1

Наконец, Лёхе дали долгожданный отпуск. До Луганска отпускников подкинули на военном «Урале», а дальше предстояло добираться своим ходом. В кассе автовокзала Лёха и ещё четверо парней со всего полка купили билеты на автобус до Москвы.

Пока ждали автобус, немного прогулялись по Луганску. Благо автовокзал находился в центре города. Побывали у памятника погибшим в 2014 году детям. Серёга рассказывал в госпитале, как укропы били тогда прямо по жилым кварталам, и Лёха увидел свидетельства этого. Ещё осмотрели дом, в который в 2015 году во время операции в Дебальцево попала ракета «Урагана» ровно между четырьмя плитами. Заделывать дыру не стали, оставили как память.

Но несмотря на явные следы десятилетней войны, чувствовалось, что город восстанавливается. Строят новые дома, ремонтируют дороги, открывают торговые центры и школы. По улицам ходят радостные люди. Много девушек и мамочек с детьми. Много студентов. А вот людей среднего возраста Лёха почти не увидел. Сразу вспомнились слова Серёги из госпиталя о поголовной мобилизации в ЛНР в начале СВО.

«Теперь понятно, за что мы сражаемся, – подумалось Лёхе, – за то, чтобы эта земля и эти люди смогли жить мирной жизнью. Общей с нами». И где-то на подсознании у Лёхи мелькнуло, что эта земля стала для него уже не чужой. Слишком много крови товарищей здесь пролилось, чтобы она оставалась чужой.

Сев в автобус, парни открыли купленную накануне бутылку коньяка. Другие пассажиры отнеслись к этому с пониманием, да и парни вели себя культурно. По дороге автобус несколько раз останавливался, и соскучившиеся по нормальной еде бойцы оккупировали местные кафешки. Харчо, картошка с котлетой, компот – что может быть вкуснее? Пока ели, обсуждали, чем займутся в отпуске.

– Приеду домой, отожгу по полной! – говорил Миха из второго бата. – Соседи у меня вешаться будут!

– А я к родителям поеду, в Тверскую область, – поделился молодой Ваня из «миномётки», – они ведь даже не знали первое время, что я на войну ушёл. Я им сказал, что на вахту еду.

– К жене, к детям, к внукам! – радостно потирал ладони пожилой Дед.

У Лёхи тоже имелись планы, но ими он делился – чтобы не сглазить.

Через тринадцать часов оказались в Москве. Высадили их на автостанции Новоясеневской. Оттуда парни разъехались по аэропортам, а Лёха пошёл к метро. Сев в вагон, он через две пересадки добрался до станции Тушино, откуда 542 автобусом спокойно доехал до Красногорска. Лена дежурила на смене, поэтому он немного прошёлся по городу и прикупил кое-что необходимое. Затем пешком прошёл до госпиталя. По пути зашёл в кафешку, где с удовольствием съел шаурму и выпил чашку кофе.

К проходной он подошёл ближе к двум часам. Там уже вовсю толпились больные и родственники. Формально раненых в город не выпускали: встречи проходили при наличии пропуска на территории госпиталя, при отсутствии оного – на самой проходной. Там оборудовали отдельную комнату со скамейками. Ну, или непосредственно перед проходной: на это обычно закрывали глаза, потому что мест на проходной не хватало.

Сюда же, к проходной, несли фастфуд доставщики. Через проходную заносить готовую еду запрещали, но через решётку забора рядом с воротами его передавать никто не мешал. Лёха в ожидании Лены как раз и сел на бетонное основание забора, и мимо него стали проноситься запахи пиццы, роллов и гамбургеров.

Наконец, дверь открылась, и вышла Лена. В коротком белом платье и с уложенными в красивую причёску русыми волосами. Как она умудрилась уложить их на дежурстве, непонятно. Выглядела девушка потрясающе. Лёха бросился навстречу любимой и обнял её. Та сначала прижалась к нему, а потом слегка оттолкнула. «Увидят же!» – показала она взглядом. Пересудов в больнице про их отношения Лене уже, видимо, хватило.

Лёха взял Лену за руку и отвёл в сторону. И тут же вручил припрятанный у охраны букет белых роз. Розы помогла выбрать продавщица в расположенном рядом цветочном магазине. Лена радостно улыбнулась, увидев цветы, и с удовольствием понюхала нежные бутоны.

– Спасибо, Лёша, не ожидала!

– Я очень скучал по тебе, Лена!

– И я, Лёша, очень скучала, – ласково произнесла она, – только… пойдём отсюда побыстрее.

– Хорошо! Пошли! – Лёша, взяв её за руку, повёл до остановки. На его плече висел дорожный зелёный рюкзак, а Лена прижимала к груди цветы.

До дома, где снимали квартиру Лена и её подруга Таня, ехать было всего две остановки. Лёха с Леной легко, как на крыльях, заскочили в подъехавший автобус и через пять минут вышли. По пути от остановки до дома они заглянули в магазин и купили там бутылку красного вина, сыра и оливок. Консьержка в доме подозрительно оглядела Лёху, но промолчала. Они быстро прошмыгнули к лифту и через две минуты оказались у дверей квартиры.

2

Войдя в железную дверь двухкомнатной квартиры, Лёха быстро снял ботинки и куртку и убрал рюкзак в шкаф. Лена за это время сняла туфли и поставила цветы в воду. Зайдя вслед за ней в комнату, он обнял девушку за талию и поцеловал в губы. Лена ответила тем же. Он нежно повторил поцелуи в шею. Аромат женского тела и духов накрыл его с головой.

Парень осторожно снял с Лены платье, пока девушка помогала ему избавиться от армейской футболки. Подхватив не такое уж лёгкое тело Лены на руки, Лёха сделал три шага и положил любимую на предусмотрительно не заправленную кровать. И снова запах женщины, запах магии и вековой тайны ударил ему в мозг.

Лёха чуть приспустил чашечки светло-голубого лифчика и осторожно дотронулся губами до белых полушарий груди, сначала до левой, потом до правой. Затем спустился ниже, к животу. Не идеально плоского, как показывают в мелодрамах, но ему этого и не надо было. Ему Лена нужна была такой, какая она есть. От пальчиков ног до кончиков волос.

Не спеша, он снял с неё бюстгальтер, а затем повторил то же самое с трусиками. Лена обхватила его руками и внезапно заплакала:

– Живой-живой!..

Лёха обнял её и начал гладить по мягким волосам…

Спустя два часа они оторвались друг от друга и решили поужинать. Лена приготовила всё ещё вчера вечером. Картофель с индейкой и вкусный салат из овощей. В дополнение – тарелка с сыром и зеленью.

– Давай, Лёша, – сказала Лена, – выпьем за то, чтобы больше никогда не расставаться.

– Люблю тебя, Лена!

– И я люблю тебя, Лёша!..

Выпитое вино и слова признаний снова разбудили страсть, и влюблённые на полчаса опять выпали из реальности.

* * *

После ужина Лена включила телевизор и предложила Лёхе выбрать, что смотреть. Тот даже опешил – обычно Мила включала то, что ей хотелось, не спрашивая его мнения. Немного подумав, он предложил посмотреть американский фильм «Дорогой Джон». Да, вроде мелодрама, но о солдате и настоящей любви.

Молодой американский солдат приезжает к своему больному аутизмом отцу и, гуляя по пирсу, достаёт оброненную девушкой сумочку из воды. Так он знакомится со студенткой колледжа Саванной, и они влюбляются друг в друга.

«Не сильно похоже на то, как мы встретились с Леной, – подумал Лёха, обнимая любимую женщину, – но что-то в этом есть».

Дальше – постоянные свидания и знакомство Джона с её друзьями, а Саванны – с отцом Джона, больным аутизмом. Им оказался болен и сын друга Саванны. И казалось бы, всё должно сложиться. Джон уезжает на службу и ждёт там окончания контракта. Но тут наступает 11 сентября 2011 года, и Джон из чувства долга перед страной и товарищами остаётся на ещё один контракт.

«Что интересно, – продолжил размышлять Лёха, – Джона с Саванной война разлучила, а нас с Леной соединила! Пока, по крайней мере», – с грустью додумал он мысль и посмотрел на погружённую в фильм Лену. На её лице отражались все чувства, которые она испытывала от просмотра – сопричастность, сочувствие, грусть.

Тем временем Саванна не дождалась Джона и из жалости к заболевшему раком Тиму выходит за него замуж. Узнавший про это Джон решает навсегда остаться в армии.

«Вот и Мила меня не дождалась, хотя вряд ли из чувства жалости к кому-то. Просто нашла другого. Ну, и слава Богу, зато я встретил Лену!..»

Джон приезжает домой на похороны отца и случайно узнаёт, что Саванна продала своё ранчо с лошадьми, чтобы спасти Тима. Тогда Джон продаёт коллекцию монет своего отца и тайно передаёт вырученные деньги Саванне.

«Ну, тут, скорее, наоборот, Лена пожертвовала собой ради меня. Ведь любить солдата на войне – значит, каждую минуту бояться за его жизнь. И сколько же таких женщин сейчас в России? Сотни тысяч, если не миллион!.. А сколько из них уже не дождутся своих мужей?.. Да, русские женщины – это что-то! В горящую избу войдут, коня на скаку остановят и воспитают детей после смерти погибшего мужа. Надеюсь, Лена пройдёт мимо этого испытания…»

Между тем Джон, спустя некоторое время, возвращается в Америку и снова встречает Саванну. Тим умер, и ничто теперь их не разделяет. Горький, но «happy end».

«Эх, хоть бы и у нас с Леной всё закончилось хорошо!..»

Фильм закончился. Посмотрев ещё недолго телевизор, они оба почти мгновенно уснули.

3

На табло высветилось: «109С „Анапа – Москва“». Поезд плавно затормозил на третьем перроне Киевского вокзала. Три секунды, пока проводница открывала дверь и опускала подножку, и пассажиры хлынули из вагона.

Среди толпы выделялся высокий небритый мужчина в жёлтом пиксельном камуфляже с большим зелёным рюкзаком за широкими плечами. Из вагона этот пассажир не просто вышел, а десантировался, слегка поддёрнув левой ногой. После чего твёрдыми, уверенными шагами светло-коричневых тактических ботинок направился в сторону выхода с вокзала.

Немного поковырявшись в смартфоне, он направился к ближайшей станции метро. По «розовой» линии доехал до Краснопресненской. Потом перебежал до Баррикадной и по «фиолетовой» ветке добрался до Тушинской. Пройдя по переходу сто с небольшим метров, сел в белый с жёлтыми полосами 542-й автобус и направился в Красногорск.

Мужчина не обращал внимания на мелькавшие перед ними лица пассажиров подземки. На него тоже никто не смотрел. К военным все давно привыкли. Полное безразличие. Этому правилу последние три года следовало большинство москвичей.

И неважно, что сейчас украинский беспилотник ударил по беззащитной белгородской деревушке и убил троих трактористов и доярку. А в двухстах километрах от деревни шёл в последний и отчаянный бой отряд «Шторм V». И неважно, что задача безнадежная: приказ должен быть выполнен. Это война.

Такие же безразличные ко всему люди сновали и по улицам мегаполиса. На лицах многих пассажиров метро царила безнадёга. Сказывалась давящая тяжесть подземки. На свежем же воздухе люди оживали, и в глазах у них появлялась целеустремленность. Вперёд, только вперёд! За место под солнцем! Молодёжь же просто беззаботно веселилась.

Обилие ярких красок и слепящего солнца немного раздражало солдата. Вдобавок к цветам шли дребезжащие звуки машин. Он давно отвык от такого: полтора года среди однотонных зимой и летом белых кустов и редких деревьев у кого угодно разовьют светобоязнь. Про постоянные звуки летящих мин можно не говорить. Их свист въелся любому солдату в подкорку. Но нормальное восприятие понемногу возвращалось: краски уже не казались такими вызывающими, солнце ослепляющим, а звуки резкими.

В автобусе боец сел на свободное место и осмотрелся. Кроме молодёжной компании, в салоне находились две пенсионерки и грустная молодая женщина с маленькой, по виду трёхлетней, девочкой и пацаном лет шести-семи. В руках женщина сжимала большую брезентовую сумку, в каких раньше возили продукты.

Лёха подсел к женщине:

– Здравствуйте, вы в госпиталь едете?

– В госпиталь. А как вы догадались?

– Да сам там лежал. – Лёха показал взглядом на руку. – Муж лежит?

– Муж, – вздохнула женщина, – ногу ему…

– Всё нормально будет с вашим мужем, сделают ногу лучше прежнего.

– Дай-то Бог!

– Говорю же, нормально будет. У меня полпалаты через протезирование прошли – бегают уже. Детей-то как зовут?

– Маша и Коля, – с нежностью произнесла женщина.

Дети с любопытством посмотрели на солдата. Он напомнил им отца, только моложе.

– Хорошие ребята растут. Парень – настоящий воин.

– И отца хватило, пусть инженером будет, – поспешила поправить его исстрадавшаяся женщина.

– Ну, или инженер, – задорно улыбнулся Лёха, – а Маша врачом будет.

Автобус внезапно затормозил. Лёха бросился к двери и спрыгнул с подножки. Нога уже не подволакивалась. Женщина с детьми ехала в госпиталь, Лёха же вышел у городской больницы. Настроение у него улучшилось. Хмурое после поезда лицо разгладилось и высветилось завораживающей улыбкой.

Проскочив через открытые ворота, Лёха остановился около розового четырёхэтажного здания с большим вестибюлем и попробовал прорваться внутрь, но охрана его не пустила. Не помогло и удостоверение ветерана боевых действий.

– Мужчина, посещение строго с 14.00 до 16.00, – неумолимо объявил охранник, и Лёхе пришлось отступить.

Выбравшись на улицу, он достал телефон и набрал номер жены.

– Солнышко моё, на месте уже, но меня не пускают до двух. Выйди хоть к окну, посмотрю на нашу кроху.

– Хорошо, подходи к третьему окну от входа. Я на втором этаже.

Лёха радостно бросился к указанному окну и восторженными глазами уставился на него. В окне показалась измотанная родами жена с белым свёртком на руках. В нём лежал, выставив ножки, комочек его пищащей и писающей радости. Его дочь! Волна абсолютного счастья охватила Лёху.

Потом жена ушла кормить малютку, а Лёха сел на скамейку возле родильного отделения и стал ждать приёмное время. На бледно-синем небе появились испуганные тучки, даже немного капнувшие на Лёху дождём. Но он не обратил на это внимания: на него нахлынули воспоминания…

Мобилизация, учёба в лагере, отправка на фронт, первый бой, первое ранение, погибшие товарищи… Сколько их? Сейчас уже не сосчитать. И всё это он прошёл ради сегодняшнего дня. Ради того, чтобы увидеть и подержать в руках своё продолжение. Чтобы дочь росла, училась, влюблялась и жила счастливо!..

4

– Лёша, просыпайся! – ласковое прикосновение разорвало тонкую ткань сновидения.

– А-а… что… где я… – Лёха кое-как сообразил, где он.

– Завтрак готов, иди в душ, – улыбнулась Лена.

Лёха встал и пошёл в ванную комнату. Пока его тело просыпалось под струями тёплой воды, разум вспоминал сон. «Интересно, какой он, этот сон – пророческий или просто мечта? Хорошо бы пророческий…»

На столе Лёху ждали омлет с зеленью, тосты с сыром и свежесваренный кофе. Но Лёха обнял мягкое, податливое тело Лены, и… спустя полчаса пришлось заново варить кофе. Впрочем, Лену это нисколько не напрягло.

Закончив завтрак, они сели на диван и обнялись.

– Лёша, – с небольшим напряжением в голосе сказала Лена, – нам бы квартиру снять. Сегодня Таня у парня своего переночует, а завтра…

– Нет проблем, переночуем, но у меня есть другое предложение…

– Какое?

– Лена, я тебе уже предлагал выйти за меня замуж, – тут Лёха встал на левое колено и протянул потрясённой Лене кольцо, – повторяю ещё раз. Лена, я тебя люблю, выходи за меня!

– Лёша…

– Согласна?

– Конечно, да!

– Ну, тогда собирайся в ЗАГС, думаю, нас быстро распишут, а свадебные торжества устроим уж после войны. А по поводу квартиры… Времени у меня не так много, поэтому предлагаю съездить в Крым. Там и поживём, и отдохнём, и медовый месяц проведём, – улыбнулся Лёха. – Ты же отпуск взяла на две недели, как я просил?

– Да. С трудом, но мне его дали. Сергей Васильевич, как узнал, в чём дело, вошёл в положение…

Через два часа они стояли у ЗАГСа. Лена – в том самом белом платье, в котором она вышла из больницы, Лёша – в форме, с двумя медалями «За отвагу». Туда же подтянулась и Таня со своим молодым человеком, Валентином. Лена не утерпела и позвонила подруге, а та уже напросилась в ЗАГС. Как и Фарида, которая, впрочем, была одна. Но все пришли в праздничных платьях и с цветами.

Руководство ЗАГСа, увидев Лёху в форме и с медалями, пошло навстречу жениху и невесте. И не только расписали, но и провели внеочередную брачную церемонию. И вот под торжественную музыку молодые вошли в зал регистрации.

– Добрый день, уважаемые новобрачные и гости! – начала одетая в строгий брючный костюм ведущая. – Сегодня, 30 июля 2023 года, в отделе ЗАГС города Красногорска вступают в брак Иванова Елена Николаевна и Студеникин Алексей Леонидович. Уважаемые невеста и жених! Сегодня – самое прекрасное и незабываемое событие в вашей жизни. Создание семьи – это начало доброго союза двух любящих сердец. С этого дня вы пойдёте по жизни рука об руку, вместе переживая и радость счастливых дней, и огорчения. Создавая семью, вы добровольно приняли на себя великий долг друг перед другом и перед будущим ваших детей. Перед началом регистрации прошу вас ещё раз подтвердить, является ли ваше решение стать супругами, создать семью искренним, взаимным и свободным? Прошу ответить вас, невеста.

– Да! – смущаясь и краснея, ответила Лена.

– Прошу ответить вас, жених.

– Да! – твёрдо сказал Лёха.

– С вашего взаимного согласия, выраженного в присутствии свидетелей, ваш брак регистрируется.

Опять зазвучала какая-то музыка.

– Подойдите к столу регистрации и своими подписями скрепите ваш семейный союз. – Регистратор показала место в документе актовой записи, где нужно поставить подпись.

Лена и Лёха неловко расписались. Они давно отвыкли от пользования бумагой и ручками.

– Прошу вас в знак любви и преданности друг другу обменяться обручальными кольцами.

Лёха и Лена обменялись заранее купленными им кольцами. При этом Лёхе кольцо оказалось маловато, и его долго пришлось надевать.

– В полном соответствии с Семейным кодексом Российской Федерации, согласно составленной актовой записи о заключении брака, скреплённой вашими подписями, ваш брак регистрируется. Объявляю вас мужем и женой. Ваш брак законный. Поздравьте друг друга!

Лёха с чувством поцеловал Лену, и она ответила ему столь же нежно и страстно.

После этого ведущая церемонии вручила им свидетельства о браке, и вся компания направилась в расположенное рядом кафе. Зря, что ли, пришли? Даже подъехал заведующий отделением Сергей Васильевич.

Он же и сказал первый тост:

– Третий раз в жизни присутствую на свадьбе медсестры и пациента, но впервые пациент после свадьбы отправляется на фронт. Поэтому хочу пожелать Алексею вернуться здоровым и живым, а Лене – терпения ждать его. Горько!

– Горько-горько! – поддержали врача остальные гости.

Выпив по три бокала шампанского и слегка перекусив, все стали расходиться. Лёха и Лена доехали до квартиры и, забрав там вещи, вызвали такси до Шереметьево. Благо от Красногорска до аэропорта недалеко.

Вещей у них было немного, поэтому полетели рейсом авиакомпании «Победа». Перед полётом выпили в аэропорту по чашке кофе, чтобы чуть-чуть отойти от шампанского. В самолёте же сразу отрубились – сказались и волнение, и выпитое вино.

5

Двенадцать часов на автобусе от Адлера до Крымского моста пролетели на удивление быстро. В окне мелькали посёлки и городки, бесконечные ряды дорожных кафе и засаженные поля. Перед пересечением моста все пассажиры прошли полную проверку. Систему безопасности после подрыва грузовика на автомобильной эстакаде отработали до мелочей.

Ещё через три часа, миновав Керчь, молодые оказались в Севастополе. В городе вовсю пылал туристический сезон. Толпы мужчин и женщин гуляли по набережной, сидели в кафе и ходили по музеям. И то, что город постоянно обстреливали ракетами, казалось, никого не волновало.

Поселились молодожёны в небольшом гостевом отеле, практически в центре города. В первый день они тупо отсыпались, а вечером сходили в ресторан на Большой Морской. Там Лёха наелся до отвала рыбы барабульки, запивая её местным пивом, Лена же целомудренно съела салатик из каких-то моллюсков.

Внезапно завыла сирена, и мужской голос объявил: «Внимание, ракетная тревога!..» Никто из посетителей за столами даже не пошевелился. Лишь машины, ехавшие по набережной, слегка ускорились. А вот Лена заметно побледнела, но всё же сдержалась. Лёха ласково взял её за руку и успокоил.

– Всё нормально, Лена. Видишь, никто не обращает внимания – значит, неопасно.

– Да, я это понимаю… Но всё равно тревожно. Как люди живут в таких условиях?

– Ко всему привыкаешь, Ленусь! Выпей бокал красного для храбрости.

Посидев в ресторане, они пошли гулять. Сначала прошлись по уже практически пустой и слабо освещённой набережной. С неё виднелась, освещённая луной бухта с кораблями. Правда, военных судов практически не осталось – их почти все вывели на восточное побережье Чёрного моря. Севастопольцы почему-то совсем не гуляли по набережной, только гости вроде Лёхи и Лены.

Затем они снова вернулись на Большую Морскую и поднялись под ней на проспект Нахимова. Там оказалось ещё больше ресторанов и людей. На берегу они увидели девушку, которая пела под аплодисменты собравшейся молодёжи:

Интересно, что девушка походила на настоящую исполнительницу песни Юлию Зиверт. Тоже среднего роста, худая, с чёрными волосами и карими глазами. Одета в длинное чёрное платье с блёстками, которые светились в темноте.

Лёша держал за руку Лену, и им было хорошо. Хотелось продлить это мгновение навсегда. Но, к сожалению, это не в его силах.

Дослушав песню, Лёша и Лена не спеша пошли в гостиницу. Утром же они поехали в древний Херсонес, расположенный на окраине Севастополя. Хотя, точнее, Севастополь находился на месте древнего Херсонеса. Основанный дорийцами в V веке до нашей эры, Херсонес быстро стал крупным городом, одним из главных городов Крыма того времени, а позднее – столицей византийских владений на полуострове.

До Херсонеса они добрались на маршрутке, по дороге рассмотрев типичный, нетуристический Севастополь. Ничего необычного. Много домов, растянутых на большой площади. Дома в основном старые. И в целом инфраструктура казалась потасканной. Много деревьев и парков, хотя парки, даже в центре, выглядели несколько неухоженными.

От автобусной остановки они поднялись выше, ко входу в Херсонес. На его территории шла реконструкция, но три выставки работали. Купив билет, Лёха и Лена поднялись по извилистой, покрытой брусчаткой дороге между полуразрушенных стен и вышли к древнегреческой и византийской экспозициям. С интересом осмотрели различные черепки, статуи, монеты, инструменты. Лёха обратил внимание на древние шахматы, а Лене понравились украшения. Около древнегреческого зала шли настоящие раскопки. Лёха даже подошёл и поинтересовался, откуда археологи. Оказалось, команда – сборная солянка из местных и приезжих археологов. И ещё много студентов-практикантов.

Затем молодые супруги спустились к берегу и вышли к развалинам у самого побережья. Много остатков древних фундаментов, куски стен и небольшая часовня. Но самое красивое – это море! Огромное, синее-синее, как чей-то гигантский глаз. Дул ветер, но Лёха и Лена стояли на каменной площадке и смотрели вперёд. Море по-настоящему потрясло обоих, и они ещё долго гуляли по берегу между развалин.

* * *

На следующий день молодожёны съездили в пещеры Инкермана, где прошли с экскурсией по винным подвалам и опробовали сразу несколько сортов старинных вин. Крымское вино оказалось неплохим, но суховатым. Лёхе больше понравилось местное пиво, а вот Лене вино вполне зашло.

Следующей на очереди стала Ялта. Лёха и Лена доехали до города на автобусе за два часа и заселились в гостинице почти у самого моря. Ниже располагался только массандровский пляж с огромным количеством ресторанов и кафе. Именно там они и провели следующие пять дней. Спали, ели, пили вино и пиво, купались и гуляли-гуляли. В один из дней по канатной дороге поднялись на плато Ай-Петри, откуда открывался замечательный вид на Крым. Побывали и на заводе «Массандра», где опробовали знаменитые на всю Россию вина.

За это путешествие они невероятно сроднились, изучив привычки и характеры друг друга. И стали ощущать себя настоящей семьёй.

6

В Красногорск супруги вернулись тем же маршрутом. И сразу же сняли квартиру. Цены здесь были выше по сравнению с прежним городом, где жил Лёха. Но всё равно ниже, чем московские. Да и деньги у Лёхи были. На счету под хороший процент лежали выплата за ранение и накопленная почти за год зарплата. Лёха сделал вторую банковскую карточку и чуть ли не силком вручил Лене, а заодно настроил автоплатёж для внесения арендной платы и коммуналки за квартиру.

Квартиру они арендовали с мебелью и бытовой техникой, но кое-что всё-таки докупили – кофеварку, мультиварку, блендер и посуду. В один из дней они съездили – купили гражданскую одежду для Лёхи и сразу несколько платьев для Лены. Лёше очень нравилось, сидя перед раздевалкой, помогать Лене выбирать платье. Но в отличие от многих девушек, она не злоупотребляла временем своего мужчины.

В один из дней они сходили в кино. Фильмов ни российских, ни иностранных там почти не показывали. Мёртвый для кинопроката сезон. В итоге купили билет на фильм «Непосредственно Каха» и вышли из зала через тридцать минут. Большей пошлятины представить было трудно.

Потом зашли в магазин, купили еды и поехали домой, где спокойно нашли на одном из киносервисов нормальный сериал. «Вампиры средней полосы» с Юрием Стояновым в главной роли. Его и смотрели весь вечер, обнявшись. Обычный сериал про вампиров, но насквозь русский. Весёлый, смешной, хотя порой плакать всё же хотелось. Особенно в конце первого сезона, когда казнили мальчишку-вампирёныша. А ещё Лёхе после этого сериала очень захотелось в Смоленск, где происходило действие сериала.

Между тем дни шли, и приближалось время возвращения Лёхи на фронт. И Лена, и Лёха с каждым днём становились всё тревожнее.

– Лёша, может, останешься ещё на пару недель. Знаю, многие военные так делают. Дальше фронта не пошлют. Или я поговорю с Сергеем Васильевичем, он тебя в госпиталь, якобы не обследование, положит?

– Нет, Лена, – твёрдо возразил Лёха. – Я очень хочу остаться, но у нас очередь в отпуск. Не вернусь вовремя я, других пацанов не отпустят, и они не увидят семьи.

– Эх, герой ты мой!..

– Нет, Лена, я не герой. Я не рвался на войну, меня туда отправили. Но раз я туда попал – обязан выполнить долг до конца. Мог бы демобилизоваться, я бы демобилизовался. Благо воевать сейчас есть кому, контрактников десятками тысяч набирают. Но нет такой возможности. Страна считает, что мы, мобилизованные, нужны на фронте. Значит, буду находиться там, где нужен.

– Герой ты у меня всё-таки, – улыбнулась Лена и поцеловала его в щёку, а вот Лёха поцеловал её уже не в щёку. И началось…

Через два часа они собрались и поехали в Москву. Ехали сначала электричке, а потом на метро от станции Тушино. Дошли до Кремля, сходили в Третьяковку, поели в ресторане вкусной еды и поехали обратно. По дороге домой зашли в военторг и купили Лёхе новую форму и кое-какие мелочи. Приближалась осень, и поэтому Лёха приобрёл себе «горку», новое термобельё и набор термоносков. Лена дополнительно купила ему шерстяные носки с оленями. Обещала ещё связать и прислать при возможности.

Уже в самом Красногорске зашли в церковь Успения Пресвятой Богородицы. Священник, узнав, что Лёха едет на фронт, благословил его и подарил иконку Георгия Победоносца. В церковной лавке они купили свечей и помолились Богоматери, Георгию Победоносцу и святому Пантелеймону. Богоматери – чтобы сохранила, Георгию – чтобы дал победу, а Пантелеймону – чтобы помог от болезней и ран.

* * *

И вот наступил день отправки. Лёха ещё днём собрал рюкзак, вечером они заказали роллы и сели смотреть телевизор. Лена всё время плакала и обнимала его, а Лёха, как мог, утешал:

– Всё нормально будет, Лена, скоро война закончится, и я вернусь. Смотри, американцы укропам уже снаряды не дают, а у европейцев они кончились. Скоро мы как следует тряхнём их, и они запросят мира.

– И сколько до этого времени погибнет ребят? – всхлипнула Лена.

– Так я – пехота обычная, не штурмовик, посидим в окопах, да домой вернёмся, – продолжал Лёха её успокаивать. Про своё участие в штурмах он Лене, понятно, не говорил и вообще старался при ней про войну не распространяться. Но она уже была не глупой и наивной девчонкой, да и в госпитале наслышалась всякого.

– Смотри мне! Не лезь куда не следует, береги себя!.. – строго погрозила Лена пальцем.

– Обещаю, Лена. Буду беречь себя! – Он снова обнял её и поцеловал.

Утром молодая жена проводила мужа до Ярославского вокзала, откуда ему предстояло ехать в часть. На прощанье Лена сунула Лёхе иконку Богоматери.

– Смотри мне там, береги себя, возвращайся!.. – снова заплакала она.

Лёха нежно обнял её. Ему и самому было херово. Ехать очень не хотелось, но надо…

Наконец, проводница позвала всех в поезд. Минут пять Лёха смотрел на Лену через окно и разговаривал с ней по телефону.

– Люблю тебя…

– И я люблю тебя, Лёша!..

– Жди меня, и я вернусь…

– Вернись…

Поезд тронулся, но Лёхе ещё долго виделось заплаканное лицо жены…