В объективном расследовании финансово-экономической деятельности советского руководства не были заинтересованы влиятельные политические и деловые круги Запада. Приведу интересный факт. После провала путча руководители уже фактически независимых союзных республик потребовали от Москвы сообщить данные о наличии и месте нахождения золотого запаса СССР, почти целиком вывезенного на Запад, и обратились к странам «Большой семерки» с просьбой о предоставлении им кредитов под залог этого золота. Глава Межгосударственного экономического комитета, бывший премьер-министр РСФСР Иван Силаев подписал, подготовленное еще В.С. Павловым, решение о закладе за рубежом дополнительно 50 тонн из оставшегося в Гохране советского золота.

Переговоры об этом проходили в Москве в декабре 1991 года, в самый канун развала СССР. Россию на них представлял министр экономики и финансов Егор Гайдар, «Большую семерку» – статс-секретарь министерства финансов ФРГ Хорст Келлер, личность в финансовом мире известная. В 2000 году он должен был сменить Мишеля Камдессю на посту главы Международного валютного фонда, но США воспротивились этому. На переговорах Х. Келлер и его западные коллеги вели себя весьма странно. В итоговом коммюнике они не педалировали вопрос о золотом залоге, а лишь туманно «выразили согласие при необходимости открыть для советских республик кредитные линии под золотое обеспечение». А Келлер, кроме уведомления о том, что «кредиты будут предоставлены лишь после того, как заложенное государственное золото поступит в хранилища банков», сказал поразившую многих фразу: «Это золото в настоящий момент представляет какую-то тайну. Тот, кто посягает на эту тайну, может поставить под угрозу существование нынешних правительств».

Он имел в виду западные правительства. То же касалось западного банковского и бизнес-сообщества, тесно сотрудничавшего с полукриминальной советской верхушкой. О масштабах сотрудничества говорит хотя бы такой факт. Одним из организаторов системы вывоза капиталов и ценностей из СССР за рубеж был полковник Первого Главного управления КГБ Леонид Веселовский, направленный в ноябре 1990 года по просьбе ЦК КПСС решением своего руководства (В.А. Крючков, Ф.Д. Бобков) в подчинение Николая Кручины. 7 сентября 1991 года на допросе «по делу ГКЧП» он сообщил: «В результате установленных связей с разными зарубежными компаниями у меня появилась возможность решать более серьезные хозяйственные задачи. В частности, такие, как получение финансовых кредитов от частных финансовых групп (до 100 миллиардов долларов на 10–12 лет)». Частные финансовые группы – это Лондонский клуб кредиторов – банковская элита Запада, кровно незаинтересованная в расследовании, которое шло в России.