Страховой случай на Васильевском острове оказался сложным, не удавалось выяснить причину возгорания, и возникли подозрения, что виновником был сам страхователь. Главе компании Арсению Меланину пришлось лично прибыть на место происшествия и вместе с экспертами пожарной службы доискиваться, «где зарыта собака». За этим утомительным занятием его и застал звонок из Москвы.

Увидев, что звонит Ванходло, Арсений удивился. В последние годы инициатором их общений был Меланин, а Вениамин, заматеревший, преуспевающий, снисходительно принимал его телефонные ухаживания, приуроченные к праздникам. Иногда присылал через смартфон свои фото на фоне государственных персон. И вдруг… Ин-те-рес-но.

Отвечать не стал не только потому, что занят. Видимо, что-то Вениамину нужно, и на всякий случай сразу надо подмигнуть об отсутствии свободного времени. Отзвонил в Москву лишь часа через два, извинился и, сославшись на Аркадия Аверченко, объяснил, что был арестован за курение на пожаре. А если серьёзно, то очень уж странные пошли страховые случаи, каждый требует особого изучения, и прервать сегодняшнее расследование не представлялось возможным.

Ванходло, судя по бодрому тону, звонка ждал и без разминки перешёл к делу. Рубил короткими фразами:

– Когда планируешь в Москву? Постарайся при первой возможности. Понимаю, занят. Но твои занятости – повседневность. Иносказательно скажу так: вставайте, князь, на славные дела! Короче, жду, жду и жду. Пока.

Распрощавшись, Арсений задумался. Политическая жизнь в стране начинала отсвечивать оранжевым уровнем – на близких горизонтах маячили президентские выборы. Меланина эти проблемы не касались. Кажется, Колчак когда-то приказал своим подчинённым не трогать артистов, извозчиков и проституток, потому что они нужны любой власти. Страховщики относились к той же категории неприкасаемых. Но, верный своим правилам, Меланин внимательно следил за происходящим на высоких этажах власти, а имя Юргенса, с которым связал своё будущее Ванходло, мелькало в СМИ всё чаще. Он возглавил ИНСОР – институт современного развития, и главой его попечительского совета стал всего-навсего… Медведев. Поэтому в прессе ИНСОР чтили «президентской фабрикой мыслей», собравшей лучшие умы России. Некоторые считали, что ИНСОР – «мозговой центр» Медведева. Это означало, что у Юргенса появился прямой выход на президента. Его институт один за другим выпускал громкие доклады о ситуации в стране, которые широко обсуждали эксперты, не без оснований полагая, что сделаны они по заказу Дмитрия Анатольевича. И «Вставайте, князь, на громкие дела!» означало, что Вениамин из своих видов хочет привлечь Арсения к делам политического свойства.

Что ж, Меланин не возражал, это интересно. Не с карьерной точки зрения, ибо он не намеревался в третий раз менять профессию, а в смысле чего-то новенького. Впрочем, мысль о том, чтобы беспечно освежиться в океане или побултыхаться в болоте политических страстей, не делая ставок на удачу, всё же была с подоплёкой. Властный тандем Путина и Медведева постепенно перешёл в стадию дуэта, не предполагающего прежней тесной связки, а теперь, в предвыборную пору, появились признаки скрытой конкуренции. Ванходло, завязанный на Юргенса, само собой, ярый сторонник Медведева. Но до сих пор главный кандидат в следующие президенты ещё не объявлен, и случиться может всякое. Если Медведев пролетит, Вениамин со своим Юргенсом окажутся в глубокой заднице. А Меланину плевать. Вернётся в страховое дело – и всё о’кей.

С приятными мыслями, не требующими делать выбор, в предвкушении чего-то новенького Арсений через пару недель и заявился к Ванходло. Прилетел не по делам, специально.

Настроение у Вениамина было приподнятое. В сорочке с расстёгнутыми до груди пуговицами, с засученными рукавами он сидел за большим столом в кабинете приличных размеров, где обращал на себя внимание сейф-шкаф почти в человеческий рост. Его вертикальные дверцы были распахнуты настежь, на полках стопкам лежали бумаги. Это говорило не просто о напряжённом деловом ритме, в котором трудится хозяин кабинета, а скорее о запарке, в какой он пребывает.

Увидев недоумённый взгляд Арсения в сторону сейфа, Вениамин хохотнул:

– Мне рассказывали, такой сейф был у Болдина. Помнишь такого? Ну как же! Ближайший помощник Горбачёва, зав общим отделом ЦК КПСС. Большая шишка! Могу подтвердить, для работы с секретными документами очень удобен. Все бумаги на виду, а вечером один поворот ключа, и они под замком.

– У тебя столько секретных документов?

– Ну-у, с высоким грифом почти нет, но с ДСП много. А таких, которые были бы кое для кого интересны, и вовсе полно. Но, говорю, их удобно хранить в таком сейфе. Ладно, давай к делу.

Они устроились на мягких стульях за небольшим круглым столиком в углу кабинета, и Вениамин изложил суть этого дела.

Два года назад усилиями, в том числе, Игоря Юрьича была создана новая дискуссионная площадка – Международный политический форум, на котором российские и зарубежные политики, общественные деятели, бизнес-элита обсуждают жгучие проблемы страны и планеты. Это «жютко интересно».

– Что-то вроде «Валдая», но с перспективами более заманчивыми, я бы сказал, головокружительными. – Через короткую паузу торжественно объявил: – Форум под патронажем президента!.. Место проведения – Ярославль, время – сентябрь. Прошли уже два – по нарастающей. Прошлогодний вызвал ажиотаж в СМИ, бум интереса… Но это цветочки. Изволь сообразить, ягодки должны вызреть в текущем сентябре. Форум для Дмитрия Анатольевча особо важен, запланировано, что он выступит, по сути, с первой предвыборной речью. А на выборах предстоит конвертировать слово в дело. И вообще…

Это «и вообще» Вениамин разворачивал минут десять. Кратко изложил, что готовится грандиозное действо, приглашения разосланы в десятки стран, перевод с 11 языков – невиданно! Между российскими ЛОМами поножовщина за право быть в Ярославле. На этом тезисе Ванходло застрял.

– Ты же понимаешь, кого попало приглашать нельзя. – Снизил тон, говорил вполголоса. – Сборную солянку по принципу «два дантиста, три танкиста» мы позволить не можем, это не флешмоб. Люди нужны проверенные, доказавшие преданность президенту, управляемые. Чтобы без разгула мнений, чтобы не слишком расчёсывали недовольство положением в стране, а главная их задача – ни в коем разе не допустить политической полемики. Ибо кое-кто не прочь вбросить яблоко раздора… Поэтому демократия демократией, но известно: тот, кто устанавливает правила, по ним не живёт. И отбор жёсткий, Игорь Юрьич играет в этом деле не последнюю роль. В Ярославле соберутся взбитые сливки общества… Теперь ты понимаешь, кто банкует. А техническая сторона, считай, на моих плечах.

Затем выяснилось, что в Москве есть Дирекция, курирующая подготовку форума. Но держа руку на пульсе, Юргенс счёл нужным создать свою группу в Ярославле. Детально о ней говорить рано, но Арсения, с подачи Ванходло, могут включить в состав этой особо перспективной когорты, и он попадёт в струю, приобщится к сомну привластных. Кандидатура с шефом согласована, шеф уважает страховщиков и, само собой, прислушивается к Вениамину. А он, Ванходло, Меланину доверяет. Заезд в Ярославль в конце августа, отель и прочее предусмотрены… У Вениамина дел по горло, и, к величайшему сожалению, они не могут сейчас закатиться в какой-нибудь злачный притон обжорства, чтобы обглодать эту тему. Расходимся!

С Варварки, где обосновался Ванходло, Арсений пешочком, не торопясь двинул в сторону Лубянки, чтобы оттуда повернуть к Большому и перекусить в «Метрополе». В каком-то давнем американском кино, кажется, Хичкока, герой намеренно возвращался на место прежних событий, что помогло ему понять события текущие, и Арсений включил этот приём в арсенал ментальных привычек.

От Китай-города по бульвару он поднялся к Политехническому музею, затем вышел к бывшему «Детскому миру», где когда-то гужевалась памятная толкучка. Поймал себя на мысли, что в одно из мест былых событий уже вернулся, и, спускаясь вниз, к Большому, вспоминал поразившую его жуткую картину народного бедствия. В те тревожные дни, оставшись без работы и без профессии, он отрешённо слонялся в толкучке, сокрушаясь по поводу неизвестного будущего. И вот, спустя двадцать лет, он снова здесь, обеспеченный, крепко стоящий на ногах, и ничто вокруг не напоминает о былой государственной катастрофе.

Арсению представился образ: только что явившаяся на свет новая Россия в ту ужасную пору сидела, свесив ноги в пропасть распада, а теперь поднялась во весь рост и отошла от обрыва. И сегодня она, словно на станции метро, топчется у края платформы в ожидании поезда, чтобы мчаться на нём в завтра. Но опасность не исчезла: случайно или намеренно её могут толкнуть в спину, и она погибнет под колёсами безжалостного состава… И этот памятник Железному Феликсу… Разговоры о том, чтобы вернуть его на место, вызывают новые ожесточения. Но лысая, без памятника площадь, поразившая когда-то Арсения, она и сейчас выглядит сиротливой. Наверное, тогда экспресс в завтра откроет свои двери перед Россией, когда кончится политическая вражда, и памятник Дзержинскому, превратившись в статую Дзержинского, вернётся на своё место, став не более чем архитектурным украшением площади.

С этими мыслями Арсений угнездился за столиком у окна в ресторане «Метрополь» и, логично продолжив размышления, перекинулся к ярославскому эпосу Ванходло. В сознании он каким-то образом перекликался с опасным топтанием у края платформы.

Итак, что мы имеем? Надвигаются президентские выборы, и вопрос о главном кандидате с каждым днём острее. Ярославский форум, по словам Вениамина, станет презентацией программы Медведева, к которой приложил руку Юргенс, уповающий на его победу. Но Ванходло упомянул о яблоке раздора, и это означает, что в недрах власти идёт борьба. Сказал о мощном докладе ИНСОР, выпущенном в марте под громким названием «Обретение будущего. Стратегия 2012». Триста страниц, на каждой из которых без труда угадывается имя адресата, – это опять же доверительная инфа от Вениамина. А доклады ИНСОРа, как говорят во властных кругах, всегда принимаются к сведению. Но что Путин? Дуумвират невозможен, безраздельная победа принадлежит одному…

Меланин снова с удовольствием подумал о том, что его судьба абсолютно не зависит от исхода начавшейся драки. Вспомнил фразу Вениамина: «У меня растут не только ногти, но и счёт в банке». Что ж, он всё поставил на одну лошадь, и дебатировать с ним незачем. А он, Арсений, вообще не делает ставок. И почему бы за казённый счёт не махнуть в Ярославль, чтобы поглазеть, что происходит в конюшне одного из призовых скакунов?

«Группу наблюдателей» – так окрестил её Ванходло – разместили в отеле «Азимут» на Московском проспекте. Ярославль лихорадочно готовился к главному политическому событию года, которое в местном обиходе называли статусной тусовкой. Устанавливали новые билборды, красили металлические изгороди, подновляли бордюры и поребрики, наносили свежую дорожную разметку. Недостроенную гостиницу «Чайка», словно Мавзолей, наглухо закрыли завесой из сетки и рекламными щитами. Праздничное оформление города заказали крупнейшей брендинговой компании с качественным фирменным стилем. Подсуетились со своим «улучшайзингом» и городские креативщики. На казённой машине – не по вызову, прикреплённой! – наблюдатели разъезжали по городу, подсказывая местным властям, что и где подправить.

Но их главная задача в другом. Они тщательно просеивали публикации центральной и местной прессы, пылесосили социальные сети, прилежно отслеживали грызню блогеров, копались в инфопомойке, толклись на множестве журналистских тусовок, где тон задавали лидеры президентского пула из «Эха Москвы» и «Дождя». И вылавливали всё, что касалось форума, – заявления политиков и ЛОМов, мнения граждан, слухи. О чём немедля доложить Юргенсу, решал Ванходло.

И с головой окунувшись в политическую стихию, Меланин с тревогой понял, что ситуация гораздо серьёзнее, нежели он предполагал. На поверхности было относительно спокойно, но в глубинах уже шла потасовка: кланы и башни Кремля начали соперничать. Глеб Павловский в малотиражном журнале с грошовой иронией и ехидцей писал о «постоянном неучастнике» Ярославского форума Путине, чьи «пиар-эскапады» выглядят чуть ли не посмешищем. С его подачи «отсутствие присутствия» Путина смаковали многие. А одна из газет публиковала интервью с иностранной пресс-дамой, которая говорила о «цинизме Путина», развесившего по центру города плакаты со своим портретом и лозунгом «Нас объединяет Россия!». В интернете шумели о «бунте экспертов», не допущенных в Ярославль и возмущённых тем, что форум, названный «детищем Медведева», превратился в площадку для пропаганды его «стратегии обновления», стал его «уникальным предвыборным ресурсом». Приглашённые в Ярославль хором воспевали «Новый политический Давос».

Пятая колонна настороженно молчала, но не уставала плескать бензин в костёр внутренней распри. Советник президента, неутомимый правозащитник ельцинских времён Михаил Федотов, незадолго до форума вбросил в сеть «Проект десталинизации», вызвавший бурные споры. Предвыборный коктейль стал креплёным.

В те дни Меланин, наконец, в деталях уяснил и позицию Юргенса, как говорится, припал к истокам. Игорь Юрьевич в 2010 году заявил, что модернизации страны мешает народ, не готовый к ней по причине своей дремучести, ибо русские очень архаичны. В том же году ИНСОР направил Медведеву доклад о сотрудничестве России и НАТО, которую назвал «наиболее крупной и влиятельной системой безопасности». Главным его тезисом стала идея о вхождении в НАТО «по французскому образцу». Видимо, Юргенс был твёрдо уверен в безмерной благости Запада, потому что направил и доклад под названием «Евролицо будущей России», где речь шла о западном треке развития страны. В нынешнем году мнения Игоря Юрьевича стали более конкретными. Незадолго до Форума Юргенс заявил: он не сомневается, что кандидатом от основной политической силы страны, от партии власти будет выдвинут Медведев. А накануне форума предположил, что в своём выступлении Дмитрий Анатольевич объявит о решении баллотироваться на новый срок.

Заявления близкого к президенту директора ИНСОРа вызвали бурю эмоций. Насколько понял Меланин, весьма разномастных. Градус политического возбуждения стремительно нарастал, события мчались на форсаже. В Ярославль уже начали съезжаться самые восхитительные люди страны, сюда подтянулись камеры 46 аккредитованных телеканалов. Медиасреда жила форумом. Пиар зашкаливал.

Поистине небывалый ажиотаж вызвало и появление в Ярославле знаменитого Збигнева Бжезинского, автора «Великой шахматной доски», провозгласившей мировое господство Америки. Его прибытие на форум было воспринято однозначно – США поддержат Медведева! Арсений был поражён сумасшедшим восторгом сдержанного в те дни, с головой погружённого в текучку Ванходло. Вениамин похлопал его по плечу, радости воскликнул:

– Дело в шляпе! Бжезинский неспроста в провинциальный Ярославль примчался. Таким фигурам обычно поручают роль посредников, наверняка будет закрытая встреча с Дмитрием Анатольевичем. Ты понимаешь, что это значит!

Неистовое возбуждение большой политической тусовки достигло апогея.

И вдруг в самый канун форума произошло нечто ужасное.

7 сентября в авиакатастрофе самолёта Як–42, здесь, в Ярославле, погибла знаменитая ярославская хоккейная команда «Локомотив».

Зная, какая духоподъёмная атмосфера царит в кругу организаторов форума, считавших, что на руках у них флэш-рояль, Арсений без труда представил, что за переполох творился в их кабинетах, когда стало известно о катастрофе, с какими терзаниями решали судьбу форума на самой высоте. Но мирское, отчасти злорадное чувство перекрывалось интуитивным, на бессознательном уровне пониманием некой особости происшедшего.

Конечно, это был Знак Божий!

Для Арсения, стороннего наблюдателя подспудной политической схватки, вопрос о будущем президенте стал ясен. Однако юргенсы – не в обиду Игорю Юрьичу, его именем он называл пламенных сторонников Медведева, – не желали смириться. Пока городские власти занимались скорбными хлопотами, речистые акыны продолжали «качать повестку», не осознавая, что теперь их мантры выглядят не более чем «сказками на ночь». Выступления проплаченных дрессированных ЛОМов – некоторых, обладающих особым даром не говорить даром, Арсений иронично называл «шмакиавелли» – шли в плановой, предвыборной тональности: международный форум делал упор на… борьбе с бедностью в России и приоритете прав личности. Ведущий одной из секций Никонов, признавая крах мультикультурализма на Западе, считал, что в России он исторически прижился, но обходил вниманием жгучую проблему мигрантов. Эта тема на форуме звучала тезисом о самобытности мигрантов и необходимости их интеграции. Президент опирался на свою знаменитую статью «Россия, вперёд!» и, перечисляя пять рецептов экономического рывка, требовал улучшить сырьевую основу экономики.

Впрочем, всё это интересовало Меланина лишь информативно. Он вспоминал вычитанную где-то строчку из Киплинга «Владей собой среди толпы сметённой» и считал, что в данном случае ему нетрудно держаться этой заповеди. Арсений старательно отмалчивался в дебатах, сотрясавших «группу наблюдателей», которые в душе, конечно, понимали, что ударились фэйсом о тэйбл. И отдавал должное Вениамину, который, словно ничего не случилось, без нервных срывов продолжал делать дело. О своём понимании Знака Божьего Меланин, конечно, не упоминал, для Арсения путешествие на форум, с ненатужной работой на нём, стало не Событием с большой буквы, а просто новой краской жизни.

Окончен бал, погасли свечи. С центральных улиц исчезли неизвестно откуда взявшиеся шикарно одетые ботоксные дамы, которые в обилии дефилировали здесь в дни форума. Не кололи глаз задумчивые парни из президентской охраны, наполнявшие город… Пора было собираться в Батурино, которое на полпути из Ярославля в Москву. Зная, что у него будет несколько свободных дней, Арсений загодя наметил быть в родных пенатах.