Осенью 1991 года в Петербурге возникла критическая ситуация с продовольствием. Его запасов оставалось на 2–3 недели. Была введена карточная система. По просьбе Анатолия Собчака правительство России выделило городу региональную квоту на нефтепродукты, цветные и редкоземельные металлы для закупок продовольствия по бартеру за границей. Право распоряжаться квотами и лицензиями на вывоз предоставили главе Комитета по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга В. Путину. «Серые схемы» не пошли. Из 150 тыс. тонн нефтепродуктов, разрешенных для экспорта в обмен по бартеру на продовольствие, было отгружено лишь 6 тыс. тонн дизельного топлива под поставку петербургскому мясокомбинату партии живого скота из Венгрии.

Поскольку продовольствия в город в нужном количестве и ассортименте не поступало, президиум Ленсовета назначил комиссию во главе с депутатами Мариной Салье и Юрием Гладковым. Комиссия провела расследование и установила массу грубых нарушений в этой бартерной деятельности (сделки производились через подставные или дутые фирмы-однодневки, стратегическое сырье продавалось по демпинговым ценам, в нарушение таможенных правил и пр.).

По результатам проверки было составлено пространное заключение, где президиуму Ленсовета было предложено рекомендовать А. Собчаку отстранить В. Путина от занимаемой должности и передать это дело в Контрольное управление при Администрации президента РФ. Его глава Юрий Болдырев назначил свою комиссию. Она приехала в Петербург. Прокурор Леонид Полохов позвонил своему сокурснику и сообщил об этом.

– Ну что, готовить, что ли, вещички? – с горькой усмешкой спросил его Путин. Полохов отшутился, а потом серьезно спросил:

– Надеюсь, за тобой ничего нет?

– А откуда за мной-то?! – изумился Путин.

Путина по делу допрашивали, но, по свидетельству Полохова, «обвинений ему не предъявляли». В конце концов расследование закончилась ничем, а Болдырев вскоре ушел в отставку.