16 ноября 1991 года в российских СМИ было опубликовано «Обращение членов Конгресса бирж к парламентам, правительствам и партиям» СССР и мира, где говорилось:

«В настоящее время средства, капиталы и собственность, контролировавшиеся КПСС и КГБ, активно присутствуют в рублевом экономическом пространстве и мировой экономике.

По нашим сведениям, указанные капиталы значительно превышают заявленные суммы. У этих средств нет централизованного управления и собственника, который мог бы нести ответственность за их использование. Подобная ситуация может оказывать дестабилизирующее воздействие на экономику и политику стран, составлявших ранее СССР, на все мировое сообщество.

Эти средства, капиталы и собственность должны быть немедленно приватизированы через аукционы, а вырученные суммы направлены на погашение внутренних и внешних долгов бывшего СССР.

Средства, капиталы и собственность, о которых идет речь, ранее из-за участия спецслужб, а в последнее время в силу отсутствия их владельца, находились в распоряжении промежуточного собственника. Они не могут быть однозначно идентифицированы, поэтому сейчас необходимо введение мер строгой ответственности за сокрытие принадлежности этих средств КПСС и КГБ, из-за отсутствия реального собственника.

Не может не вызывать озабоченность стремление партий и общественных движений стать наследниками и правопреемниками средств, капиталов и недвижимости КПСС. Некоторые из них демонстрируют свою преемственность на право собственности, что может привести к присвоению всех атрибутов незаконной экономической и политической деятельности КПСС.

Средства каждой партии и источники их поступления должны открыто и регулярно декларироваться. Необходим законодательный запрет на использование для партийной деятельности средств, кроме открыто декларированных.

Опасный размах приняли консолидация и взаимопроникновение структур власти, управления, безопасности и новых партий, а также бизнеса. Такое развитие событий является безусловным наследием отжившей тоталитарной системы, оно угрожает возрождением тоталитаризма.

Внепартийность государственных руководителей, членов аппарата власти должна не только декларироваться, но и строго контролироваться.

Занятие бизнесом государственных деятелей и чиновников подлежит запрету, его нарушение должно повлечь за собой уголовную ответственность. Общество обязано постоянно контролировать соблюдение этого запрета. Того же будет добиваться и Конгресс бирж».

С высоты нашего времени и с учетом опыта «лихих 1990-х» многие положения этого обращения представляются наивными и даже нелепыми. Но в том, что капитаны нарождавшегося российского бизнеса (будущие прожорливые «новые русские») тогда хотели найти спрятанные деньги и собственность бывшей советской номенклатуры, опасаясь конкуренции с ее стороны, сомнений не вызывает. Того же желала и высшая российская власть. В те дни государственный секретарь Геннадий Бурбулис представил президенту России секретный доклад по расследованию финансово-экономической деятельности КПСС. Его текст никогда не обнародовался, однако фрагменты доклада попали на страницы западной прессы.

Вот что писал о нем в августе 1994 года французский журнал Paris Match: «В начале октября 1991 года в руки Бориса Ельцина попал отчет, ставший плодом трехмесячного расследования финансовой деятельности партии, в котором с удручающими подробностями рассказывалось о создании руководством КПСС целой невидимой экономики, которая действовала в течение многих лет. Были созданы 84 акционерных общества, тайно принадлежавших КПСС и работавших в самых разных сферах – страхование, банковское дело, морской транспорт, лизинг, недвижимость, импорт-экспорт. Гигантская подпольная сеть раскинулась в десятках стран: Австрии, Швейцарии, ФРГ, Франции, Великобритании, Италии, Бельгии, Японии, Канаде, Филиппинах и США. Дублировалась эта сеть паутиной счетов и фирм, размещенных в местах, называемых „налоговым раем“ (офшорах. – А. М.), поскольку деньги дают там хороший прирост».

«Но, когда комиссия Бурбулиса попыталась отыскать эти испарившиеся в „налоговом раю“ деньги, она наткнулась на стену», – посетовал автор статьи, французский журналист Жерар де Вилье, и продолжил: «Обнаружив факт продажи 280 миллиардов рублей за 12 миллиардов долларов, созданная Борисом Ельциным комиссия нашла только след этих денег. Потому что эти доллары, вместо того чтобы укрепить собой валютные авуары Госбанка, были помещены за границей в швейцарские, канадские, французские, немецкие и британские банки. Разумеется, не как вклад правительства СССР, а на имя созданных в „налоговом раю“ обществ и фирм, настоящих владельцев которых определить невозможно. Поэтому документами, собранными комиссией Бурбулиса, занялись эксперты, которые выяснили, что в течение более чем 40 лет – задолго до „ускорения“ 1990 года – коммунистические руководители не делали никакой разницы между государственным и партийным бюджетом. Обнаружились следы многочисленных вояжей за границу членов партийной финансовой комиссии, которые сопровождались снятием со счетов в советских банках крупных наличных сумм. Эти деньги в бумажных купюрах перевозили в чемоданах офицеры КГБ, не проходившие таможенного досмотра в своей стране и легко обходившие его в стране назначения благодаря дипломатическим паспортам».

Подводя итог деятельности комиссии Бурбулиса, французский журнал написал: «Комиссия завершила свою работу выводом, что с 1989 по 1991 год КПСС перевела за границу примерно 20 млрд долларов, разместив их на семи тысячах банковских счетов по всей планете. И в течение всего этого времени Советский Союз не переставал требовать от Запада все новых валютных кредитов. Из 300 миллиардов рублей Борису Ельцину к октябрю 1991 года досталось лишь шесть: 4 миллиарда в форме недвижимости на территории России и еще 2 миллиарда на официальном счете партии в Госбанке. Куда же девалось всё остальное?»

Этим вопросом в конце 1991-го – начале 1992 года задавались все. Тема партийных денег не сходила со страниц газет, а питерский исследователь Игорь Бунич написал по материалам комиссии Бурбулиса нашумевшую в свое время книгу «Золото партии», полную ошибок и голословных утверждений. Тогда это была животрепещущая проблема, поскольку советское руководство оставило своим правопреемникам страну в чем мать родила – без золотовалютных резервов, кредитов, со 100-миллиардным внешним долгом, разваленной экономикой, пустыми полками магазинов и государственным запасом продовольствия на 3 недели. Молодым российским реформаторам пришлось срочно решать проблемы, схожие с теми, какие решали большевики после военного коммунизма. Проблема валюты была одной из острейших. И спрятанное где-то «золото партии» могло ее хотя бы отчасти решить.