных направлениях, тем более интересны, что и по сей день вокруг интерпретации событий лета – осени 1941 года разворачиваются нешуточные страсти и остается множество вопросов, по которым военные специалисты и профессиональные историки не могут прийти к общему знаменателю. Мнение непосредственного участника тяжелых оборонительных сражений об их характере, причинах наших неудач, характеристики главных действующих лиц, да и просто живые картины войны – слагаемые, делающие книгу интересной не только для специалистов, но и для самого широкого круга читателей».
На презентацию книги пришли ветераны, историки, журналисты. По мнению выступавших, каждое слово выверено. Поражает забота о людях, отзывы автора о Лукине, о Городнянском, Крейзере и других, его переживание гибели Петрова, командующего 50-й армией, Героя Советского Союза, Героя Испании. За успехи, которые достигла под Борисовом бригада Крейзера – московская моторизированная дивизия – отец смело представил его к Герою Советского Союза.
Историк вооруженных сил А.В. Ярошенко подчеркнул, что на Западном фронте оттачивался тот самый характер полководца Еременко, когда он стал мастером оборонительного боя, потому что лучше, чем он, никто в Красной армии оборонительный бой вести не мог. Именно на постоянном контрударе держать немцев, постоянно сковывать, заставлять их разворачиваться, сворачиваться, держать в напряжении, не давать им маневрировать резервами, постоянно бить по флангам, обязательно давать им такие направления, как будто его войска гораздо шире находятся, как будто их много. Этот момент Андрей Иванович очень четко уловил, поэтому ему удавалось избежать больших окружений. После неудачного удара на Орел, когда Еременко не создал группировки, которая должна была отсечь левофланговый прорыв немцев, он уже больше не допускал таких проколов. Ему этого оказалось достаточно. Мало было организовать, надо было, чтобы солдат поверил в свое оружие, чтобы солдат поверил своему командиру. Ведь командирам не верили, видя тот павловский бардак, беспредел. Нужно было это переломить.
А.И. Еременко работает над книгой. Москва. 1960-е годы
Мне особенно запомнились слова, сказанные другом нашей семьи подполковником в отставке Александром Андреевичем Сидоренко (к.ф.н., политолог, обществовед, доцент, логик). Он читал все папины книги, читал также и дневники, и заметки, и пометки, которые не вошли в издание, так что представление о личности маршала у него сложилось достаточно четкое. В своем выступлении он вкратце выделил такую мысль: «Еще лет 15 назад в эпоху холодной войны у нас существовали две точки зрения на Вторую мировую войну: наши советские военные историки так изображали ВОВ, что она затеняла весь процесс Второй мировой войны. Аналогичная ситуация происходили и на Западе. Один из крупнейших западных военных историков Лидл Гарт написал 800-страничную книгу, в которой ВОВ было посвящено 48 страниц! Но время идет, и я, как обществовед, все явственнее чувствую (и не только я, естественно) проявление объективной тенденции всемирной интеграции мирового сообщества народов в единую планетарную социальную систему человечества. Этот процесс идет очень тяжело, с отставаниями, с погрешностями, с оплошностями, как угодно, но он идет. И когда мы уже живем в XXI веке и оглядываемся назад в XX век, то мы там видим не Великую Отечественную войну только, мы там видим Вторую мировую войну – событие мировой истории. И сидящие здесь ветераны, это не только ветераны ВОВ, это ветераны и герои Второй мировой войны, т. е. грандиозного события всего общечеловеческого мирового процесса.
Когда мы сегодня говорим о книге Андрея Ивановича Еременко, советского военачальника, и приводим в предыдущих выступлениях слова Василевского о том, что Еременко был величайший оперативник, я бы хотел добавить. Безусловно, оперативное искусство было подвластно Андрею Ивановичу. Но дело в том, что стратегический замысел Гитлера предполагал три месяца на войну с Советским Союзом, а Еременко в качестве командующего Западным фронтом (и хотя он потом стал заместителем Тимошенко, но это уже было Западное направление, а не Западный фронт, поэтому Андрей Иванович фактически оставался командующим войсками Западного фронта) под Смоленском задержал наступление гитлеровских войск, которые по стратегическому плану “блицкрига” шли на Москву. Причем не просто задержал, а остановил на два месяца при страшном разброде и шатании, при нарушении всей управленческой структуры, при дезорганизованности в снабжении войск, при дефиците боеприпасов и т. д. и т. п. Поэтому его действия носили стратегический характер, потому что Еременко срывал стратегический замысел противника. Это вторая мысль помимо той, которую я высказал чуть выше. А если их объединить, то я хотел бы заключить, что генерал Еременко, тогда генерал, впоследствии Маршал, генерал Еременко был военачальник высочайшего уровня и стратегического, и оперативного, и тактического. И в этом смысле он представляет достояние не только нашего советского прошлого, он представляет собой достояние всей мировой истории. И о нем нужно говорить как об одном из величайших полководцев Второй мировой войны, а не только Отечественной войны».