В ходе последней кампании России в ходе Первой мировой войны русская авиация, несмотря ни на какие негативные обстоятельства морально-организационного характера, добилась впечатляющих боевых успехов.
В летнем наступлении действия 4-х армий Юго-Западного фронта поддерживали 225 самолетов в составе 36 различных отрядов (2 из состава Эскадры воздушных кораблей, 6 армейских, 15 корпусных, 11 истребительных и 4 артиллерийских)[68]. Особое место среди них занимала 2-я боевая авиационная группа (3, 7 и 8-й корпусные авиаотряды) – средство завоевания господства в воздухе.
Почти все отряды были вооружены машинами различных типов. Самолеты имели большие налет и степень износа. Хотя авиационная группировка противника по численности была равна русской (226 самолетов в 37 отрядах), она имела качественное превосходство, выраженное в наличии более современных самолетов.
Особое значение в предстоящей операции имели аэрофотосъемка окопов и артиллерийских позиций противника, корректирование огня батарей и результатов их стрельбы, разведка. Истребительная авиация в составе двух истребительных отрядов и 2-й боевой авиационной группы прикрывала действия разведчиков и корректировщиков, параллельно осуществляя глубокую разведку тыла противника.
Полученные разведчиками фотоснимки обрабатывались в отрядах и уже через 3 часа рассылались в корпуса. Авиационные разведчики 8-й армии, несмотря на трудности полетов в горах, сработали особенно эффективно. Тактический тыл противника перестал быть загадкой для русского командования. Самые незначительные перемещения фиксировались русскими летчиками, и командование было в курсе даже намерений противника. Главным тормозом разведки, в особенности дальней, был недостаток хороших самолетов.
Русская тяжелая артиллерия была объединена в группы, и в распоряжение начальников групп назначены самолеты-корректировщики. Так, авиационные артиллерийские отряды 7-й армии обслуживали 36 артиллерийских батарей. Тремя артиллерийскими отрядами 7-й армии за 10 дней было пристреляно 50 целей.
Для бесперебойного и своевременного обслуживания авиацией артиллерийских батарей фронта в районе г. Станиславов был организован центральный аэродром для корректировщиков. Он имел прямую связь с инспектором артиллерии фронта. Используя радиосвязь, летчики-корректировщики и летчики-наблюдатели оценивали эффективность работы артиллерии и информировали командование о подходе резервов противника. Особо важное значение имело управление огнем группы тяжелой артиллерии из 60 орудий – она вела контрбатарейную борьбу.
Корректировка была осуществлена настолько успешно, что двухдневный огонь русской артиллерии полностью подавил артиллерию противника и, перепахав его линию обороны, уничтожил огневые точки на передовой. Пленные германцы, многие из которых побывали на Французском фронте, сообщали, что русский огонь был не только таким же мощным, как на Западе, но и более метким.
Активно действовали истребители. Они осуществляли сопровождение, дежурство в воздухе, атаковали самолеты противника. Излюбленным приемом русских истребителей была внезапная атака – заход с пикирования в хвост самолету противника. Летчиками Румынского фронта летом 1917 г. было сбито 20 неприятельских самолетов (из них 8 – франко-румынскими истребителями). При этом летчики показали много примеров редкой доблести. Так, в районе Клипичесчи летчик 4-го истребительного отряда Зиновьев принял бой с группой неприятельских самолетов – в результате продолжительной схватки он сбил 2 самолета и погиб в неравном бою.
Зачастую истребители действовали универсально – как разведчики и истребители-бомбардировщики. Так, на фронте 10-й армии Западного фронта 19 июля две группы истребителей-бомбардировщиков (одна на «вуазенах», а другая на «фарманах») при поддержке 11 истребителей (шли выше на 400–500 м) нанесли удар по ст. Войгяны. При подходе к цели были встречены две неприятельских машины, одна из которых немедленно спикировала на свой аэродром, а другая вступила в бой с самолетом 18-го авиаотряда и, предположительно, была сбита. До самого ухода группы самолеты противника ее не тревожили.
6–12 июля летчиками Румынского фронта было нанесено до 10 бомбовых ударов по объектам в прифронтовой полосе и на передовой. Летчики совершали одиночные и групповые бомбометания с обстрелом из пулеметов наиболее важных объектов. Так, 6 июля было сброшено более 210 кг бомб в Бельбор и на ст. Троян, 9 июля – 9 крупных осколочных и 6 зажигательных бомб на артиллерийские позиции у Хержи и Дьемеш. 10 июля был совершен большой налет на Роману (сброшено 120 бомб), а 11 июля 200 различных бомб сброшено на головы противника в д. Домница и Раковица и на наблюдательные пункты у высоты 1001. Пулеметным огнем были обстреляны конный отряд у Паркиша, привязной аэростат у Исакчи и несколько населенных пунктов. 28 июля группой из 8 самолетов был произведен налет на г. Радауц – на обозы и городские сооружения было сброшено 260 кг бомб[69].
Наносились и эффективные штурмовые удары. Так, на Румынском фронте, когда 27 августа русская пехота пошла в наступление, 11 самолетов атаковали противника, забросав бомбами и обстреляв из пулеметов наблюдательные пункты и живые цели. В ходе этого налета было сброшено 110 кг бомб, а атака наземных войск имела тактический успех.
О эффективности действий русской авиации летом 1917 г. позволяют судить лишь некоторые цифры. Авиационными частями Румынского фронта было совершено более 2 тыс. вылетов общей продолжительностью около 3,8 тыс. часов. С 1 июня по 1 октября 1917 г. погиб 1 летчик (разбился насмерть на нашем аэродроме); 4 человека летного состава в воздушных боях были ранены; разбито 3 самолета. За этот же период противник потерял (сбитыми и пленными) 29 самолетов (20 сбито в бою и 9 – с земли и по др. причинам).
Лето 1917 г. – время наиболее активных воздушных боев на Русском фронте Первой мировой войны. В этот период русские летчики одержали 23 безусловных воздушных победы, потеряв 8 машин. Но окрепшая русская авиация стала жертвой русской революции – кампания 1917 г. стала ее последним боем.
29 сентября – 7 октября 1917 г. состоялась совместная (комбинированная) операция германских военно-морских и сухопутных сил в ходе Первой мировой войны по овладению Моонзундскими островами в Балтийском море, принадлежавшими Российской республике.
Противник привлек к участию в операции 102 самолета (94 самолета с базированием на авиаматке «Святая Елена» и на береговых аэродромах, а также 16-й авиаотряд из 8 гидросамолетов). Противостоящая этой группировке русская авиация состояла из 36 самолетов. Существенное влияние на ход боев оказал тот фактор, что многие русские аэродромы оказались в сфере досягаемости огня неприятельской корабельной артиллерии либо в первые же дни боев были захвачены германскими десантными частями. Так, самая большая и лучше всего укомплектованная гидроавиационная станция Балтийского флота находилась в непосредственной близи от бухты Тагалахт – в полосе вероятного удара противника. Она прекратила свое существование в самом начале боев. 29 сентября погибла и русская авиастанция в Кильконде – будучи обстреляны с моря, под угрозой наступления немецких десантников, ее офицеры спасали то, что было возможно, уничтожая то, что нельзя было спасти.
Несмотря на все неблагоприятные обстоятельства, русские летчики вступили в неравный бой с германцами. Так, уже в первый день операции, 29 сентября, осуществляя разведку в районе Папенхольма, мичман Зайцевский был атакован четырьмя немецкими истребителями. Не имея запаса высоты для маневрирования, экипаж Зайцевского спланировал в одну из бухт, где вышел на берег, взяв с собой пулемет, и, засев за каменной оградой, отбивал атаки самолетов противника. Не выдержав пулеметного огня русских летчиков, германские самолеты скрылись. Впоследствии прибыли еще несколько самолетов противника, пытавшихся, в свою очередь, расстрелять русских летчиков на земле, но и они были отбиты.
Противник с первого дня операции осуществлял воздушную бомбардировку русских кораблей и артиллерийских позиций. Так, 2 октября неприятельские аэропланы бомбили линкор «Гражданин» – один самолет, спланировав метров до 500, пролетел над кораблем и сбросил 10 бомб, три из которых упали почти вплотную у его правого борта. Другие аэропланы пробовали атаковать парами, но удачная стрельба противоаэропланной артиллерии «Гражданина» заставляла их держаться на почтительном расстоянии от корабля. Источник зафиксировал 4 октября в 9 часов 30 минут налет на рейд Куйваст «четырех больших неприятельских гидропланов, бросавших бомбы преимущественно на пристань и Моонские батареи. Разрывы бомб были очень велики, давали много черного дыма и обладали, видимо, большой разрушительной силой». Старший лейтенант Г. К. Граф также вспоминал, что одновременно с кораблями противника над Куйвастом появилась «целая туча аэропланов, которые забросали бомбами рейд и пристань. Всюду стояли огромные столбы дыма и воды».
Безнаказанно это противнику не проходило. 2 октября был сбит первый германский самолет. В этих боях особенно отличился летчик Сафронов. 3 октября он сбил германский самолет над Куйвастом, а 4 октября, атакуя германские бомбардировщики, наносившие удар по русским кораблям, вновь сбил один из них. В этот же день зенитчики выходившего из боя линкора «Слава» и сопровождавшего его эсминца «Финн» сбили по самолету противника. Соответственно, 4 октября немцы потеряли в небе над Моонзундом 3 своих самолета.
Всего в ходе Моонзундской операции русские войска потеряли 10 самолетов, а германские – 5. Но если почти все русские самолеты были уничтожены на земле или попали в руки десанта противника, то все германские машины были сбиты в бою.