Между тем на Западе разгорался громкий скандал по поводу финансовых операций руководства СССР и его «братских партий и стран». В октябре 1991 года лондонская газета The Guardian сорвала покров тайны с операции «швейцарский трансферт» и раскрыла детали июльского визита министра финансов СССР Владимира Орлова в Швейцарию. Французский журналист Эрик Лоран выпустил серию статей, а затем книгу «Крах, или Некоторые подробности падения Горбачёва», где сообщил, что накануне развала СССР из страны было незаконно вывезено валюты и драгоценностей на сумму минимум в 38 миллиардов долларов, из коих 12 миллиардов были выручены за продажу 280 миллиардов советских рублей накануне путча. Ссылаясь на информацию французских и швейцарских спецслужб, Лоран утверждал: «Рубли были переведены через Госбанк СССР, который возглавлял В. Геращенко, по распоряжению управляющего делами ЦК КПСС Н. Кручины». Свое расследование вели журналист Paris Match Жерар де Вилье, Пьер Верлуиз из Международного французского радио и другие.

Поражал размах операций: Швейцария (банки), Франция (портовые сооружения, недвижимость), Италия (стройиндустрия, торговые сделки, наркобизнес), Польша и страны Балтии (транзит энергоресурсов, цветных металлов и пр.), Германия (собственность Западной группы войск), США (золото, драгоценные камни, недвижимость, банки). В Венгрии был устроен диспетчерский пункт. Крупные капиталовложения были сделаны в Юго-Восточной Азии, на Ближнем Востоке, в офшорных зонах Латинской Америки.

День ото дня скандал нарастал, и в эпицентре его вырисовывалась фигура отца перестройки. Вот вывод, сделанный авторитетной французской газетой Le Figaro: «Из Советского Союза в последние месяцы его существования на Запад было переведено 26 миллиардов долларов. Кроме того, значительная часть его золотого запаса (почти весь! – А. М.) переправлена в Швейцарию, Канаду и Лихтенштейн, где спрятана в надежных местах. Координировал и осуществлял эти акции КГБ. Горбачёв закрывал на это глаза». А вот мнение Paris Match: «В 1990 году утечка финансов из Советского Союза приобрела невероятные размеры. В центре системы, разработанной ядром Коммунистической партии, – Швейцарская Конфедерация. Одним из организаторов утечки капиталов с целью обеспечить выживание коммунизма оказался Михаил Горбачёв».

Под звон скандальных «колоколов» в России зазвучали требования о привлечении Горбачёва к расследованию финансово-экономической деятельности КПСС. Тот долго не соглашался, а влиятельные западные друзья небезуспешно пытались избавить «Горби» от неприятностей. И все же в апреле 1992 года Горбачёв скрепя сердце явился в Генеральную прокуратуру России. Допрашивал его молодой следователь В. Карасев. Допрос вызвал небывалый ажиотаж. «Считаю своим личным долгом оказать следственным органам посильное содействие в установлении истины по этому делу, – сказал в тот день Горбачёв. – Тем более, как я понял из беседы со следователем, они действительно занимаются не политическим, а профессиональным вопросом: прощупывают возможные криминогенные узлы возникшей ситуации. В предварительной беседе с генеральным прокурором России Степанковым мы договорились: если нужны мои показания – пожалуйста! Никаких тайн в финансовых вопросах партии быть не должно».

А после допроса Михаил Сергеевич уточнил: «Да их в последнее время и не было. Конечно, в прошлом бюджет КПСС широко не оглашался, даже не все члены партии знали наши доходы и расходы. Но на XXVIII съезде мы всю партийную смету предоставили коммунистам открыто. Иное дело, как мы с этими деньгами обходились. Ведь сначала партийные деньги лежали мертвым грузом в банке. Потом, когда мы уменьшили членские взносы, то потеряли существенную часть доходов. Встал вопрос: как восполнять потери? Принялись учиться коммерции: сокращали аппарат ЦК и обкомов, пустили партийные деньги в дело, в оборот, чтобы они приносили партии доход. Но делалось всё это на основании законов. Другой вопрос – умело ли мы это делали? Я не исключаю злоупотреблений с партийной кассой. В партии были разные люди. Но всё это могло происходить за пределами принятых Политбюро решений. А в законности финансовых решений Политбюро – убежден. Мне лично ни о каких злоупотреблениях с финансами партии неизвестно». Так-то вот…